Вместо эпилога

Леди Джейн Ланкастер обычно просыпалась рано. Раньше всех в ее доме. Сначала уютный коттедж наполнялся запахом превосходно сваренного кофе, потом – шкворчанием яичницы, потом – ароматом свежих булочек, которые она пекла каждые три дня. Или ароматом вишневого джема, который она варила каждое лето, или ароматом коричного пудинга, если дело было зимой, или тыквенных тарталеток, если на дворе была осень и требовалось срочно улучшить всем настроение. Но в этот чудесный майский день она проспала. И ее разбудил голос сына, который уселся на ее постели, потряс ее за плечо и сказал: - Мама. Ты совершенно забыла? Тогда леди Джейн приоткрыла один глаз. Юный Джейме был человеком практического склада. Он любил делать несколько дел сразу. Вот и сегодня, умывшись, одевшись и застегнув все пуговички (а таковых в ту пору на детской одежде было ох как много), он шлепнулся на широкую кровать леди Джейн и принялся грызть большое красное яблоко. - Только не бросай огрызок на постель, умоляю, - пробормотала миссис Ланкастер. – И я ничего не забыла… - Сегодня все будут меня поздравлять. - Да, так уж совпало. - Яблоко хочешь? - Нет, спасибо, доешь сам. Ты из-за именин так рано поднялся? - Да. А еще мне приснился дракон. Он дышал огнем, летел высоко над морем, искал какой-то волшебный остров… - Дракон, вот как. Может быть, мисс Ари переусердствовала с пряностями, когда вы готовили… Что вы там с ней приготовили? - Острую лапшу по-сычуаньски. Пора ее разбудить? - Ох, нет. Оставь бедняжку в покое, - леди Джейн села на постели и протерла глаза. – Вчера карета так поздно приехала, а еще и ужинали за полночь. Пусть хоть кто-то здесь выспится. И ступай на кухню, я скоро приду. Сегодня не только твой день рождения, но и день булочек. - Увы, - надулся юный джентльмен. – Но да. Суровый тон его матери был ему знаком, однако ничуть не пугал. Он повис на шее у леди Джейн, расцеловал ее в обе щеки, позволил поцеловать себя в макушку – и убежал. День обещал быть прекрасным, хотя с самого утра над морем ходили какие-то тучки. Но дождя не было. В саду распускались цветы, птицы оглашали округу своим прелестным пением, а когда мисс Ари, гостившая в коттедже, спустилась к завтраку, на столе уже дымились первые булочки. Девушка развернула газету, пробежалась по строкам: - Ого! Так он не соврал. - О, Господи, нет. - Ваш Дэви написал заметку, прямо даже целую статью! - Этот маленький клеветник… - Он стал большим писателем. И модным. Алессандра так говорит. Она в них разбирается. Хотите, я вам прочту? Здесь правда все очень мило! - Нет, - отмахнулась леди Джейн. – И зачем он только это выдумывает? Неужели за глупые, г пасквили так хорошо платят?! Но явившийся к завтраку Джейме потребовал подробностей. Ему нравилось, когда читают вслух, хотя он уже и сам неплохо справлялся. Мисс Ари прочитала начало большой статьи с большим выражением и почти нараспев: «Говорят, что этот старинный особняк, переживший страшный пожар, был полностью восстановлен силами местных работяг-ирландцев и на средства владелицы, леди Ланкастер. Нетрудно поверить, дорогой мой читатель, ибо поместье Утес было и остается украшением сумрачного сассекского пейзажа, а миссис Ланкастер, ныне вдова, была и остается богатейшей женщиной южной Англии. Но вот во что поверить совершенно невозможно, так это в то, что после реставрации миссис Ланкастер направила еще больше средств на то, чтобы устроить в поместье школу для деревенских детей. А также в то, что эта достойная дама, при жизни ее мужа блиставшая на всех балах Белгравии, переехала в скромный маленький деревенский коттедж вместо огромного особняка. Nota bene: вашему покорному слуге довелось знавать эту особу прежде. Она не отличалась ни щедростью, ни благородством нрава, ни малейшей склонностью к благотворительным начинаниям. И все же результат налицо, а мы желаем оставаться объективными. Не менее