Часть 4

Я замерла, но быстро пришла в себя, отошла в сторону и почтительно поклонилась. Мехмед вошёл в покои и сразу же обнял свою матушку. Они обменялись любезностями, и в этот момент Хюррем султан хитро улыбнулась, бросив взгляд на меня. До этого Мехмед, кажется, меня не замечал, но, уловив выражение лица матери, тоже посмотрел в мою сторону. Я подняла глаза и встретилась с его взглядом. Он был таким же красивым и обаятельным, как в сериале. Я неосознанно улыбнулась во весь рот, забыв про манеры, и, прежде чем успела остановить себя, шагнула вперёд, протягивая ему руку. Мехмед застыл в полном шоке. Осознание накрыло меня волной — я тут же отдёрнула руку, неловко улыбнулась. Я не знала, почему поступила так глупо. Возможно, он казался мне понимающим, слишком светлым и хорошим. Я не могла понять этого — и, наверное, именно поэтому, как дура, протянула руку. И после этого я сделала поклон и поспешно заговорила: — Простите, я просто немного нервничала и была рада вас видеть, вот и хотела познакомиться. У нас, знаете, принято при встрече пожимать руку… Да, извините. Мехмед продолжал смотреть на меня с каким-то странным выражением, уже открывая рот, чтобы что-то сказать, но его прервала мелодичная вспышка смеха Хюррем султан. Я тоже неловко улыбнулась, когда госпожа наконец успокоилась и сказала сыну: — Знакомься, это моя служанка, Мария. Я снова поклонилась. — Приятно познакомиться, шехзаде Мехмед. И вдруг он… улыбнулся. Лучезарно, искренне. А затем — совершенно неожиданно — протянул мне руку. Я охренела. Внутри всё перевернулось. Как автомат, я вложила свою ладонь в его, но тут же растерялась ещё больше. В воздухе повисла неловкая пауза. — Эм… — я прочистила горло, лихорадочно ища, что сказать. — У вас… хороший кафтан. Мехмед удивился. — Да? Спасибо. Я вспыхнула от смущения и, не зная, куда себя деть, практически сбежала из комнаты. "Какая же я дура", — пронеслось у меня в голове. POV: Шехзаде Мехмед Я вошёл в покои матери, и её тёплые объятия моментально вернули мне чувство дома. Мы обменялись любезностями, как всегда, но вскоре я уловил что-то необычное. Матушка смотрела не на меня, а куда-то в сторону, с хитрой улыбкой на губах. Я проследил за её взглядом — и вдруг встретился с глазами девушки. Она была другой. Не похожей на тех, кого я привык видеть во дворце. В её глазах было нечто живое, искреннее, даже дерзкое. И когда она вдруг широко, по-детски, по-настоящему улыбнулась, я почувствовал, как внутри что-то сжалось. А затем она шагнула вперёд и… протянула мне руку. Я остолбенел. Во дворце никто никогда не смел вести себя так со мной. Не из дерзости — из страха. А она не боялась. Или просто не осознавала, что делает? Её рука зависла в воздухе, и я уже собирался что-то сказать, но тут же заметил, как на её лице промелькнуло осознание. Она мгновенно отдёрнула руку, неловко улыбнулась и торопливо поклонилась. — Простите, я просто немного нервничала и была рада вас видеть, вот и хотела познакомиться, — пробормотала она. — У нас, знаете, принято при встрече пожимать руку… Да, извините. Я продолжал молча смотреть на неё, пока в комнате не раздался смех матери. — Знакомься, — произнесла она после того, как веселье улеглось, — это моя служанка, Мария. Мария. Она снова поклонилась, а затем тихо, но твёрдо произнесла: — Приятно познакомиться, шехзаде Мехмед. Её голос… Он был мягким, но с какой-то ноткой