Глава 13: Гермиона

Гермиона проснулась одна в своей кровати. Конечно, она знала, что Драко так и не пришёл, но надеялась, что он снова проберëтся к ней в постель ранним утром. Но этого не произошло. Теперь, при свете дня, гнев на мужа, который она испытывала, сменился грустью. Что происходило? Почему он не пришёл, почему он был намеренно жесток с ней за ужином? Когда она спустилась вниз на завтрак и не нашла там никого, одиночество ударило сильнее. Борясь с чувством покинутости, которое она ощущала, Гермиона закончила есть и пошла в свой кабинет, готовая начать день. Но когда она открыла дверь, то увидела, что комната уже занята: напряжённая Нарцисса Малфой, заламывая руки, ждала её в одном из кресел и резко встала, когда она вошла. – Гермиона. Мне нужно поговорить с тобой. – Нарцисса! С вами всё в порядке? Вы явно потрясены! Что-то случилось? Ведьма рассмеялась странным смехом, словно впала в отчаяние, в её глазах стояли слёзы. – И ты ещё заботишься обо мне! После моего отвратительного поведения по отношению к тебе! Это удивило её даже больше, чем нахождение ведьмы в еë кабинете. – Нарцисса. О чём вы? Свекровь взяла Гермиону за руки и потянула её к креслам перед столом, усадила её на одно из них, а сама села на другое. – Гермиона. Ты, должно быть, поняла, что я не приняла тебя с распростëртыми объятиями в нашу семью. Можешь ли представить, почему? Не видя причин держать язык за зубами, Гермиона заговорила: – Почему? Из-за моей крови, конечно. Нарциса серьёзно посмотрела на неё и кивнула. – Это самое простое объяснение, не так ли? Мы только что воевали на противоположных сторонах. Но забота о чистоте крови была для меня скорее фамильной обязанностью, и только. Мои сомнения, Гермиона, вызывала не твоя кровь, а счастье моего сына.       Ты могла уже заметить, что Драко для меня важнее любых предписаний о чистокровности; я ясно дала это понять, когда лгала Тёмному Лорду в лицо ради него. И если бы Драко сам выбрал тебя или любую другую магглорождëнную или полукровную ведьму, я бы никогда не подвергла это сомнению. Меня мучило лишь отсутствие выбора.       Видишь ли, Гермиона, поначалу я не была против вашего союза. Мне было грустно за тебя, конечно. И, само собой, я не хотела, чтобы мой единственный ребёнок был связан с кем-то из-за обязательств, возникших в результате какого-то неясного и древнего ритуала. Но дело в том, что у Драко всегда было что-то..., я бы сказала, по отношению к тебе. Склонность всегда жаловаться в своих письмах на то, что ты его превзошла, или всегда замечать тебя – даже если это было якобы для того, чтобы найти недостатки. Поэтому я подумала, что, может быть, даже если это не было добровольным, ваш союз мог бы сложиться удачно. Я надеялась, хотя и беспокоилась – за вас обоих. Вы двое были жертвами обстоятельств. Но это было только до того, как… Она замолчала, но Гермиона уже знала ответ. – Пока не появились Гринграссы? – предположила она. – Да, – сказала Нарцисса, опустив голову. – Я не лгала тебе, когда говорила, что Астория и Драко были обещаны друг другу. Когда она родилась, её отец искал Люциуса, желая заключить контракт. Но Люциус предпочел бы более влиятельную семью, если это возможно, и поставил контракт в зависимость от последующего согласия Драко. Для Астории было шоком, когда она узнала о вашем браке. Ты разбила её мечты. Не намеренно, теперь я знаю. Но мне она сказала не это.       Она сказала мне, что ты не та самоотверженная ведьма, которой все тебя считают, а чрезвычайно умная, властолюбивая женщина, которая всегда крутилась где-то рядом.       Она даже принесла мне вырезки из статей Скитер о турнире Трёх волшебников и рассказала, что ты переходила от Поттера к Краму и обратно, в зависимости от того, кто выигрывал.       