Глава 6

Элли

В дверь тихо постучали, а после в палату вошел Арс. Я совру, если скажу, что не рада его видеть. Когда я пришла в себя, медсестры рассказали о случившемся. И о том, как я свалилась на пустом месте, и о том, как мужчина отчитывал врача мамы за бездействие. С его подачи сейчас я лежала в палате одна с обслуживанием, как у принцессы. Меня пытались накормить, но меня хватало буквально на 10 минут, спустя это время все выходило из меня. Ребра давили из-за желчи. Но состояние было куда лучше, нежели утром. Голова не хотела кругом, меня практически перестало мотать. — Как ты? — ставя стул возле меня, Арс плюхнулся на него, облокачивая локти на колени. Мужчина практически кричал, что выглядело странно, ведь обычно его голос был достаточно тихий. — Лучше, спасибо, — тихо прошептала я и слегка улыбнулась. — Как будешь готова, сможешь собираться. — уже намного тише проговорил Арс. — Я отвезу тебя домой. Он говорил односложно, будто боялся сказать лишнего. Хотя он и страх в моих мыслях не вяжутся. От мужчины всегда веяло уверенностью, местами даже опасностью, строгостью. Сейчас же он выглядел уставшим, каким-то поникшим. Я кивнула на его фразу. Домой хотелось ужасно сильно. Я не любила больницы, в особенности, когда мама попала сюда. — Мне нужно к Олегу Ивановичу, он что-то по поводу мамы хотел сказать. — Я уже все выяснил, — Арслан едва заметно скривился после упоминания врача. — Он хотел сообщить о том, что твоя мать на операции. Я резко подскочила на кровати, быстро оказываясь на ногах. От чего в глазах потемнело, видимо, я еще не полностью оправилась после обморока. Но и в этот раз упасть мне не позволили. Арслан быстро подхватил меня, прижав к себе. Мы впервые были настолько близко. По крайней мере, когда я нахожусь в сознании. Я буквально чувствую, как бьется его сердце, тепло его тела. Аромат. Удушающе приятный. Точно улавливаю аромат пряностей, какого-то шоколада или какао. Он пленит, заставляет делать более глубокие вдохи, задерживая запах в себе. Я невольно утыкаюсь носом в его футболку, стараясь полностью поглотить аромат мужчины. Под руками я чувствую крепость его тела. Хочется провести по его торсу, ощутить тепло и твердость его тела. Меня манит к нему словно зачарованную. Мужчина словно дышать перестал, все крепче сжимая меня в тисках своих объятий. — Тебе нужно быть осторожнее, — едва слышно прошептал Арслан, опустив подбородок на мою макушку. — Не нужно пренебрегать собой. — Прости... Почему-то мне хотелось перед ним извиниться, будто из-за меня у него возникли какие-то проблемы. Будто он мне не чужой человек. Это пугало. Заставляло выйти из оцепенения. — Что с мамой, почему понадобилась операция так срочно, я не смогу ее оплатить сейчас, — отрываясь от торса мужчины, я взглянула на него. Мужчина тяжело выдохнул, прикрыл глаза, собираясь с мыслями, а после все так же молча вышел из палаты, кинув напоследок, чтобы я собиралась. Напрягать мужчину не хотелось, поэтому я переоделась и направилась к выходу из больницы. Попутно я забрела в ординаторскую в поисках Олега Ивановича, но его там не оказалось. Врачи переглядывались друг на друга, но никто так и не сообщил, где мне его найти. — Элли, — окликнул меня женский голос. — Здравствуй. — Добрый день, — повернулась на звук я, встречаясь с женщиной чуть старше мамы. — Меня зовут Алевтина Семеновна. Я новый лечащий врач Ирины, вашей мамы. — Женщина улыбается мне и протягивает визитку. — Можете звонить мне по любому вопросу, я всегда на связи. К сожалению, с Олегом Ивановичем нам пришлось попрощаться. Новости меня шокируют. Чем же Олег Иванович был плох? — Я немного не понимаю, — признаюсь я, но все-таки визитку забираю. — Чем обоснована смена врача? — Давай обсудим это вне больницы, — осмотревшись по сторонам, шепчет