Часть 9

Утренний свет медленно и мягко пробивался в небольшую комнату гостиницы, заполняя её тонким золотистым сиянием. Тёплый воздух казался наполненным обещанием нового дня, свежестью и лёгким трепетом, который витал между двумя сидящими в комнате молодыми людьми. Хао Чень сидел на краю кровати, взгляд его был устремлён в пол, а лицо пылало от смущения и волнения. Он чувствовал, как ладони вспотели, а сердце бешено колотилось в груди — не от страха, а от неловкости, которая застала его врасплох. Перед ним стояла Цай Эр, спокойно и уверенно держа в руках его одежду — тунику и штаны, которые явно были слишком большими для неё. Ткань мягко спадала складками, словно ожидая, чтобы обнять её тонкое тело. Она посмотрела на него, слегка улыбнулаясь, а затем произнесла тихо, но твёрдо: — У меня нет другой одежды, придётся одеться в твою. Хао Чень почувствовал, как внутри что-то сжалось, и он поспешно отвернулся, стараясь не смотреть. Его сердце прыгало из груди, а в голове вращались тысяча и одна неловкая мысль. Он понимал, что Цай Эр не пытается его поддразнить, не играет с ним — она просто делает то, что должно быть сделано. Но его собственное смущение казалось огромной стеной, которую он не мог преодолеть. — Я не буду смотреть, — тихо сказал он, голос дрожал. Цай Эр кивнула, не торопясь, и сняла лёгкую ночнушку, позволяя ткани свободно упасть на пол. В комнате повисла тишина, наполненная только звуками лёгкого дыхания. Хао Чень сидел, отвернувшись к стене, сжимая руки на коленях, стараясь не поддаться искушению взглянуть. Его разум был занят борьбой с внутренним смущением — с тем, что он чувствовал сейчас, с тем, как его сердце стучит и как трудно ему сосредоточиться. Цай Эр начала надевать тунику, и каждый её мягкий, плавный жест был для Хао Ченя испытанием. Ткань касалась её кожи, мягко скользя по плечам, огибая тонкую талию, опускаясь чуть ниже колен. Она стояла с гордой и спокойной осанкой не пытаясь привлечь внимание — просто спокойно и естественно. — Ты не смотришь, — заметила она тихо, обращаясь к нему. — Нет, — ответил он, чуть громче, всё ещё отвернувшись. — Хорошо, — сказала она, улыбаясь, — мы ещё поработаем над этим. Её голос был тёплым и мягким, но в нём звучала уверенность. Она знала, что Хао Чень может справиться, просто сейчас ему нужно время. Хао Чень глубоко вздохнул, пытаясь успокоить сердце, ещё сильнее сжимая ладони. — Это непросто для меня, — признался он, — я никогда не был так близко к кому-то так открыто. Цай Эр подошла к нему и аккуратно взяла его руку в свою. — Я знаю, — сказала она, — мы вместе. И это главное. Её прикосновение было мягким, ободряющим. Хао Чень повернул к ней лицо, и в их взглядах встретилось взаимное понимание и тепло. — Спасибо, за то что осталась, — тихо сказал он. — Я рада быть рядом, — улыбнулась она. Они сидели так несколько мгновений, погружённые в тихую, но глубокую связь, которая не нуждалась в словах. Затем Цай Эр медленно надела штаны, которые немного сползали с её ног, и наконец подошла к нему. — Готов выходить? — спросила она с лёгкой улыбкой. — Если ты рядом, то да, — ответил он, и улыбнулся в ответ. В комнате послышался тихий стук в дверь, и голос Лун Тянь Ина раздался с порога: — Пора выходить! На собрание опоздаем! Парень тихо покачал головой, и поправив тунику на Цай Эр. Оглядев себя, он открыл дверь. Рыцарь увидел насмешливый взгляд деда. — Идём, правда позавтракать уже не успеем, мы и так задержались, — хмыкнул старший и пошел вперед, ведя за собой молодых.