вызова. И прежде чем я успел себя осудить, я сам протянул ей руку. Она замерла. Я видел, как её глаза расширились от удивления, но всё же она вложила свою ладонь в мою. Тёплая. Хрупкая. Я не мог отвести взгляд, но она вдруг прочистила горло и пробормотала: — У вас… хороший кафтан. Я не сдержал улыбки. — Да? Спасибо. Но прежде чем я смог что-то добавить, она покраснела, выдернула свою руку и буквально убежала прочь. Я моргнул, пытаясь осознать, что только что произошло. — Ты уже привёл её в замешательство, — раздался довольный голос матери. Я медленно перевёл на неё взгляд. — Мария… Кто она? Хюррем султан хитро улыбнулась. — Девушка, которую судьба послала тебе. Я не сразу понял смысл её слов, но сердце вдруг забилось быстрее. Мария. Я даже не заметил, как её имя стало звучать в мыслях особенно. Весь день я думал о ней. О её улыбке — искренней, живой, непривычной для дворца. О её глазах — они казались мне странными, но притягательными, в них было что-то особенное. О том, как легко она нарушила все правила, даже не осознавая этого. Но несмотря на эти мысли, день шёл своим чередом. Я готовился к церемонии перед янычарами, занимался с учителями, обсуждал с советниками предстоящие события. После обеда я встретился с отцом. Мы прогуливались по саду, говорили о политике, истории, он рассказывал мне о великих полководцах, а затем предложил сыграть в несколько стратегических игр. Всё как обычно, всё, как должно быть. Но мысли о Марии возвращались снова и снова. Я знал многих девушек, видел сотни красивых лиц, но ни одно из них не оставляло во мне такого следа. Она была другой. Когда день подходил к концу, я отправился в свои покои, ожидая ужина. Я был голоден, устал, но всё равно ловил себя на том, что жду чего-то ещё. И вот, когда дверь открылась, я невольно задержал дыхание. Передо мной стояла Мария. POV: Мария После того как я повела себя как полная дура, мне срочно нужно было чем-то отвлечься. Я направилась к Джахангиру и, стараясь забыть о своём позоре, начала читать ему сказку. Это действительно помогло – мальчик внимательно слушал, а я смогла немного успокоиться. Но к вечеру за мной пришли. Это была Хюррем султан. Я тут же отправилась к ней, поклонилась и, даже не дожидаясь её слов, сразу извинилась: — Простите меня за неподобающее поведение, госпожа. Но вместо упрёков я услышала лишь лёгкий смех. — Всё хорошо, Мария. Ты всё сделала правильно. Мой мальчик очарован тобой. Как и ты им. Я в замешательстве уставилась на неё. — О чём вы, госпожа? — пробормотала я, чувствуя, как заливаюсь румянцем. — Я ведь так опозорилась! Уверена, теперь он считает меня неуклюжей и безответственной. Но она только улыбнулась. — Нет, дорогая. Всё наоборот. Ты необычная, и именно этим привлекла моего сына. Я не знала, что на это ответить, но дальше стало ещё хуже. — А теперь, — продолжила Хюррем, — ты идёшь на кухню и несёшь ему ужин. Я округлила глаза. — Г-госпожаааа… — Отказы не принимаются, это приказ, — твёрдо произнесла она. Я поняла, что выхода у меня нет, тяжело вздохнула и смиренно кивнула. — Хорошо… Но стоило мне выйти из её покоев, как я осознала всю абсурдность ситуации. Я?! Отнесу ему ужин?! Пока я шла на кухню, пытаясь осмыслить происходящее, мне хотелось одновременно смеяться и провалиться сквозь землю. Взяв поднос с едой, я направилась к покоям шехзаде, мысленно готовясь к самому неловкому вечеру в своей жизни.

