Часть 5. Понимание

      Мадара проснулся еще до рассвета и сразу отправился на охоту. Это обычное занятие, которым он привык заниматься с детства, помогало неплохо освежить голову. Ступая по замерзшей земле, он прислушивался к каждому шороху вокруг в поисках добычи. Но лес будто спал и окутывал округу тишиной.       За прошедшее время он уже начал привыкать к спокойствию вокруг, благодаря которому буря в душе утихала. Возможно, судьба не просто так оставила его в живых? Он до сих пор возвращался к размышлениям, как жить дальше и что делать, а сложившаяся ситуация как нельзя лучше к этому располагала. В какой-то момент Мадара поймал себя на мысли, что не хочет покидать это место. Впервые за долгие годы жизни он был свободен от всего: планов, целей, гнева… Впервые он пытался позволить себе насладиться окружающей его тишиной. Даже присутствие Хикари отчего-то его больше не напрягало.       После спонтанного разговора среди ночи он не мог перестать обдумывать ее историю. Ей явно было непросто все эти годы скрывать свое происхождение. Прятаться, не имея возможности с кем-то разделить эту ношу. А постоянное одиночество пагубно сказывается на состоянии души. Он это знал как никто другой.       Солнце возвышалось над горизонтом и пробуждало округу. Услышав треск веток, Мадара увидел оленя, который неспешно вышел из-за холма.       «Его должно хватить на некоторое время».       Вытащив кунай, он пригнулся и тихо направился к добыче.

