Глава III

Хела спала в своей кровати из морских губок на камне, ее сон был очень тревожным — даже во сне она чувствовала дискомфорт и постоянные боли в теле, а снилось ей, как будто она в виде летучей рыбы выпрыгивает из гигантских волн, снова залетая в них обратно, но после очередного прыжка Хела увидела, как летит прямо в пасть гигантскому морскому змею, что заставило ее в ужасе вскрикнуть. С трудом проснувшись, она поправила морские губки и хрустнула спиной. Сегодня она собирается продать некоторые украденные из потопленного корабля ракушки ювелирам. Деньги на переезд в Элефтерию и все необходимое он копил уже не первый месяц, и прятал их в яме под каменным основанием своей кровати, она боялась, что другие чао испугаются таких больших сумм монет и заподозрят неладное. Она взяла с полки пару маленьких красивых раковин и выплыла из своего каменного дома, расположенного на дне моря, ее путь к рынку лежал через длинную улицу с такими же жилыми домами, впрочем, о каких улицах может идти речь в подводном городе, когда ты спокойно можешь плыть к месту назначения хоть у поверхности воды? Хела проплыла через заросли ламинарии, заодно позавтракав небольшими рифовыми рыбками, добравшись до рынка она увидела и других пиратов, которые вчера нещадно кромсали беззащитных кордосов вместе с ним. Хела тут же отвела от них взгляд и отплыла в сторону, чтобы не пересекаться с ними и у ни у кого не возникло мысли о его возможном сотрудничестве с ними. В Кехто было несколько ювелирщиков, и все они мастерили украшения по-разному: кто-то делал ожерелья, кто-то фигурки, и все они жадно покупали редкие раковины, которые им могли предложить. Хела же передумала продавать драгоценности ювелирщикам, потому что ее товарищи уже завалили их ими, и ей не хотелось казаться причастным к «внезапной массовой продаже редких раковин», поэтому его взгляд пал на маленькую лавку коллекционера. - Что ты можешь мне предложить, о могучая тигрица? - с энтузиазмом спросил ее коллекционер. Хелу иногда называли «тигрицей» из-за того, что она относится к водным чао-тигровым акулам, они в свою очередь были несколько крупнее и сильнее обычных чао-акул. Ее тигриный облик дополняли и без того крупные мышцы, но и шрамы, а также ее красная чешуя с бардовыми полосками и прищуренные янтарные глаза. Помимо мышц из ее тела торчали ребра от голода, они медленно поднимались и опускались каждый раз, когда она делала вдох. - Ракушки, - кратко ответила Хела и положила их коллекционеру в руку. - Так, давай посмотрим на сколько это выйдет… Сам коллекционер был очень маленького и щуплого телосложения, летний голод лишь дополнял его истощенный образ, он был синевато-перламутрового цвета, его плавники были красными, с кучей маленьких черных пятнышек, это выдавало его как чао-рыбку гуппи, просто беспомощных водных, которых чао тигровой акулы мог откинуть с одного удара на несколько метров, сама Хела уже полакомился маленькими гуппи по дороге сюда. Коллекционер нервно вертел ракушки в своих лапках, очевидно побаиваясь внушительных габаритов Хелы, но вскоре он произнес: - Это… это… они очень рекдие! Я дам тебе за них 1000… хотя… нет, 1600 мильников! Чао-гуппи снова с трясущимися руками выдал Хеле целую гору монет из чистого серебра. - Ой… прости… тебе… наверное… будет удобно нести все это в мешке, так ведь? Хела молча кивнула и стала наблюдать как коллекционер судорожно сметает все в мешок из водорослей, боясь не доложить хоть монету. Тигрица молча продолжала наблюдать за этим, он понимал, почему другие чао его так сильно бояться, но она правда не стремилась убивать кого-либо, если у этого нет выгоды. — Держи свой мешочек, хорошего вам дня, тигрица! - после чего коллекционер спрятался под каменный стол, наблюдая, как "опасная хищница" отдаляется от него. "Так... на протезы нужны 15 тысяч мильников... на дом... 6 тысяч... У меня уже есть около 19 тысяч... Неужели этого хватит......." Естественно, у нее дома не лежало буквально 19 тысяч монет по отдельности, у каждой монеты был разный номинал, и самый большой был у