Часть 10

Посейдон просыпается на той же кровати, что и вчера. Всë таки, это был не сон... Бог морей медленно садится в постели и выглядывает в окно. Солнце уже высоко стоит над морем. Погода за окном удивительно хорошая, а море на редкость спокойное. Бог морей вдруг застыл в осознании. Точно... Он же не может следить за своей стихией. Шторма, дожди, изменения течений и тому подобное в ближайшее время в океане отменяются. По крайней мере, половина из этого... Он с ненавистью снова посмотрел в окно. Теперь это солнце невероятно раздражает, напоминая о невозможности покинуть даже эту комнату, не то что вернуться домой. И даже на Олимп. Хотя там он всë равно не особо любил бывать. Кому захочется лишний раз встречаться с его братом Зевсом? Уж точно не ему. Его раздумья внезапно прерывают распахнувшаяся дверь и быстро приближающиеся шаги. Бог морей быстро оборачивается. В комнату входит принц. Он снова принëс еды и лекарств. Парень мило улыбается. — Привет, Посейдон! Извини, я сегодня поздновато. Он виновато поджимает губы. Посейдон непонимающе смотрит на него... Ах, точно. Обычно эти двое, и Одиссей и его отпрыск, привыкли вставать чуть ли не с рассветом, а сегодня он смог поспать значительно дольше, потому он даже нисколько не расстроен этим. Однако, факт того, что сон теперь не просто прихоть, а необходимость, раздражает ещë больше. Но сейчас нужно держать себя в руках. Если следовать плану и не отвлекаться на всякие человеческие глупости, то вскоре он навсегда забудет об этом всëм как о страшном сне. Посейдон слегка улыбается в ответ. — Всë в порядке, я всë равно только проснулся. Мальчик снова улыбнулся, расставляя на столе всë, что принëс. — Отлично. Вдруг он огляделся по сторонам и продолжил тише. — И я с хорошей новостью! Посейдон приготовился слушать. Мальчик, быстро дойдя до двери в комнату, выглянул в коридор на пару секунд и, видимо оставшись довольным, присел рядом на кровати. Он, казалось, сам сгорал от нетерпения, чтобы рассказать, но отчего-то тянул. Посейдон был раздражëн привычкой смертного затягивать с ответом, но виду подавать было нельзя. Телемах продолжил. — Я узнал, как можно достать трезубец! Мальчик выжидаюше уставился на Посейдона, ожидая реакции. Тот был более чем рад это слышать, хоть и не ожидал, что мальчик так быстро всë сможет спланировать. Он почти не наигранно улыбнулся, изобразив удивление. — Да? Ну и как? Телемах радостно потëр ладони, кажется, улыбнувшись ещë шире. Надо же. Посейдон не ожидал такого энтузиазма... Принц, забравшись с ногами на кровать, начал. — Итак. Афина, моя наставница, о которой я тебе рассказывал, сказала, что ей на неопределëнный срок нужно будет уйти, поэтому я решил не просить пока еë о помощи. Да и она выглядела как-то странно, честно говоря. В общем. Через неделю будет праздник. Туда собираются все. А я совершенно случайно услышал из разговоров охранников, что отец отправит их на время по каким-то поручениям и, соответственно, комната, в которой находится трезубец, останется вечером на пару часов совершенно без охраны! Посейдон был удивлëн. Неужели так просто? Только вот ждать ещë неделю... Он не хотел бы оставаться в этом месте и на час, и на минуту дольше, что уж говорить о неделе! Но уж лучше так, чем с большим риском попасться. Тогда весь план провалится. Ничего. Он подождëт ещë немного. А пока... — Это и правда отличная новость, Телемах. Тогда я, пожалуй, тоже кое-что покажу. Посейдон вдруг, хитро улыбнувшись, медленно спускает ноги с постели и встаëт рядом с ней. Принц, как и