Часть. 6. В остальном положись на меня, Вашего нового Короля

После выхода из игры, Анна с трудом спрятала Мариорта в сумку, проклиная свою неосмотрительность – крысокамера оказалась крупнее рассчитанного и оттого проступала силуэтом под искусственной кожей. Застегнуть молнию с механизмом внутри также не представлялось возможным – если бы Анне это каким-то чудом и удалось, сумку пришлось бы выбросить: острые детали при таком раскладе прорвали бы обшивку. Мысленно чертыхаясь, Воронцова устремилась в коридор, стараясь не попадаться никому на глаза. Ей следовало уже быть дома, и объяснять каждому – особенно директору – причину своей задержки не было никакого желания. – Анна Евгеньевна? – зазвенел голос позади. Елена шагнула ближе, обошла девушку по кругу и всмотрелась в бледное лицо коллеги. – Я слышала о произошедшем. Вам стало нехорошо? Я могу чем-то помочь? Воронцова по инерции одернула руку с сумкой, заводя ту за спину. Вероятно, этот жест и привлек внимание учительницы географии, заставив опустить взгляд в сумку. И увиденное определенно произвело на нее впечатление. – Так вы тоже играете? – Прошу прощения? – осторожно уточнила Анна. – Энвелл. Герои Энвелла. Виртуальная игра с полным погружением, – воодушевленно усмехнулась Новикова, указав жестом на припрятанный игровой артефакт. – Вот уж не думала. Анна молчала, наблюдая за нервной улыбкой на губах собеседницы, за ее тоскливо-ностальгическим взглядом и мягкими движениями. – Я ведь была бета-тестером игры в свое время. Играла за вора. А вам какая роль досталась, если не секрет? Ее мягкий голос успокаивал, побуждал к продолжению разговора и откровенной беседе, но Анне сейчас было не до того. Еще остались дела, с которыми нужно было покончить сегодня. – Бард. Простите, я немного тороплюсь. – Ох, где же мои манеры! – воскликнула Елена, разведя руками. – Не смею вас задерживать. Но, если вдруг захотите поговорить об игре, позвоните мне. Договоримся о встрече. Достав из кармана небольшой блокнот с желто-зелеными листами, Новикова аккуратным почерком вывела комбинацию цифр и, оторвав листок с текстом, протянула свой номер коллеге. – Я свободна в любое время. Давно ни с кем не удавалось обсудить Энвелл. Было бы интересно узнать ваше мнение на его счет. В общем, буду ждать вашего звонка.

***

Механическая составляющая крысокамеры ничем не отличалась от привычной человеку, но вот с микросхемами пришлось изрядно повозиться. Несмотря на схожесть элементов питания, остальные части разительно отличались от земных технологий. Металлические дорожки были сделаны из более прочного и стойкого к физическому воздействию металла, а строение полупроводниковой подложки, обычно состоящей из кремния, напоминало вулканическую породу – темную и пористую, но вместе с тем довольно твердую. На изучение игровой камеры ушло больше двух часов. Так что когда Анна закончила спаивать контакты, солнце уже окрасилось в алый и покатилось за линию горизонта, знаменуя скорое наступление ночи. Зато результат в полной мере оправдал затраченные усилия – Анне удалось перенастроить подключение камеры к общей сети. Теперь Мариорта можно было скрывать на время от «чужих глаз» по собственному желанию, не меняя систему изнутри. Осталось лишь найти «телевир». Анна выдохнула устало, начав разминать затекшие плечи. Ей определенно требовалась короткая передышка перед погружением в студенческие задания. Может, прогуляться с собакой, пока окончательно не стемнело? Или перед этим всё же проверить камеру на дееспособность? Включив крысокамеру, Анна отошла на шаг назад, наблюдая за ее «пробуждением». Мариорт резво подскочил на свои железные лапы, больше напоминающие куриные, дернул хвостом, проверяя механизм, и вытянул «шею», расправляя фокусировочный мех – складную конструкцию из кожи, позволяющую камере перемещать объектив. Линза прокрутилась по кругу, настраивая фокус, а затем Мариорт повернулся к игроку, оглядывая барда с любопытством. – Ну, здравствуй вновь, – улыбнулась Воронцова. – Можешь включить мою запись? Крысокамера подпрыгнула на месте, будто поняв просьбу, и повернулась к стене. Светлую поверхность озарил свет проектора, и запись, сделанная в Энвелле, запустилась. – Так, а теперь какую-нибудь другую. С других камер. То же послание Моргарта, которое видели игроки на ферме. Знаешь о таком? Механический зверек выключил проекцию, повертел мехом из стороны в сторону и вдруг уселся, начав чесать свой деревянный корпус подобно псу. Похоже, всё получилось. Или крысокамера просто упрямилась, не желая включать иные записи. Джек крутился у ног хозяйки уже некоторое время. Он определенно был заинтересован в незнакомом зверьке, пахнущем отлично от городской среды. Громогласный «гав» в качестве приветствия неожиданно спугнул крысокамеру, и та начала скакать по комнате. Джек – за ней. Анна глядела на них поначалу укоризненно, но после, в попытках остановить, невольно вступила в игру. Ей впервые за долгое время было по-настоящему весело. До улыбки. До смеха. До слез. Она впервые за долгое время позволила себе оставить тревоги и просто насладиться моментом.