чисто золотой монеты в 100 мильников. Монета в 1 мильник была чисто серебряной, но чем больше был номинал, тем больше золота было в сплаве. Она была полностью погружена в счет, и не могла поверить в то, что на этот раз она сумела собрать нужную сумму, эта мысль сеяла в ней надежду, надежду на то, что ей больше не придется утолять звериный голод лишь мелкими рыбешками, возможно, она даже сможет ходить в отдаленные места, близкие к лесу, и убивать местных зверей, чтобы лишний раз попробовать вкушать сладкую полною крови плоть. Хела чуть улыбнулась и скорее вновь спрятала полученные деньги под "кровать" и собралась плыть на работу. Хела вела двойную жизнь — по выходным она выходила топить корабли, а по будням таскала камни и строила новые жилые дома. В этом году из-за особенного летнего голода было много смертей и некоторые уже построенные дома пустели, так что Хеле не приходилось строить много, но в то же время на ее "легальной работе" она получала лишь гроши, и внезапное богатство слишком странно бы выглядело со стороны очень бедных рабочих, так что Хела делала вид, что не покладала рук на работе и годами копила мильники, зарабатывая все честным путем. На этот раз ей нужно было всего лишь сделать "окно" в построенном доме, так что она взяла кувалду и гвоздь, чтобы продырявить стену насквозь. Рабочий день прошел достаточно незаметно и монотонно, и уставшая Хела вечером лишь мечтала о том, чтобы спрятаться в своей кроватке из мягких губок и вновь забыть обо всем, но ей нужно было приобрести ноги и аппарат дыхания — сейчас или никогда. Так что она взяла множество монет и положила их всех в приобретенный этим днем мешок, от таких денег он неслабо растянулся и со стороны казалось, что мешок вот-вот порвется, но этого не происходило. Хела направилась к поверхности воды, на мостике располагался специальный магазин, построенный земными специально для водных — именно в нем можно было приобрести современную на тот момент технику. Всплывать было очень тяжело, практически невозможно. Огромный груз невыносимо давил на плечи и тянул вниз, в какой-то момент Хеле стало тяжело дышать. И вот, собравшись с силами, она кинула тяжеленный мешок вверх и он приземлился прямо на мостик. Тигрица вскоре также оказалась на поверхности, она тяжело дышала, периодически опуская голову в воду, чтобы отдышаться. Опираясь на мускулистые руки она забралась на мостик и неуклюже поползла в магазин. На какой-то миг Хела возненавидела весь род земных чао, что мало ей пришлось тащить такую огромную кучу монет, так еще и до магазина нужно было еще немного добраться ползком, со стороны она извивалась как червяк, но все же она решительно отворила дверь и подвинула еще куда более тяжелый мешок к продавцу. — Сделайте... все... поставьте протезы... аппарат... - она все еще переводил дух, так еще и времени дышать чистым воздухом без воды оставалось немного, Хела очень хотела окунуть голову в воду, но она отметала это желание, иначе бы ей снова пришлось ползти по кривым доскам, которые местами вонзали в его шкуру занозы. Земной кассир свысока посмотрел на тигра и взял мешок. Все мильники высыпались ему на стол. Продавец достал маленькие круглые очки из своей сумки, и стал считать. Делал он это с невероятной скоростью — Хела не мог уследить за тем, как быстро он перебирает монеты, а уж тем более как он произносит числа вслух. Прошла минута, и кассир снял свои очки. — Пройдемте со мной в палату. — Ага... водных еще ходить заставляете, еще бы заставили в забеге участвовать, сюда доползи, туда пройди... Когда решите посетить Кехто то мы заставим вас это сделать без кислородных баллонов, умник. Хела тут же поняла, насколько хамски она себя повела, но кассир будто всего этого не слышал, он лишь молча пошел в комнату, где присоединяют протезы, и оставил дверь открытой. Хела лишь в очередной раз тихо выругалась, и стала ползти по полу из белого камня, опираясь на мускулистые руки. Земной лишь закрыл за ним дверь и он приступил к делу, поэтому завтрашний день в жизни Хелы станет для нее совершенно другим.