врач. — Тема достаточно деликатная, не хочу, чтобы лишние уши знали информацию. Я позвоню тебе вечером, либо сама позвони мне после 21 часа, договоримся о встрече. Я тебе все расскажу. Я киваю, соглашаясь на ее условия. Алевтина Семеновна показывает мне новую палату мамы, сообщает, что завтра ее прооперируют, а сейчас она в реанимации, под присмотром лучших врачей. Она успокаивает меня всю дорогу до выхода из больницы. Обещает держать меня в курсе всех изменений состояния, даже соглашается информировать меня хоть каждый час. — Не забывай питаться, милая. — По-матерински поглаживая мои плечи, улыбается врач. — Тебе нужно быть здоровой, чтобы держать в тонусе маму. А голодание со здоровьем никак не сопоставимо. Мы прощаемся, она берет с меня слово, что я не расскажу Арслану о нашем разговоре и предстоящей встрече. Погруженная в мысли я дергаю дверцу на улицу, но не успеваю даже шага ступить, как налетаю на мужчину, что стало слишком много в моей жизни. — Я уж думал тебя похитили, — натянуто улыбнулся Арс. — Прости, хотела найти врача мамы. Мужчина изменился в лице. Что-то пробормотал себе под нос, фыркнув, словно кот. — Ладно, поехали, — кивнув в сторону улицы, проговорил Арс и, не давая мне даже слово вставить, вышел из здания. Мне пришлось плестись следом к его машине. Было некомфортно пользоваться им. — Я могу сама добраться, — тихо сказала я, останавливаясь возле открытой мне двери в машину. — Тебе не обязательно… — Чтобы ты еще где-то свалилась? — прошипел мужчина. — Садись. Я была готова возразить, когда рядом пронеслась машина скорой помощи с сиреной. Арслан резко скривился. Его руки сжались в кулак, что даже послышался скрежет дверной ручки. И теперь до меня начало доходить. Тело подействовало быстрее, чем мысли. В одно мгновение мои холодные маленькие ладони оказались у лица мужчины, а после накрыли его уши. Я не знаю, почему я так поступила, но хотелось избавить его от дискомфорта. Мы встретились с Арсланом глазами. Я четко видела, как мои беспокойные взгляд отражается в его недоумевающем. Я плотно прижимала свои ладони, пытаясь полностью отгородить его от шума. Только сейчас я обратила внимание на нашу колоссальную разницу в росте. Мне приходилось тянуться к нему, чтобы руки плотно прикасались к его раковинам. Арс мягко обхватил мои запястья, но так и не попробовал убрать чужие руки со своего лица. Когда шум прекратился, я осторожно, медленно, чтобы не доставить дискомфорт, убрала руки в карман и быстро села в машину, краснея. Я не знала, как объяснить свой порыв самой себе, а уж как объяснить его Арслану тем более. Я видела его боль от громких звуков. Цепочка выстроилась быстро. Мои крики, рингтон телефона, сирена — все это доставляло дискомфорт или даже боль. Это было заметно по его повадкам, хоть он и старался тщательно скрыть эмоции. Это меньшее, чем я могла ответить ему после случившегося. Он не оставил меня у театра одну, оказался рядом, когда я потеряла сознание, и сейчас рядом только он. Я не могу поступить с ним иначе. Арслан простоял на улице еще некоторое время, не сводя с меня глаз. Выйдя из оцепенения, он сел на водительское сиденье и молча завел двигатель. — Я есть хочу, — тихо проговорил он, не смотря в мою сторону. — Заедем в магазин перед тем, как поехать к тебе. — К-ко мне? — заикнулась я. Слова Арса выбили меня из колеи. Я не знала, как на это реагировать. Неужели после случившегося он надумал себе невесть что? — Я просто заметила, что тебе некомфортно, — залепетала я. — Это ничего не значит. Я-я… — Успокойся, — резко отрезал мужчина. — Это тут ни при чем, хоть и не укладывается в моей голове. — Тогда почему… — Я обещал, что позабочусь о тебе. Еще одна фраза, запускающая во мне непонятные процессы. Он был у мамы? Рассказал о случившемся? Что она теперь