Пролог

В Нанкине завершено расследование громкого уголовного дела, получившего в СМИ название «Красное». 20 августа 2023 года в районе Цзянбэй были задержаны лица, причастные к серии самоубийств, потрясших город. Все случаи объединял один пугающий признак — перед смертью жертвы надевали красную одежду. По словам Вэн Цзяньго, руководившего следствием, именно этот элемент стал ключом к раскрытию. Улики, обнаруженные на ткани, позволили выйти на след преступников и предотвратить очередную трагедию. В течение полугода злоумышленники оказывали психологическое давление на молодых женщин, находившихся на самоизоляции во время карантина. Их действия квалифицированы как умышленное доведение до самоубийства. Власти Цзянбэя отрицают информацию о несанкционированных блокировках жилых комплексов. Расследование передано в зону административного контроля. Правительство Нанкина делает все возможное для смягчения карантинных мер и предотвращения подобных случаев в будущем. Вэй Ланьхай перебегал от строчки к строчке, пока не выучил текст наизусть. Телефон выскользнул из пальцев и крепко стукнулся о поверхность стола. Из окна потянуло чем-то теплым, то ли паром от кухни с первого этажа, то ли выхлопными газами с дороги. А может, это был жар, застрявший где-то под ребрами.  Он никогда не верил, что в решающие моменты время замедляется. Но в тот день, в маленькой квартире высотки в спальном районе даже секунды тянулись с усилием.  Ланьхай протер глаза, отгоняя воспоминания, но они упрямо стекали обратно, возвращая его в ту комнату.  Команда открыла дверь. У балкона уже стояла она: плечи задраны вверх, словно подвешенные на веревках, взгляд мечется с пульсом наперегонки. В глазах угольки ужаса. Кожа серая, что не видела света больше месяца, а рот полураскрыт в кривом выкрике.  Он понял — поздно.  Ланьхай зажмурился, откинувшись на спинку стула. Вина жгла кожу изнутри, стала привычкой: за то, что не успел, застыл как врытый в землю столб.    Он разглядел лишь точку на земле, а после она стала кляксой. Ланьхай обошел тот дом за сотню метров, боясь узнать, чем цвет той проклятой ткани отличается от цвета ее крови.  Виновных нашли и арестовали, пока в академии Ланьхай поднимался по лестницам, считая пролеты, как считал дни до отъезда домой. Взгляд вечно упирался в пол, на ноги или на свои пальцы, недостаточно быстрые, такие бесполезные.  Тянуло в сон, но он отказывался спать. Ведь в темноте снова вспыхивала косая ухмылка алого, мучительного кошмара, и голос наставника: “Всех посадили, кроме одного. Не хватает улик”.  В их городе это означало одно: и здесь красный демон протянул свою лапу помощи. Ланьхай забрал документы, не слушая ни гневных речей отца, ни уговоров учителя, ни советов друзей. Слышал только шепот совести. Пока и он не затих.  Любимым звуком стал ветер, поющий свои песни, пока Ланьхай проезжал на байке по душному уезду, где пыль и вечная дымка сплетались с запахом акации. Он мечтал, чтобы этот ветер однажды сдул все образы, накрепко засевшие как наскальная роспись. Но пока ветер лишь заглушал их.