ожидалось, испуганно ахнул и замахал руками. — Что ты делаешь?! Тебе ещë нужно восстанавливаться! Посейдон лишь усмехнулся. Он уже давно хотел это сделать, учитывая то, что он мог уже спокойно ходить по комнате, пока здесь никого не было. Но нужно было ещë подождать. Теперь же можно понемногу «вставать на ноги». — Я в порядке. Правда. Я могу даже сделать пару шагов. В подтверждение своих слов он сделал шаг от кровати, пошатываясь. Телемах, округлив глаза, бросился к нему, хватая его за руку и усаживая назад на кровать. — Отец сказал, что у тебя более чем серьëзные повреждения и процесс восстановления, вероятно, должен быть долгим, так что не нужно торопиться! Посейдон, незаметно для себя, улыбнулся мальчику почти искренне. Это было забавно и странно. Сын его злейшего врага переживает о нëм? А он взамен хочет причинить боль ему и его отцу... Ну неееет! Снова это чувство вины. Он не делает ничего такого. Это закон справедливости. Око за око! Одиссей причинил боль его сыну, значит должен быть готов к ответу! Он отмахивается от этих мыслей и снова поднимает взгляд на мальчика. Посейдон вдруг замечает, что мальчик прячет что-то за спиной, переминаясь с ноги на ногу. Бог невольно пытается заглянуть ему за спину. Телемах, отведя взгляд и прочистив горло, начинает. — Посейдон... Я хотел попросить кое о чëм. В общем, если ты не против... Может, я мог бы... — Что ты хочешь? — не выдержал Посейдон, но очень постарался, чтоб это прозвучало более или менее мягко. Не нужно выходить из образа раньше времени. Мальчик выдохнул и поднял взгляд. — Могу я расчесать твои волосы? — Что?... Посейдон заметил в руках мальчика небольшую расчëску. Это было более чем неожиданно. Бог морей невольно замер, пытаясь осмыслить, что только что услышал. Его губы вдруг трогает почти неконтролируемая ухмылка. Зачем ему это? Это так глупо. И даже никак не поможет плану. С чего бы позволять смертному лишний раз прикасаться к нему? Вот ещë! Ни за что! Но вдруг к своему ужасу и недоумению бог поднимает взгляд на мальчика и тихо кивает. — Да, ты можешь... Посейдон замечает, как глаза мальчика загораются от восторга. Почему-то это ощущается приятно где-то внутри. Почему? Он не знает, но теперь садится на край кровати. Телемах забирается на кровать, придвинувшись к Посейдону со спины. Он аккуратно берëт прядь чуть спутанных длинных чëрных как море волос. Аккуратно проводит гребнем. Посейдон на миг напрягается, но тут же расслабляется. Это отчего-то действует на него успокаивающе. Раньше его волос могли касаться единицы. Ну, по крайней мере, далеко не каждый. Почему мальчишка оказался среди избранных? Он не знал. Но возможно сейчас это было вдруг не так важно. Ну и ладно. Он ненадолго расслабится. Всë равно он сейчас мало что может сделать. И, в общем-то, для плана это тоже может быть полезно. Это явно может улучшить отношения с мальчишкой. С этими мыслями Посейдон, кажется, совершенно расслабился. Прикрыв глаза, он почти задремал. Вновь его вернул в реальность голос мальчика. — Готово. Посейдон открыл глаза и от неожиданности резко обернулся. Телемах вздрогнул. Посейдон неожиданно снова ощутил болезненный, хоть и чуть ощутимый, укол вины. Это раздражало, но он сдержался, снова отмахнувшись от этих ощущений. Посейдон отодвигается в сторону. И снова он невольно чуть заметно улыбается. С губ срывается тихое «спасибо», за что бог морей снова ругает себя. Секундная слабость. Но, взглянув в сияющие глаза напротив снова задумывается. Может, он всë же мог бы не втягивать мальчика во всë это?