***

Они шагали по удивительно громким улочкам. Как и в первый день Хао Чень всё рассматривал, удивляясь всему. А Цай Эр и его дед, Лун Тян Ин, шли рядом грустно улыбаясь, понимая что для человека который с рождения жил в божественных землях, будет сложно привыкнуть к такому. Спустя 15 минут они дошли до главного здания альянса, большой и двухэтажный особняк. — Господин Лун, младший господин Лун, младшая госпожа Шэн, - поклонились два рыцаря у входа, - вас уже ждут. Они прошли в здание поднимаясь на второй этаж. — Младший господин Лун? — тихо переспросил Хао Чень. — Конечно, — кивнул мужина, — Я и твой отец уважаемые личности, мы обладдатели божественных тронов. Наша семья это наследственные рыцари и охотники на демонов. — Ох.. — вздохнул парень и кивнул смущенно улыбаясь, припоминая как сидел у бога творца на коленках, пока тот сиден на своем троне, спал и пускал слюни на божественный трон вечности и творения. — Что то случилось? — спросила Цай Эр увидев его лицо. — Нет, нет. Все хорошо. — нежно улыбнулся парень, смотря в глаза девушки. Они дошли до огромных дверей и они открылись, показывая огромный стол, стулья, а так же людей сидящих на них. Взгляды мигом направились на Хао Ченя, что свело его с толка, на него никогда прежде так не смотрели. Любопытство. Восхищение. Замешательство. На него так не смотрели даже в Божественных землях. Хао Чень поежился. Ему не было очень приятно от столько большолго внимания к собственной персоне. — Значит ты, Лун Хао Чень, верно? — вежливо, с легкой улыбкой спросил мужчина, который восседал по середине стола. Его седые волосы были акуратно собраны в пучек на затылке, а борода, как будто ее подстригали по несколько часов, короткая, густая и очень акуратная. — Меня зовут Ян Хао Хань, я глава Альянса охотников на демонов, очень приятно с тобой познакомиться. - представился он. — Здраствуйте, да, мое имя Лун Хао Чень. Тоже приятно с вами познакомиться. — покланился порень. — Насколько ты силен? — Как ты обучался? — Какой у тебя уровень? — Боги хорошо о тебе заботились? — Как выглядит то место? Посыпались на парня вопросы. — Тишина! Не пугайте парня своим напорством. — стукнул по столу Ян Хао Хань, на что юнец лишь смущенно улыбнулся. — Неужели ты и вправду вырос с богами? — расдался голос в гнетущей тишине от мужчины средних лет с бокалом вина. — Верно. И что на счет вопросов.. Я не знаю насколько я силен и какой у меня уровень, но Боги говорят что я достаточно силен. Да, обо мне очень хорошо заботились. То место выглядело совсем не так как человеческий мир, здесь очень ярко и громко, Божественные земли это одна спрошная гармония и тишина. - кивнул парень и его губы растянулись в полу-улыбке. — Отлично, давай я тебе всех представлю. Эта женщина, ее имя Руо Шуй, она глава храма священников, - показал мужина на женщину с белым одеянием и золотыми вставками, с большим посохом и светлыми волосами. — Это — Чен Хун Ю, он глаа храма призывателей, а рядом с ним Сан Шуй, его жена и заместитель храма. - Мужчина был пожилого возраста, это было видно по его седым волосам, но на лице не было ни морщинки. Его жена выглядела так же, ну волосы конечно же длинней, и они закрывали один глаз, ее платье было черно мятных оттенков, очень красивое сочитание - подумал Хао Чень. — Это заместитель главы храма магов, — мужчина указал на мужчину с бокалом вина и акуратной бородкой и усами, а так же зелеными волосами, — Его имя Линь Чэн. К сожаления сам глава не смог присутствовать на собрании. Это — Цю Юн Хао, — показал глава альянса на мужчину масивных форм, в красной, мол залитой кровью, броне. — Глава храма воинов. Как ты знаешь твой дед один из глав храма рыцарей, а это — показал рукой на мужчину в броне, так же акуратной стрижкой и бородой, которая была больше чем у других, но все оставалась такой же искусной. —Глава храма асасинов — Шэн Юэ. Парень посмотрел на мужчину, тот стоял в углу