себе надумает? — Прекрати так громко думать лишнего. Она ничего не знает, — усмехнулся мужчина, сворачивая возле продуктового. — Ты со мной пойдешь или выбор продуктов на мне? Ответить я не смогла. Просто не знала, как с ним разговаривать, как реагировать на его… кхм… заботу? Я молча вышла из машины, направляясь в сторону магазина. — Тебе сразу налегать на еду нежелательно, — подхватывая меня под локоть, проговорил Арс. — Алевтина сказала, что тебя может рвать несколько дней от еды. Дала мне противорвотные. Мужчина дает мне какие-то наставления, а сам накладывает в корзину продукты. Я в жизни столько разнообразия не видела. Арслан прерывается на прочтение составов, уточнения у продавцов свежести тех или иных продуктов. — Ты так внимательно относишься к еде, — замечаю я уже на кассе. — Не ожидала. — Мать привила привычку, — пожимает плечами мужчина. — Она всегда держала мое питание в ежовых рукавицах. Ни тебе лишних сладостей, ни газировок. Поэтому начал курить в 13 лет, ей назло. Мне нравится, что он делится со мной своей жизнью. Узнавая его ближе, Арслан становится все более приятным. Его с некой хрипотцой голос завораживает, заставляет слушать, даже слушаться моментами. — Тебе идет, — вырывает меня из мыслей Арс, вынуждая меня взглянуть на него. — Смех. Я даже не заметила, когда хихикнула. Я краснею, смущаясь от его слов. Приятно ли это? Однозначно. Я, наверно, впервые услышала комплимент в свою сторону и не от мамы, а незнакомца. Хотя Арслана назвать незнакомцем я не могла. Слишком близко он со мной познакомился, после моего обморока. Стоя на кассе, я мысленно рассчитываю, сколько выйдет такая неоправданная покупка продуктов. Этим количеством можно целую роту накормить. Но стоит мне открыть подобие кошелька, как мою руку накрывает более крупная, мужская. — Я оплачу, — отрезает он и протягивает к терминалу карту. — Я верну, как дома буду, — опустив голову, мямлю я. — Я не рассчитывала на такую покупку. — Ты вообще не рассчитываешь на питание, — сухо произнес мужчина, в голосе слышатся нотки неодобрения. — Когда ты последний раз нормально ела? И не ври мне, что утром или вчера. — Около пяти дней назад, — еле слышно проговариваю. — Когда с Маратом виделась? — закидывая продукты в багажник, хмурится Арс. — Ты понимаешь, что нельзя так? — Не читай мне нотации, — резко грублю я, прикладывая все усилия, чтобы не крикнуть на него. Он мне не мамочка и даже не муж, чтобы что-то мне предъявлять. В принципе, хватает меня секунд на 10, а потом я именно это и вываливаю на него, не замечая своих повышенных тонов, что в моем случае больше похожи на визг. — Если для этого нужно быть мужем, то можем исправить ситуацию, — усмехается мужчина, подходя ко мне вплотную. — Так не терпится связать себя узами брака? — Что? — пятясь, спрашиваю, а после замечаю последствие непонятной ссоры. По его шее мелкой каплей катится красная жидкость. Я настолько сильно кричала? — Боже, — забыв о его словах, я снова оказываюсь рядом и протираю запачканную шею вытащенным платочком. — Прости, пожалуйста, я… — Все нормально, — мужчина перехватывает мое запястье и слегка вытягивается всем телом, чтобы я не достала до его ушей. — Холодно, садись в машину. Я решаю с ним не спорить, и так дел натворила, поэтому киваю и сажусь уже на привычное место. Всю дорогу мы едем молча. Арслан даже дорогу не спрашивает, подъезжает ровно к моему подъезду. Все так же молча открывает мне дверь и отходит к багажнику. Я же все это время корю себя за истерику, стоя рядом, только наблюдая, как он копошится с продуктами. — Ты уже и за продукты спишь? — слышится за спиной, когда мы с Арсланом подходим к подъезду. — Да-а, по наклонной пошла. Может, и мне достанется? Я оборачиваюсь на провокационные фразы, сталкиваясь лицом к лицу с бывшим