Глава IV

Целест должен был выдвигаться в Элефтерию, чтобы обсудить планы по отслеживанию пиратов. Накануне Торф сообщил, что воздушный клан не будет против сотрудничать, чтобы наказывать водных. Но все не так просто — все дело в снеге. Любой огненный дотронувшись до снега моментально превратит его в воду и обожжется, поэтому ему нужна была специальная броня не только для сражения с водными, и желательно из металла полегче. Торфу было настолько наплевать, что он даже не приготовил защитную броню для нее, а наставил, что ей придется клянчить ее у кузнеца самой. Целест был очень бедным — несмотря на работу от самого монарха, получал он за нее лишь бесконечные упреки и одни гроши, в связи с чем он часто голодал и его дом не ремонтировался вот уже не первый год, из-за чего некоторые кирпичи треснули. Казалось бы, хуже уже некуда, но дом был близок к морю — внутри постройки постоянно было влажно, и ему было очень трудно дышать из-за этого. Так или иначе, Целест покинул свой покосившийся домик и отправился к кузнецу, собираясь просить его об услуге чуть ли на коленях. Он, сгорбившись, шел по узким улицам меж черных двухэтажных домов, ловя на себя косые, полные презрения взгляды. Хотя и он не летал по Дунгнаму на огненных крыльях, тем самым стараясь не привлекать к себе много внимания, окружающие продолжали смотреть на него с недоверием, потому что он был гибридом. Хоть Целест тоже боялся воды как все огненные, его продолжали ненавидеть за его смешанное происхождение - репутация среди соплеменников всегда была на нуле. Он посмотрел вниз и увидел здание из камня, рядом с ним была табличка — "Кузнец". Отворив дверь и пройдя дальше он увидел огненного за работой, он делал какие-то наколенники из металла. — Здравствуйте... вы скоро закончите? — Уже все, — холодно ответил кузнец, не смотря на него. — У меня для вас есть предложение... понимаете, правитель поручил мне посетить Элефтерию... Не можете сделать защитную броню, из... алюминия?.. Пожалуйста, я не из богатых. Целест разжал кулак, показывая кузнецу смятую бумажку, на которой красовалась золотистая подпись Торфа, едва поблескивающая от света огня печи. Этот "документ" был доказательством работы на монарха и позволял Целесту получать различные льготы, начиная от брони и заканчивая лекарствами. Кузнец сначала посмотрел на огненного шторма и немного помедлил, но заметив документ отряхнулся, и его лицо из отвращения к гибриду перешло в изумление. — Не работая бы ты на правителя, я бы послал тебя куда подальше. Кузнец стал очень внимательно рассматривать его. — Мне нужно понять, какого размера твои крылышки, расправь их. Он послушно расправил крылья во весь размах, и тут же его неказистые синеватые перышки вспыхнули пурпурным пламенем, да так ярко, что на момент осветили всю тесную и темную кузницу. Кузнец с негодованием смотрел на его горящие крылья, подойдя к нему сзади и еще раз рассмотрел, словно мысленно делая мерки. — Боюсь, нагрудника у тебя не будет. — Огонь, верно?.. — Вряд ли какой-либо металл сможет выдержать такую температуру постоянно, поэтому я смогу сделать тебе только поножи, нарукавники, ботинки, шлем и перчатки. — Надеюсь, этого будет достаточно... Кузнец отвернулся, и Целест добавил: — Ах... и да... мне нужна броня с условием полета... — Сделаю из алюминия. Надеюсь, через пару дней управлюсь. — Спасибо... Он проводил его к выходу и закрыл дверь кузницы на ключ. — До свидания и еще раз спасибо! Кузнец ничего не ответил, а лишь молча стал удаляться от него, как-будто игнорируя ее существование. Ему вновь стало грустно, ему нередко было противно от себя, от своего происхождения, почему его мать вообще решила, что завести птенца с воздушным это хорошая идея? Он посмотрел на свое тело и закрыл глаза, не желая видеть этих перьев, он хотел, чтобы вместо них как у всех огненных у нее росла шерсть, чтобы у него не было этих дурацких гигантских ушей и огненных крыльев, которые только разрушали все вокруг. Целест лишь молча побрел домой, насыпав пепел на свою кровать и воспламенив его при помощи своих когтей-спичек, теплый огонь немного успокоил его, и чувствовав лишь приятный жар огня да ветер, дувший из потрескавшихся кирпичей, он провалился в сон. Через несколько дней утром Целест пришел забрать свои доспехи, броня очень красиво поблескивала и переливалась на солнце, а отполирована она была идеально. Целест уже приходил проверить свою броню на протяжении нескольких дней, на что кузнец отвечал ей, что она еще не готова. Снова сказав спасибо, он надел доспехи и сразу же почувствовал, что они были ему несколько малы, особенно тяжело было двигать ногами, впрочем, огненный воин надеялсс к этому привыкнуть, ведь главное, что ничто не стесняло движения его крыльев. Он устремился ввысь и полетел в Элефтерию, злясь на Торфа, что ему пришлось заказывать доспехи самому. Полет в столицу воздушных — дело не из легких, город располагался на