внимательно наблюдая за ним. Он был не высокого роста, но спина была прявой как стрела. Длинные улы, закрченые вверх и небольшая борода. Он все это время молчал, поэтому Хао Чень незаметил его, скорее всего скрывал свое присутствие. — Почему моя правнучка пришла вместе с тобой? — голос Шэн Юэ разрезал тишину, как острый клинок, но в нём слышалось не раздражение, а требовательная забота. Хао Чень слегка растерялся и даже сделал шаг назад. — Эм… мы просто шли вместе, господин Шэн. — Прадед, — вмешалась Цай Эр, выходя вперёд, — я сама пришла с ним. Старик перевёл на неё взгляд, и на суровом лице появилась тень мягкой улыбки. — Девочка моя… ты ведь знаешь, что для меня ты дороже всего. Сокровище, которое я хранил все эти годы. — Знаю, — ответила она так же тепло. Шэн Юэ перевёл взгляд на Хао Ченя, изучая его долгим, испытующим взглядом. — И всё же… ты выбрала его? Хао Чень почувствовал, как пересохло в горле. — Я… постараюсь оправдать её выбор, — сказал он тихо. Старик чуть прищурился, но в его глазах не было злобы. — Знаешь, ты из уважаемого рода, воспитывался среди богов, учился у них. Для неё ты — лучший из возможных вариантов. — Он на мгновение отвёл взгляд, словно признавая сам себе неизбежное. — Но вот беда… Я все еще тебе не доверяю. — Прадед… — негромко сказала Цай Эр, шагнув ближе. — Я понимаю, что не смогу вечно держать тебя при себе, — продолжил он уже мягче. — Но всё же… мне трудно представить, что теперь кто-то другой будет рядом с тобой каждый день. Хао Чень слегка поклонился. — Я сделаю всё, чтобы она была счастлива. Шэн Юэ кивнул, но строго добавил: — Вот и смотри… если хоть раз увижу, что она из-за тебя грустит — всё твоё божественное воспитание тебе не поможет. В зале кто-то тихо усмехнулся, но Хао Чень не сомневался, что это не пустая угроза. В зале по-прежнему стояла тишина, тяжёлая и почти осязаемая. Взгляды глав храмов, как тонкие, но острые клинки, были устремлены на Хао Ченя. Он чувствовал, как каждое слово, каждый жест и даже дыхание здесь имеют вес. И хотя никто не произносил вслух того, что они знали о его происхождении, он ясно видел это в их глазах — скрытая настороженность, смешанная с уважением. В глубине зала Ян Хао Хань слегка подался вперёд, положив ладони на стол. Его глаза сузились, словно он взвешивал не только силу, но и характер юноши. Остальные главы храмов обменивались короткими взглядами. Их не нужно было убеждать в том, что Хао Чень силён — сама его аура, непокорная, но в то же время гармоничная, заполняла помещение. Она была странной: светлая и тёплая, но в глубине — скрытая, едва ощутимая тень, от которой у опытных воинов возникало ощущение, будто они стоят на границе чего-то древнего и непостижимого. — Мы не будем тратить время на испытания, — наконец произнёс Ян Хао Хань, голос его был ровным, но твёрдым. — Уровень твоей силы ясен без них. Ты будешь действовать в составе уже сформированной команды. Хао Чень чуть приподнял голову, в его взгляде мелькнуло лёгкое удивление. — С кем? — спросил он тихо. — С командой, где уже состоит Шэн Цай Эр, — пояснил глава альянса. При этих словах за длинным столом кто-то негромко усмехнулся, но без насмешки — скорее от воспоминаний. — Они давно работают вместе, — продолжил Ян Хао Хань. — У них налажено взаимодействие, и тебе придётся быстро влиться в их ритм. Хао Чень коротко кивнул, не споря. — Хорошо. Лун Тянь Ин, до этого молчавший, чуть улыбнулся краем губ, но в его взгляде читалось скрытое напряжение. Он знал, что этот выбор — не только признание силы его внука, но и своего рода проверка. — Понимаю, — спокойно ответил Хао Чень. Руо Шуй, всё это время молча наблюдавшая за ним, слегка улыбнулась, и её голос прозвучал мягче, чем у остальных: — Иногда сила — это не только в том, что можешь сделать сам, но и в том, как ты усиливаешь других. Эти слова Хао Чень запомнил. — На этом всё, — Ян Хао Хань хлопнул ладонью по столу.

