Глава 4: Снова в школу

Ночь в кабинете была тягучей и холодной. За окном барабанил дождь, лениво стекали редкие капли. На столе догорала свеча, отбрасывая длинные тени на разбросанные бумаги. Хайсе сидел в кресле, опустив локти на подлокотники, и уже который час молчал, прокручивая в голове одни и те же мысли. Сегодня утром Гарри уедет в школу. И почему-то на душе было неспокойно. Он до сих пор помнил, как однажды Гарри рассказал ему о странном домовике по имени Добби. Тогда Хайсе и испугался по-настоящему впервые за много лет — настолько, что сразу усилил вокруг дома защиты, даже от домовиков, на всякий случай. В тот вечер он долго и зло ругал Дамблдора за безответственность, за то, что тот так легкомысленно оставил Гарри без присмотра и поставил ребёнка под удар. Не к добру это было тогда… и не к добру теперь. А что если каждый учебный год для Гарри будет таким же, как первый? Опасности, заговоры, кровь?.. Хайсе хмуро усмехнулся и потер переносицу. Ну нет… Я уже параноик. Хотя, как любит повторять Сергио: «От чуйки до паранойи — один шаг». Может, он и прав. Я не знаю. Я просто не знаю… Иногда так хотелось всё бросить. Закрыть все книги, сжечь бумаги, исчезнуть и дать этой войне закончиться без него. Но каждый раз, видя улыбку Гарри… он вспоминал, зачем всё это терпит. > Флэшбек — Помни, Хайсе: каждый воин сражается за своего короля. — Но у меня нет короля! — детский голос Хайсе звучал упрямо и надтреснуто. — Я свободный! — У каждого есть король, Хайсе. Для нас, старших, — это вы, дети. Вы — наше будущее. Вы — те, ради кого мы готовы отдать жизнь. — Однажды ты поймёшь это. Однажды. Конец флэшбека Хайсе открыл глаза и выдохнул в тишину кабинета. — Король… значит… — медленно протянул он. Он провёл ладонью по лицу и наконец встал из кресла, отодвигая бумаги в сторону. — Ладно… об этом подумаю позже. Сейчас нужно хоть немного поспать. Он задул свечу, кабинет погрузился в мягкую темноту. За окном дождь постепенно стихал, оставаясь только редким шорохом по карнизам. Хайсе уже собрался подняться из кресла, когда где-то в тени зашуршало, и по полу скользнула тёмная, длинная тень. — Опять не спишь… — раздался тихий, холодный шипящий голос Разуя, заставивший кожу у Хайсе чуть покрыться мурашками. — Привычка, — отозвался он сухо. — Тебе не обязательно дежурить здесь. — Кто-то… должен… следить… за тобой… — протянул Разуй, извиваясь в тени у стены. — Слишком много… думаешь… слишком мало… спишь… Хайсе… — А кто-то должен думать, — так же сухо парировал Хайсе. — Я не могу просто так оставить это на волю случая. Разуй тихо зашипел, скользя по полу, и его жёлтые глаза блеснули в темноте: — Ты… не сможешь… всё… контролировать… никогда… — Может быть, — тихо ответил Хайсе, не отрывая взгляда от окна. — Но и бездействовать я тоже не могу. Змея вытянулась по ковру, кольцом легла в проём двери и снова зашипела: — Тогда… хоть немного… поспиии… Силы тебе нужны… он… нужен тебе… сильный… Хайсе… Хайсе едва заметно усмехнулся краем рта. — Знаю. Иди. Разуй зашуршал по полу и бесшумно исчез в коридоре, оставив после себя только тихое эхо шипения и ощущение холода. Хотя бы кто-то здесь не даёт мне окончательно сойти с ума… — подумал Хайсе Утром Хайсе спустился на кухню. По полу рядом с ним бесшумно скользил Разуй. Первое, что он увидел, войдя, — Гарри, который о чём-то тихо разговаривал с Мертой. Кики тем временем носилась по кухне, наводя порядок и приговаривая себе под нос. Подойдя к Гарри, Хайсе небрежно потрепал его по волосам. — Доброе утро, братец. — Доброе утро, Хайсе, — ответил Гарри с радостной улыбкой. — Мерта, — кивнул Хайсе змее, выглядывающей из-под края стола. Та ответила таким же коротким кивком. Хайсе опустился на стул, и перед ним тут же появилась тарелка с яичницей и хрустящим беконом. — Спасибо, Кики, — бросил он коротко, принимаясь за завтрак. Разуй в это время подполз к Мерте, и они зашипели друг другу что-то, время от времени бросая на людей жёлтые взгляды. Хайсе их не слушал. Он опять утонул в своих мыслях, лениво ковыряя вилкой в тарелке. — Хайсе. Голос Гарри вернул его