Глава 5 : Учеба и гоблины.

Вот и первое утро в Хогвартсе. Гарри сидел за столом Гриффиндора, как и договорились ещё летом: в первый 3 дня — каждый со своим факультетом. Вчерашний вечер прошёл неплохо — странную девочку с большими глазами распределили в Когтевран. Звали её Луна Лавгуд. Когда она шла к своему столу, она вдруг помахала ему и Невиллу. Невилл заметно смутился, а Гарри только кивнул ей в ответ. Луна села рядом с Гермионой, словно они давние подруги. Гарри забавляло это зрелище — Гермиона выглядела… растерянной. Сегодня утром он всё так же сидел за столом гриффиндорцев, и мимолётно встретился взглядом с Дафной. Она быстро отвела глаза, а он, чуть улыбнувшись про себя, опустил взгляд на тарелку. За это лето Дафна раскрылась для него с другой стороны. За ледяной маской скрывалась язвительная, местами дерзкая, но удивительно изящная девочка. И Гарри никак не мог понять: вроде бы она его раздражала — порой до злости. Но с каждой перепалкой он… всё чаще ловил себя на улыбке. В этих словесных дуэлях не было злобы. Больше похоже на игру. Он с неохотой признал сам себе: он привык к её обществу. И, наверное, теперь в Хогвартсе ему будет её не хватать. От этой мысли Гарри неожиданно для себя покраснел и уставился в тарелку. Завтрак прошёл спокойно. Закончив, он собрал книги и отправился на свой первый урок. Первым уроком у Гарри в новом учебном году были Чары. Этот предмет он любил — профессор Флитвик был маленьким, жизнерадостным и при этом справедливым преподавателем, что после прошлого года со Снейпом ощущалось почти как праздник. Класс был объединён с пуффендуйцами. За партой рядом сидел Невилл, на удивление уверенный. Гарри махнул ему и устроился рядом. — Ну что, готов? — шепнул он. — Постараюсь, — кивнул Невилл, выглядя куда спокойнее, чем на первом курсе. Профессор Флитвик бодро взобрался на кафедру и оглядел класс с сияющей улыбкой: — Доброе утро, дорогие мои! Сегодня мы начнём с повторения чар, которые вы выучили за первый курс. Давайте посмотрим, кто чем удивит! Он щёлкнул мелом по доске, и на ней появились слова: Alohomora — открытие замков. Lumos — свет на кончике палочки. Nox — тушение света. Incendio — воспламенение. Wingardium Leviosa — левитация. Ученики по очереди демонстрировали заклинания: кто-то с первого раза, кто-то с третьего, кто-то вызывал только жалкие искры и кривые облачка дыма. Когда дошла очередь до Невилла, он глубоко вдохнул, встал… и уже с первой попытки чётко произнёс: — Alohomora! Замок на шкафчике в углу щёлкнул так громко, что Гарри хмыкнул и даже подмигнул Невиллу. — Отлично, мистер Лонгботтом! — похвалил Флитвик, записывая результат. Следом Невилл уверенно осветил кончик палочки заклинанием Lumos, погасил его командой Nox, вызвал ровное пламя на подсвечнике с помощью Incendio, а когда поднял перо в воздух заклинанием Wingardium Leviosa, класс зааплодировал. — Замечательно, мистер Лонгботтом! Видите, практика даёт плоды! — подытожил Флитвик, искренне довольный. Гарри, наблюдая за этим, невольно улыбнулся. Невилл наконец начал чувствовать себя увереннее — и это было приятно видеть. Затем очередь дошла до Гарри, и он, как обычно, справился быстро и чётко, не давая поводов для придирок. Когда Флитвик подвёл итог и отпустил класс, он тепло пожелал им хорошего дня и попросил не забывать, что «чары полезны не только на экзаменах, но и в быту». На выходе из класса Невилл улыбнулся Гарри: — Спасибо, что