Глава 27: Гермиона/Драко

Гермиона «Гермиона, у тебя проблема», – думала она, потягивая сок и бездумно кивая, изображая, что поддерживает светскую беседу с одним из друзей Нарциссы, прибывшим из Франции. Рядом стоял Драко, не отходивший от неё ни на шаг. Проблема была не в том, что её лучший друг-тире-бывший парень, изливший ей душу, полный храбрости и беспокойства за неё, предлагал бежать с ним. И не в том, что её муж напал на упомянутого лучшего друга. Проблема была даже не в том, что Астория Гринграсс – которую Нарцисса не только не пригласила, но и запретила присутствовать на вечеринке, – пыталась проникнуть внутрь через южное крыло. Проблема заключалась в том, что она была чертовски возбуждена. Это всё из-за долбаных гормонов беременности, подумала она. Из-за них ей постоянно хотелось секса. Она знала, что это обычное явление во время беременности, но понятия не имела, что это будет так сильно. Она пыталась разобраться с этим самостоятельно, но оказалось, что этого недостаточно. Ей нужен был мужчина. Мужчина, который бы вколачивался в неё, рассказывая, какая она шлюха. Мерлин, она действительно была шлюхой. До появления Драко она и не подозревала о своих предпочтениях в постели. Как бы то ни было, ей придётся обратиться к нему, подумала она со вздохом. Просто стоя здесь, рядом с ним, она уже настроилась на нужный лад. По сути, проблема заключалась в его измене. С её стороны было наивно и глупо ожидать от него чего-то другого: в конце концов, Драко Малфой всегда был эгоистичным ублюдком. Он никогда не был верен ей, и она не могла позволить себе снова привязаться к нему. С другой стороны, они были женаты. Она могла бы продолжать спать с ним, используя его только для секса. И вот теперь она рассматривала возможность провести одну ночь со своим собственным мужем. Ранее он поцеловал её, сказал, что хочет, и очевидно, жаждал залезть к ней в трусики. Но сначала ей было необходимо наложить на него диагностическое заклинание, чтобы убедиться в отсутствии риска венерических заболеваний. Насколько она могла судить, последнее время он почти не вылезал из дома, разве что несколько раз уходил в Министерство, но она ему не доверяла. Она знала теперь, что с таким же успехом он мог за полдня перетрахать половину Лондона. Учитывая, каким неразборчивым в связях был еë муж, это было вполне вероятно. Но больше всего еë останавливала привычка Драко цепляться за неë после секса. Обнимать. Удерживать её. Это была та часть интимных отношений, с которой она не могла и не хотела иметь дело. Если она собирается переспать с ним, это должно быть на её условиях. И на его территории. Драко «Эта грëбаная вечеринка никогда не закончится», – подумал Драко. А между тем Гермиона продолжала посылать ему сигналы, приводившие его в замешательство. Она молча приняла от него поцелуй после истории с Уизли. И с этого момента не обращала на него никакого внимания. Но спустя всего несколько минут, когда наступила полночь и он наклонился к ней для традиционного поцелуя, она практически засосала его, вызвав этим свист и улюлюканье окружающих гостей и заставив Драко задыхаться и жаждать большего. Затем она исчезла среди гостей, и вот он уже видит, как Комарк-блядь-Лагген ведет её на танцпол. Сегодня что, национальный день её бывших или что-то типа того? Он едва дождался, пока отзвучит последняя нота, похлопал волшебника по плечу, с мрачной гримасой на лице оттеснил его в сторону и заключил её в объятия. Ранее, во время их первого танца, он не мог перестать пялиться на её декольте. Теперь всё было гораздо хуже, еë жаркий поцелуй не выходил у него из головы, и тот факт, что всего несколько секунд назад этим великолепным видом наслаждался МакЛагген, приводил его в бешенство. Он крепко сжимал её талию, пока они танцевали, время от времени поглядывая на её декольте и прикусывая язык, чтобы не совершить какой-нибудь идиотский поступок. Например, не опуститься ртом ей на грудь и не прикусить еë прямо здесь, посреди бального зала. Если Гермиона что-то и заметила, то ничего не сказала. На самом деле, в конце танца, когда он, послав все приличия к чёрту, прижал её ближе, чем следовало, и потëрся о неё своей не то чтобы скромной эрекцией, он мог поклясться, что услышал слабый стон. Как только музыка закончилась, она подняла на него глаза и сказала громким голосом, чтобы слышали все окружающие: – Я устала, Драко. Не будешь ли ты так добр проводить меня в мою комнату? И снова ему было непонятно: Гермиона не казалась сонной, её глаза сияли. Но ему и в голову не пришло задавать ей вопросы. В полном согласии, они отправились к выходу, по пути останавливаясь поболтать с гостями и объясняя, что его жена, которая всё-таки на шестом месяце беременности, устала от празднеств. Они молча поднялись по лестнице. Но когда Драко хотел пройти мимо двери в свою комнату, она остановилась. Он по инерции продолжал идти, когда она схватила его за руку, притянула назад к себе и, обняв одной рукой за шею, поцеловала. Драко показалось, что его грудь вот-вот разорвëтся от счастья. Он крепко обнял её, желая вложить в этот поцелуй всё, что он чувствовал, всё, о чем сожалел, всё, чего хотел. Он прижал её к двери, отвëл назад еë длинные волосы, обнажая