В поле гуляют ветра…

Объяла невыносимая тяжесть, будто мир давил лишь на меня одного всем своим весом. Придавило магнитом к земле, больно так, что трудно дышать. В ушах стоял писк. Было совсем холодно, а душу накрывала тревога граничащая с парализующим страхом. Тело будто не мое, будто я сам никогда не существовал, а все что происходило было давно, было лишь сном. Я проснулся… а спал ли я? Сколько я так лежал? Да и лежал ли…? Время казалось совсем замерло. Вокруг становилось шумно, ветер гудел надо мной. Шелест травы был даже приятным, но крик ворон вдалеке по ощущениям в миг разорвал мне барабанные перепонки. Совершенно не испугавшись неожиданного возгласа из преисподней, я открыл глаза. Я надеялся на свое одиночество, да я и был на самом деле одинок… Впереди лишь бескрайнее небо, по которому бежали облака. Мне хотелось к ним, быть совсем невесомым и беззаботным, но… Подняться с земли было невероятно тяжело, не знаю какими силами меня от нее оторвало, но вскоре я обнаружил себя сидящим и безнадежно щелкающим зажигалкой в застывших руках.  «Ё-моё, лишь бы согреться» - крутилась на повторе только одна судорожная мысль. Сигареты, обнаруженные вместе с жигой в ладони, были совершенно истлевшими, поэтому этот скромный набор я без интереса сунул в карман в котором не обнаружил ничего кроме пыли. Она была вообще повсюду на мне, и даже неприятно щикотала нос сдуваемая ветром с моих волос. Во рту и без сигарет пересохло, а глаза с трудом моргали в отсутствие слез.  Было раннее утро, я видел как постепенно рассеивается мрак уступая место первым солнечным лучам. Становилось так спокойно, тревога наконец отступала, и хотя я по-прежнему оставался один, душу немного грело пение соловьев вдалеке. На рассвете воздух становился теплее, да и дышать было уже легче. Собравшись с силами я предпринял уверенную попытку встать, точнее попытки, поскольку реально подняться у меня получилось только с 4 раза. Ноги ватные… тело ломит… руки словно деревянные и сердце щемит, а ужасная боль в левом виске не позволяла совершать лишних и малообдуманных движений…  Теперь же мне удалось оглядеться. Я был в поле. Оно казалось бескрайним и куда идти я совсем не знал. Мысль остаться здесь тоже не манила, поэтому я выбрал единственно верный путь - идти только вперед, навстречу ветру, навстречу жизни.

***

Поле сменилось рощей, которая вывела меня прямо на дорогу. Это явно не магистраль, машин не было совсем. Вдалеке виднелась остановка с многообещающей надписью «Сады-2». Не знаю точно что за сады, но надеюсь райские, потому что по ощущениям я прошел все круги Ада. Так и побрел я в ожидании чего-то светлого по обочине.  Надежда на попутку в моей душе не угасала. Продолжая медленно шагать в неизвестном направлении я начал разгонять мысли в голове, до этих пор меня нисколько и не волновало происходящее – полураздетый Я один оказался ночью в поле. Это прям начало невыдуманной истории о которой невозможно молчать. К слову, на мне не было ни футболки, ни ботинок, а восстановить события приведшие меня в столь необычное положение как будто совсем не представлялось возможным. Шел я недольше получаса, да и время быстро пролетело за раздумьями. Я услышал как неподалеку загремел мотор, а вскоре в поле зрения показался светлый жигуль. Очень бы мне хотелось пошутить про принца на белом коне, но за баранкой был уставшего вида дед кажется вдвое старше меня, а его лада как драккар викингов разрывала вокруг себя тишину, пространство и время. Очень не благородная картинка, но и я не из привередливых, к тому же выбирать мне не приходилось, что-то я не видел очереди желающих меня подвезти…  Я и не думал что он остановится. Кто бы вообще остановился увидев на рассвете уставшего от жизни полуголого бомжа с большой надеждой скромно тянущего руку пытаясь набиться в попутчики? Но он остановился… Я не верил своей удаче. В два прыжка я оказался у его двери и осторожно постучал в окно. Не знаю зачем, стекло было прозрачным, а шумоизоляцией машины данного вида, как известно, не обладали. Видимо, я подсознательно хотел казаться более учтивым и так повысить свои шансы оказаться в машине. Метод я выбрал весьма действенный, немного надавив на жалость своим сложносочиненным выражением лица я тихо пролепетал нечто вроде: «мне нужно в город, меня ограбили и выкинули на дорогу». Отчасти это правда, на воспоминания меня действительно будто обворовали, в голове такой всепоглощающей пустоты я давно не испытывал. В ответ на это я получил пригласительный кивок в сторону двери.