другом. С ходу хочется послать его куда подальше, но даже не успеваю рот открыть, когда Арс ставит сумки на землю, а после хватает Антона за грудки. — Че вякнул? — шипит Арслан. — Жизнь совсем не дорога? — Ой, Эл, слушай, — будто не замечая мужчину, усмехается Антон. — Или это не ебырь, а сутенер? — Что тебе надо, — даже не пытаясь что-либо объяснить, спрашиваю. Но Тохе уже отвечать некогда, Арс не выдерживает и наносит удар за ударом, рыча что-то своему противнику. Антон когда-то занимался вольной борьбой, отчего даже не думает сдаваться, отвечая на каждый удар мужчине. Я прошу их остановиться, но они словно не слышат меня, полностью концентрируясь друг на друге. В душе все равно проскальзывает облегчение, даже какая-то радость, когда неприятель Арслана оказывается на земле. — Только попробуй к ней еще раз подойти, — сплевывая кровь, произносит, а после, не оглядываясь, подходит ко мне и поднимает сумки. — Пойдем, надо тебя покормить. Я пытаюсь отнять у него хоть одну сумку, но мужчина противится. Где-то позади слышится, как Антон кричит нам вслед какие-то оскорбления, но я быстро перебиваю его какими-то нелепыми фразами, лишь бы Арс не услышал и снова не сорвался в драку. Я по привычке, не включая свет в комнате, прохожу на кухню. Не думая о том, что мужчина не ориентируется в квартире. — Я все понимаю, — смеется Арс без какой-либо обиды. — Ты девочка экономная, но можно я все же включу свет. — Прости, — смеюсь в ответ, включая свет в прихожей. — Я не подумала. Быстро скинув обувь, Арслан проходит с пакетами на кухню, принимаясь сразу разбирать пакеты. Когда мужчина отказывается от помощи, я ухожу переодеваться, а после, захватив из ванной аптечку, возвращаюсь на кухню. Я осматриваю мужчину, что разделывает курицу на кухне. Проявляющиеся синяки заставляют меня вспомнить произошедшее полчаса назад. Впервые кто-то полез в драку за меня. Я должна быть в ужасе, но вместо этого улыбаюсь, как последняя дурочка. — Долго сверлить меня будешь? — улыбается брюнет. — Прости, — я подхожу ближе, ставлю аптечку на барную стойку, а сама по привычке забираюсь на нее, закидывая ногу на ногу. — Подойди, пожалуйста, тебе нужно обработать ссадины. — Я позже сам все обработаю, — закидывая в воду курицу, проговаривает мужчина. Отчего-то мне хочется плакать. То ли период жизни такой и многое навалилось, то ли оттого, какую заботу проявляет ко мне малознакомый мужчина, хотя даже друг не проявлял хоть толику внимания, хоть, как оказывается, я и была ему небезразлична. Слезы остановить я не успеваю, шмыгнув носом, протираю их с щек. — Если тебе так принципиально, — Арслан подходит ко мне, бросив заниматься готовкой. Устроившись между моих ног, он мягко поддевает мой подбородок, вынуждая меня поднять на него взгляд. Я вижу в его глазах какую-то печать, одновременно с каким-то воодушевлением. Он едва касаясь протирает мои щеки, избавляя их от влаги. — Только не плачь, пожалуйста. Я трясу головой, как бы говоря, что больше не буду, а после касаюсь смоченным диском его щеки, обрабатывая рану. Он не говорит больше ни слова, смотрит только в мои глаза, иногда хмурится, когда начинает жечь рану. В таких случаях я поступаю как мама, дую на щиплющую рану, словно это и правда помогает. Все чаще ловлю себя на том, что смотрю на его слегка разбитые после драки губы. Что было бы, если я сейчас коснусь его губ своими? Оттолкнет или начнет надо мной подшучивать? Но почему-то мне ужасно хочется пойти против самой себя и, наплевав на последствия, сделать это. Когда его уста слегка дергаются от неприятных ощущений, стоит мне коснуться их диском, я все же ломаюсь и припадаю к его губам. Я едва их касаюсь, готовясь, что мужчина оттолкнет. Но вместо этого ощущаю, как его рука оказывается на моем затылке, притягивая к себе.