поддержал. Знаешь… в этом году мне как-то… легче. — Ты молодец, Невилл. Так держать. — кивнул Гарри, чуть приободряюще хлопнув его по плечу. У дверей их пути разошлись — Невилл пошёл к следующему уроку по расписанию, а Гарри направился в кабинет трансфигурации. Вторым уроком у Гарри была трансфигурация. После чар с Пуффендуем он неторопливо поднялся к знакомому кабинету, где класс делил уже с когтевранцами. Когда он вошёл, большинство мест уже было занято. Гермиона, разумеется, сидела в первом ряду — ровная спина, аккуратно разложенные пергаменты и чернильница под рукой. Она мельком глянула на него и кивнула с лёгкой улыбкой. Гарри кивнул в ответ и быстро занял место рядом с ней, шепнув, чтобы не привлекать внимания Макгонагалл: — Привет. Ты тут как всегда первая? — Разумеется, — ответила она чуть шёпотом и с довольной ноткой. — Кто не хочет остаться без нормальной парты, приходит вовремя. В класс вошла профессор Макгонагалл, строгая и собранная, щёлкнула палочкой по столу. — Все на места. Сегодня, как и следовало ожидать, мы повторим материал первого курса. Я надеюсь, что ваши головы не опустели за лето. — И её пронизывающий взгляд пробежался по классу так, что несколько когтевранцев поёжились. На доске появились слова: > Спичка → игла. Пуговица → шарик. Булавка → зубочистка. — Начнём, — коротко бросила Макгонагалл. Она прошлась между рядами, наблюдая, как ученики приступают к делу. Гарри не подвёл: спичка блеснула и вытянулась в тонкую иглу уже с первого раза. Гермиона, само собой, справилась идеально и чуть быстрее. Краем глаза Гарри заметил, что многие когтевранцы явно нервничают: несколько раздавались трески ломающихся спичек или мутные искры. Гарри быстро перешёл к пуговице — и снова без ошибок превратил её в аккуратный чёрный шарик. Гермиона тоже закончила почти одновременно, и на её лице промелькнула одобрительная улыбка. Макгонагалл, проходя мимо, кивнула: — Отлично, мистер Поттер. Мисс Грейнджер, как всегда безупречно. К концу урока она подвела итог: — В целом результат неплохой, хотя некоторым стоит серьёзно подтянуться. Особенно отмечу мистера Поттера, мисс Грейнджер, мистера Фаррелла и мисс Уитни. — Она щёлкнула палочкой, убирая задания. — Остальным рекомендую не тратить свободные вечера впустую. Когда прозвенел звонок, Гермиона уже собирала пергаменты. Гарри дождался её у выхода, и они вместе вышли в коридор. — Ты хорошо справился, — сказала она тихо. — Как и всегда — усмехнулся он. — Гермиона фыркнула. Они пошли по коридору в столовую, обсуждая по пути, кто из когтевранцев сегодня запорол спички так, что одна чуть не загорелась. Гарри даже пару раз рассмеялся. Обед прошёл тихо. Лишь иногда Гарри бросал взгляды на Дафну, которая, как всегда, сдержанно, в своей маске, беседовала с однокурсницей. После обеда у Гарри был урок травологии, где он снова встретился с Невиллом. Сев рядом с ним, они вместе начали внимательно слушать мадам Стебль, рассказывавшую о цветке Ранди и его целебных свойствах. Гарри любил наблюдать за Невиллом на этих уроках. Не секрет, что мадам Стебль души не чаяла в своём ученике с Пуффендуя. Травология была любимым предметом Невилла, и он отдавался ей целиком. Это были те редкие моменты, когда он был абсолютно уверен в себе и знал, что делает. После урока, попрощавшись с Невиллом, Гарри направился на последний на сегодня урок — зельеварение. Он и ждал его, и боялся. Мила говорила, что у Гарри