***

Пикалёво… Вот уж где-где, а тут оказаться я совсем не ожидал. Меня мало что связывает с этим местом, просто необычно было очутиться здесь когда-либо снова. Несмотря на то что я жил недалеко, мы никогда не ездили сюда. Просто делать было одинаково нечего что тут, что в Бокситогорске, другое дело Питер. Хотя и туда до переезда мы выбирались не часто, просто потому что ехать с двумя малолетними дебилами 5 часов чтобы "что-то" довольно тяжело. Эххх, как бы я хотел сейчас оказаться дома, просто утонуть в комнате за ноутбуком, а не вот это вот все…  В машине царила тишина, за окном тоже было спокойно. Город пока спал и на улице я не смог увидеть буквально ни одной живой души. Это молчание не тяготило, а даже наоборот радовало. Я не хотел тогда не столько разговаривать, сколько пытаться оправдать свое положение или поддержать светскую беседу. Единственные слова прозвучавшие на въезде в Пикалево были: «Тебе куда?». Вообще хороший водила мне попался, когда он увидел что я босой - достал из помятого пакета взявшегося из ниоткуда старые галоши. Они мне довольно сильно жали, но вернемся к мысли что выбирать мне не приходилось, а идти по питерским харчкам все приятнее в обуви. Оказавшись на вокзале я упорно пытался отыскать людей. Денег у меня не было совершенно, но я снова надеялся на чудо и человеческую доброту. На станционных часах было чуть больше шести утра, солнце полностью встало и нещадно пекло. Маленький старый вокзал постепенно превращался в адский котел, поэтому вид мой был весьма оправдан, хотя по Питеру ходить без футболки уже хотелось меньше. В кассе билет просто так, удивительно конечно, но давать отказались, смерив мое пожухлое лицо оценивающим взглядом. Поэтому не придумав ничего лучше я прибег к помощи тяжелой артиллерии: побродив по вокзалу среди бабушек и втершись к ним в доверие я получил немного пирожков и ценной информации. Мне доходчиво объяснили что любую попытку пройти в электричку контролеры точно не простят. Даже если прокатит в первый раз, то на пересадке до Питера из Рая меня точно изгонят. Такой план категорически не устраивал, но я быстро простил злопамятство и малодушие работников системы, ведь электричка была не единственным доступным вариантом. С вокзала отходил автобус, он не слишком пользуется спросом в 6 утра, поэтому если очень попросить, меня могут пропустить в него просто так - собственно этим я и собирался воспользоваться.  Я немного взбодрился и почти уже вышел из здания в поисках автобуса, как неожиданно меня позвали. Не по имени, но слова «мужчина» крикнутого в среде престарелых голубок, мне хватило для осознания что зовут именно меня. Я напрягся увидев источник звука в виде охранника.  «Ё-моё, че я успел сделать то…?» - мелькнула мысль в голове. Я испугался что мое попрошайничество вызвало у представителя власти весьма справедливые вопросы, ответы на которые я при всем желании найти бы не смог. Не имея при себе даже паспорта, я уже предвкушал долгий разговор в маленькой и еще более душной комнатке с решеткой на крошечном окне под самым потолком. Стоя перед надписью «выход», выхода из сложившейся ситуации я не видел, поэтому медленно, но весьма покорно я подгреб к охраннику. Мужик добродушно зыркнул мне в глаза и полез под стол тут же вытягивая большую коробку. – Ты тут все утро мечешься из стороны в сторону, не это ищешь? – протянул он мне непонятный цветастый сверток.  Я так ошалел, что не успев понять че это такое мне дали, принял нечто в свои руки. Медленно раскручивая ткань до меня дошло… Рубашка. Он дал мне рубашку. Увидев некоторое замешательство и откровенный ахуй на лице, охранник протянул руки к теперь уже ставшей моей рубахе: – Не твоя? – Моя! - почти крикнул я и притянул подарок судьбы ближе к сердцу Это невероятное везение для меня и большая утрата для реального хозяина! Вот и сложился мой конечный образ Дон Жуана — шикарная гавайская рубашка, потрепанные жизнью шорты и маленькие грязные галоши. Еще чуть-чуть и я бы постиг модельное искусство, но моей основной проблемой оставалось отсутствие возможности добраться домой.  