Глава 26.

Звук топота копыт лошадей мешался с музыкой квартала блаженств — плавные переливы лютни будто вели к главному дому, переплетаясь с далёким смехом и звоном бокалов. Отряд из Мирта остановился прямо у входа. Всадники спешились, тяжёлые сапоги глухо стукнули о мощёную улицу. Арума, хозяин заведения, поспешил к ним, нервно поправляя волосы. Его шаги чуть сбивались, а пальцы непроизвольно теребили край кимоно. — Ч‑что привело вас сюда? — взволнованно спросил он, стараясь не выдать тревоги. Его взгляд метался между всадниками, пытаясь оценить угрозу. Артур, капитан отряда, шагнул вперёд. Его голос звучал ровно, почти равнодушно: — Мы ищем людей, которых привёл сюда неизвестный человек. Но прежде чем Арума успел ответить, из‑за угла донеслись восторженные голоса: — Дядя Алан! — Господин Алан! Алан, услышав знакомые голоса, вышел чуть вперёд. Его лицо, уставшее и измождённое, на мгновение озарилось радостью. — Дети! Как вы? Здоровы? — Он сделал паузу, и голос его дрогнул. — А Лиян? Маффет и Леннон переглянулись. Маффет опустила глаза, а Леннон робко произнёс: — Она была здесь… Но потом ушла. Вместе с одним из людей Порфирия. Алан стиснул зубы. Но он быстро взял себя в руки, расправил плечи и выдохнул: — Понятно, — произнёс он тихо. — Но… — он обернулся к Артуру, в его взгляде читалась настороженность. — Кто такой Порфирий? Артур и Алан обменялись взглядами — в них мелькнуло что‑то вроде молчаливого понимания. Дети до этого говорили на стрелицком, поэтому ни капитан, ни Арума почти ничего не понимали. Но когда Алан перешёл на миртовский, смысл стал ясен. Арума всплеснул руками: — Ох! Не переживайте, он привёл много людей из Стрелиции. Мы можем спросить их, если у вас есть какие‑то пробелы в информации. А остальные пока могут собрать вещи. Артур махнул рукой — один из солдат тут же подошёл. Они коротко перебросились фразами, и солдат направился к повозкам, на ходу отдавая распоряжения остальным. Алан и Артур последовали за Арумой в главный дом. Остальные члены отряда начали готовиться к погрузке. Маффет и Леннон, не дожидаясь указаний, поспешили разнести долгожданную весть. Маффет распахнула дверь кухни, где Девяносто пятый сидел над книгой, погружённый в чтение. — Вот ты где! Ты не поверишь, что произошло! — её голос дрожал от волнения. Девяносто пятый вздрогнул, оторвавшись от чтения. Он поднял глаза, всё ещё находясь в мире страниц, но уже чувствуя, что случилось что‑то важное. — Что же произошло? — тихо спросил девяносто пятый, закрывая книгу и кладя её на стол. Леннон, сияя, подхватил: — Мы уезжаем! Наконец‑то мы сможем покинуть это место и больше не зависеть от Порфирия! Девяносто пятый удивлённо распахнул глаза, затем резко встал, уронив книгу на пол. — Не может быть! — выдохнул он. Маффет прижала ладони к груди: — Я и сама не поверила сначала! А потом увидела дядю Алана — и сама не заметила, как бросилась к нему. Леннон смущённо почесал затылок, стараясь скрыть волнение: — Да, понимаю… — Он кашлянул. — И больше никаких номеров! Наконец‑то я снова Леннон, а не какой‑то там «пятьдесят девятый». Маффет подняла палец, её лицо озарилось улыбкой: — Ох, точно! Мы же так и не представились тебе как следует. — Она улыбнулась и повернулась к Девяносто пятому. — Меня зовут Маффет. Она протянула руку. Девяносто пятый на мгновение замер. Затем мягко выдохнул и улыбнулся в ответ. — Меня зовут Ренато, — сказал он, пожимая её руку. Леннон, широко улыбаясь, тоже протянул руку: — Очень приятно, Ренато! Я — Леннон. Они направились в комнаты, чтобы собрать вещи. Ступени старой лестницы поскрипывали под ногами. Когда спускались вниз, Леннон вдруг замер на середине лестницы и обернулся. — Кстати. — он огляделся по сторонам. — А где все эти надзиратели? Почему их нигде не видно? Маффет остановилась рядом и тоже оглянулась, приподняв брови: — Ох, и правда. А ведь ещё вчера они стояли чуть ли не на каждом углу. Ренато, не обращая особого внимания, продолжал идти: — Вы что, не видели их утром? — переспросил он, не оборачиваясь. — Они очень спешили. Маффет шутливо ткнула его в плечо: — Что это за тон? Ты говоришь так, будто знал, что они собираются уходить. Ренато на мгновение замер, взгляд его скользнул в сторону, в нём мелькнуло что‑то неуловимое. Но он тут же усмехнулся, стараясь скрыть замешательство: — Пхах, что за ерунда? Маффет легко пихнула его