Она рассказала мне, что после этого ты много лет встречалась с Поттером, пока не потеряла его из-за Джиневры Уизли. Поскольку за эти годы я несколько раз видела вас вместе, это показалось мне правдой. И она рассказала мне, что после потери Поттера ты пыталась быть с Уизли, другим героем войны, но он тоже ускользнул из твоих коготков.       И потому ты, будучи умной ведьмой, какой тебя все знают, но не имея особого выбора и не желая заканчивать Хогвартс без знаменитого мужа, который повысил бы твой статус и дал власть, принялась искать лучший вариант на стороне проигравших и притворилась хрупкой, заманив Драко в ловушку неизбежного брака. Она с удивлением посмотрела на Нарциссу: – Это чушь собачья. – Следи за языком, Гермиона, – одëрнула её Нарцисса, улыбаясь, точь в точь так же, как делала замечания Драко. – Дело в том, что ты не вела себя как жадная до власти ведьма. Ты с таким тщанием бралась за каждое задание, которое я ставила перед тобой, каким бы трудным оно ни было, что у тебя не оставалось времени даже покинуть особняк. Ты была совершенной во всём, ты всему научилась, не потерпела ни одной неудачи и никогда не жаловалась. А в начале этого месяца, когда ты сказала мне, что не хотела занимать это положение, я не поверила. Я всё ещё думала, что это просто игра с твоей стороны. Но когда ты рассказала мне о книге, которую написала, я по-настоящему поняла, что ты не хотела быть здесь. Ты мечтала о другой жизни и использовала то немногое время, что у тебя есть в этой, чтобы точно понять, чего ты на самом деле хочешь. Гермиона подумала, что ведьма охрипнет от такого долгого монолога, но Нарцисса ещё не закончила: – В этом не было смысла, если учитывать то, что говорила Астория, поддержанная Дафной. Кто-то должен был лгать. Мне нужна была помощь, мне нужно было беспристрастное мнение. И тогда я написала Андромеде. Гермиона была уверена, что на её лице отразилось удивление; Нарцисса и Андромеда Блэк не разговаривали друг с другом с тех пор, как последняя вышла замуж более двадцати лет назад. – Что бы ни произошло между нами, я знала, что Энди скажет мне правду. И поэтому я написала подробное письмо, в котором изложила всю информацию о тебе, данную мне девицами Гринграсс. Андромеда ответила мне не менее содержательным письмом, опровергающим рассказ Астории пункт за пунктом. Но когда пришло письмо, они уже были здесь, и я не успела поговорить с тобой, поэтому я воспользовалась возможностью впервые увидеть их поведение без предвзятости.       И каково было их поведение! Проявление неуважения к хозяйке поместья, заигрывания с женатым мужчиной. А вчера, – она перевела дух, – прошлой ночью Астория окончательно разрушила свой образ добропорядочной девушки, который у неё ещё мог быть. Вчера она пришла в комнату Драко и ждала его в постели, обнажëнная.       Очевидно, у них были плотские отношения до вашего союза, и она надеялась снова соблазнить его, несмотря на то, что сейчас он женат! Нарцисса, должно быть, правильно истолковала выражение её лица, потому что пожала ей руку и поспешила пояснить: – Можешь не сомневаться, Гермиона. Драко тут же выставил её из комнаты, и она вместе с Дафной покинула особняк несколько минут спустя. Блейз и Тео тоже ушли. Тео пока помолвлен с Дафной, но я не думаю, что это продлится долго. Он недоволен происходящим и остаëтся с Дафной только потому, что ему нужно жениться до своего следующего дня рождения, но я думаю, что он предпочëл бы найти кого-то другого, чем оставаться с той, которая поддерживала саботаж брака одного из его лучших друзей. – Я… я ничего этого не слышала! – Я знаю, Гермиона. Драко наложил на Асторию заклинание оцепенения и вышвырнул её в коридор, прежде чем она успела пошевелиться, а затем постучал в комнату Тео, чтобы Дафна сходила и помогла сестре. После этого он отправился в одну из гостевых комнат. Но