***

На следующий день дети и проходящая практику учительница собрались в обеденный перерыв в своем тайном убежище под лестницей и переместились в игру. Анна заранее сообщила всю имеющуюся информацию юным игрокам, а те, в свою очередь, решили разделиться для более быстрого выполнения квестов. Анне и Филу требовалось отыскать поселение шахтеров, а остальным трем ребятам – заняться поиском и уничтожением высоко- и среднеуровневых монстров. – Маг без маны и бард, не умеющий играть даже переборы и слайды, – саркастично подметил Фил на выдвинутое предложение состава команд. – Идеальный баланс. Стопроцентное поражение. – Тебе нужно как-то сделать это поселение своим, – напомнил Арт, взмахнув мечом. – А Анна Евгеньевна не умеет сражаться и нам в битвах не поможет. Пусть лучше мелкие поручения у шахтеров повыполняет – опыт какой-никакой получит. – А если на нас нападут? – продолжал возмущаться маг. – Марионетки, опять же! – Я предлагала тебе научиться махать посохом – сам отказался, – усмехнулась Кира, ободряюще похлопав друга по плечу. – Крепись. Сбежите в случае опасности – ничего страшного. Штрафов за побег тут нет, уже проверили. – Арт будет выступать танком и брать урон от монстров на себя, – за серьезное объяснение взялся Сменкин, порядком подуставший от споров друзей. – Я буду искать слабые места и пополнять припасы, а также укреплять щиты при необходимости. А Кира... – Убивать их. Видишь, Фил? – девчонка зарядила арбалеты и кивнула на соседние плавучие острова, выстраивая в голове дорогу. – У нас всё схвачено. – Но, – когда аргументы и возмущенные высказывания у мага закончились, он перешел к тяжелой артиллерии, – Анна Евгеньевна, хоть вы скажите им!.. Давить на жалость у Черных получалось очень хорошо. Но сегодня столь полезное умение как нельзя некстати отказало. – Они правы, – пожала плечами бард, достав из-за спины гитару, – мы не поможем в поисках монстра. Разумно будет предоставить нам выполнение второго задания. Пойдем, лучше поторопиться. У нас двадцать восемь минут. Фил шумно выдохнул, разочарованно всплеснув руками: – Ненавижу квесты на время. Путь к шахтам лежал через запутанную сеть туннелей, проходящих под лесом и городом. Спуск к каменистым расщелинам не вызвал трудностей у игроков, но вот по мере продвижения глубже света становилось всё меньше, и шаг значительно замедлялся. Когда вокруг сгустилась непроглядная тьма, Фил не выдержал: – Ну, и долго нам еще так идти?! Я уже дважды чуть не упал. Маг держался за плечо Анны, идущей впереди. Ее ладонь скользила по влажной стене по правую сторону от барда. Так было проще запоминать путь, ведь ответвлений и узких проходов, скрытых в стенах, в пещерах было полно. – Подожди, сейчас включу фонарик. Вынув из кармана куртки потертый мобильный в сером чехле, Воронцова сверила таймер – оставалось еще семнадцать минут – и осветила темный проход впереди. – В пещерах водятся летучие мыши, крысы и змеи. Свет их не всегда отпугивает, а, напротив, привлекает. Нарваться на обычных-то не хочется, а тут, в игре, еще страшнее, – спокойно пояснила учительница, окинув взором холодные стены. Некоторые камни покрывали царапины, будто оставленные когтями или железной киркой. Фил представил себе огромную крысу с крыльями летучей мыши и кроваво-красными глазами, едва вмещающей свою тушу в каменные проходы. От этого зрелища стало тошно, и он спешно замотал головой в попытке отогнать видение. – Ну, вы и злюка! Лучше бы подбодрили. – Прости, – только и ответила бард, продолжая путь вперед. Голос ее оставался холоден и равнодушен, словно происходящее вокруг ее ничуть не волновало. Фила это раздражало. Он привык видеть ее другой. Увлеченной, яркой, громкой. Будучи в классе, она уверенно подхватывала интересы ребят, в увлекательной