действительно есть талант и искренний интерес к предмету. Но любимый предмет с ненавистным учителем… это было испытанием. В голове мелькали мечты — поскорей бы вернуться в Польшу и завалить Милу вопросами про зелья. Погружённый в мысли, он дошёл до класса. Он уже тянулся к двери, но тут услышал свою фамилию за спиной: — Эй, Поттер! Каково это — дружить со сквибом и гряз… — Драко запнулся, оглянувшись на стоявших Гриффиндорцев— …с маглорожденной? Гарри обернулся и спокойно парировал: — Великолепно. Особенно когда она — лучшая ученица курса, а второй — отличный друг. — Ну, тебе и место с такими. Жаль, что ты позоришь фамилию Поттеров, — бросил Драко. Слизеринцы вокруг заулыбались, все — кроме Дафны. Та лишь с интересом наблюдала за происходящим. — Ах да, точно… это, наверное, мой отец валялся на полу, сцепившись с другим волшебником, как магл? Ой, прости, Малфой. Это был не мой, — с хищной усмешкой произнёс Гарри. Драко вспыхнул, как костёр, и выхватил палочку: — Забери свои слова обратно, грязная полукровка! Гарри не стал доставать свою палочку — он видел краем глаза, что рядом уже стоял Снейп. Начать первым было бы глупо. Драко вскинул руку и выкрикнул: — Оглуш! Гарри увернулся, палочка сама прыгнула в его руку, и он молниеносно ответил: — Экспеллиармус! Палочка Малфоя вылетела из его руки, ударилась о стену и со стуком покатилась по полу. — Десять баллов с Гриффиндора, мистер Поттер. За провоцировоную драку. И отработка, — холодно произнёс Снейп. Гарри хотел было возразить, но встретился взглядом с Дафной. Он явно говорил: не надо. — Да, профессор, — коротко ответил Гарри и вошёл в класс. Все заняли свои места. К удивлению Гарри, к нему подсел Рон Уизли. — Круто ты его, Гарри, — тихо сказал Рон. — Спасибо. Давай потом поговорим. Не хочу ещё отработку, — так же тихо ответил Гарри. Рон кивнул, и тут в класс вошёл Драко, который, несмотря на проигрыш, одарил Гарри мерзкой довольной ухмылкой. Последним зашёл Снейп — явно довольный тем, что снял с Гарри баллы. Когда Снейп дошёл до кафедры и встал к классу лицом, все разговоры стихли. Он обвёл собравшихся ледяным взглядом и язвительно процедил: — Ну что ж… надеюсь, за лето вы не успели полностью забыть то жалкое подобие знаний, которое я пытался вбить вам в головы. Хотя, глядя на ваши лица, надежда, кажется, напрасна. По рядам прокатился шёпот, слизеринцы хмыкнули, а несколько гриффиндорцев неловко поёжились. Гарри же опустил взгляд и почувствовал, как сжимает пальцы на палочке под партой. — Сегодня, — продолжил Снейп, — мы сварим исцеляющее зелье. Если хоть кто-то не помнит, как оно готовится — предлагаю немедленно выйти вон и не мешать остальным. Он резко повернулся к доске и вычеркнул мелом рецепт, после чего бросил взгляд на класс: — Ну же, к работе. Покажите, на что способны… хоть раз. Шум страниц и перестук ножей по разделочным доскам наполнили подземелье. Гарри сосредоточенно разложил ингредиенты, как учила его Мила, движения были чёткими и уверенными. Когда зелья начали приобретать светло-зелёный оттенок, Снейп медленно обходил ряды, выискивая малейшую ошибку: — Мисс Фентон, это зелье или суп? Оно должно быть жидким… — Мистер Селвин, котёл не выдерживает, если в него всё кидать как попало… Подойдя к столу Гарри, он резко наклонился, заметив необычный блеск смеси: — Поттер. — Голос был холоден, как лёд. — В рецепте чётко сказано: крыжовник нарезать и бросить в зелье