в реальность. Он поднял глаза и увидел, что Гарри уже стоит перед ним — собранный, с сумкой на плече, с тем мягким, чуть укоризненным взглядом, каким он всегда смотрел на старшего брата, когда понимал: тот снова загружен тревогами. — Нам пора выходить, — напомнил Гарри спокойно. Он знал, что Хайсе вечно о чём-то думает и переживает. И что, сколько бы Гарри ни пытался убедить его расслабиться — всё это бесполезно. Смирился. Такой он уже был. — А, да… прости, Гарри. Дай мне пять минут — и я готов, — отозвался Хайсе всё тем же отстранённым тоном. Гарри кивнул и, забрав Мерту под мантию, вышел в коридор. Через пять минут Хайсе был готов. Они встретились у двери, и, не обмениваясь лишними словами, вместе трансгрессировали. Платформа 9¾ встретила их величественным поездом. Гарри, как всегда, на мгновение замер — он никогда не переставал удивляться тому, каким внушительным и одновременно прекрасным казался этот состав. Массивный, багрово-красный, с клубами пара и запахом угля, он гудел и готовился принять на борт новый поток учеников. Вокруг толпились дети и родители. Кто-то кричал, прощаясь, кто-то уже спешил занимать купе, а где-то вдалеке ругались два застрявших троллейбуса с багажом. В шуме толпы Хайсе и Гарри, шагая по платформе, начали искать знакомые лица. И вскоре заметили Гермиону — она стояла чуть в стороне рядом с миссис Лонгботтом и Невиллом. Родителей Грейнджеров рядом не было — вероятно, их уже не пропустили на платформу. Хайсе и Гарри подошли ближе. Гарри уже привычно улыбнулся друзьям. Гермиона, завидев их, сразу подбежала к Гарри и крепко его обняла. — Гарри! — радостно воскликнула она. — Доброе утро! Гарри смущённо улыбнулся и кивнул: — Привет, Гермиона. — Мисс Грейнджер, — холодно и чуть насмешливо кивнул Хайсе. Гермиона, не растерявшись, на удивление твёрдо ответила: — Доброе утро, мистер Поттер. Хайсе едва заметно усмехнулся краем рта, а затем пожал руку Невиллу. — Лонгботтом. — Здравствуйте… мистер Поттер, — чуть запинаясь, ответил Невилл. С миссис Лонгботтом он поздоровался более официально: — Леди Лонгботтом. — Мистер Поттер, — кивнула та в ответ с едва заметной улыбкой. На секунду все замолчали. Поезд гуднул, окутывая платформу новым клубом пара. Гермиона всё ещё стояла рядом с Гарри, сияя. Хайсе молча сунул руку в карман мантии, достал небольшой аккуратный свёрток и протянул его ей. — Вот. Как и обещал, — сказал он ровно. Гермиона удивлённо посмотрела на него, осторожно взяла свёрток. — Это… та самая книга? — спросила она тихо. — Та самая, — кивнул Хайсе. — Только теоретическая часть. Не вздумай сразу лезть в практику. Силы пока не те. Гермиона кивнула серьёзно, прижимая книгу к себе, словно сокровище. — Спасибо, мистер Поттер. Я обязательно… только теорию, да. — Умница, — коротко бросил он, переводя взгляд на толпу. Платформа гудела, клубилась паром и гулом голосов. Поезд шумно выдыхал облака дыма, разнося запах угля и масла. Разуй всё это время, как всегда, тихо и незаметно сидел на нём: его длинное холодное тело обвивало торс Хайсе под мантией, кольца чуть сжимались при каждом его вдохе, но никогда не мешали. Слишком шумно, — вдруг раздался внутри головы тихий шипящий голос Разуя. Хайсе чуть нахмурился и опустил глаза, но даже не посмотрел на него — змей всё так же оставался незаметным для остальных, сплошной тенью под тканью. Ты ненавидишь… эти толпы… Хайсе… Зачем… терпишь? — протянул Разуй, его голос отзывался тяжестью в голове. Потому что он этого хочет, — отрезал Хайсе мысленно, холодно, не меняя выражения лица. Он… твой король? — хищно зашипел Разуй, чуть сильнее сжав кольца. Он мой брат, — подумал Хайсе и ощутил, как змей вновь расслабился, довольный ответом. Разуй не сказал больше ни слова и просто остался там, где был — тихой, холодной тенью, всегда рядом. Ребята попрощались со взрослыми и пошли занимать места в поезде. Платформа постепенно пустела, гул толпы стихал. Хайсе задержался на мгновение, глядя, как Гарри с друзьями скрываются в дверях вагона. Он медленно перевёл взгляд на миссис Лонгботтом и заговорил тихо, усталым, немного