форме рассказывая темы занятий. Там – ее поле сражений. Не здесь. И почему же? Черных, ухватившись за эту мысль, спросил напрямую: – Вы боитесь? – Что? – Ошибиться. Здесь. В Энвелле. Потому так осторожничаете во всем? Молчите постоянно, а когда вступаете в диалог, становитесь холодной и черствой. Ну, прямо-таки Снежная Королева. Анна не ответила. Только фонарик в ее телефоне едва уловимо дрогнул – руку сковала судорога. – Можете не говорить, если не хотите, но я-то всё вижу. Мы видим. – Черных пожал плечами и в задумчивости отвел взгляд. Он был честен с ней, потому хотел, чтобы и она была с ним откровенна. В конце концов, им предстояло мир спасти так-то. – Потому вы обморок и свалились на уроке. От переживаний. Ну, об Энвелле, о Марие Степановне и о... – Ты прав, – голос барда дрогнул. Фил остановился. Свет фонаря лениво скользнул по влажным стенам, отыскав зеленые кристаллы, проступающие среди камней. Их блеск отразился в глазах юного мага. И тогда Анна повернулась, явив спутнику свою тоскливую улыбку. – Ты во всем прав. – Правда что ли? – казалось, Черных искренне удивился и оттого невольно смутился. Нечасто его правоту признавали. – Ну, я... это... – Не извиняйся. Сама виновата. Следовало сказать сразу. – Воронцова осторожно коснулась своего дрожащего запястья, словно страшась повредить хрупкую статуэтку одним только прикосновением. – Я боюсь потерять контроль над ситуацией. Боюсь, что не справлюсь с возложенной на меня задачей. Потому что ничего не знаю об этом мире. Совершенно. И это меня ломает. – Ее пальцы провели выше, по золотым манжетам к темно-серой коже изящной куртки. – Будто в детство возвращаюсь. Во времена, когда ничего не понимала и оттого не могла ничего сделать. – Небольшой вдох, затем выдох. Ей требовалось собраться с мыслями как можно скорее. – В школе я контролирую ситуацию. Я знаю правила, по которым разыгрываются те или иные сцены. Знаю все возможные паттерны поведения и умею использовать их на благо. Но не здесь. Здесь всё... иное. Хаотичное. Нереальное. Правила в мире Энвелла есть, я не спорю, но играть в их рамках я пока не научилась. Фил почесал затылок. Не такого ответа он ожидал. И что теперь делать с неловкостью, повисшей между ними? Извиниться? Сказать «понимаю, сам такой же», когда являешься полной противоположностью собеседника? – Ну, я могу вас научить всему, что знаю об Энвелле. Черных предложил это скорее в шутку, надеясь сгладить острые углы их разговора и вернуть диалог в привычное русло. Он всегда был таким: обходил тяжелые и сложные темы, не ведая совершенно, как их правильно обсуждать и чем помочь собеседнику. Вечно замирал как вкопанный, когда кто-то рядом плакался о своей беде. И не знал, как утешить, только шутил неловко и разводил руками. Одним словом, вел себя как дурак. За что постоянно получал упреки от окружающих и друзей. – Ну, или хотя бы постараюсь. Там скиллы какие или... – Тише, – шикнула Анна, напряженно поведя плечом и уставившись в темноту. – Что? Я помочь пытаюсь! – Да тише ты! – Воронцова схватила парня за руку и повернула лицом к темному туннелю впереди, тщетно стараясь осветить проем фонариком в телефоне. Во тьме раздавался скрежет. Тягучий, томительный, мрачный. И с каждой секундой он нарастал. Кровь стыла в жилах, поддаваясь игре человеческого воображения, рисующего чудовищные образы в танце теней на камнях. На свет показалась острая зеленая морда, покрытая мелкими кристалльными чешуйками. Затем пара желтоватых глаз, лишенных радужки и зрачков. А после вылезло и длинное извивающееся тело с пятью – или шестью – парами острых лап, звонко царапающих каменные стены. Фил закрыл рот от ужаса и направил было на монстра свой посох, в надежде потратить последние единицы маны на простенькое заклинание