целиком. Целиком, Поттер. Вы опять решили, что умнее всех? Гарри выпрямился и спокойно ответил: — Профессор, вы сказали сварить исцеляющее зелье. Я немного улучшил его — сок крыжовника усиливает эффект. Класс замер. Даже слизеринцы перестали хихикать. Снейп долго смотрел на Гарри, потом губы его дёрнулись в кривой ухмылке. — Ну конечно. Поттер всегда знает лучше. — Его голос был ядовитым. — Десять баллов с Гриффиндора за дерзость и самоуправство. Гарри стиснул зубы, но промолчал. И только заметил краем глаза, как Дафна за слизеринской партой еле заметно кивнула ему: не усугубляй. — Да, профессор, — сухо сказал он и вернулся к котлу. В это время Хайсе сидел за столом в кабинете Ревена. — Год у вас выдался насыщенным, — усмехнулся гоблин, хищно скаля клыки. — Дальше будет больше, — отозвался Хайсе, спокойно отпив вина. — Теперь, когда я официально объявился как Лорд Поттер и взял опеку над братом, я могу действовать открыто. — Будь осторожен, — заметил Ревен с ледяной ухмылкой. — Ты ещё юн и импульсивен. Пока всё делаешь верно, но не заигрывайся. Политика — не дуэль один на один. — Я понимаю, — кивнул Хайсе. Гоблин чуть подался вперёд, с интересом разглядывая юношу: — И что ты думаешь делать с родами основателей? Титулы ведь можешь принять в любой момент. — Ещё не время, — сдержанно улыбнулся Хайсе. — Титулы дают власть, но и обременяют. Пока это наш козырь в рукаве — на случай, если партия пойдёт не по плану. — Умно, по-гоблински. За это ты мне и нравишься, — коротко хмыкнул Ревен. — Ты достал то, о чём я просил? — поднял бровь Хайсе. — Все материалы по Блэку? Конечно. — Ревен протянул ему папку из тонкой чёрной кожи. Хайсе быстро пробежал глазами первые страницы, хмурясь. — Всё то же самое… — тихо выдохнул он. — Объясни, зачем он тебе? — спросил Ревен, прищурив глаза. — Он крестный Гарри, — коротко сказал Хайсе. — Тогда как он оказался в Азкабане? Если бы он предал крестника — магия сама бы его сожрала. Маги сами забыли законы магии? — фыркнул Ревен. — Не знаю, успели ли они провести обряд или нет… и вообще знает ли кто-то. — Хайсе сцепил пальцы, глядя в папку. — Маги как всегда: забыли корни и цепляются за глупые предрассудки, — с насмешкой бросил гоблин. — Британия гнилая насквозь, — кивнул Хайсе. — Потому я здесь. Когда придёт время менять всё — я рассчитываю, что гоблины будут со мной. И я останусь с ними. До конца. Ревен выдал редкую одобрительную улыбку: — Ты мой дальний родич. Маги забывают своих, но мы — нет. Хайсе чуть склонил голову, взял бокал в руку и уверенно поднял его, встречаясь взглядом с Ревеном: — Пусть льётся кровь врагов наших, и приумножается золото наше. — Да будет так, — ответил Ревен, подняв свой бокал навстречу. Хрустальный звон наполнил кабинет тихим, холодным отголоском будущих перемен. Вечер в библиотеке был на удивление тихим даже для Хогвартса. Гарри сидел за дальним столом у окна, под тусклой лампой, в которой тускло потрескивал огонёк. Перед ним лежала раскрытая книга «Продвинутые зелья для третьего курса». Страницы уже начали светло‑жёлто поблёскивать от магии — эта книга явно не любила чужих рук. Он сидел, уткнувшись подбородком в ладонь, и невидящим взглядом водил глазами по строкам. Вторая рука сжимала карандаш так, что костяшки побелели. Он пытался запомнить последовательность нарезки корня мандрагоры для какого‑то сложного исцеляющего отвара… но мысли упорно возвращались к холодному лицу Снейпа и к