дюжины детей из самых низов общества ежедневно, круглый год, за исключением летних каникул, получают тут не только образование, но и трехразовые обеды, а также тренируются в фехтовании и прочих спортивных упражнениях, что, по словам смотрительницы школы, мисс Алессандры Старк, «способствует укреплению тела и духа». А по словам преподавателя фехтования и стрельбы из лука, мистера Ханта (да простит нас читатель за эту цитату) «юнец, не знающий, как дать отпор всякой швали, ни черта не стоит в жизни». Мы отправились в Сассекс, чтобы, наконец, разобраться в этом поразительнейшем благотворительном феномене…» - Боже мой, - мрачно изрекла леди Джейн. А вот Джейме был очень горд. Мисс Ари тоже. - Правда, - сказала она, пролистывая газету, - про меня тут ни слова. Я, между прочим, тренирую их получше, чем доходяга Хант. Пф-ф. В кои-то веки этот воришка нашел честную работу, и все по вашей милости. А гордости, как у пэра. А еще Падрик отказался давать интервью… - И молодец. Я ему, впрочем, не запрещала. Он и сам у нас не промах. Этот Дэви… - Он пишет… Вот: «потрясающий эксперимент, доказывающий, что дети из низших слоев достойны получить образование, которое способствует их дальнейшему успеху. Остается лишь аплодировать» … - Полная и безбожная чушь, - упрямилась леди Ланкастер. Она не любила, когда кто-то начинал уж слишком превозносить ее школу. По правде сказать, единственной песней для ее ушей оставались возмущенные фырканья баронессы Талли на каждой церковной службе, когда отец Спарроу принимался хвалить леди Джейн за приложенные усилия и высокие нравственные подвиги. В такие минуты баронесса издавала звуки точь-в-точь как обиженная лошадь. И на лице леди Джейн, хотя и скрытом в первые три года траурной вуалью, появлялась самая высокомерная (а уж у нее-то имелась приличная коллекция) из ее улыбок. Вскоре завтрак был окончен, и, собрав булочки в четыре корзины, все трое отравились к поместью Утес. Джейме, шагавший рядом с дамами, не умолкал. Он строил всевозможные планы и предположения о том, какие подарки подарят ему мальчишки, Падрик, Хант, мисс Алессандра, Рори, дядюшка Терри, и так далее. Они обогнули скалу, чтобы полюбоваться утренним рассветом. Воздух вокруг пел, напоенный весной. Вдохнув полной грудью, леди Джейн оглядела свои владения. Дом на скале словно бы плыл в цвету яблоневых деревьев. Море дышало спокойствием. - Книжки, - сказал вдруг Джейме. – О, мама, я точно знаю, что мисс Алессандра подарит книги. Ведь осенью я пойду в школу, верно? Мне нужны учебники. Хотя я предпочел бы тот паровоз, помнишь, мы с тобой видали в витрине в Лондоне? Миссис Ланкастер только загадочно усмехнулась. Джейме побежал за бабочкой, и тогда, повернувшись к ней, Ари быстро проговорила: - Леди Джейн, я знаю, как много горя вы пережили. И этот дом, ведь он сгорел почти дотла, и вы едва не погибли, и… Вы остались совсем одна, и вы… Но вы сделали так много. Из-за этой статьи я вдруг поняла, что еще ни разу вам не сказала. Я очень благодарна вам за то, что вы забрали к себе Алессандру. Моя сестра из тех, кому непременно хочется делать благие дела. У всяких богачей, где служила прежде, она пережила много неприятных минут. Ей всегда был нужен кто-то, кто заступится за нее, глупышку. Конечно, я с этим разобралась… - Не нужно, - поморщилась леди Джейн. – Право же, мне вовсе не обязательно это знать. - Но теперь мы все счастливы. Скажите же, что счастливы и вы. - Пожалуй, - тихо заметила миссис Ланкастер. – Я никогда не умела ответить на этот вопрос, Ари, детка. - Я только немного скучаю по мистеру Шейну. Правда. От него было бы столько пользы в нашей школе! Мистер Шейн… - Он не вернется, - грустно ответила леди Джейн. – Это я знаю наверняка. - Да, да, конечно, но… Он был добр ко мне и к сестре. И на это леди Джейн лишь печально улыбнулась. - Я привезла Джейме в подарок лук и стрелы, но… Когда я вернусь к дедушке