Начертание охоты

Базу Лиги злодеев окутала тишина, но это была не та пустота, что оставляет спокойствие. Это была тишина перед бурей. Изуку чувствовала её каждой клеткой своего тела. В большом зале собрались все. Курогири стоял в углу, его тень колыхалась, скрывая лицо в дымке. Даби лениво сидел на кресле, крутя между пальцев искры синего огня. Шигараки, привычно царапая шею, смотрел на огромную карту, разложенную на столе. ЮЭЙ. Символ их гнилого общества. Стена, за которой прятались те, кто сломал её жизнь. Всемогущий и Бакугоу. — Время напомнить им, что они ошиблись, — голос Шигараки скользнул по комнате, как лезвие ножа. — Мы нападём на ЮЭЙ. Карта была исчерчена линиями, заметками и красными отметками. Они изучали патрули, защитные системы, расписания занятий. Курогири рассказывал о внутренней защите, о временных промежутках, когда ученики наиболее уязвимы. Все готовились. Шигараки указал пальцем на одну точку: — На спортивном фестивале мы покажем себя. Сломаем их морально. Поколение героев будет запугано с юности. Даби усмехнулся: — Если их сжечь раньше, чем они вырастут, и бороться не с кем будет. Но Изуку не смеялась. Она смотрела на карту, на значок ЮЭЙ, и чувствовала, как в груди сжимается что-то старое, давно забытое, но не уничтоженное. Там её мечты, там те, кто разрушил её надежду. Шигараки перевёл взгляд на неё: — Теневая, ты будешь в авангарде. Ты пробьёшь первую брешь в их защите. Её голос был спокоен, ровен: —Хорошо, как ты того пожелаешь, Шигараки Даби впервые посмотрел на него без усмешки. В его взгляде мелькнуло что-то колючее, едва уловимое. Шигараки улыбнулся в ответ, жестоким, выученным движением губ: — Мы оставим их в живых, чтобы они это запомнили надолго. Вечер перешёл в ночь. Стратегия разрабатывалась часами. Курогири прокладывал пути отхода. Даби изучал слабости защитных систем. Изуку планировала маршруты прорыва и их главную цель — символа мира, которого они надеялись уничтожить или сломать. Позже, наедине, Даби оказался рядом с ней на крыше заброшки. Вид ночной улицы Мусутафу был прекрасен. —Ну как тебе, быть нами? Не жалеешь об этом? Ах, как же они будут удивлены твоему выходу. Они ведь думают, что ты мертва. Изуку смотрела на чёрное небо: — Я не из вас. Я — против них. Мне не нужна ваша привязанность, мне нужна их падение. Даби кивнул, ухмыльнувшись: — Ненависть объединяет сильнее любой привязанности. Главное — держи эту злость близко к сердцу. Она не предаст. Внизу Лига готовилась к штурму. Изуку сжимала кулак, ощущая, как ногти впиваются в кожу. Впереди была последняя черта, за которой не останется пути назад. Но она не собиралась возвращаться. Мидория Изуку исчезла в тот день, когда её предали. Теперь осталась только Теневая сестра. И ЮЭЙ вскоре об этом узнает.