мерзкой ухмылке Малфоя перед зельеварением. На мгновение он прикрыл глаза, но тут кто‑то отдёрнул соседний стул, и тонкий голос тихо спросил: — Гарри? Ты в порядке? Он вздрогнул и поднял голову. Напротив стояла Гермиона — уже с полным объёмом книг в руках. За ней немного неуверенно маячил Невилл. — О, привет… — буркнул он, пытаясь сделать вид, что занят. Гермиона недоверчиво посмотрела на его книгу и сразу нахмурилась: — Подожди… третий курс? Гарри, это книга по зельеварению за третий курс! — Ну и что? — резко огрызнулся он и тут же смутился от своего тона. Гермиона села рядом, аккуратно сложив свои книги стопкой. Невилл сел чуть в стороне, наблюдая за ними, как всегда чуть растерянный. — Ты… злишься? — осторожно спросила Гермиона. — Что случилось? Видно же, что ты весь на взводе. Гарри тяжело вздохнул, закрыл книгу ладонью и посмотрел на неё. В его взгляде было и раздражение, и злость, и обида. — Перед уроком Малфой опять полез со своей мерзостью, — тихо сказал он. — Начал наезжать про Невилла и про тебя. «Сквиб»… «грязн...»… Ну, ты поняла. Гермиона нахмурилась, но промолчала, только опустила взгляд. — Я ответил ему, — продолжал Гарри уже быстрее. — Он разозлился, достал палочку и бросил в меня какое‑то заклинание. Я увернулся и… разоружил его. — Он зло хмыкнул. — И всё равно Снейп снял с меня баллы. И ещё отработку влепил. Он сжал пальцами край книги. Гермиона мягко положила ладонь на его руку. — Гарри… не переживай. Он всегда так. Ты же знаешь. Ты всё равно сделал правильно. Невилл вдруг неуверенно добавил, но с какой‑то тихой решимостью: — Ты… молодец, Гарри. Никто из нас не смог бы ответить ему вот так. Гарри впервые за день позволил себе кривую, но искреннюю улыбку. — Да ладно. Просто надоело молчать. — Он выдохнул и снова посмотрел на Гермиону. — Просто бесит… Я люблю зелья. Честно. Но из‑за него каждый раз будто на казнь иду. Гермиона тихо кивнула и чуть мягче сказала: — Значит, мы будем тренироваться больше. Ты справишься. Главное — не поддаваться. Он хочет вывести тебя из себя. Не давай ему этого удовольствия. Гарри криво усмехнулся, снова взглянув на книгу третьего курса. — Ну, я всё равно его сделаю. Вот увидишь. И на миг в его глазах мелькнула решимость — та самая, за которую его все и любили, даже если сами этого не понимали. Гермиона улыбнулась чуть теплее и прошептала: — Вот так лучше. В библиотеке снова повисла тишина, только где‑то вдалеке шелестели страницы. Гарри откинулся на спинку стула, чуть расслабившись, и снова уткнулся в книгу. Гермиона и Невилл остались сидеть рядом, уже молча, но давая понять: он не один. Он взглянул на часы, вздохнул и поднялся: — Ладно. У меня отработка. Лучше не заставлять его ждать. Невилл тихо пожелал ему удачи, а Гермиона проводила его взглядом, явно не находя слов. Гарри вошёл в подземелье точно по времени. Впрочем, Снейп встретил его ледяным взглядом всё равно так, будто он опоздал на час. — Поттер, — произнёс тот, отрывисто. — Палочку на стол. Гарри молча положил палочку на край стола. — Сегодня вы займётесь тем, что вам подходит, — язвительно продолжил Снейп, указывая на шкаф с грязными котлами. — Простой, тупой, рутинной работой. Постарайтесь хотя бы её не испортить. — Конечно, профессор, — ответил Гарри через сжатые зубы и направился к шкафу. Он вытащил несколько чёрных закопчённых котлов, поставил на стол, набрал воды. В тишине слышался только его плеск и лязг металла. Снейп