надломленным голосом: — Могу ли я рассчитывать на… приватную беседу? Возможно, это паранойя, но… мне нужен совет. Совет опытной женщины, которая сможет трезво взглянуть на ситуацию. Августа чуть приподняла брови, но кивнула: — Для вас, мистер Поттер, в любое время. — Спасибо. — Предлагаю обсудить всё у меня в поместье, — спокойно добавила она. Хайсе кивнул коротко, не задавая лишних вопросов. — Тогда я последую за вами. И они вместе трансгрессировали в поместье Лонгботтомов. Ребята устроились в купе. Гермиона сидела у окна и прижимала к груди свёрток, который утром вручил ей Хайсе, словно он вот-вот мог убежать. Гарри сел напротив неё, а Невилл устроился рядом. Тот вдруг опомнился, поёрзал на месте и неловко посмотрел себе под ноги. — Гарри… — начал он неуверенно. — Что случилось, Невилл? — спросил Гарри, поднимая взгляд. — Я… я совсем забыл поблагодарить мистера Хайсе за подарок… — пробормотал Невилл, краснея. Гарри широко улыбнулся. — Не волнуйся, Невилл. Хайсе точно не обидится. — Точно, мистер Хайсе не такой, — поддержала его Гермиона, но тут же добавила укоризненно: — Но тебе всё равно нужно будет написать ему и поблагодарить. Так правильно. Невилл смущённо закивал, ещё сильнее уткнувшись взглядом в свои ботинки. Гарри тем временем достал из сумки учебник по зельям для второго курса, раскрыл его и углубился в чтение, одновременно делая заметки в блокноте. Гермиона не выдержала и сама развязала свёрток с книгой, подаренной Хайсе, сразу же погружаясь в изучение. Невилл, не зная, чем себя занять, вытащил учебник по травологии и, уткнувшись в него, стал перечитывать раздел про новые волшебные грибы. Дверь купе тихо скользнула в сторону. На пороге стояла девочка со светлыми, почти белыми волосами и большими глазами, в которых отражался пробегающий за окном свет. В руках у неё был журнал Придира. Она оглядела их всех, будто не глядя, и спокойно произнесла: — Здесь… спокойно. Гермиона нахмурилась и посмотрела на неё. — Ты хочешь сюда присесть? — уточнила она после паузы. Луна чуть наклонила голову и ответила ровно, как будто это было очевидно: — Я уже здесь. И не дождавшись разрешения, шагнула в купе и села на свободное место, положив журнал на колени. Хайсе сидел напротив миссис Лонгботтом, медленно обхватив ладонями чашку с чаем. Тёплый пар поднимался к лицу, но не согревал. Августа смотрела на него внимательно, спокойно, но взгляд её ясно говорил: ну, пора. — Дело в том, миссис Лонгботтом… — начал он наконец и пересказал всю историю с Добби. Как Гарри рассказал ему о странном визите домовика, как Хайсе тогда сразу усилил защиту от эльфов и как потом долго ругался на Дамблдора за такую беспечность. Когда он закончил, миссис Лонгботтом выглядела откровенно недовольной. — Значит, по мнению этого… директора… держать наследника Поттеров в маггловском доме, без защиты от домовиков — это безопасно? А вот в поместье Лонгботтомов — опасно? — зло бросила она, чашка в её руках чуть дрогнула. Хайсе слегка опустил взгляд, но кивнул: — Конечно, до моего появления вы не знали, что у Поттеров остался ещё один наследник. Я понимаю. Августа вздохнула, чуть отставив чашку. — А что до самого домовика… вы же понимаете, мистер Поттер, силу клятвы между эльфом и его хозяином? — Да, понимаю, — кивнул он. — Лично я считаю, что кто-то просто хотел напугать Гарри. В надежде, что он бросит школу. Как вы понимаете, врагов у мальчика хватает. — Согласен, — тихо сказал Хайсе. — Но вот что странно… разве не проще было бы его просто убить? Зачем так сложно — пытаться напугать и отгородить от школы? Августа на секунду задумалась, холодно поджав губы. — Возможно… возможно, чары, стоящие на доме, не позволяют подобное. Есть старые магии, которые не каждому под силу обойти, — сказала она наконец. — Вполне возможно, — кивнул Хайсе. Августа вдруг чуть приподняла бровь, и взгляд её потеплел — хоть и едва заметно: — А как вы вообще нашли своего брата? — Кровный ритуал, — коротко ответил он. Августа прищурилась, тон её заметно похолодел: — Надеюсь, вы в курсе, что он запрещён в Британии. Для вашего