в город, непременно поищу этот паровоз, - Ари поспешила сменить тему. - О, не волнуйся. Мы с кузеном Терри уже все купили. - Он знает? – шепотом. - Но лучше пока не болтать. А не то будет столько шума! И они повернули к тропе на скалу, а вскоре были в поместье. Покуда раскладывали булочки и заваривали чай, появилась сонная мисс Старк. Она поправляла свой передник и шпильки в рыжих волосах. При виде сестры Алессандра обрадованно заулыбалась. Последовали приветствия, расспросы и болтовня, больше похожая на птичий щебет. Вскоре в дверном проеме начали появляться физиономии мальчишек. - Доброе утро, мэм! - Доброе утро, миссис Ланкастер! - Здрасьте, мисс Старк! - Доброе утро, дамы! Ах, как чудесно пахнет! Леди Джейн терпеливо отвечала каждому, успевая расставлять на подносах чашки и молочники и раскладывать теплые булочки. Ей было приятно представлять, как мальчики рассаживаются вокруг большого стола, галдят, спорят и завтракают перед первым уроком. Эта картина, какой бы отвратительно-слащавой не показалась она той, прежней мисс Мердстон, теперь доставляла ей лишь чувство покоя и умиротворения. Она раскладывала по мискам масло, мед, джем и сливки, и была так увлечена этим занятием, что не сразу услыхала топот маленьких ног. Явился Джейме, уже успевший со всеми перекинуться словцом, и, встав за спиной у матери торжественно изрек: - Вот и первый подарок! Гляди, что мне подарил Рори. Настоящий меч. Она так резко повернулась, что едва не опрокинула на себя заварочный чайник. Меч, который маленький Джейме едва мог поднять, сверкал в утренних лучах красноватой сталью. Лев на его рукояти скалился и рычал. Рубиновые глаза горели недобрым огоньком. - Где… Где ты это взял? Джейме испуганно попятился. Мисс Ари цокнула языком. - Я спрашиваю, ГДЕ ТЫ ЭТО ВЗЯЛ? Джейме, впервые в жизни узревший мать в таком состоянии, потрясенно пролепетал: - Это Рори мне подарил. Говорит, нашел под скалой… - Рори! – загремела миссис Ланкастер. Мальчишка влетел на кухню, покраснел, затоптался на месте и тотчас покаялся: - Клянусь вам, я ничего никогда не крал! Он валялся там, на песке! У самого моря! Наверное, его вынесло волнами! И здорово же походит на меч Шейна, я-то его неплохо помню! В этот момент, довершая переполох, на кухню вбежала побледневшая мисс Старк. - Мальчишки нашли на берегу какого-то бродягу. Говорят, он… Без сознания или вроде того, совсем плох. Может, ему нужна помощь? Ари! Это что, нож? Мисс Ари, единственная сохранившая хладнокровие при этих вестях, ухмыльнулась. Она привычным движением извлекла из-за голенища своего ботиночка маленький, узкий, как змеиное жало, кинжал: - По-твоему, я подойду к какому-то мужику безоружной? Да он там мечами раскидывается! - Беги за Хантом и Падриком, - велела миссис Ланкастер, поворачиваясь к остолбеневшему Рори. – Джейме! Оставайтесь все тут и не смейте за мною идти. Напрасные просьбы. Вскоре они спускались к берегу втроем – миссис Ланкастер, Джейме, тащивший в качестве оружия свой неподъемный меч и воинственная мисс Ари. Ветер вдруг окреп, стал рвать облака на клочки и разметал их по небу. Человек, лежавший в песке, шевельнулся, сел, затряс косматой, наполовину седой головой. Потом он поднял лицо. Леди Джейн стояла, крепко сжимая руку сына и глядела на него в упор. Губы у нее дрожали. Со скалы спускались по узкой тропинке Хант, Падрик, а за ними – конечно же – все мальчишки из школы для бедных детей. Ветер крепчал, волны подбирались все ближе, обещая скорый прилив. Наконец, человек на берегу неуклюже поднялся, постоял так – и снова рухнул на колени, совершенно без сил. - У него что, нету руки? Прямо как у отца, - тихо и завороженно проговорил Джейме. Леди Джейн, при всем желании, не могла ему ответить. В тот миг ей показалось, что она даже разучилась дышать. И тогда голос ее сына зазвенел, наливаясь отвагой. – Мама? Мама, ну что с тобой? Ему ведь нужно помочь!