Часть 6

Величественный и просторный Зал Совета утопал в мягком магическом свете, который стекал с потолка как жидкое золото. Высокие окна отбрасывали длинные тени на отполированный мраморный пол, отражая напряжение царившее в зале. Воздух дрожал от слов, взглядов и от сказанных слов. Голос Шэнь Юэ, главы храма убийц, вспыхнул как удар грома: — Как ты можешь, Лун Тянь Ин, приходить сюда и говорить, что у тебя есть внук?! Он стоял слегка сгорбившись, но с глазами, горящими неподдельной яростью. Его пальцы сжались на столешнице, словно он пытался сдержать бурю внутри. — Тишина! — глухо, но властно произнёс Ян Хао Хань, глава Альянса, ударяя ладонью по тяжёлому дубовому столу. Его седые волосы были аккуратно заплетены в пучок, а густая борода придавала его облику суровость и спокойную мощь древнего судьи. Остальные главы переглянулись. Кто-то вздохнул. Кто-то опустил взгляд. — Нам нужно мирно обговорить это, — проговорил Чэнь Хун Ю, сидящий рядом с молчаливой Сан Шуй. Его голос звучал устало, как у человека, видевшего за короткий срок слишком многое. — Согласен, — кивнул Хань Цзянь. — Нет смысла кричать в этой ситуации. — А я не согласен! - прорезал воздух стук ладони Цю Юн Хао. — Тянь Ин приходит на совещание и говорит о внуке! Это недопустимо! Ты хоть знаешь его имя?! Лун Тянь Ин выпрямился, словно готовился к бою. — Я не думаю, что он вообще жив. Прошло пятнадцать лет, — лениво, но с ядовитой точностью сказал Линь Чен, отпивая из бокала вино. — И ты говоришь, что невестка твоего сына отдала мальчика Богине Света сразу после рождения. Зачем богам отродье человека и демона? Да в нём течёт лишь четверть демонической крови, но факт остаётся фактом. Он — внук Фен Сю и всегда им будет. Маг говорил почти насмешливо, но за его словами чувствовалось напряжение. — Не смей так говорить, старик Линь! Он мой внук! И конечно, я знаю, как его зовут.— голос Лун Тянь Ина дрогнул, но не потерял силы. Он сжал кулаки, будто удерживая горечь внутри. — Ещё скажи, что чувствуешь, что он жив! Ты негодяй! Как ты можешь быть уверенным в этом? Как ты можешь быть уверенным в словах Бай Юэ?! Она принцесса демонического рода! — вновь заорал Шэнь Юэ, словно не мог остановиться. — Она человек! Вы все помните, что она рассказывала. Все помните рассказ про её мать, то как она пожертвовала своей жизнью, чтобы сделать Юэ человеком! — крик Тянь Ина звучал не как обвинение, а как мольба быть услышанным. — Тишина! — снова прогремел Ян Хао Хань. Его голос в очередной раз заставил всех присутствующих замолчать. Комната вновь погрузилась в гробовую тишину, но на долго ли? — Хах, Тянь Ин, почему ты сказал про своего внука только сейчас? — спокойным, чуть осипшим голосом произнес Хао Хань, потирая глаза рукой. — Я пытался защитить свою семью. Когда я пришёл со своим сыном с просьбой помочь в поисках Бай Юэ, я умолял защитить её. Она — жена моего сына. Он говорил, опустив глаза, будто каждая фраза была ножом, вырезающим старые раны. — Мы всё это помним, — нетерпеливо произнёс Лин Чень. — Она... она мать. Которой пришлось отдать своего сына сразу после рождения. Она не видела, как он рос, как он учился, не слышала как он смеялся! Гулкий стук в дверь прервал напряжение. — Ладно, продолжим после, — сказал глава Альянса, уже догадываясь, кто может войти. Пять человек вошли в кабинет, их мантии были немного запылёнными, но выражения лиц спокойны. Команда поприветствовали глав согласно традициям своих храмов. — Приветвуем вас, глава Альянса, главы храмов, — синхронно произнесли они, поклонившись старшим. — Приветствую. Как прошла ваша миссия? — сдержанно спросил Хао Хань. — Всё завершилось отлично. Мы все получили печи, но к сожалению мы не узнали, почему демоны хотели присутствовать в Зале Снов, — доложил Хань Юй, голос которого был чётким, но напряжённым. — Хорошо. К счастью всё закончилось без потерь, — с облегчением сказала Сан Шуй. — Глава, у нас есть к вам просьба. — неожиданно проинёс Линь Синь. — Мы