Счастливый ребёнок

Пролог: Он мчался в бурю, туман рассекши, Он мчался быстро, как всегда, С ним белых лошадей триада, Он не вернётся никогда! И взрослый мальчик убрал игрушки, Коней и бравого стрельца, Ну, вот и всё, прощаюсь с детством, Встречайте юного бойца! Счастливый ребёнок Утро. За тонкой струящейся тюлью забрезжил золотистый рассвет, девочка раскрыла свои светлые глаза и сладко потянулась. Она встала с кровати и обыденно подошла к окну, открыв его с негромким скрипучим звуком, глубоко вздохнула тёплый, летний воздух. За окном - Сказка! Она всегда вставала в такое интересное время - в такое время, когда роса уже начинает пропадать, а ещё нетронутая сверкает на уже взошедшем солнце, когда люди, чьи дела не терпят отлагательств уже устали, а свободные только начали утреннюю рутину. Звуки пригорода Лондона в это время были слышны и разносились по ветру: Колокол местной церквушки радостно звенел, соседи мирно разговаривали, верно завтракали, у кого-то бормотал телевизор, а у других в двориках блеяли козы, петухи ещё с появлением первого утреннего лучика докучают своим владельцам криками. С виду почти ничего в мирном пригороде Лондона не говорило о том, что идëт война, по крайней мере для ребëнка. Маленькая девочка не замечала почти ничего особенного. Сейчас она смотрела в окно, туда, куда мог дотянуться только детский любопытный взгляд, там виднелся Ла-Манш, хотя взрослые и считали, нельзя дотянуться так далеко взглядом и нельзя ощутить трепет его воды. Но тут уж взрослые неправы, фантазия порой может показать и Африку, и даже дать к ней прикоснуться. Всë возможно, только нужно представить. Маленькая девочка часто представляла себе разные интересные вещи, однажды утром она увидела бесхозное вишнёвое дерево, позже она забралась на него по витиевато изогнутым ветвям, тогда девочка вообразила, что маленькие зелёные ягодки, которые мерно колебались - это лесные феи. И провела много времени в кроне раскидистой вишни, представляя, как играет с феями и размышляла обо всём. Теплый ветерок колыхал листья, которые играли ни на что непохожие мелодии. Лето так чудесно! Но, кажется, пора идти домой. Вечером, перед сном мама и папа обнимали дочку и читали ей сказку, а перед сном в её голове крутились слова: Я СЧАСТЛИВЫЙ РЕБЁНОК! По утрам еë будили петухи, они и правда рано просыпаются, а девочка сопротивлялась, упорно пытаясь уснуть. Зато, еë мама просыпалась сразу, её шаги ещё с раннего утра разносились по дому быстро и приглушённо: «Тук, тук, тук» по ковру. Мама делала что-то родительское, быть может. Она была красивой: Её волосы были пшеничного цвета, глаза светло-голубые, как у её дочери, черты лица тонкие, почти острые, а тело тонкое и изящное, словно бы невесомое. Мама была очень доброй, часто улыбалась, они с дочкой много делали вместе: днём ходили на рынок, смотрели в окно, девочка часто посвящала маме свои истории, которые она придумала накануне, а раньше мама отводила её в школу, но сейчас школы уже давно не работают. Маленький ребёнок, стоя у окна, вспоминала что-то, но очнулась, когда её окликнула мама: -Эмми, с добрым утром, спускайся к нам, поможешь отцу. – Крикнула мама, Она развешивала вещи сушиться в саду. -Хорошо.- Эмми, едва ответив, побежала вниз по лестнице. Она таким рывком открыла дверь, что та с грохотом стукнулась о стену дома и оттолкнулась, оставив зазор. Дочка подбежала к отцу, когда он стукнул топором по последнему полену: “ Хрясь…”, выпрямился и сказал: -Отнеси их, пожалуйста. Будь осторожнее, не уколись. - И наклонился чуть ниже, чтобы поцеловать дочурку в щёку, попутно обколов Эмму кустистой бородой. Она засмеялась – папина борода кололась, это всегда смешило её. Папа был очень добрый, сильный и заботливый, любил играть. Его друзья называли его Джоном, но она знала, что это - шутка, ведь его имя - Папа. (Но друзья его давно разъехались, теперь тут живёт очень мало мужчин.) Волосы у него были, как у Эммы – чёрные. Улыбчивые, чёрные глаза-жуки. Она почти справилась с поручением, как послышался тихий, но усиливающийся гул… -О, смотрите, - девочка направила палец в небо, явно указывая на огромный военный самолёт, и запрыгала. Родители не разделили её веселья, а напротив: мать уронила собранные яблоки, а отец стал мрачнее тучи. Они забежали в дом, Эмме оставалось лишь побежать за родителями, она же знала, это - просто птицы из железа, так говорила ей мать, она везёт на спине людей, она точно не сделает плохого, и чего все так пугаются…каждый раз? Да, это был не первый раз, когда пролетали самолёты и каждый раз все прятались. Они ещё целый час не выходили из дому, в это время Эмма смотрела в окно на птиц, не волнуясь ни о чëм. Хотя волновалась... Теперь, например, нельзя было вечером смотреть телевизор и включать свет. Электричество и радио стали часто отключать. Из-за войны никто больше не ходил в школу. И из-за той же войны проводили учения. Там неприятно, иногда даже страшно, особенно, когда все взрослые по приказу строгого дяди одновременно одевали жуткие маски, к тому же очень неприятно надевать эту маску самой, она тянула, в ней было сложно дышать, мешал и неприятный запах. Хотя по большей части учения - это были разговоры, где строгий дядя долго и скучно объяснял взрослые неинтересности, задавал вопросы родителям и всем, кто жил в этом районе. Ходить туда было обязательно, они быстро подходили к покосившемуся домишке, и спускались в огромный подвал, там и проводились эти собрания. Тут даже нельзя кричать, чтобы слышать, как тебе много раз вторит твой же голос. Скучно, очень скучно. Но раньше было интересно, потому что на учения приходила девочка приблизительно такая же, как Эмма, её звали Абигейл. Тогда тут было больше людей, и интересней было с подругой. Долгое отсутствие общения со сверстниками, пробуждало жажду любого общения, а потому девочки легко нашли общий язык. Им ,в силу возраста, не были важны собрания, и они увлечённо чем-то занимались, но в последнее время они не приходили, ни Абигейл ни её мама. Может быть, они уехали? В любом случае, Эмми теперь сидела с мамой и папой, хотела было слушать строгого мужчину, но это не выходило: - В последнее время в нашем районе осталось, как вы знаете, совсем немного семей, и как вы знаете, это бомбоубежище рассчитано на 50 человек, а нас,- тучный мужчина пересчитал присутствующих,- 39 , поэтому, если где-то не будет хватать места, то людей добавят к нам... Мы будем надеяться, что ничего не произойдëт, но даже, если что-то и будет, мы, наверняка, узнаем заранее....