ослепления. Но Воронцова вскинула руку, остановив спутника, и подхватила с земли один из камней, тут же с размаху метнув тот за спину змея. Свирепо зарычав, монстр дернулся, извернулся в узком туннеле, загрохотав чешуйчатым пузом, и уполз в темноту, из которой пришел. – Бежим, – скомандовала бард и бросилась в обратную сторону, вырисовывая в голове маршрут отступления. Сражаться сейчас не выйдет. – А я говорил, что нельзя идти одним! – возмущался позади Черных, листая на ходу список заклинаний. – Мне даже остановить его нечем! Рев раздался еще раз. Но теперь, уловив движение в каменных стенах, зверь бросился в погоню. – Посмотрите хоть его слабости! – буркнул маг, свернув в широкий ход следом за учительницей. – Если бы я знала как!.. – Да покрутите просто линзу или, не знаю, коснитесь ее! У Вика всегда получается. Анна оглянулась через плечо. Чешуйчатый монстр нырнул в их туннель. Змей свирепо рычал и клацал зубастой мордой, грозясь в любой миг схватить кого-то из игроков, если замешкаются. Стоило коснуться зеленого стекла, венчающего левый глаз, как мир вокруг преобразился – на лицо легла виртуальная панель. С десяток различных окон замерцали перед глазами, и в их содержании с ходу сложно было разобраться. Одни выдавали текстовое описание противника, другие – его характеристики, третьи – предупреждения. На последнем Анна и сконцентрировала свое внимание, сообщив Филу увиденное: – Свет! Его слабость – яркий свет. Черных резко остановился, выбрал нужное заклинание в своем списке и метнул шар света в змея. Белая вспышка ослепила коридор, и монстр, заскулив от боли, завился в каменных стенах. – Это много времени не выиграет! – сообщил маг, бросившись следом за Анной. – И мана на нуле. Я ничего скастовать не смогу. Воронцова вновь коснулась линзы, и экран исчез, явив реальность, лишенную интерфейсов. Времени не было – нужно было придумать что-то в считанные секунды. Сразиться с ним в ближнем бою? Нет, показатель силы слишком велик, да и что посох с гитарой смогут противопоставить змеиной чешуе? Спрятаться и попытаться по-тихому прокрасться дальше? Звучит лучше, но здесь слишком многое упирается в удачу. А Анна не привыкла полагаться на нее. Тогда остается только заманить монстра в ловушку и попробовать обрушить каменный свод. Но хватит ли им сил? А если там, в глубинах шахт, таких чудовищ будет больше? Как тогда поступить? Таймер на экране показал оставшееся время – пять минут. Что же, с обеда придется задержаться. Если вообще удастся на него вернуться. – Туда! – из размышлений Воронцову выдернул голос Фила. Она ощутила его пальцы на своем запястье. Юноша уверенно тянул ее в узкий коридор, в конце которого виднелся едва мерцающий огонек – зажженный кристалл, какие им попадались раньше. Протиснуться в узкую расщелину вдвоем не вышло бы, и Анна скомандовала ему идти вперед. Черных громко выругался, но, не имея возможности спорить, стал лезть вперед, чертыхаясь на каждом шагу. Узкие стены давили на грудь, обращая каждый вдох невыносимой пыткой. Камни нещадно царапали ладони и лицо. Скрежет нарастал. Монстр приближался. – Еще, – захрипел Фил, стараясь ускорить шаг, – чуть-чуть! Анна взглянула на каменный ход – от движения Фила он начинал обрушаться. Если хорошенько ударить по проходу – тот обвалится. Нужно только подгадать момент, чтобы не попасть под обвал самим. Когда Фил почти преодолел узкий переход, Воронцова шагнула за ним, и в тот же миг в туннеле появился змей. – Быстрее! – Фил наконец оказался в более широкой части прохода и с ужасом наблюдал за тем, как приближается монстр. Его туша, лишенная костей, без труда пролезет следом и схватит барда. Это только вопрос времени. Этого не избежать. Вот почему Анна позволила ему идти первым. Пальцы мага с силой