***

      Хоть Мадаре давно не приходилось разделывать столь крупного зверя, руки вспомнили все сами. Расположившись недалеко от дома, он знал, что Хикари наблюдала за ним через окно все это время. Ополоснув руки водой из колодца, он подхватил часть мяса и направился в дом. Тепло. В воздухе ощущался аромат чая. На секунду прикрыв глаза, Мадара вдохнул полной грудью.       – Олень такой большой… Где мы будем его хранить, чтобы не испортился? – осторожно спросила Хикари, выглядывая из зала.       – Есть разные способы и даже пара техник. За это не стоит переживать, – спокойно ответил Мадара.       – Это радует. – Она улыбнулась. – Я никогда не жила в таких краях да и, честно говоря, в таких условиях тоже.       Мадара внимательно посмотрел на нее, но, почувствовав, как кровь от мяса начинала стекать по рукам, тут же отправился на кухню. Обернувшись, он заметил, что Хикари последовала за ним и остановилась позади.       – Может, мне чем-нибудь помочь? – поинтересовалась она.       – Нет, – ответил Мадара, но неприятное ощущение от собственного резкого тона заставило внутри что-то дернуться. – Тебе стоит лучше изучить местность, чтобы знать, где охотиться.       – Ага, – неуверенно сказала Хикари. – Ты…       – После того как поедим, я могу показать округу, – перебил Мадара, понимая, что она вряд ли сама сможет справиться с этой задачей.       – Было бы чудесно.       Хоть Мадара и не видел, он был уверен, что она улыбнулась. Мимолетно оглянувшись, он убедился в своих мыслях.       Хикари вернулась к ирори, а Мадара продолжил готовить. Для него до сих пор было удивительным, что именно она, Учиха, решила его спасти. Хотя спасением это трудно было назвать, ведь даже он не знал, что выживет. Да и то, что он помнил, мало походило на попытку спасения.       Мадара поставил мясо на котацу, на котором уже стоял свежий чай и чашки. Хикари подбрасывала поленья в ирори, а, завидев его, сразу же направилась за стол.       – Ты научилась пользоваться шаринганом? – спросил Мадара и опустился на дзабутон. – Он может помочь в охоте.       – Не особо, – ответила Хикари, а по ее лицу было понятно, что она удивлена началом диалога. – Я старалась его не использовать, только разве что на миссиях в критические моменты.       – И что, тебя так никто не смог раскрыть? – продолжил Мадара, отрезая кусок мяса.       – Все, кто смог, уже мертвы, – тихо ответила Хикари, и ее рука дрогнула. – Но, наверное, оно и к лучшему, неизвестно, что бы со мной тогда было. Скорее всего, меня бы заперли где-нибудь, допрашивали… Только с приходом Гаары-сама в Суне начались изменения в лучшую сторону. Раньше это было не лучшее место для жизни.       Мадара посмотрел на нее. Впервые за все время на Хикари больше не было очков, благодаря чему он смог увидеть всю боль, что скрывал ее взгляд.       – Почему ты пыталась спасти меня? – выпалил он, понимая, что слишком долго избегал этого вопроса. – Ты же знаешь, что я сделал.       – Я… – Хикари замялась и подняла глаза. – Я видела твой взгляд тогда… Мне казалось, что я понимаю… Мне просто захотелось помочь тебе. Может, я и не знаю мотивов, которые привели тебя на такой путь, но… Хоть я и была вынуждена сражаться вместе с альянсом шиноби, где-то в глубине души мне хотелось уснуть и проснуться в лучшем мире.       – У тебя получилось обрести его в иллюзии? – Мадара оставался сдержанным, хоть и не мог отрицать, что ее слова задели что-то глубоко внутри.       – Нет, к несчастью, – произнесла Хикари и усмехнулась. – Наверное, именно поэтому, вернувшись к реальности, я окончательно потеряла надежду на лучшее. Даже отдавая тебе чакру, я надеялась… – Она замолчала и опустила взгляд. – Странно это. Именно здесь я смогла испытать покой, о котором мечтала, и мне не надо прятаться.       Мадара посмотрел в тарелку, впервые ощутив, что способен понять кого-то. За проведенное здесь время он тоже это чувствовал. Будто само это место способно исцелить душу.       – Ты думала уйти? – поинтересовался Мадара. – Поселиться где-нибудь в маленькой деревушке и жить там?       – Сейчас? – Мадара кивнул. – Думала, но не хочу. Там ведь тоже придется скрывать, кто я. Наверное, людям было бы плевать, но мне – нет. После стольких лет бегства надо сначала разобраться в себе и понять, как жить дальше. Мне страшно, как люди могут на меня отреагировать, если узнают правду. В моей жизни уже были случаи…       Хикари замолчала, и Мадара посмотрел на нее, негласно говоря, что ожидает продолжения начатой фразы. Она отложила палочки, пряча руки в рукава большого свитера, который когда-то принадлежал Учихе, и вздохнула.       – У меня был друг, – начала Хикари и закрыла глаза. – Мы с детства были вместе. Вместе поступили в академию. Вместе начали ходить на миссии. Он был мне ближе всех и знал о плачевном психическом состоянии матери, хоть и не догадывался, чем оно было вызвано... Иногда кажется, что ты хорошо знаешь человека, но потом выясняется, что это не так. Когда мы были на миссии и укрывались от бури в одной из пещер, он начал приставать ко мне.       Хикари поджала губы, явно пытаясь унять нарастающую дрожь в теле. Вдохнув поглубже, она продолжила:       – Я начала сопротивляться и даже смогла оттолкнуть его, но это не помогло. Он ударил меня и, пока я пыталась прийти в себя, прижал к земле и попытался сделать то, что задумывал… Тогда-то шаринган впервые проявился. Вначале он испугался, но, поняв, что я понятия не имею, как им пользоваться, продолжил стаскивать с меня одежду, только теперь угрожая, что расскажет всем, что моя мать шлюха и родила от врага. – Голос Хикари сорвался, а веки лишь сильнее сжались. – Я не совсем слабая куноичи и не была готова сдаваться. Собравшись с силами, я оттолкнула его от себя и вонзила кунай ему в грудь несколько раз... Я не знала, что делать, но тогда единственным верным решением казалось сжечь тело и вернуться в деревню. Сейчас я думаю, что надо было сбежать, избежать всех допросов и не придумывать истории про гибель напарника на миссии. Но я не могла оставить мать, она бы не выдержала…       Хикари открыла глаза и посмотрела на Мадару. Этот рассказ дался ей явно непросто. Хоть она не проронила ни слезинки, ее взгляд говорил гораздо больше. В нем отчетливо читался весь страх и ужас от этого события, которое не просто убедило ее в необходимости скрывать себя от окружающих, но и окончательно подорвало веру в людей.       Мадара нахмурился и посмотрел в сторону ирори. За свою жизнь он видел разных людей, манипулировал ими, играл на их слабостях. Он знал, на что они способны. Но отчего-то сейчас в памяти начали всплывать образы не тех, кого он презирал, а напротив: Изуна, Хаширама, люди из его клана, даже Обито, который при первой встрече был другим, не тем, кем он стал из-за него.       – Не все люди одинаковы, – произнес Мадара, возвращая взгляд на Хикари.       – Мне хочется в это верить, – мягко ответила она. – Ты первый, с кем я смогла этим поделиться.       Мадара отвел взгляд. Эти слова задели его. После Хаширамы он больше никогда не позволял себе быть с кем-то откровенным и понимал, насколько тяжело открыться кому-то.       – Но… – нерешительно продолжила Хикари. – Что тебя подтолкнуло к твоему плану?       Мадара не сразу вернул взгляд на нее. Хоть он и ожидал этот вопрос рано или поздно, он до сих пор не был к нему готов. Нет, все причины он прекрасно помнил и осознавал, но вот говорить об этом кому-то… Это гораздо сложнее. В голове один за одним всплывали отрывки жизни, самые неприятные, те, что оставили не один шрам на сердце. Мадара скривился.       – Я видел слишком много плохого и испытал достаточно, чтобы разочароваться в людях и этом мире, – произнес он, стараясь не выказывать эмоций. – Гендзюцу было лучшим решением, чтобы наконец остановить войны, которым не было конца.       В глазах Хикари Мадара увидел то, чего не видел никогда прежде – понимание. Она выглядела спокойно, будто они обсуждали какие-то обыденные вещи. Казалось, что стена, которую каждый из них воздвиг за долгие годы, начала постепенно сыпаться.       – Ты до сих пор так думаешь? – спросила она, наклонив голову вбок.       – Нет, – односложно ответил Мадара.       Он боялся, что она спросит: «Почему?», ведь он сам не мог отчетливо себе на него ответить. К его удивлению, Хикари больше не стала его расспрашивать, а просто продолжила молча есть.       Она первой покинула стол и забрала с собой грязную посуду. Мадара расположился возле ирори и пил чай, периодически поглядывая на Хикари, которая ополаскивала тарелки. Она то и дело наклоняла голову вбок, явно о чем-то раздумывая.       Мадара не переставал все анализировать. Ему было сложно избавиться от этой привычки, которая уже была частью него. Всматриваясь в пламя, он настолько погряз в размышлениях, что даже не заметил, как она опустилась на пол рядом с ним, держа чашку в руках.       – Как думаешь, нас ищут? – прервала молчание Хикари.       – Не знаю, – неоднозначно ответил Мадара. – Скорее всего, все думают, что я мертв. Но в любом случае здесь нас никому не найти. Это нейтральная территория, и селений поблизости нет.       – Это хорошо, – шепотом произнесла Хикари.       Мадара посмотрел в сторону окна.       – Собирайся, тебе надо увидеть места для охоты, пока не село солнце.       – Но у нас одна теплая вещь, как мы…       – Бери накидку себе, – спокойно сказал Мадара и поймал на себе ее озадаченный взгляд. – Кажется, у меня была еще одна.