Часть 3

Тишина в комнате давит на уши. Ноа застывает, не в силах пошевелиться. Она ждёт, что он сделает дальше. Мужчина встает с кресла. Он действительно высок – два метра роста, если не больше. Вблизи его глаза кажутся ещё более яркими, почти светящимися. Он подходит к ней, медленно, хищно. Ноа не отрывает от него взгляда, словно заворожённая. Он срывает с неё остатки рубашки, и она остаётся стоять обнажённой перед ним. Его глаза скользят по её телу, изучающе, оценивающе. Он прикасается к её груди, сжимает, проверяет упругость. Ноа вздрагивает, но не отстраняется. Она словно парализована. Затем он опускается на одно колено. Даже на коленях он не ниже нее. Он проводит рукой по её лону. – Раздвинь ноги, – произносит он, его голос хриплый. – Я осмотрю тебя внутри… живо! Ноа чувствует, как кровь приливает к лицу. Унижение и гнев борются в ней. Она хочет плюнуть ему в лицо, ударить, вырваться. Но она знает, что не сможет. Она слишком слаба. Она медленно раздвигает ноги, закрывая глаза. Она чувствует его взгляд, жаркий и пронизывающий. Она чувствует, как его пальцы касаются ее, грубо и настойчиво. Он углубляет прикосновение. Его пальцы проникают глубже, вторгаясь в ее тело с настойчивостью и бесцеремонностью. Ноа задыхается, чувствуя, как унижение смешивается с острым, незваным возбуждением. Это как осмотр товара, словно она драгоценный камень, который тщательно оценивают, чтобы определить его подлинность. Он касается ее так, будто изучает каждый изгиб, каждую текстуру. В его движениях нет похоти, только холодный, отстранённый интерес. Ноа чувствует себя полностью разобранной на части, лишенной достоинства. В голове пульсирует одно: бежать. тело словно приросло к полу, не давая ей сдвинуться с места. Она замирает, ожидая, что будет дальше. В его зеленых глазах плещется что-то темное и непонятное. Она видит в них не отражение себя, а лишь собственную беспомощность.