***

Массивные двери зала заседаний Альянса с тихим, но ощутимым скрипом отворились, пропуская трёх человек. Лун Тянь Ин шёл чуть впереди, но не с той властной поступью, которой обычно поражал всех на официальных приёмах, а более спокойно, даже размеренно, словно позволял себе редкую минуту быть просто дедом, а не одной из ключевых фигур храма. За ним, чуть сбоку и на полшага позади, шли Хао Чень и Цай Эр. Солнечный свет, ворвавшийся в проём, мягко золотил их волосы и лица, наполняя всё вокруг теплом и каким-то странным спокойствием. Коридор, по которому они двигались, был украшен резными колоннами с выгравированными сценами древних сражений. Мягкие ковры глушили шаги, но воздух всё равно был пропитан тем напряжением, что оставили недавние переговоры. Впрочем, сейчас это напряжение не висело тяжёлым грузом над Хао Ченем — он ощущал себя свободнее, чем за последние несколько дней. Лун Тянь Ин бросил взгляд через плечо, его глаза, обычно холодные и проницательные, сейчас казались чуть мягче. Когда они подошли к боковому выходу, ведущему на внутренний двор, он неожиданно замедлил шаг и остановился, позволяя им поравняться. — Ну что, — проговорил он, и в голосе его сквозило то редкое для него, но всё же узнаваемое тепло, — теперь всё окончательно решено. Ты закреплён за их командой. Хао Чень слегка кивнул. Он хотел сказать что-то вроде «да, дедушка», но Лун Тянь Ин вдруг поднял руку, давая понять, что это не просто формальное подтверждение. — Я хочу, чтобы ты запомнил, — продолжил он, — твои товарищи выбрали тебя сами. Это редкое доверие. Береги его. И… — уголки его губ чуть дрогнули в едва заметной улыбке, — хорошо повеселись. Эти два последних слова прозвучали так неожиданно, что Хао Чень на мгновение растерялся. В его представлении дед редко говорил о вещах, далеких от дисциплины, чести и боевых обязанностей. — Повеселиться? — переспросил он, невольно приподняв бровь. — Да, — Лун Тянь Ин чуть сжал его плечо, — ты слишком много времени проводишь в тренировках, уверен на божественных землях ты только этим и занимался. Сегодня ты идёшь к друзьям, к своей команде, и к… — он бросил короткий взгляд на Цай Эр, — человеку, который тебе дорог. Так что хотя бы сегодня перестань думать об этом и раслабся. Цай Эр слегка улыбнулась, но ничего не сказала. Хао Чень почувствовал, как что-то тёплое прокатилось по груди, и лишь коротко ответил: — Понял. — Вот и хорошо, — кивнул Лун Тянь Ин. — Ладно, идите. Он слегка махнул рукой, показывая, что дальше они идут сами. Хао Чень и Цай Эр двинулись вперёд, а дед, развернувшись, направился в другую сторону коридора. Ещё пару секунд Хао Чень слышал мерный, чуть глуховатый стук его шагов, а потом он растворился где-то за поворотом. Они вышли во внутренний двор. Лёгкий ветерок тронул листья молодых деревьев, что росли вдоль дорожки. Каменная кладка под ногами хранила остатки утренней прохлады, но в воздухе уже чувствовалось тепло дня. Где-то вдалеке, за стенами, шумела жизнь города, но здесь, в пределах Альянса, царила своя, чуть более спокойная атмосфера. Цай Эр шла рядом, чуть повернув голову к нему. И вдруг, без всякого предупреждения, её тонкие пальцы скользнули в его ладонь, легко, но уверенно переплетаясь с его пальцами. Хао Чень почувствовал, как сердце сделало странный, неровный удар. Её рука