Охранник с усмешкой оглядел меня с ног до головы и тихо добавил: – Вижу веселая ночь была – Если бы я помнил… Кажется мой ответ его еще больше позабавил, и он одобрительно кивнув сунул коробку обратно в стол, а я застегивая последнюю пуговицу вновь обратился к выходу.  Выкрутив свое обаяние на максимум и взяв покрепче пакетик с вокзальными пирожками, я вышел из здания и двинулся на водилу. Один пирожок я успел обезвредить еще до рандеву с охранником, остальные три решил в дар принести водиле, таким образом повысив свои шансы на успех. План мой сработал безупречно.  Ехали мы несколько часов и почти все это время я думал. Думал как и зачем я попал в Пикалево, почему оказался в поле и где вся моя одежда. Памяти будто совершенно не существовало. «Неужели я сорвавшись настолько сильно отлетел? А Оля что? А Саша с Настей? Все и так было на грани, а я настолько все усугубил…» - меня мучили невозможность вспомнить недавнее прошлое и отсутствие возможности предвидеть будущее, настоящий же момент хоть и был визуально спокойным, на самом деле был бомбой замедленного действия. Помню как они уехали, оставили меня одного громко хлопнув дверью. Помню как сильно расстроился и напился, помню как… но это же был не дешевый героин… Нет, что-то явно пошло не так. Что-то я явно упускаю. Я играл в Готику, читал книгу, пил… но как я оказался в поле оставалось для меня загадкой. Так много вопросов и так мало ответов я могу под них придумать.» - от всех этих мыслей моя голова совсем отяжелела и незаметно для себя я выключился облокотившись о стекло. Все это было скорее бредом, чем нормальным сном. В автобусе стояла духота и даже легкий ветерок из приоткрытой форточки не спасал ситуацию. В прислоненный к окну лоб абсолютно немилосердно припекало солнце, которое за несколько часов стало настолько ебучим, что под его прямыми лучами можно было зажарить не только мои мозги, но и "целого барана", как в машине смерти. Как же отвратительно я спал, шея затекла в неудобном положении, тело будто парализованное, а в голове плавали смутные образы. Сначала темно и холодно, пространство совсем узкое, будто бы я закрыт в шкафу. Стоял я или лежал я так и не понял, тело было совсем невесомым и погруженным во что-то очень мягкое, как пуховики или подушки. В тишине я отзвуками улавливал немногое. Не знаю что это было, я прятался от кого-то? Стоял гул, затем услышал стук совсем рядом, будто шкаф со мной лупили дубинкой. Я держался от страха совсем тихо, ощущая себя маленьким напуганным мальчишкой. Я раньше так делал - убегал от разъяренного отца, лишь бы он не нашел дополнительного применения армейскому ремню с тяжелой бляшкой. Теперь же что-то было по-другому. Ко мне никто не ломился и кажется даже не искал. Но я отчетливо слышал удары и прислушивался боясь лишний раз громко вздохнуть, отчего даже задержал дыхание. За стуком последовал скрежет и как-то, меня внутри шкафа немного зашатало. Все закончилось также резко и непонятно как и началось. По крайней мере мне так показалось на тот момент, потому что то что случилось дальше оказлось просто сущим кошмаром. Я кричал и метался, пытался вырваться, сдирал ногти царапая дверцу. Я чувствовал запах газа и быстро ощутил растущую температуру вокруг. Меня сжигали. Дверца не поддавалсь, и тут до меня дошло чем стучали - это молоток упорно загонял гвозди в дерево. Меня заколотили здесь. Горячий воздух обжигал нос и легкие. По телу языки пламени пробегались разрядами, оставляя следы словно после удара кнутом. Все это продолжалось не больше пяти минут, но по ощущениям это длилось вечность. Я хотел проснуться, я плакал и задыхался от дыма, ощущая как тело охватывал огонь. За что они так со мной?  Но очнулся я не на пепелище, а все в том же душном автобусе. Сердце адски колотилось пробивая дыру в грудной клетке, руки судорожно взметнулись к мокрому лицу и ошупывали нагретый солнцем лоб. Быстро сообразив я наконец задвинул пыльную шторку на старом окне и обливаясь ручьями пота высунул голову в проход. В лобовом стекле я вместо полей и шоссе увидел гуляющих людей, дома и магазины, а вдоль дороги тянулась череда поребриков прерываемая светофорами и переходами. И никакой анафемы вокруг не наблюдалось. 

