Первое убийство. (8 сентября.1940. Утро.)

Гоззо ходил с винтовкой, солнце уже встало, он боялся, боялся найти человека, он не хотел убивать. Периодически парень слышал выстрелы, и каждый разрывал его изнутри - умирал ещё один человек. Он ощущал себя, как натянутая струна, которую незадачливый музыкант всё никак не решается отпустить, но понимает, что рано или поздно это сделать придётся. Его обострившееся чутьё было способно различить даже колыхания утихшего ветра. Так тянулись запредельно долгие минуты. Неожиданно Брайт услышал детский стон, от страха у него упало сердце. Что-то бесформенное и маленькое лежало на земле, между руин недавно жилых домов. И боже, кажется, это – ребенок! Он поднял винтовку, руки его тряслись. Вновь *мурашки по коже*, этот душераздирающий, сдавленный стон, заставил отвести оружие от окровавленного ребёнка. Невозможно было определить, сможет ли оно жить??? В порванную ткань, всю в земле и крови, тело свернулось клубочком и дрожало, оно хрипело. Ребёнок, ребёнок хрипел. Гоззо боялся подойти, но держал винтовку нацеленной. Ребёнок вскрикнул и сжал кулачками траву. Фишер, кажется, услышал эти леденящие душу звуки и видимо подошёл убедиться, как всё пройдёт. Только не это: - Брайт, давай, убей ее, иначе я убью тебя! - Брэд всё ещё наблюдал за ним своими строгими глазами, один из которых был прорезан шрамом. Гоззо стоял к нему спиной, он словно окаменел, не владел собой, однако он нашёл в себе силы подбежать и стремительно бросился вниз, приземлившись на колени, он увидел пустое, без эмоций, мертвеющее личико ребёнка. Это была девочка. Нащупал пульс - вдруг она всё-таки уже мертва, нет - жива. Вдруг она слегка приоткрыла светлые глаза, и завизжала, но издала лишь сдавленный хрип, и что-то в парне сломалось окончательно. -Я не могу. - Сказал Гоззо. -Сделай ты или сделаю я!- сказал Брэдли Фишер, доставая револьвер из кобуры. Брайту уже было безразлично прикончат его или нет, но убивать ребёнка он не будет. - НЕТ, вы не поймёте!- из глаз его вопреки воли брызнули слёзы - Она жива, и выживет, и будет жить!!! - Я не буду в этом участвовать, я доложу о тебе, если кто-то узнает, что при мне какой-то недоеврей не справился с элементарной просьбой, меня убьют из-за тебя. Гоззо умоляюще упал на колени. Сковывающие его чары спали, как никогда прежде он ощутил реальность, ощутил себя живым. Когда-то давно, когда ему было, как сейчас этой девочке, он играл в «войнушку», и никогда и не думал о том, что такое война. У него было 3 коня, и один солдатик, стрелок. «Войнушка» для него была частью детства, и только недавно он понял, насколько эта игрушка серьёзная. Двое суток назад он лишился всего, он должен сделать всё, чтобы спасти ребёнка, она ещё не выросла, почти ничего не узнала, она должна жить, и если сейчас придётся умереть, то он готов. - Встань, - твёрдым тихим голосом приказал темноволосый руководитель пленного отряда. Светлый еврей повиновался.- Просто убей, она не выживет, ты видишь, как она страдает. – Он переходил на крик, заглушаемый рокотом военного утра. - Мне самому слож…- он оборвал себя на полуслове. Девочка снова застонала, - только потому, что сам не люблю убивать….- голос мужчины сел и грубость в нём поутихла, он спрятал револьвер в кобуру. - Эх… не смей попасться кому-то на глаза.… Если тебя увидят…- Брэд не стал заканчивать предложение. - Спасибо, я постараюсь… Гоззо поднял маленькое тельце, укрыл его своей одеждой и убежал в чёрное, пыльное облако. Первое убийство Гоззо Брайта обернулось спасением, мысль, что девочка будет жить, согревала его душу. «Она будет спасена!». А Фишер остался стоять остолбенелый, его плечи осели, а растерянность ощущалась почти физически. Брэдли стоял и обескураженно смотрел в пыльное облако, в котором исчез этот пленник с девочкой на руках. Сейчас Фишер стоит здесь, на месте, где сутки назад жили люди. А теперь это место - взорванный город, где не осталось ничего, кроме полуразвалившихся стен. Фишер смотрел на всё это с запредельной болью и больше не мог ничего сделать. Как могло дойти до такого? В голове его проворачивалась целая жизнь в ужасающе быстрой перемотке.