Глава 1: Раненый зверь, раненые детёныши

Предполагалось, что это будет миссия ранга С. Кровь капает на землю, издавая тихий звук в наступившей после битвы тишине. Какаши едва слышит его из-за звона в ушах. Это его нервирует: слух работает неправильно и это его кровь капает на землю. Предполагалось, что это будет миссия ранга С. Он вообще не должен был пострадать. Он прижимает руки к ноге и его ладони становятся тёплыми и скользкими от крови. Его пульс бешено колотится под разорванной кожей. Рана большая и глубокая, но Какаши слишком оцепенел, чтобы чувствовать боль, слишком переполнен адреналином. Он опускает голову и кашляет. Воздух пропитан дымом, тяжёлым запахом крови, смерти и горелой травы. Он знает, что Сакура стоит на другой стороне поляны, но сквозь дым едва различает красное пятно её платья. У ног Сакуры лежат три мёртвых тела — враги, которых она убила. Позади неё лежат ещё две неподвижные фигуры — её товарищи по команде. И Наруто, и Саске потеряли сознание во время боя. В тот момент Какаши был слишком занят, уничтожая их врагов и если бы он стал беспокоиться о своих учениках, это, вероятно, стоило бы ему жизни. И если бы не защита Сакуры, Наруто и Саске были бы убиты. Половина команды номер семь могла бы погибнуть в ходе одного сражения. Это выводит Какаши из себя. Предполагалось, что это будет миссия ранга С. Предполагалось, что это будет положительный опыт для Седьмой команды. Ученики Какаши нервничали перед уходом из деревни после их неудачной встречи с Забузой пару недель назад, и эта миссия должна была принести им лёгкую победу и помочь обрести уверенность в себе. Итак, их отправили на помощь в гавань на юге Страны Огня — по сути, это была миссия ранга D, которая получила ранг C только потому, что команде нужно было покинуть деревню. Просто и безопасно. Они приняли задание, выполнили его и отправились домой… А потом на Седьмую команду напала дюжина бандитов ранга B или выше, среди которых был неизвестный ниндзя отступник ранга S. Какаши стискивает зубы и крепче сжимает раненую ногу, пытаясь остановить кровотечение. Они не могут оставаться здесь. Этому беглому ниндзя удалось использовать взрывную печать, прежде чем Какаши его убил. Одна взрывная печать не может нанести большой урон, поскольку она питается только чакрой, но Какаши беспокоит не урон, а шум. Печать взорвалась прямо у головы Какаши, так что он лично убедился в том, насколько это было громко. И он не хочет думать о том, как далеко разнёсся звук и какие неприятности это может вызвать. Он должен уйти отсюда и должен доставить свою команду в безопасное место. Какаши выпрямляется, не обращая внимания на то, что из-за потери крови перед глазами появляются тёмные пятна. Его шаги прерывисты и неровны, но ему каким-то образом удаётся пересечь поляну, спотыкаясь о тела и поскальзываясь в пропитанной кровью грязи. Сакура поднимает кунай, увидев его приближение. Её чакра взволнована. В каком-то смысле это хорошо: если бы Какаши был на самом деле врагом, её инстинкты, скорее всего, спасли бы ей жизнь. И всё же не очень приятно, когда напуганный двенадцатилетний ребёнок направляет на тебя острый предмет. Какаши поднимает одну руку в успокаивающем жесте, крепко прижимая другую к ноге. — Сакура, — говорит он. — Всё в порядке. Он не слышит собственного голоса, но знает, что он звучит не так успокаивающе, как ему хотелось бы. Он хочет использовать тот весёлый, дружелюбный к детям тон, который он оттачивал, но в такой серьёзной ситуации это кажется неправильным. Тем не менее он пытается говорить как учитель, а не как угроза, когда повторяет: — Всё в порядке. Это просто я. Сакура опускает оружие, но вместо того, чтобы успокоиться, как надеялся Какаши, её чакра становится ещё более нестабильной. — Какаши-сэнсэй, — шепчет она. Какаши может понять, что она говорит, только потому, что с помощью Шарингана может читать по губам. — Какаши-сэнсэй, это… это ваша кровь? — Да. — Какаши опускает руку, которую он протянул в попытке успокоить девочку, хотя теперь он понимает, что его рука вся в крови и, скорее всего, выглядит совсем не успокаивающе, и снова прижимает её к ране. — Это порез от меча, — отвечает он честно, зная, что ложь только усугубит ситуацию. — Глубокий, но неопасный. Это меня не убьет. Сакура