была тёплой, удивительно тёплой, как будто несла с собой кусочек домашнего уюта в этот каменный мир. Он невольно посмотрел на неё, но тут же отвёл взгляд, почувствовав, как к щекам приливает жар. — Ты… — начал он, но осёкся, не найдя нужных слов. — Что? — её голос прозвучал мягко, но в нём была лёгкая нотка озорства. — Ничего, — слишком быстро сказал он, чем пожалуй, выдал себя с головой. — Ты краснеешь, — отметила она. В её глазах промелькнула та самая искорка, которая всегда появлялась, когда девушка замечала его смущение. — Нет, — возразил он, отворачиваясь, — Это солнце. Она тихо усмехнулась, но ничего не ответила, лишь чуть крепче сжала его ладонь, и они продолжили идти. Дорога от здания альянса до дома команды была не самой короткой, но сейчас казалась почти прогулкой. Они миновали небольшой сад, в котором кусты роз всё ещё держали капли утренней росы, и площадь с фонтаном, где дети гонялись друг за другом, смеясь. Некоторые прохожие оборачивались, кто-то узнавал их и приветственно кивал, а кто-то просто провожал взглядом, в котором смешивались уважение и любопытство. — Думаю, они уже там, — сказала Цай Эр, когда показались крыши жилого квартала. — И наверняка Сыма Сянь с Лин Синем опять спорят. — Как всегда, — кивнул Хао Чень. — Интересно, о чём в этот раз. — Скорее всего, о том, кто из них первый что-то сломает, — усмехнулась она. Он не удержался и улыбнулся. Было в этом что-то правильное — знать, что впереди тебя ждут не только очередные задания и тренировки, но и друзья, которые не дадут заскучать. Когда они свернули на знакомую улочку, впереди показался дом команды — двухэтажное здание с широким крыльцом и деревянными перилами, по которым уже успел расползтись плющ. Окна были распахнуты, и изнутри доносился громкий смех, вперемежку с обрывками фраз. — Похоже, веселье уже началось, — заметил Хао Чень. — Тогда нам стоит поторопиться, — ответила она, чуть ускоряя шаг. Они поднялись по ступенькам, и дверь распахнулась ещё до того, как он успел коснуться ручки. На пороге возник Сыма Сянь, сияющий как полированное копьё на параде. Лысая голова блеснула в лучах солнца так, что Хао Чень даже прищурился. — Ага! — торжествующе воскликнул Сыма Сянь, прижимаясь плечом к косяку. — Вот и наша влюблённая парочка! Целы, невредимы, и, судя по лицу Хао Ченя, даже слегка подпалены. От солнца или от чувств? Хао Чень чуть нахмурился, но прежде чем успел ответить, за спиной Сыма Сяня раздался голос Лин Синя: — Спорим, он просто вспотел, пока шёл. Видал, как он шагал? Будто несёт на себе броню весом с телегу. — А я думал, это он специально шагал так, чтобы казаться героем, — добавила откуда-то из глубины дома Ван Юань Юань. — Но ладно, проходите, не стойте на пороге. Цай Эр сдерживала улыбку, а вот Хао Чень уже чувствовал, как уголки губ начинают предательски подниматься. Он слегка потянул её за руку, заходя внутрь. Комната встречала теплом — из-за самой атмосферы. Всё здесь говорило о том, что место живое: на столе остались кружки с недопитым чаем, на подоконнике лежала раскрытая книга, а в углу возвышался щит Ван Юань Юань, который явно недавно использовали как вешалку — на нём висела накидка Чэн Ин Эр. — А где сама Ин Эр? — спросил Хао Чень, оглядываясь. — На кухне, — ответила Ван Юань Юань. — Пошла спасать обед от Лин Синя, пока тот не