***

Спустя максимум полчаса автобус затормозил и дверь открылась, меня немного пожеванного выплюнуло на дорогу. Мокрые волосы я пальцами зачесал назад, влажная рубашка на ветру приятно остужала мое вареное тело, а вот только что надетые черные галоши напротив всю мою душу заставили сжаться от своих душных, липких и горячих объятий. Главное чтобы в один момент след расплавленной резины на асфальте не остался, а остальное все терпимо.  Еще в Пикалево я узнал что конечная у автобуса – вокзал обводного канала, поэтому куда себя деть в Питере долго думать не пришлось. Ключей от дома нет, телефона тоже, как и денег, а даже если я доеду до Озерков, далеко не факт что меня пустят на порог. В пешей доступности остается только репетиционная точка. – Блять, точка….— меня резко вслух осенило что на сегодня весь день стояла репа — Москва ж уже завтра, ё-моё! Ладно, приду, там точно со времен моего темного спортивного прошлого отлеживается сумка с одеждой, приведу себя в околочеловеческий вид, позвоню Оле, все решу.

***

Перебежками я довольно скоро добрался до места. Есть чувство что что-то изменилось вокруг. Я не особо обращал внимания на вывески на гостинке до этого, но сейчас они все равно казались мне другими. Вообще все ощущается как-то иначе. Возможно так сказывается усталость… Хотя вынужден признать, что похмелья у себя я не наблюдаю и в целом чувствую себя вполне сносно, я даже выспался впервые за полтора года несмотря на нежное пробуждение в пустом поле и испытание огнем в автобусе. Вопросов от этого становится еще больше.  «Сколько по итогу я спал? А если я больше суток был в отрубе?» - тут я со всей силы дернул ручку большой металлической двери нашей точки. – Всмысле закрыто? Я че первый пришел что-ли? Да ну, не верю…  Чтобы я хоть раз не опоздал… Ладно, больше бежать мне некуда, в любом случае кто-то скоро должен прийти. Но что если меня ищут по всему городу или что еще хуже играют в Зеленом театре без меня? Еще не вечер, я еще могу успеть… Вот только куда? Ладно, подожду тут немного, если никто не придет поеду домой. Хотя, куда ж они денутся? Приедут, конечно… Они же не оставят меня тут, верно? Надеюсь меня не ищут с полицией, как это иногда бывало. Надежда моя угасла окончательно когда стрелка настенных часов медленно приблизилась к отметке полвторого. Никто так и не пришел и вряд ли уже придет. Мы договаривались собраться к 12 и когда я прибежал я еще надеялся что все просто слегка опаздывают. Нужно смириться что ситуация с каждым часом не то что не разруливается, а становится лишь хуже. Собравшись с мыслями я шагнул в сторону подземки слабо подавляя бесконечное желание оглядываться в поисках знакомых лиц. Остается только ехать домой и сдаваться в руки Оле. От одного лишь воспоминания о ней меня моментально погрузило в самые мрачные мысли, до метро я доплыл сквозь омут засасывающих вглубь беспросветного пиздеца раздумий.