вершине трехкилометровой горной цепи, и поэтому Целест с трудом делала каждый взмах, добираясь до него. Под ним расстилалась Элефтерия — все маленькие дома были сплошь покрыты снегом, и жители активно перелетали с веревки на веревку, растянутых по крышам домов над улицами. Он старался приземлиться перед замком, чтобы никого не задеть, но увы — пикируя он врезался в летящего со скоростью пули гражданина. Воитель закричал и врезался в кирпичную дорогу. Небольшой слой снега вовсе не смягчил его падение. Перед его глазами все поплыло и потемнело — в ушах невыносимо звенело и подпирало чувство тошноты. Хоть на нем и был шлем, он не особо защитил — алюминий для подобных целей слишком плох. Подняв голову, на снегу он увидел капли крови. Целест едва заставил себя встать на ноги, как вдруг он услышал крики. Повернув голову, он увидел катающегося по снегу воздушного, вскоре он перестал двигаться и лишь тяжело дышал, переводя дух. Пошатываясь, раненая подошла к нему и спросила, что случилось. — Огонь... гребаный огонь... откуда?.. Неужели... от тебя...? Бирюзовый воздушный в ужасе посмотрел на Целеста, не понимая, как он мог поджечь свою спину, когда летел, но когда его взгляд пал на ее шип на кончике клюва, вопросы мигом отпали. — Огненный шторм... Незнакомец с неприязнью отступил. — Что ты забыл в Элефтерии, тем более в броне? — Простите пожалуйста, я правда не хотел... мне... мне нужно было сюда прилететь, по указу монарха... — Все ясно. Воздушный отвернулся от Целеста, расправив свои обугленные крылья, он улетел прочь. Голова все еще гудела, но ему не стоило тратить время зря, и он пошел к замку воздушных чао. Внешне он был построен из белого камня, он был куда меньше и гораздо скромнее, поднимаясь по крошечным ступенькам она подошла к двери. Охранники узнали огненного шторма, и впустили воителя внутрь. Пройдя дальше он увидел правительницу воздушных чао — Глафиру. Рядом с ней стояли еще несколько крылатых воинов. Глафира оптимистично поприветствовала гостью из Дунгнама: — Привет-привет, как ты уже наверное понял, теперь ты не будешь преследовать нарушителей закона в одиночку, поприветствуй своих товарищей. Все это время Глафира активно жестикулировала и словно подтанцовывала: она махнула рукой, показывая Целесту на ее коллег. — Тебе придется некоторое время пожить у нас, пока пираты не будут пойманы до единого, надеюсь, ты сдружишься с ними. Я уже сняла для тебя жилье, держи свой ключ. Глафира аккуратно положила ключ прямо ей в руку и улыбнулась, смотря на огненного шторма. Гостья засмущалась и отвела взгляд в сторону, она таяла от такого гостеприимства. — Спаси... — Когда вылетаем, Глафира? Целестина тут же отдернулась от того  что ее перебили — это была белая воительница, выского роста и с очень длинной шеей. — Когда нам сообщат о следующем заплыве корабля кордосов или кролов, пока никаких новостей нет. — Значит, нам можно идти? — спросил зеленый воин. — Именно так. — ответила Глафира. Компания воздушных тут же рассыпалась и разлетелась по домам, однако огненная не собиралась больше летать по Элефтерии — слишком высок шанс кого-либо поджечь. Он мирно побрел вниз от замка, минуя перекресток и идя все ниже и ниже, улицы Элефтерии были настоящим адом для пеших прогулок — слишком непредсказуем здешний ландшафт, на одном пятачке была возвышенность, а спустя пару метров дорога круто вела вниз, едва ли не к обрыву, однако тропы были кое-как были уложены рыжеватой каменной плиткой исключительно для красоты. Целест с кружащейся головой с трудом обхватил горку, его адрес на брелке ключей был — "ул. Сидриха, 46". С этой горки правой рукой он схатился за очередной холм и вздыхая, взобрался на него. Осталось лишь пройти всего лишь жалких четыре метра направо, обогнув обрыв. На этом обрыве росли жалкие кусты и травинки, да и те были мертвые от сковывающего их холода. Целест открыла дверь ключом, дом как всегда был не из лучших — но зато он был лучше, в Дунгнаме. Стены дома были из мела, а на полу скрипели доски, вся мебель также была деревянной. Он сняла с себя всю броню и небрежно раскидал ее на диване, он заметил, что шлем деформировался и испачкался кровью от его удара об землю. Пройдя в другую комнату огненный увидел прекрасную кроватку, даже издалека выглядящую невероятно мягко, тут же Целест разнервничался, потому что боялся, что все здесь нечаянно сожжет. Он взял веревку из сундука и перевязал свои крылья. Улегшись на мягкой кроватке, Целест подумал, что ему стоило бы познакомиться со своими коллегами поближе, а пока он немного отдохнет. Элефтерия на один момент и правда показалась ей родным домом, хоть он и по прежнему не пользовался хорошей репутацией. В отличие от Торфа, Глафира была доброй и отзывчивой, не относившейся к своим подданным как к рабам. Целест бы правда хотел, чтобы его хоть где-нибудь признавали и кто-то крепко любил. Он лишь сильнее сжался, перебивая вновь наступавшую тошноту.