Часть 13

Урок трансфигурации шел как обычно. Вокруг скрипели перья, мерцали палочки, профессор Макгонагалл давала наставления: — Попытайтесь превратить предмет в нечто функциональное. Например, перо в часы. У вас двадцать минут. Не подрывайте ничего, мистер Финниган! Гермиона уже сосредоточилась, готовая сотворить очередное волшебное совершенство, как вдруг из-под тетради выползла сложенная вдвое записка. На пергаменте — знакомый почерк. "Пожалуйста, не превращай меня в часы. Я и так теперь постоянно думаю о тебе." Она едва не подавилась вдохом. Покосилась направо — там сидел Малфой, делая вид, что сосредоточен на своем задании. Кончик пера у его губ. Уголок рта чуть дёрнулся, когда она открыла записку. Она прикусила губу, удерживая улыбку, и быстро написала внизу: "Постоянно думать — не твой конёк, Малфой." Он получил записку, скользнув рукой под партой. Прочитал. Усмехнулся. Написал: "Ты не представляешь, какие у меня ещё скрытые таланты." "Например?" — Гермиона не удержалась и тут же передала обратно, уже в предвкушении. Ответ пришёл почти мгновенно: "Я отлично умею отвлекать слишком умных девушек от учебы." Она уставилась на строчку и злилась, что лицо снова заливает предательский румянец. Макгонагалл тем временем мерила кого-то ледяным взглядом. Гермиона поспешно наклонилась и написала: "Ты уверен, что это не очередная стратегия, чтобы я провалила экзамен и ты обошёл меня в рейтинге?" Малфой мельком посмотрел на неё, глаза у него блеснули. "Впервые слышу, чтобы кто-то считал, что ты вообще способна на провал." Она перестала писать. Смотрела на слова. Долго. Потом только мельком глянула на него. Он не смотрел. Делал вид, что выводит изящные стрелки на перышке, которое действительно начало тикать, как часы. Гермиона вернулась к заклинанию, но её рука дрожала и вдруг опять появилась запись: "Сегодня в 8 вечера. Жду тебя в Выручай-комнате". ------------------------------------------- Мягкий свет от камина, тёплые пледы, запах корицы и старых книг — комната словно подстроилась под них. Гермиона стояла у окна, прижимая к груди кружку с чаем, и наблюдала за тем, как Драко устроился на диване, выглядя почти расслабленным. Почти. Она повернулась, не выдержав: — Зачем ты вообще это делаешь, Малфой? Он поднял бровь: — Поясни. — Всё это. — Она обвела рукой комнату, себя, его. — Если у тебя после школы уже всё расписано. Женитьба, особняк, кровавые клятвы… Он вздохнул и откинулся на спинку дивана. — Ради момента, Грейнджер. Иногда просто хочется... быть. Жить. Хотя бы немного не по плану. — А потом? — спросила она тихо. Он посмотрел на неё серьёзно, почти мягко: — Потом я... не знаю. На самом деле никто не знает, что будет завтра. Наверное, даже звёзды. Она не удержалась и фыркнула. Он улыбнулся, но взгляд оставался внимательным: — Я знаю, что нравлюсь тебе, — тихо начал он, глядя прямо в её глаза. — И… ты мне тоже очень нравишься. Он встал с дивана и сделал шаг ближе, голос стал чуть ниже, мягче: — Ты красивая. Умная. Ты умеешь сводить меня с ума — в хорошем смысле, и не только. Иногда ты раздражаешь меня до невозможности, но, странным образом… даже это мне нравится. Ты первая, кто по-настоящему зацепил меня. Просто.... так вышло. Он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово: — Но если ты хочешь, чтобы всё это прекратилось — прямо сейчас — просто скажи. Я не стану настаивать. Не стану тянуть тебя туда, где тебе может быть больно. Только скажи. И я исчезну. Пауза повисла между ними. Только потрескивание огня нарушало тишину. — С чего ты взял, что ты мне нравишься? — тихо спросила Гермиона. — Во-первых, я так чувствую.— быстро сказал он. — А во-вторых, я ..... очень хороший легилемент и окклюмент в одном лице. — Ты читал мои мысли? - плечи Гермионы напряглись. —Пока не настолько хорош. Для настоящего проникновения в мысли нужна палочка. Но поверхностные чувства… я улавливаю и без неё. Кстати, Вислый к тебе не ровно дышит. Успел прочесть пока вы выходили из Большого зала и это меня невероятно злит. Между нами с Роном ничего нет, — выдохнула Гермиона, сама не понимая, зачем оправдывается. — И ты же сам говорил — за нами все следят. Твоя семья явно не будет в восторге. Мы же не можем... — Я знаю, — перебил он. — Мы не можем. Но ты здесь. Он подошёл ближе. Медленно, почти нерешительно. — И я здесь. Без плана. Без фамилии. Без будущего. Я не могу тебе ничего обещать, но хочу попробовать. Быть просто… сейчас. Он протянул руку. — Если ты позволишь — я буду беречь этот момент. Пока ты не передумаешь. Она посмотрела на него. Долго, внимательно. Словно взвешивала всё, что между ними было и могло бы быть. И только потом — вложила ладонь в его. Он притянул ее ближе и поцеловал. Нежно, ласково... Она бы никогда не подумала, что так может Малфой.