стиснули посох. А что он может сделать? Как помочь? Как уберечь товарища от опасности? Как? Дыхание сперло. Губы открылись в немом вопросе, обращенном к пустоте. Он не мог пошевелиться. Ноги не слушались. Тело словно окаменело. А змей уже раскрыл пасть, вознамерившись укусить барда за плечо. – Пригнитесь! – звонкий девичий голосок прогремел победным маршем в каменных стенах. Анна повиновалась, и в тот же миг над головой пролетел зажженный кристалл. От столкновения с тушей чудовища он вспыхнул ярче прежнего, озарив собой всё пространство. Змей заревел от боли, устремив свой взор в потолок, тщетно пытаясь спастись от яркого света. – Подвиньтесь! Толчок пришелся в бедро, и Фил, неловко сморгнув, отшатнулся от прохода. К узкому туннелю тут же подлетела маленькая коренастая девица с пурпурной кожей. Ее одежда напоминала рабочий костюм, потрепанный временем и усердным трудом, а покоящаяся на поясе кирка однозначно давала понять, что незнакомка относилась к шахтерам. – Руку! – приказала девица и протянула раскрытую ладонь барду. Ее чистые бирюзовые глаза смотрели на игрока с уверенностью. Она знала, что делает, и потому Анна доверилась ей. Незнакомка ухватила Воронцову за запястье и лишь потом обнажила инструмент. Острие одним точным ударом направилось в каменный свод, создав в нем быстро расползающуюся трещину. А затем, уперевшись в камни ногами, неигровой персонаж выдернула барда под грохот падающих друг на друга камней. Проход обвалился, и монстр остался позади. – Ух! Ну, и разозлили же вы его! – пытаясь перевести дух, смеялась девица, ничуть не стесняясь своего вида. Поднявшаяся пыль облепила ее лицо и одежду серыми пятнами, а руки украсила пара свежих царапин. – Вы чего через закрытые ходы полезли? Взгляд ее обратился к магу, и тогда девица замерла. В чистых глазах заблестело восхищение. – Ваше Величество! – воскликнула она вдруг. – Простите мне мое неуважение! – она бросилась к Филу в ноги, совершенно позабыв о спасенном барде. Анна и Филипп переглянулись, а тот только неоднозначно пожал плечами. – Хей, – он осторожно коснулся ее плеча, – не нужно. Мы это... спасибо должны сказать? За спасение. Так что, как тебя зовут? – Йанни, – мигом отозвалась девица и поднялась на ноги, неловко отряхнув колени. – Йанни, от лица Вашего Величества я благодарю!.. – Мы шли в ваше поселение, – вмешалась Анна, одернув Фила за рукав. – Не подскажешь дорогу, пожалуйста? Йанни глянула на барда в недоумении, а затем подняла взгляд на мага. Ее пушистые ушки приподнялись, словно девица над чем-то раздумывала, а затем резко опустились. – Но вам нельзя туда. Игрокам нельзя спускаться в шахты. Шеф не поймет. Накажет. – Почему? – спокойно уточнила Анна, прежде, чем в разговор вновь вступил бы Фил. Йанни колебалась. Она сложила в замок за спиной и отвела взгляд в сторону, боясь смотреть игрокам в глаза. Врать у нее никогда не получалось, вот и сейчас пришлось отвечать честно: – Игроки натворили тут дел. В прошлый раз. Вот мы и... решили больше не пускать их. Не помогать. – Тогда почему ты помогла сейчас? Йанни слабо улыбнулась, и на щеках ее проступил едва заметный румянец. – Вы были в опасности. Не могла же я оставить вас на верную гибель. Анна сдавила собственное запястье. В груди что-то болезненно защемило. Разве она не должна была подчиниться прописанному алгоритму? Разве не должна была пройти мимо? Или ее код неисправен? Как у Баквита? Здесь всё неправильно. Здесь всё подчинено изначально сломанным правилам. Вот почему она не в силах понять Энвелл. – Но всё же нам нужно к шахтерам, – Фил почесал затылок, – мне бы ману восстановить, а Баквит сказал, что это можно сделать в поселении. Я без маны ничего не могу. Ну, сама видела. Ты поможешь, Йанни? Девица закусила губу. – Если это просит