хотели бы добавить одного человека в нашу команду. Возможно ли это? — Одного человека? Хм… — немного подумав, Хао Хань сказал — думаю вкачестве исключения это возможно. Какого уровня этот человек и какой фракции принадлежит? Ребята молча переглянулись, не зная что ответить. Тогда Хань Юй тихо, но с уверенностью произнёс: — Он не принадлежит к храму, но он рыцарь, раз пользуется мечом. — Хань Юй отвёл взгляд. Глава Альянса нахмурился. — Не принадлежит к храму? Это может быть проблематично. Но раз он использует меч, его можно принять в храм рыцарей. Что насчёт уровня? — Он сам не знает. Но он очень сильный. — Интересная ситуация. А как его зовут? — спросил Хань Цзянь. — Хао Чень, — тихо сказала Чен Ин Эр Лун Тянь Ин,тдо этого непроизносивший ни слова, резко встал, опрокинув стул. В его глазах вспыхнула надежда и страх одновременно. — Повтори. — Хао Чень, Лун Хао Чень — немного испуганно повторила девушка, отступая на шаг. — Где… где он сейчас? — голос был уже не командным, а хрупким, почти молитвенным. — Он под зданием Альянса с Цай Эр, — ответил Сыма Сянь. Мужчина стоял неподвижно, губы дрожали. — Тянь Ин? — раздался чей-то голос. Лун Тянь Ин выскочил из дверей, сердце билось глухо и тяжело, отдаваясь в висках. Прямо как в молодости. Он спешил, не разбирая дороги — будто боялся, что промедлит и всё исчезнет. Его шаги глухо отдавались в тишине каменного двора. В груди бушевал ураган: страх, надежда, отчаяние и... слабая, почти забытого вкуса вера. Сквозь мерцающий свет фонаря он увидел пару, сидящую на лавочке. Девушка повернулась первой, настороженно взглянув на приближающегося пожилого мужчину. — А? Господин Лун?Что-то случилось? — с удивлением в голосе спросила она. Он не ответил. Шёл прямо, шаг за шагом, как будто не чувствовал земли под ногами. Его взгляд был прикован к фигуре юноши, сидящего спиной к нему. Парень обернулся. Лицо — молодое, незнакомое, и в то же время пугающе родное, до безумия похожее на Бай Юэ. Черты — отголосок Синь Юя. Его сын… и теперь перед ним — его кровь, его продолжение. Парень растерянно поднялся на ноги, глядя в упор. — Господин..? — настороженно произнёс Хао Чень, будто не знал, что ожидается от него. Голос Лун Тянь Ина сорвался с губ хрипом: — Ты... кто тебя растил? Хао Чень замер, сбитый с толку. — А... я… —Ты знаешь имена своих родителей? — голос был неуклюжий, дрожащий. Почти детский. Парень сглотнул, как будто что-то внутри него начинало откликаться на это странное волнение. — Да. Бай Юэ и Лонг Синь Юй. Слова прозвучали, как удар в грудь. Мир вокруг стал тише. Ветер стих. Свет фонаря замер. Только сердца двух людей, стоящих друг перед другом, стучали в унисон. Лун Тянь Ин прерывисто выдохнул, словно провалился в пустоту и вдруг, не в силах больше сдерживаться, шагнул вперёд и заключил Хао Ченя в объятия. Его руки сжались крепко, словно он боялся, что если отпустит — тот исчезнет навсегда. — О Боже… Хао Чень… — прошептал он. — Мой мальчик… Мой внук… Он прижался к его плечу, и слёзы, тяжёлые, солёные, текли по его щекам, скатываясь на одежду юноши. Хао Чень стоял в оцепенении. Его руки висели по бокам, он не знал что чувствовать. Он никогда не слышал этих слов. Никогда не чувствовал таких объятий. Но что-то внутри, хрупкое и спящее, медленно просыпалось. —Я твой дедушка… Лун Тянь Ин… Я так рад… так рад, что ты жив… - прерывисто, но отчётливо говорил мужчина, в его голосе было столько сломанных лет, сколько слов не хватало в письмах, что никогда не были написаны. Хао Чень дрогнул. Его губы дрожали, дыхание сбилось. Слова словно не верили сами себе, но вырвались наружу: — Д... дедушка?.. — Да… мой дорогой внук… — шептал Лун, гладя его по голове, осторожно, будто прикасался к чуду. — Ты здесь, наконец здесь… И в этот момент между ними не было ни пятнадцати лет, ни расстояний, ни тайных страданий. Были только двое. Дед и внук. Первая встреча. И тишина, в которой расцветала новая связь — родственная, настоящая, болезненно-красивая.