Глава 22.

Часть оставшегося дня Лиян провела в комнате, размышляя, что делать дальше. К середине дня она решила: раз неизвестно, когда привезут еду, нужно вспомнить, как обращаться с луком. Но сначала стоило уточнить один важный момент. Лиян направилась к Дилии. Та, заметив девушку, широко улыбнулась — её аквамариновые волосы блеснули в свете свечи, а малиновые глаза засветились добротой. — Дилия, здравствуйте, — вежливо начала Лиян. — Здравствуй! Что тебя ко мне привело? — откликнулась Дилия, откладывая бумаги, которые перебирала. — Я хотела спросить, можно ли выносить оружие из тренировочного зала на задания? Дилия кивнула: — Конечно, можно. Главное — возвращай обратно. Лиян поблагодарила её и поспешила в зал. Там было на удивление мало людей — лишь пара наёмников отрабатывала удары мечами в дальнем углу. Она взяла лук и стрелу, встала напротив манекена. Оружие в руках ощущалось до боли непривычно. Лиян пыталась вспомнить наставления отца: как правильно держать лук, как широко ставить ноги… Она повторяла все движения, но что‑то всё равно было не так. Сделав глубокий вдох, Лиян натянула тетиву и выпустила первую стрелу. Лук оказался длинноват для неё — снаряд слегка не долетел до цели. Она подняла стрелу, на этот раз натянула тетиву сильнее. Стрела долетела, но пролетела мимо манекена. Час за часом Лиян тренировалась. Постепенно стрелы стали чаще попадать в мишень — пусть и не туда, куда она целилась. — Ну, хоть что‑то, — тихо пробормотала она, вытирая пот со лба. В этот момент раздался скрип двери. Лиян обернулась и замерла: в зал вошёл знакомый силуэт. — «Фердинанд?» — мелькнуло у неё в голове. Фердинанд тоже заметил её и стремительно подошёл. Высокий, худощавый, с тёмными волосами, он выглядел так же самоуверенно, как и раньше. Но сейчас в его глазах читалась какая‑то тревога. Подойдя ближе, он замялся. Лиян вопросительно оглядела его. — Чего тебе? — резко спросила она. Фердинанд вздрогнул: — Хэй, мы с тобой так давно не виделись! И вот так ты начинаешь разговор со старым приятелем? Лиян наклонила голову, не скрывая скепсиса: — Чего? Когда это мы стали приятелями? Фердинанд раздражённо отвёл взгляд: — Ну, одноклассниками, какая разница? — Он махнул рукой. — Не важно. Я хотел задать тебе вопрос. — Что я получу за ответ? — тут же последовал вопрос Лиян. Фердинанд вспыхнул: — Да как ты!.. — Он сжал зубы, подавляя гнев. — Я… Я здесь нахожусь дольше тебя, и я готов ответить взамен на твои вопросы. Лиян вскинула брови: — Ого, ты научился сдерживать себя. Я уж думала, тебя только могила исправит. Фердинанд, еле сдерживая раздражение, выдохнул: — Ну так ответишь, нет? Лиян махнула рукой: — Какой там у тебя вопрос? — Как там пятьдесят шестой? — тут же выпалил он. Лиян вопросительно наклонила голову. — Ну, я в школе постоянно с ним ходил. Я видел, что его забрали с вами. Ты должна его помнить. — Протараторил Фердинанд. Лиян задумалась: — Ммм… — Вдруг она выпрямилась. — А, он ещё сильно выше тебя был и вечно поддакивал тебе? Фердинанд закивал: — Да! — Тогда можешь не переживать. Я, конечно, не знаю, как он сам, но он точно живой и здоровый. Фердинанд выдохнул с явным облегчением: — Хвала богам. А куда вас увозили? — В Гардению. Там был разваливающийся квартал красных фонарей. Порфирий предложил нас как дешёвую рабочую силу. И теперь там красиво, — кратко ответила Лиян. — Я надеюсь, вы клиентов не принимали, да? — уточнил Фердинанд. — Нет, — твёрдо ответила Лиян. — Ладно. Ты ответила на мои вопросы. Теперь я, Фе… — Он запнулся, кашлянул и продолжил: — Сто пятый, готов ответить на твои вопросы. Фердинанд проговорил в привычном высокомерном тоне — растягивая слова и чуть задирая подбородок. Лиян лишь мысленно фыркнула: к такому поведению она привыкла ещё в школе. Проигнорировав его манеру, она задумалась, какие вопросы задать. — Меня по‑прежнему интересует вопрос с едой, — наконец произнесла она. Фердинанд скрестил руки на груди: — А ты, наверно, уже знаешь, что еду бывает привозят с задержкой? Лиян кивнула. — Ну так вот. Проблема даже не в этом. А в том, что каждый берёт столько, сколько хочет, — кто успел, тот и съел. Если не успел — смирись. Но это не страшно: из недели ты примерно пять дней будешь находиться на заданиях. Они простые, поэтому можно спокойно охотиться во время них. Проблема возникает только в начале, когда навык охоты совсем плох. Лиян задумчиво кивнула, переваривая информацию. В голове крутился ещё один вопрос, который она давно хотела задать. — А! Я так и не узнала, что будет, если назвать своё имя. Фердинанд дёрнулся, будто его ударили. — Ох, лучше бы я действительно не знал, — тихо произнёс он. — Как‑то один из наёмников возвращался обратно и возле первого корпуса заметил горящую гору бездыханных тел. Он подошёл ближе и разглядел знакомого — того, кто проболтал своё имя. Лицо было сильно изуродовано, а одна рука выглядела так, будто её в кислоту окунули. Учитывая, что первый корпус — это лаборатория, мы сошлись на том, что на нём ставили опыты. Лиян невольно содрогнулась, скривив лицо: — Ух… Лучше бы и не спрашивала. Ладно, больше вопросов у меня нет. Фердинанд пожал плечами, снова надевая маску безразличия: — Что ж, я пойду. Надеюсь, ты продолжишь мазать мимо манекена. Лиян спокойно ответила: — Ага, споткнись там где‑нибудь. Стоило Фердинанду выйти из зала, как он хлопнул себя по лбу — вот незадача! Он ведь вообще‑то хотел позаниматься, отработать пару приёмов с мечом. — Чёрт, вот надо было ей именно тут мне попасться… — недовольно проворчал он, потирая висок. — Ладно, зато узнал, что с пятьдесят шестым всё хорошо. Он уже собирался направиться к оружейной стойке, но не успел сделать и пары шагов, как сбоку раздался звонкий голос. — Ты знаком с шестьдесят девятой?! Фердинанд отшатнулся от неожиданности и обернулся. Перед ним стояла Двенадцатая. Её лицо буквально светилось, а руки нетерпеливо теребили край потрёпанной одежды. — С кем? А, это её номер… Ну да. И? — буркнул Фердинанд, слегка раздражённый внезапным появлением. — Чудно! А как давно? — поинтересовалась она, чуть ли не подпрыгивая на месте. Фердинанд нахмурился, пытаясь понять, что за ажиотаж. Он окинул Двенадцатую взглядом — та буквально излучала энергию, будто узнала какую‑то невероятно важную новость. — Со средней школы, — ответил он, всё ещё не понимая её радости. Двенадцатая хлопнула в ладоши и заулыбалась ещё шире, её глаза заблестели: — Отлично! Значит, ты сможешь нам помочь! Фердинанд вопросительно выгнул бровь, скрестив руки на груди: — Помочь в чём?