шею, а другой рукой вытащил её грудь из платья. Его даже не смущало то, что жена слегка устала. Эти груди дразнили его всю ночь, и они заплатят за это. Они были огромными, полными, восхитительными, и он хотел их обе одновременно. Он отпустил её волосы и сжал ладонями обе груди вместе, покусывая и облизывая то одну, то другую, Гермиона громко стонала и тëрлась об него, как самая что ни на есть разнузданная шлюха. Точно так же, как она делала раньше. Он был в экстазе. Он нащупал дверь спальни, втолкнул её внутрь и начал разрывать на ней платье. – Подожди! – Она оттолкнула его, но он в отчаянии схватил её за талию. Она решила так отомстить ему? Довести до такого состояния, а потом сбежать? Если так, то она действительно самая великая, непревзойдëнная в своём коварстве ведьма, потому что это была долбаная пытка. Но он не собирался позволять ей одержать верх. Он набросился на её шею, оставляя на ней сильные засосы, не переставая ласкать её грудь, и она заговорила, прерывая стоны: – Стой!.. Подожди, Драко. Он неохотно уступил, но не убрал рук с её талии. – Сначала мне нужно сделать одну вещь. И она вытащила из рукава платья волшебную палочку и пробормотала несколько фраз, отчего в воздухе из ниоткуда появились слова и цифры зелёного цвета, словно нарисованные на невидимой картине. Она перелистала их рукой, просматривая информацию, пока не нашла то, что хотела, и сосредоточенно вчиталась в написанное. – Хорошо, мы чисты. Продолжай. – Что, чёрт возьми, это было? – ошеломлëнно спросил он. – Стандартная диагностика. Сначала мне нужно было тебя проверить. – Проверить...что? Когда он, наконец, понял, то немедленно отпустил её. – За кого ты меня принимаешь, Грейнджер? – Ты действительно хочешь знать? – спросила она, приподняв бровь. – Давай без ложной скромности, Драко. Я не понаслышке знаю, что ты неразборчив в связях. Так случилось, что ты нужен мне прямо сейчас. Что ж, можем закончить на этом, если ты собираешься притворяться, что тебя оскорбляет очевидное, или можем продолжить с того места, на котором остановились. Он потерянно посмотрел на неё. Но она уже сняла то, что осталось от её платья, и стояла перед ним в одних белых кружевных трусиках и лифчике, с округлившимся животиком, в котором лежал их ребёнок, с растрëпанными волосами и припухшим ртом. Прежде чем он успел принять решение, она всë решила сама. Она опустилась на колени, одновременно нетерпеливо расстëгивая его ремень и отодвигая в сторону всë, что мешалось, пока буквально не насадилась ртом на его член. Этого было достаточно, чтобы он потерял всяческий самоконтроль. Он запустил пальцы в её волосы и начал трахать её рот, а она стонала и терлась клитором о его ноги. Внезапно он отпустил её и присоединился к ней на полу, отбросив в сторону свои брюки. Подмяв еë под себя, он присосался к одному из еë затвердевших сосков, опустив вниз одну руку, и засунул сразу два пальца в её влагалище. И чёрт, она была полностью мокрая. Он был шокирован, когда всего через несколько секунд она уже кончала, сжимая в себе оба его пальца и трахая себя ими. После этого она открыла глаза, посмотрела на него и сказала хриплым голосом: «Ещё». Он отчаянно поцеловал её. Ему нужно было трахнуть её немедленно, но он знал, что если начнёт, то не продержится долго; слишком длительным было ожидание. Он решил опустить лицо и ласкать её языком до тех пор, пока она снова не кончит, с бёдрами, прижатыми к его лицу, с руками, сжимающими его волосы. Его пальцы были внутри неё, а рот посасывал и покусывал её клитор. Он дождался, когда она кончит, но сил сдерживаться у него больше не было. Он и так ждал слишком долго и теперь не дал ей ни минуты перед тем, как прижать её сверху всем своим весом и вонзиться сразу глубоко и жёстко. У него вырвался грудной стон от ощущения полного контакта, он подтянул одну из её ног к груди и обхватил руками её попку, поворачивая её под другим углом. – Чёрт, как я скучал по этому. Я скучал по тому, какая ты тугая, и по твоим распутным стонам. Блядство, любовь моя, я долго не продержусь. Она, как всегда, застонала от его слов и начала помогать, втрахивая себя в него. Когда он почувствовал, что она снова вот-вот кончит, он опустил одну руку и начал массировать её клитор, чередуя давление и щипки, а когда она начала кричать, он снова заговорил с ней. – Мне нужно, чтобы ты кончила ещё раз, проказница. Будь моей маленькой грëбаной шлюшкой, я знаю, ты будешь ею для меня, и выдои мой член, – этого было достаточно, чтобы она кончила, закричав, и вскоре он сам с громким криком последовал за ней. Драко перевернулся на бок, довольный, улыбающийся. Он протянул к ней руку, но Гермиона быстро поднялась с кровати, прежде чем он успел закончить движение. Она собрала свою одежду и обувь, подобрала волшебные палочки и направилась к двери. Прежде чем она успела выйти, он в замешательстве окликнул её. – Гермиона! Куда ты уходишь? – В мою комнату, конечно. Он встал, быстро подошёл к ней и положил руку ей на плечо, разворачивая ведьму к себе. – Ты можешь остаться, ты же знаешь. – Знаю, но не хочу. Я пришла сюда только чтобы трахнуть тебя, а теперь мне нужно отдохнуть. Спокойной ночи, Драко. И она ушла, закрыв за собой дверь, даже не оглянувшись.