превратил суп в зелье для роста волос. — Эй! — возмутился маг. — Между прочим, моё прошлое кулинарное творение было шедевром! — Да, — хмыкнул Сыма Сянь, — шедевром, который чуть не убил полкоманды. — Это была запланированная тактическая проверка иммунитета, — невозмутимо парировал Лин Синь, но уголки его рта предательски дёрнулись. Хао Чень и Цай Эр обменялись взглядами. Она слегка сжала его руку, и вдруг он понял, что за эти пару дней они все успели стать ему чем-то вроде семьи. Шумной, неугомонной, иногда раздражающей, но по-своему идеальной. — Ладно, садитесь уже, — сказала Юань Юань, убирая с дивана какие-то свитки. — И рассказывайте, как там у глав храмов всё прошло. — Прошло, — коротко сказал Хао Чень, опускаясь на край дивана. — Официально теперь я в вашей команде. — Вот это новость! — саркастически заметил Лин Синь. — Обычно если мы просим о чем то, они месяцами раздумывают. — И всё-таки приятно слышать, что теперь это официально, — мягко сказала Ван Юань Юань. — Хоть бумажки и печати мне до лампочки, но так спокойнее. В этот момент на кухне что-то громко стукнуло, и через пару секунд в комнату, держа в руках поднос с чашами, вышла Чэн Ин Эр. Её розовые волосы слегка выбились из причёски, но глаза сияли. — Я слышала, вы уже вернулись, — сказала она, ставя поднос на стол. — Поздравляю, Хао Чень. Теперь ты наш не только по факту, но и по документам. — Спасибо, — кивнул он, чувствуя, что все взгляды в комнате обратились к нему. — И что сказал твой дед? — спросил Сыма Сянь, хитро прищурившись. — Что ты должен служить верой и правдой? Кстати, то что ты тот самый мальчик из легенд это шок для нас всех. — Нет, — медленно ответил Хао Чень, — он сказал, чтобы я повеселился. И каких ещё легенд? Повисла короткая пауза, а потом Лин Синь расхохотался так, что чуть не свалился со стула. — Вот это да! Легендарный Лун Тянь Ин и слово «повеселись» в одном предложении! Мир меняется! — говорил он с хохотом, не обращая внимание на вопрос. — Может, он намекал, что ты слишком серьёзен, — предположила Ван Юань Юань. — Или что тебе надо наконец признаться Цай Эр в чувствах, — добавил Сыма Сянь, и вся комната разом глянула на их переплетённые руки. Хао Чень почувствовал, как уши вспыхнули. Цай Эр, впрочем, даже не смутилась — лишь чуть крепче сжала его ладонь. — А я думала, это и так очевидно, — спокойно сказала она, и на этот раз уже краснеть начал он. — О-о-о! — протянул Линн Синь, — значит, мы всё это время наблюдали за романтической драмой, и никто нам не сказал? — Это не драма, — отрезал Хао Чень, но все уже смеялись. Смех постепенно перешёл в шумную болтовню. Кто-то вспоминал их последние задания, кто-то спорил о том, кто из них быстрее бежит по пересечённой местности, а Сыма Сянь и Лин Синь уже начали планировать, как «отметят» официальное вступление Хао Ченя в команду. — Пир! — предложил Сыма Сянь. — Турнир по зельеварению! — воскликнул Лин Синь. — Турнир по поеданию пирогов, — добавила Ван Юань Юань, и этот вариант явно понравился большинству. Хао Чень сидел, слушал, и чувствовал, как что-то внутри него окончательно успокаивается. Это были его люди. Его команда. Его семья. В какой-то момент Цай Эр тихо наклонилась к нему и прошептала: — Видишь? Мы дома. И он понял, что она права. А что касается легенды... Он спросит у деда, но позже.