Его Величество... – она тяжело вздохнула. – Я отведу. Но ману мы не сможем восстановить. Для этого нужно собрать топливную руду. А ее сбор приведет к появлению Ужасного Чудовища. Фил оглянулся на заваленный проход. – Такого, как этот? – спросил он с легкой усмешкой. – Нет, – Йанни покачала головой, раскинув руки в стороны, словно силясь показать размеры, – раз в тридцать больше. Улыбка мигом сползла с лица мага, и он шумно сглотнул, поумерив свой пыл. – Тогда просто проводи нас на поверхность, – попросила Воронцова, глянув на убывающие цифры в телефоне. – Тем ходом нам не выйти, а вернуться нужно. Нас ждут друзья. – О, это с легкостью! Йанни заметно воодушевилась и поманила игроков за собой. – Ты что творишь? – шикнул Фил, подойдя ближе к Анне. – То есть вы, – мигом поправил сам себя, поймав удивление во взгляде учительницы. – Нам нужна мана! – Она нужна тебе, – шепотом отрезала бард, – и тебе дали понять, Черных, что ее добыча невозможна. С монстром мы ничего не сделаем. И жителей не переубедим. Нужно придумать другой план. Фил сдаваться так скоро не собирался. Уходить с пустыми руками он не привык. – Йанни, – окликнул он низкорослую спутницу, гордо вздернув подбородок. – Я обещаю, что уничтожу это Чудовище, как только вы восстановите мою ману. И вообще всех монстров в шахтах. Анна раскрыла в ужасе глаза, но мага было уже не остановить: – Так что отведи нас к своему Шефу – или кто там староста в поселении шахтеров, – а в остальном положись на меня, Вашего нового Короля.

***

– Ты совсем спятил? – Анна не смогла сдержать себя в руках и схватила Фила за шиворот, как только они остались наедине в гостевом доме. – Черных, ты чего им наобещал?! Маг вскинул руки в примирительном жесте и неловко улыбнулся. – Ну, мы ведь можем не выполнять обещание. Главное – достать ману, так ведь? – Ты!.. Анна отступила назад. Взгляд ее пылал яростью, в то время как тело одолевала дрожь. И Фил искренне не понимал, отчего она злилась. Он ведь решил их проблему! Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо. Ей не нужно будет переживать на этот счет. Ей не нужно больше взваливать на себя этот груз. Одной проблемой меньше, разве нет? Так почему она злится? Почему смотрит на него с тоской и обидой? Почему не похвалит? Разве он не заслужил? – Ну, что я сделал не так? – процедил сквозь зубы Черных, раскрыв руки. – Вы сами говорили, что наша задача – спасти Марию Степановну! И время поджимает, так? Мы выполнили свою часть плана, теперь дело за Артом, Кирой и Виком. Мы же на шаг ближе к победе! Анна вздрогнула, обхватив себя руками. Верно. Почему она вообще взъелась? Фил прав, они выполнили поставленную задачу, и разбираться с последствиями не обязаны. Скоро всё закончится. Они спасут Марию Степановну – и игре конец. Больше не нужно будет возвращаться в этот мир. Тогда почему в груди так болит? – Да, ты прав. Прости, – Воронцова провела по волосам, стягивая зеленую резинку вниз, – прости, я... Мне нужно побыть одной. Можешь ненадолго выйти? Фил опустил плечи. Обида сменилась искренним удивлением. Он хотел подойти, извиниться как нашкодивший в школьном кабинете ребенок, но не посмел. Ладонь его дрогнула, обратившись в кулак. Он вновь не сумел ничем помочь. И не знал, как теперь вернуть всё назад. Как всегда облажался. Черных горько усмехнулся и, не сказав ни слова, покинул тесное помещение. С его уходом стены поглотила тишина одиночества. Она была привычна Анне. Она позволяла окунуться в собственные мысли и обдумать всё как следует. Пальцы уверенно перебирали золотые пряди, собирая их в косу, вместе с тем сплетая воедино мысли. В голове зарождался план. И для его осуществления требовалось для начала встретиться с Еленой Викторовной. А затем Анне предстояла встреча с Моргартом.