Часть 2

5 дней с последних событий.

Ла Хань ворвался в кабинет стратега без стука – редкая для него несдержанность. Его пальцы сжимали свиток, с кроваво-красной печатью символом дракона.

— Клан Сяо официально запросил аудиенцию у Императора. Прибывают через три дня к Празднику Фонарей. Везут «дары, способные умилостивить небеса». Мао не оторвалась от документов. Её строго собранные темно-зеленые волосы были закреплены шпилькой-черное серебро в форме змеи, чьи рубиновые глаза холодно поблескивали в свете. Она ставила резолюции на докладах о поставках риса из южных провинций. — Сестра знает? — Ла Хань положил свиток перед отцом. — Нет. она провела тонкой кистью по столбцу цифр. — Сижу тут понимаешь битый час,бумагу на качество проверяю,вон какие волокна,ты только глянь.Сменить бы поставщиков,только бюджет транжирят,возмутительно. В голосе девушки слышалась явная ирония с нотой раздражения. Она демонстративно приподняла бумагу всматриваясь в еле заметные неровности — Мао! — Хань. Стратег поднял руку, уголки губ дрогнули. — Если разнесёшь стол — новый будешь вырезать из сандалового дерева сам. Мао, хватит язвить на брата.

Он развернул свиток: — «Умилостивить небеса»… Слишком пафосно,даже для Сяо. Что замышляют? — Легализация. Маомао отложила кисть. — Их караваны с контрабандой оружия перехватывают у границы. Аудиенция— попытка обелить имя перед Императором. «Вот наши дары, мы лояльны». А потом? Задала риторический вопрос девушка. -А потом «случайно» намекнут на связи сестры Госпожи Гекуё с контрабандистами? аккуратно поправив оправу договорил Хань. — Слишком очевидно. Их цель — мы. её фиолетовые глаза сузились. — Они знают, что мы раскрыли их план с письмами. Месть будет направлена на стратега. Через тех, кого он защищает. Договорив,брат с сестрой перевели взгляд на отца,замерев в ожидании вердикта. Наступила тяжёлая пауза. Лакань сидел в кресле из чёрного дерева, пальцы сложены «домиком» у губ. Взгляд ушел вглубь веков — он словно взвешивает судьбы империй. Дети замерли, ожидая конечного слова. Ла Хань тихо шепнув : — Держись..Сейчас либо похвала либо казнь. Мао не шевеля губами: — Предлагаю сползти под стол. Шанс 3%, что не заметит. Углы губ стратега дрогнули. Потом поползли вверх, открывая редкую улыбку. Он грохнул ладонью по столу так, что подпрыгнули бумаги — Грандиозно! его бас раскатился, сопровождая довольные смешки. — Чистая логика! Безупречный расчёт слабостей! Даже старый лис Линь позавидует! Он вскочил, сияя, и обнял за плечи ошеломлённых детей: — Мои драконята! Вот она — сила крови Ла! Ха!Вот что значит настоящее воспитание!Не сюсюканье с конфетами,не зубрёжка сухих свитков — а живой ум! Он театрально закинул голову, чуть не сбив шпильку Мао. — Говорил же я Фэнсянь: «Наши дети переиграют всех!» И где теперь её сомнения? А? Ла Хань попытался сохранить серьёзность, но фыркнул в кулак. Маомао медленно,скривив губы попыталась отдалиться поправляя съехавшую змеиную шпильку. — О-отец, воздух. слегка задыхаясь попытался выбраться парень. Смирившийся взгляд мао смотрящий на ханя говорил:Предсказуемо.