сведения, мистер Поттер. Хайсе едва заметно улыбнулся краем губ. — Именно поэтому об этом знаем только я… и теперь вы. Августа несколько секунд смотрела на него, потом кивнула чуть-чуть, давая понять, что оценила этот жест доверия. Ребята сидели в купе. Пейзаж за окном давно сменился: вместо ровных зелёных полей теперь мелькали леса, поросшие мхом, и скалистые холмы, от которых тянуло прохладой даже сквозь стекло. Все молчали, углубившись в свои книги. Гарри дописал что-то в блокнот, закрыл книгу и вместе с записями аккуратно убрал в сумку. На секунду задержал взгляд на Луне. Она сидела рядом с Гермионой, ближе к двери, устроившись так, словно тут всегда было её место. Держала на коленях Придиру, но не читала — её глаза смотрели куда-то в даль за окном, как будто там, за лесом, было что-то только ей ведомое. И вдруг она медленно повернула голову к Гарри и, чуть наклонившись вперёд, произнесла почти шёпотом: — У тебя под мантией… что-то шевелится. Гарри вздрогнул, встретился с её глазами и замер. Гермиона подняла брови и осторожно посмотрела сначала на Луну, потом на Гарри. Невилл нахмурился и неловко заёрзал на сиденье. — Что? — наконец выдавил Гарри, стараясь не выдавать смущение. Луна медленно кивнула на его грудь. — Вот здесь. Оно двигается. Очень красиво. Тишина. Поезд глухо скрипел, колёса мерно постукивали, и всё это время Луна не сводила с него взгляда. Гарри почувствовал, как вспотели ладони. Он отвёл взгляд и чуть усмехнулся уголком рта: — Ты уверена, что хочешь увидеть? — сказал он тихо. — Потому что то, что у меня под мантией… может тебя напугать. Луна смотрела на него ещё несколько секунд, не отводя взгляда. И, наконец, едва заметно улыбнулась и ответила так, будто это очевидно: — Я люблю красивые вещи. Гарри медленно расстегнул мантию, не сводя с неё взгляда, и аккуратно вытащил из-под неё блестящее чёрное тело змеи. Мерта лениво приподняла голову и повела глазами на Луну. Луна посмотрела на неё так, как смотрят на звёзды. Мягко, мечтательно, с благоговением. — Какая красавица… — шепнула она. И только потом медленно протянула руку, как будто боялась разрушить это хрупкое чудо. Её пальцы коснулись шеи змеи, и Мерта едва заметно вздрогнула, но позволила. Гермиона и Невилл переглянулись — молча, почти синхронно. В их взгляде читалось одинаковое непонимание, но и негромкое признание: странная… И так же молча оба вновь опустились к своим книгам, оставив их двоих наедине со змеёй. Гарри глубоко вдохнул, всё ещё смущаясь, и тихо сказал: — Слушай… можешь, пожалуйста, никому в Хогвартсе про неё не рассказывать? Луна наконец отвела взгляд от змеи, снова посмотрела прямо ему в глаза. Долго, чуть склонив голову набок, как будто что-то прикидывала про себя. И наконец произнесла ровно: — А зачем рассказывать о том, что хочется оставить себе? Она вновь опустила взгляд на Мерту, её пальцы чуть согнулись, словно поглаживая её мысли вместе с чешуёй. А Гарри ещё несколько секунд смотрел на Луну, пока та больше не произнесла ни слова. Поезд замер, выпуская клубы пара в холодное небо. На перроне закричали первокурсники, толкаясь с клетками и чемоданами у причала. Гарри с друзьями тоже шли к замку, обходя шумную толпу у лодок. И вдруг он заметил Луну. Она уже сидела в одной из лодок, устроившись на носу, и её белые волосы блестели в свете фонарей. Она медленно подняла руку и, ни капли не смущаясь, помахала им с причала. Невилл замедлил шаг, нахмурился и пробормотал: — Она… странная. Гермиона чуть кивнула, хмурясь: — Мне тоже так показалось. Гарри задержался, провожая взглядом Луну, и вдруг едва заметно улыбнулся уголком рта. — А мне… это понравилось, — тихо сказал он. Гермиона и Невилл одновременно обернулись на него с одинаково изумлёнными взглядами. Гарри только пожал плечами, продолжая смотреть на Луну, и в его глазах появился мягкий, почти задумчивый блеск. Она всё так же сидела, глядя куда-то в тёмную воду — но вдруг медленно склонила голову набок, как будто заметила его улыбку и ответила своей. И лодка медленно скользнула по чёрной воде прочь, увозя её в темноту озера.