сидел за своим столом, перья скребли по пергаменту. Минут через десять Гарри не выдержал: — Всё равно бы меня наказали, что бы я ни сделал. Снейп оторвался от бумаг, смерил его взглядом: — Не льстите себе, Поттер. Я наказываю вас не потому, что могу, а потому, что вы этого заслуживаете. Постоянно. Гарри поставил чистый котёл на место и посмотрел на Снейпа, щурясь. — И всё-таки… странно. Шляпа предлагала мне Слизерин. Но я отказался. — Не врите. — хмыкнул Снейп, поднимаясь со стула и подходя ближе. — У вас ж не хватает ни ума, ни характера туда попасть. В Слизерине ценят наследие, амбиции… а не бесконечные жалобы и комплекс героя. Гарри вытер руки о тряпку и поднял на него спокойный взгляд. — Может быть, я бы и выбрал Слизерин… если бы его деканом были не вы. На секунду на лице Снейпа мелькнуло выражение почти… растерянности. Затем он снова стал ледяным. — Минус пять баллов за наглость. И ещё вечер отработки. Завтра в то же время. — Он развернулся и вернулся к столу. — Конечно, сэр, — бросил Гарри, забирая палочку. Он направился к двери, но на пороге обернулся и негромко добавил: — Просто… иногда вы делаете свой факультет худшей рекламой, чем Малфой. Снейп поднял голову и посмотрел ему в спину. — Вон отсюда, Поттер, — прошипел он. Гарри кивнул и вышел. В коридоре он наконец позволил себе хмыкнуть и прошептал: — Один-один. До завтра. Хайсе сидел в своём кабинете, склонившись над бумагами и делая пометки в журнале. Закончив очередную строку, он откинулся в кресле и задумчиво уставился в потолок. — Сириус… Хогвартс… Министерство… Визенгамот… — тихо произнёс он. — Четыре направления. Надо разбить на отдельные цели. Он поднёс перо к бумаге и стал записывать: --- 1. Сириус Блэк. Осуждён за убийство маглов и Питера Петтигрю. Суда не было. На слова авроров он только сказал: «Я во всём виноват». Но… в чём именно? Сдал Джеймса и Лили? Или не смог их спасти? Цель: навестить Амелию Боунс и выбить разрешение на свидание с Блэком в Азкабане. Если подтвердит мои догадки — использовать это против Министерства. --- 2. Хогвартс. Через пару дней — собрание Попечительского совета. Там должны предоставить статистику успеваемости и дисциплины. Амелия Боунс тоже входит в Совет — это мне на руку. Цель: дождаться отчёта и обсудить его с ней. --- 3. Министерство. Как можно больше чиновников нужно подтянуть на свою сторону. Возможно, через пожертвования на ключевые департаменты. Начну с Департамента правопорядка. Цель: наладить контакт с департаментами. --- 4. Визенгамот. Сейчас набором сторонников тихо занимаются Гринграссы. Цель: увеличить количество голосов. --- Хайсе перечитал написанное, на мгновение прикрыл глаза и тихо пробормотал: — Все четыре направления переплетены. Значит, можно обыгрывать их одновременно… но осторожно. Всё поэтапно, без спешки. Он черкнул край пера о бумагу, обвёл последнее слово и твёрдо дописал: Цель: начать с ДП. Он положил перо, аккуратно закрыл журнал и подвинул его к краю стола. Взгляд стал холодным, сосредоточенным. Свеча медленно догорела, воск стекал на подставку тонкими струйками. Хайсе протянул руку, задул огонь, и в кабинете воцарилась тишина. Он поднялся из-за стола, расправил плечи, на его губах появилась знакомая хищная ухмылка. — Пора собирать долги. — И тихо, почти ласково добавил: — Один за другим. Он вышел из кабинета, оставив за собой темноту, наполненную запахом воска и едва ощутимым холодом грядущих перемен.