***

В укромном уголке за павильоном добродетельной супруги юная наложница пыталась стереть тёмное пятно с нежно-розового рукава. Её длинные, цвета темноватой пшеницы волосы были слегка растрёпаны, а веки фиолетовых глаз покраснели сдерживая прорыв. Служанка Цуй с притворным ужасом хлопнула приложив к себе ладони: — Ох, простите, госпожа! Совсем ослепла — не заметила вас! Позвольте помочь… Она «случайно» наступила на подол платья, едва не повалив девушку. -Н-не нужно.я сама. отстранилась наложница. служанка сузив зрачки нарочито быстро поклонилась и развернулась закатив глаза. Мао появилась беззвучно. Её холодный взгляд скользнул по пятну, потом по дрожащему подбородку наложницы. — Госпожа Лишу. её голос был тише шелеста листвы, но резок как сталь.Она закрыв глаза поклонилась — Вы не должны их терпеть. — Я… я не хочу ссор. Прошептала девушка, пряча покрасневшие ладони,и отводя взгляд. — Цуй близка с главной экономкой… — И что? Девушка шагнула так близко, что Лишу почувствовала запах масла- сандалового дерева и старого пергамента. — Каждое грязное пятно на вашем платье — плевок в честь вашего отца.Вы позорите имя генерала Линь. Вы— никто, пока позволяете мыть ноги о свой статус. Мао,словно пытаясь проникнуть своим потоком слов в голову наложницы,все ближе и ближе наклонялась сужая взгляд. Пока полностью не проникла в ее глаза. — Завтра Цуй «уронит» вазу с нефритом.Её высекут. Но если ты промолчишь — обвинят тебя. Лишу прижалась спиной к холодному камню, пытаясь прикрыть испачканный чаем рукав. Её светло-русые волосы слиплись на щеках от давления подступающего пота.Перед ней — Ла Мао.Не просто советница стратега, а сама Тень воплоти. Мао не двинулась ни на шаг ближе. Она просто смотрела. Её тёмно-фиолетовые глаза даже не моргнули. Казалось безмолвие длилось вечность, пока Лишу не начала впиваться ногтями в ладони, от желания вскрикнуть. — Ты.. голос мао был подобен скольжению змеи по пеплу,каждое слово впивалось в кости. — ...хочешь, чтобы тебя обвинили? Лишу пыталась опустить взгляд, но не могла. Глаза советницы держали её, как гвозди. — Хочешь? второй удар. Голос не повысился, но стал острее.Как лезвие приложенное к горлу. Лишу открыла рот, но выдавила лишь хрип — Я... не... — Выбирай. Маомао наконец шагнула вперёд. Её тень накрыла Лишу целиком. Холодом повеяло даже в душный воздух. — Вечно ползать в грязи... она медленно провела пальцем по грязному рукаву Лишу, оставляя ледяную полосу. — ...или... Она наклонилась так близко, что девушка увидела собственное отражение в её зрачках — жалкое, перемазанное чаем. — ...раздавить гадину. Тишина. Только капли воды тикали где-то. Лишу задрожала. Слёзы подступили уже так близко,что было чувство будто каждая клетка лица сейчас сгорит. Но вдруг,огонь.Сперва — искра глубоко в фиалковых глазах. Потом — волна. Как будто что-то сломалось внутри, высвобождая сталь. Она выпрямилась. Резко. Так резко, что Мао едва заметно откинулась. — Я.. Я раздавлю её. Голос Лишу был хриплым, но твёрдым. Без дрожи. Без вопросов. Мао лишь позволила себе довольно ухмыльнуться.

***

Госпожа Гекуё медленно шла по изогнутому мосту, поддерживая округлившийся живот. Рядом шагала её трёхлетняя Линли, цепляясь за мамины пальцы. Гекуё остановилась, её персиковые шелка мягко колыхались на ветру. -Госпожа Ла,вы так погружены в мысли. Не тревожные ли вести? — Лишь хозяйственные заботы, девушка сделала безупречный поклон, но её глаза упёрлись в тень за кипарисом. Тот расфуфыренный евнух?совсем что-ли дел нет. — Клан Сяо везёт дары. Я слышала, среди них есть… позолоченные игрушки. Наложница не дрогнула, но рука инстинктивно легла на живот: — Очень любезно. Но, думаю, Император проверит все дары лично,и сам решит какие принять. — Мудрое решение. Особенно если учесть... как легко дети тянут в рот красивые безделушки. Из-за дерева вышел Женьши. Его лицо освещала чуть наигранная улыбка, но в глазах — лишь тонкий лёд. — Госпожа Гекуё, — он поклонился,пройдясь взглядом с начала по ней а после задержашись на принцессе.Слегка улыбнулся. Искусно игнорируя Ла Мао он продолжил. — Погода ветреная. Не разрешите ли сопроводить вас? — Благодарю, господин Женьши. Гекуё кивнула нежно улыбнувшись, но её рука сжала пальцы Линли чуть крепче. Мао уже отступала в тень, когда евнух окликнул ее. Его улыбка не дрогнула, но в голосе впервые пробилась игривая нотка — А вы, госпожа Ла... всегда так заботливы к детским игрушкам? Я тронут. Она замерла. В её взгляде промелькнуло нечто острое — не гнев, а азарт. — Опасные вещи требуют особого внимания, господин Женьши. Её губы дрогнули в подобии улыбки. — Разве не так? Он засмеялся — лёгкий, звук. — Безусловно! Но иногда... — он сделал шаг ближе, понизив голос так, что услышала только она — ...интереснее наблюдать, как играют другие.