Часть 1,принцесса клана "Ла"

Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь кружево листвы пионов, окрашивали сад Госпожи Гекуё в теплый янтарь. Воздух был наполнен ароматом хризантем и влажной земли после дождя. Наложница, в своём обычном,простом, но изысканном наряде осторожно срезала увядшие бутоны. Её движения были медитативны, отрешены от дворцового шума. Тень скользнула между деревьев, бесшумная, как ночной ветер. Ла Мао остановилась в шаге от почетной дамы, её черное шелковое одеяние с приглушенным серебряным узором поглощало свет.Зрачки, холодные и оценивающие, скользнули по клумбам, а затем задержались на лице наложницы. Легкая, едва уловимая ухмылка тронула уголки её губ. — Госпожа,наслаждаетесь мимолетной красотой? — Голос Мао был гладким, как полированный нефрит, но в нём звучала едва слышная нота... не то иронии, не то странного понимания. — Пионы скоро отцветут. Как и некоторые надежды при дворе. Гекуё не вздрогнула, лишь замедлила движение ножниц. Она знала эту девушку, дочь величайшего Стратега, Лаканя. Её боялись, о ней шептались, но Гекуё видела в ней не только угрозу.Они пересекались пару раз,наложница для себя лишь приметила острый, холодный ум, слишком похожий на отцовский, но лишенный его леденящей отрешенности. В глазах Мао иногда мелькало что-то... живое. — Красота мимолетна, Госпожа Мао, — мягко улыбнувшись ответила девушка, поворачиваясь и встречая её взгляд. В её голосе не было ни намёка на страх, только спокойное достоинство. — Но она возвращается каждый год. Как и надежда. Вы принесли вести от Вашего отца? Девушка сделала шаг ближе, её пальцы коснулись лепестка темно-красной хризантемы. — Отец доволен спокойствием гарема под вашей опекой, госпожа, — произнесла она. Её улыбка чуть усилилась, став более определенной, почти что теплой, но не теряя своей остроты. — Особенно учитывая... беспокойные письма, что приходят на ваше имя с запада. От сестры, если не ошибаюсь? Глаза наложницы чуть расширились. Микроскопическая реакция, но Мао её уловила.Интересно.Письма были личными, доставлены через верных слуг. Как дочь Стратега узнала? — Моя сестра... делится новостями о семье — осторожно сказала Гекуё, отводя взгляд к цветам. — Деревня страдает от засухи. — Засуха, — Девушка тихо рассмеялась,прикрывая улыбку изящной ладонью,прищуривая глаза раскраской ночных фиалок.Короткий, сухой звук, больше похожий на шуршание бумаги. — Да. Удобная метафора. Особенно когда в тех же письмах упоминаются... неурожайные встречи с господами из клана Сяо у границы? Гекуё замерла. Клан Сяо был в немилости у Императора, под подозрением в связях с контрабандистами. Её сестра была наивна, но связь с ними... —К чему вы клоните, Госпожа Ла мао? Голос дамы сохранял мягкость, но в нем проявлялась сталь. Прежде чем Мао ответила, её слух уловил едва слышный шорох за плотной завесой плакучей ивы у пруда. Кто-то слушал. Евнух? Его присутствие было почти неуловимым, но девушка, выросшая в мире теней и шепота, чувствовала его. Она не повернула головы, но её улыбка стала чуть шире, чуть опаснее. — К тому, Госпожа. Мао понизила голос до интимного шепота, наклоняясь к Гекуё так, будто собиралась поделиться секретом. — Что некоторые цветы лучше срезать до того, как их яд отравит весь сад. Ваша сестра... рискует. Не по своей вине. Но связь с Сяо – это клеймо. Отец уже знает. Она выпрямилась, её глаза сверкнули холодным огнем. — Мой совет? Напишите сестре. Скажите, чтобы она сожгла эти письма. И прекратила встречи. Пока еще есть время. Пока... — её взгляд скользнул в сторону ивы, где тень замерла, — ...пока другие наблюдатели не доложили куда следует. Ла Мао сделала безупречный, формальный поклон. — Подумайте над этим, Госпожа. Красота действительно мимолетна. А вот последствия неосторожности – вечны. Она развернулась и бесшумно заскользила по дорожке, исчезая в тени сада так же внезапно, как и появилась. Гекуё осталась стоять среди цветов, ножницы забыты в руке. Она чувствовала холодок страха, но больше – горечь. Правда ли сестра связалась с Сяо? Или это ловушка клана Ла? А если правда... как Мао узнала?

Из-за плакучих ветвей вышел главный евнух. Его лицо было каменной маской, но в глазах, устремленных вслед исчезнувшей Мао, бушевал шторм: настороженность, холодный гнев и... неистребимое любопытство. Он слышал достаточно. Достаточно, чтобы понять: дочь Стратега только что предложила Гекуё сделку. Или предупредила? Или начала сложную партию, где фигурами были репутация наложницы и тень измены?

— Госпожа... — начал он, но Гекуё подняла руку. — Не сейчас, Господин Женьши. Её голос дрогнул лишь на миг. — Мне нужно... подумать.