дело в том, Гермиона, что я была несправедлива к тебе. Я позволила себя обмануть, я верила всему, даже не зная тебя как следует, не выслушав твою версию! Всë это время ты была идеальной женой, идеальной леди Малфой. Теперь я не только понимаю, как усердно ты работаешь, чтобы примириться с Драко и с той жизнью, о которой ты никогда не мечтала, но и чрезвычайно благодарна тебе за это. И я надеюсь, что когда-нибудь ты найдëшь в глубине своего сердца то, что позволит тебе простить меня, – закончила она, опуская глаза. Гермиона улыбнулась, успокоенная протянутой ей оливковой ветвью. – Конечно, Нарцисса. Мне нечего прощать. Вы всего лишь хотели защитить своего сына. В этом не было никакого злого умысла. Свекровь улыбнулась ей в ответ. – Ты очень добрая. Ты всегда была такой. С самого начала было очень тяжело ненавидеть тебя! – сказала Нарцисса, и из еë глаз обильно полились слëзы. Гермиона поднялась со своего кресла, подошла к Нарциссе и обняла ведьму, утешая её, как могла: – Я знаю. Я очень настойчива, когда хочу понравиться людям. Я практически с самого начала заставила Гарри и Рона стать моими друзьями! Нарцисса, заливаясь слезами, рассмеялась, шмыгая носом, а Гермиона не удержалась и сделала замечание своей свекрови, всё ещё находящейся в её объятиях: – Как можно, Нарцисса, это было совсем не женственно! – сказала она своим самым аристократичным тоном. Ведьма засмеялась в голос, а Гермиона позвала Венди и заказала чай для них двоих. Когда свекровь, казалось, успокоилась, Гермиона отпустила её, вернулась на своё место и подняла вопрос, который не выходил у нее из головы с самого начала разговора: – Нарцисса, я действительно ценю, что вы стремились узнать правду обо мне, и я очень благодарна за предоставленную возможность поладить, но именно по этой причине вы должны знать... Драко не питает ко мне симпатии. Я не являюсь его слабостью или чем-то в этом роде… Теперь настала её очередь смутиться и опустить голову. – Нет? – раздался удивлëнный голос Нарциссы. – Ты уверена? – Определëнно, – сказала она, подняв голову. – Я даже думала несколько дней назад, что у него появилась какая-то... не знаю, может быть, привязанность?.. ко мне, но, похоже, я ошибалась. Она посмотрела на свою свекровь, почти ожидая, что Нарцисса возразит ей, но свекровь только удивлëнно покачала головой. – Если ты так говоришь. Думаю, только время покажет, как развернутся твои чувства. Но я остаюсь при своём мнении: Драко всегда был очарован тобой. Гермиона почувствовала, что краснеет, и отвела глаза всего на несколько мгновений, прежде чем снова встретиться с весёлым взглядом свекрови. И внезапно развеселившись, они обе расхохотались.

***

После этого разговора её отношения со свекровью полностью изменились. Нарцисса старалась разговаривать с Гермионой, используя каждую возможность узнать еë получше. Она также взяла на себя часть задач Гермионы, а часть поручила эльфам, уменьшив нагрузку, чтобы та могла хоть немного больше работать над своими книгами. С Драко, однако, всë было по-другому. После того ужина, когда он бросил ей в лицо, что она не заслуживает фамильных драгоценностей, она больше не видела своего мужа. Нарцисса сказала, что утром в день «падения Гринграсс» – как стала называть это Гермиона – он рано ушёл и отправился в семейный дом в Лондоне, чтобы подготовиться к открытию суда с несколькими опытными профессорами и адвокатами. Но это было две недели назад! Ей было неприятно признавать это, но она скучала по нему. Их обычный распорядок, по крайней мере в постели, установился так легко, что скучать по нему было тяжко. Но в его жизни было множество обязательств, помимо того, чтобы трахаться с ней, и её недавно возникшая дружба с Нарциссой была более чем достаточной причиной для того, чтобы она чувствовала себя счастливой.