***

Я глубоко вздохнула перед тем, как войти в его покои. Мехмед сидел за столом, сосредоточенно изучая какие-то бумаги. В комнате было тихо, лишь пламя свечей мерцало, отбрасывая мягкие тени на его лицо. Я открыла рот, чтобы заговорить, но слова сорвались с языка слишком естественно: — Мехмед... Он резко поднял голову, его взгляд тут же зацепился за меня. Я осознала свою ошибку и замерла, чувствуя, как сердце ухнуло вниз. — Ой… то есть… шехзаде, — быстро исправилась я, проклиная себя за такую непростительную оплошность. Но, к моему удивлению, его лицо смягчилось. Он выглядел не сердитым, а скорее немного растерянным. — Мария? — медленно произнёс он, словно пробуя моё имя на вкус. Я быстро кивнула и постаралась говорить как можно чётче: — Ваша матушка велела мне принести вам ужин. Он посмотрел на поднос в моих руках, а затем указал на стол: — А… да, хорошо. Поставь его сюда. Я молча подчинилась, осторожно поставив поднос на указанное место. Уже собиралась удалиться, но вдруг услышала его голос: — Подожди. Я замерла, медленно обернувшись. — Кхм… Да, шехзаде? Его взгляд был странным, глубоким. В его глазах промелькнуло что-то… неуловимое. — Ничего… Просто… останься. Я почувствовала, как у меня пересохло во рту. — А… ох… хорошо, — едва выдавила я, оставаясь на месте. Я не знала, что делать, поэтому просто стояла, наблюдая, как он начинает есть. И тут, как назло, мой живот предательски заурчал. Я замерла, проклиная свою судьбу, и опустила голову, надеясь, что он не обратил внимания. Но он обратил. Я услышала, как он тихо усмехнулся. — Ты голодна? Я автоматически ответила, даже не успев подумать: — Да. На секунду наступила тишина. Я осознала, что только что сказала, и прикусила губу. Но Мехмед вдруг улыбнулся. — Тогда садись, — кивнул он на место рядом с собой. Я не стала отказываться. Его еда выглядела слишком вкусной. Я осторожно села, взяла кусочек и попробовала. Это было божественно. Пока я уплетала еду, забыв обо всём, он не отводил от меня взгляда. Его глаза цеплялись за каждое моё движение, изучая, запоминая. — А ты чего не ешь? — спросила я, не отрываясь от тарелки. Он чуть приподнял уголки губ. — Мне нравится смотреть, как ешь ты. Я фыркнула и продолжила наслаждаться ужином. Он молча слушал, пока я говорила. Я знала, что он не из тех, кто перебивает. — Шекер ага сегодня готовил ягнёнка с шафраном, — спокойно сказала я, скользя пальцами по краю кубка. — На этот раз вкус был мягче, чем обычно. Кажется, он изменил что-то в рецепте. Мехмед чуть приподнял бровь. — Разве ты не предпочитаешь, когда вкус насыщенный? — Предпочитаю, — кивнула я. — Но мастерство не в том, чтобы делать ярко, а в том, чтобы находить баланс. Сегодня он нашёл его. Он задумчиво провёл пальцами по подлокотнику. — Ты часто его хвалишь. — Потому что он лучший. Не люблю, когда пищу портят. — Ты требовательна. — Скорее, не терплю халатности. В этом мы с Хюррем султан похожи. Мехмед посмотрел на меня с интересом. — Ты ставишь себя с ней на одну ступень? Я чуть усмехнулась. — Пока нет. Но разве плохо учиться у тех, кто умеет не просто жить, а править? Он коротко кивнул. Мы оба понимали, что "править" здесь означало куда больше, чем просто сидеть на троне. — Сегодня читала Джихангиру сказку, — сказала я, сменив тему. — Он внимательно слушал, как всегда. — Он тебе дорог? Я на секунду задержала взгляд на Мехмеде. — Да. Он мне как младший брат. Такой светлый… — я ненадолго задумалась, подбирая слово, — чистый. Мехмед ничего не ответил, но в его взгляде мелькнула тень. Мы оба знали, что в этом мире светлые души долго не живут. Я опустила взгляд на кубок в руках, и подумала о Мехмеде. Таким, как ты, нужна защита. Светлым душам нужна тень. Я поднесла кубок к губам, но так и не сделала глоток. И если нужно… я стану этой тенью. Мне было легко. Когда тарелки опустели, я поблагодарила его, встала и направилась к выходу. Перед тем как я скрылась за дверью, я почувствовала на себе его взгляд. Этот вечер я запомню навсегда.