медленно кивает, но её брови всё ещё тревожно сдвинуты. Зная Сакуру, можно предположить, что её голова полна вопросов, но сейчас нет времени отвечать на них. Какаши качает головой, прерывая её прежде, чем она успевает что-либо сказать. — Поговорим об этом позже, — говорит он. — Нам нужно идти. Этот взрыв наверняка привлёк внимание всех поблизости. Сакура вздрагивает от его тона, но снова кивает. — Я пыталась разбудить Саске и Наруто, — говорит она, — но они… не просыпаются. Думаю, Наруто был под гендзюцу, поэтому я попыталась разрушить его, но… ничего не вышло. Какаши присаживается рядом с телами Наруто и Саске, неловко вытягивая перед собой раненую ногу. Похоже, Сакуре удалось разрушить гендзюцу Наруто — движение его чакры не нарушено, как это было бы, если бы он находился под гендзюцу. Тем не менее, чакра и Наруто, и Саске едва различима и слаба. Саске сражался изо всех сил — он упал без сил где-то в середине боя. А Наруто попал под гендзюцу, что очень утомительно даже для такого сильного человека, как он и тоже, наверное, потерял сознание от истощения. «Их придётся нести на руках», — понимает Какаши и сразу же осознаёт, что это невыполнимая задача. Он едва может удержать собственное тело в вертикальном положении, не говоря уже о том, чтобы нести кого-то на руках. И хотя Сакура, возможно, достаточно сильна, чтобы нести одного из своих товарищей по команде, она слишком мала, чтобы нести обоих, и это сильно замедлит её. У них остаётся только один хороший вариант. Какаши чертит пару знаков окровавленными руками и прижимает ладонь одной руки к земле. Ему приходится отпустить рану, чтобы начертить знак и из пореза снова начинает обильно течь кровь, и он чувствует головокружение. Какаши на мгновение закрывает глаза, стараясь не потерять сознание, а когда снова их открывает перед ним стоят, вызванные его печатью, Паккун и Булл. Паккун оглядывается по сторонам, быстро и встревоженно вертя головой. Он что-то спрашивает у Какаши, но по собачьим губам гораздо сложнее читать, чем по человеческим. Какаши смутно различает слова «где мы» и «не похоже на ранг С». — Это долгая история, — устало отвечает Какаши. — Нет времени объяснять. Двое моих учеников ранены, я тоже ранен, и оставаться здесь небезопасно. Он поворачивается к другому своему нинкену: — Булл, ты не мог бы понести Саске? Сакура, тебе придётся нести Наруто. Какаши знает, что Сакура не очень любит Наруто, но он легче Саске, и Какаши не хочет, чтобы Сакура отставала. Личные предпочтения и влюблённость здесь не имеют приоритета. Сакура заметно бледнеет, но всё равно убирает кунай и наклоняется, чтобы поднять Наруто на спину. Какаши замечает, что она двигается скованно и почти не шевелит правой рукой, но отмахивается от этого. Если бы Сакура была ранена, она бы уже что-нибудь сказала — она достаточно умна для этого. Вероятно, бой просто её утомил. — Паккун, тебе придётся идти впереди, — говорит Какаши. — Взрывная печать сработала прямо у меня над головой и может пройти какое-то время, прежде чем ко мне вернётся слух. Если услышишь, что надвигаются новые неприятности, скажи мне. Неприятно полагаться на слух Паккуна, а не на свой собственный, но это необходимо для их выживания. Лучше признать, что он ничего не слышит, чем позволить кому-то подкрасться к ним. Паккун кивает. — Конечно, — отвечает он, или, по крайней мере, Какаши так думает. Саске уже удобно устроен на спине Булла — как самый сильный в стае, Булл имеет большой опыт переноски людей, — так что они наконец готовы отправиться в путь. Какаши с трудом поднимается на ноги. Ткань штанов неприятно царапает рану и он едва сдерживается, чтобы не поморщиться. Ему приходится направить немного чакры в мышцы ноги, чтобы не упасть. Какаши не обращает внимания на обеспокоенные взгляды, которые бросают на него Сакура и его нинкены. — Пойдём, — говорит он. — Мы должны уйти отсюда как можно дальше, пока… И не успевает он закончить фразу, как в лицо ему летит сюрикен. Он уклоняется, издав возглас, в котором смешались удивление и боль. Сакура достаёт кунай, но это им мало поможет. Они не могут сражаться, у них не осталось сил, чтобы встретиться с владельцем этого сюрикена, не говоря уже о том, чтобы остаться в живых после этого. Они могут сделать только одно: — Бежим!