локтем, не придав значения его реакции, и весело рассмеялась. Они продолжили болтать о пустяках, спускаясь вниз. Леннон шёл чуть позади, и заминка Ренато не ускользнула от его внимания. Он нахмурился, но тут же отогнал подозрения. — «Наверное, просто задумался». — Решил он и поспешил присоединиться к разговору, стараясь не зацикливаться на странном поведении друга. Вскоре Алан, Артур и Арума закончили разговор. К этому времени всех уже погрузили и усадили. Отряд был готов к отправлению. Они тепло попрощались с Арумой — тот стоял на пороге, нервно поправляя кимоно и кивая каждому на прощание. Колонна тронулась в путь. Ренато с тоской смотрел, как квартал красных фонарей постепенно исчезает за поворотом. Яркие фонари, вывески, шум — всё это теперь оставалось позади. Он глубоко вздохнул, чувствуя, как в груди смешались облегчение и лёгкая грусть. Маффет заметила его взгляд и осторожно спросила, коснувшись его руки: — Тебе грустно уезжать? Ренато смущённо отвёл глаза, его пальцы слегка дрогнули: — Ну… В каком‑то смысле, да. Мы здесь почти два года прожили. Было всякое — и хорошее, и не очень. Но всё же тут было… спокойно. Маффет понимающе кивнула, её улыбка стала чуть грустной: — Да, тут было неплохо… Но я никогда не чувствовала себя здесь как дома. Аи, Арума и другие работники были добрыми и заботливыми, но всё равно чего‑то не хватало. А после того, как Лиян уехала с тем человеком Порфирия, у меня сердце не на месте. — Когда есть к кому возвращаться и о ком беспокоиться — это, конечно, большое счастье, — тихо произнёс Ренато, глядя вдаль. Маффет удивлённо взглянула на него, её брови слегка приподнялись: — А у тебя… разве нет такого человека? Ренато нервно перебрал пальцами, избегая её взгляда: — Нет… Ну, вернее, есть, но к нему я не горю желанием возвращаться. Совсем. Он сложил руки, словно в молитве, и прижал их ко лбу, закрыв глаза: — «О, великая богиня судьбы», — подумал он. — «Укажи мне верный путь. Что делать дальше?» Леннон, сидевший рядом, невольно слушал их диалог. Последние слова Ренато снова показались ему странными. Он сжал кулаки, пытаясь разобраться в своих ощущениях: — «Что это с ним? В последнее время он ведёт себя как‑то странно… Может, я просто устал и мне мерещится?» — подумал он, но тревога не отпускала. Спустя сутки они прибыли в порт. Ветер доносил запах соли и смолы, чайки кружили над мачтами кораблей. Отряд погрузился на судно и отплыл в королевство Мальва. Паруса наполнились ветром, корабль медленно отошёл от причала. Оттуда до Мирта действительно было рукой подать — всего несколько недель пути. Тем временем Порфирий сидел за своим массивным столом в кабинете, погружённый в раздумья. Перед Порфирием лежали списки подчинённых и наёмников — он в очередной раз изучал их, хмуря густые брови. Перебирая имена, он никак не мог решить, кого взять с собой в пустыню. В этот момент в дверь раздался осторожный стук. — Входи, — не отрываясь от бумаг, произнёс Порфирий. Один из подчинённых вошёл и почтительно склонил голову. — Господин, корабль почти готов к отплытию. Если собрать людей сейчас и сразу отправиться… Не успел он договорить, как Порфирий резко хлопнул ладонью по столу. — Я всё понял. Свободен, — отрезал он, не поднимая глаз. — Но… — мужчина замешкался, не решаясь продолжить. — Я неясно выразился? — грозно переспросил Порфирий, наконец поднимая глаза. Подчинённый побледнел и вздрогнул: — Н‑нет! Простите, господин, — торопливо произнёс он и поспешно отступил к двери, чуть не споткнувшись о порог. Он бесшумно закрыл за собой дверь. Порфирий раздражённо выдохнул и начал нервно перебирать пальцы. Он редко бывал в пустыне лично, и теперь не мог решить, каких специалистов взять с собой. Опыт подсказывал, что в таких условиях важны не только сила и выносливость, но и умение ориентироваться в песках, читать знаки ветра, находить воду там, где её, казалось бы, быть не может. Спустя некоторое время Порфирий всё же принял решение. Подчинённые быстро собрали указанных в списке людей, и вскоре корабль отчалил. Две недели плавания — и судно вошло в воды империи Глориоз. У причала их уже ждали люди Антонио в длинных плащах с капюшонами. Молча кивнули в знак приветствия и повели в путь. Месяц пути через лесостепи и засушливые равнины — и вот впереди показались очертания поселения племени. Порфирий прищурился, вглядываясь в далёкие силуэты.