1.

Девяностые года прошли, но преступный бизнес – нет. Глава одной подобной организации сидела у себя в кабинете и скучала, закинув ноги на стол. Это была молодая девушка лет двадцати пяти. В кабинет постучались и зашёл седой мужчина с идеально причесаными волосами. Она резко села нормально, будто школьница при виде строгого преподавателя. – Таисия Павловна, можно? – Да, Николай Николаевич, проходите. Он закрыл дверь и сел на стул. Выдохнул и начал: – Тась, тебе не кажется, что надо бы уже секретаршу тебе? Она прокрутилась на кресле: – Николай Николаевич, честно, не знаю. После тех, неприятный осадок. Одна вообще женатой оказалась. Ц. Он задумался. – А что если...не девушку, а парня? – Парня?.. – Она сморщилась, – у тебя на примете кто-то есть?... Пристроить надо кого-то? – Нет никого. Но будет. Я пойду, Тась, поищу Он вышел. Тут же послышался повторный стук. – Заходите Дверь приоткрылась и показалась мордашка одной из сотрудниц. – заходи, Лид. Он резко зашла и закрыла дверь, будто боялась, что ее обнаружат. – Простите, я краем уха услышала, что вы хотите нанять... Не женщину? – А, да, Лид, не везёт мне с прекрасным полом. Да и думаю этот паренек на пару дней. У Лидии зазвонил телефон и девушка бросив "простите, муж звонит" выбежала из кабинета. Таисия вздохнула, вынула какой-то документ из стопки и начала вчитываться, постукивая ручкой.

***

На следующее утро в здание с опозданием залетела Володина Таисия Павловна, хотя обычно она приходила спокойно, минута к минуте. – Урод, блять! Она вырвала стаканчика три, нервно налив воду из кулера и выпив все залпом, наконец перестала высказываться. Вид был не лучший. На кончиках ботинок скопилось немеренно грязи. Левая рука выглядывающая из под пиджака была красная. С дивана около кулера поднялся седой мужчина, Николай Николаевич. – Таисия Павловна, я нашел! – Прекрасно, где?! Она металась по комнате и не заметила молоденького парнишку. Хотя такую шпалу под два метра ростом заметить сложно. Но она смогла. – Так вот же... На собеседование пришел. Парнишка выпрямился и протянул руку, сказав четко и без запинок: – Антон Андреевич Шастун. – Перевязывать умеешь? Он заранее репетировал как и что ответит, но этим вопросом был озадачен. – Ну ... Возможно ... Она схватила его за правое запястье и потащила в кабинет, крича Николаю Николаевичу: – Он принят, оформите Зайдя в кабинет она достала аптечку. – На! Бинты, ватки, порошки, все есть. Делай уже что-нибудь. Она сняла пиджак. Левый рукав белоснежной рубашки алел и был порван на плече. Она без раздумий полностью оторвала рукав и села на свое кресло. – валяй На плече было ножевое ранение и устрашающая кровь, заставляющая сковывать грудь от страха. – А... – Не спрашивай, а то уволю. Он кивнул и начал оборачивать руку. По окончанию работы, он ещё раз кивнул. – Ты принят. Вали к себе. Буркнула Таисия Володина и прилегла на диван. – Может кофе?... – Я не ясно выразилась? Вали в кабинет свой. Николай Николаич покажет.

***

К счастью такое напряжённое отношение было только в первый день. Оказалось новая начальница не такая страшная и злая и изредка одаривала улыбкой. Каждый день из ее кабинета доносились мычания, когда к ней приходили врачи перевязывать рану.

***

После какого-то разговора с Николаем Николаевичем, Таисия начала странно смотреть на нового сотрудника. В один из вечеров, когда шустрые ручки Антона собирали свои вещи со стола, на одну из них легла чужая рука, сжимая его пальцы своими. Пара моментов она лежала спокойно, а потом начала дрожать от тремора. – Какие планы? Над ухом послышался обжигающий шёпот начальницы. Голос пробирал до костей. Дыхание останавливалось. – Н... никаких – Вот и чудно. Щелк. Света нет. Рука сжалась сильнее и подняла чужую. Перетащив Антона на диван, Таисия навалилась сверху и впилась в нежные губы. Дыхание то пропадало, то возвращалось максимально жгучим. На телефон начальнице поступил звонок. Она не отрываясь ответила. Таисия Павловна иногда приподнимала голову и отвечала собеседнику или усмехалась, ее подопечный тянулся за ней, чтоб вернуть ее губы себе. Острые зубы девушки впились в его нижнюю губу. Антон пискнул. Она выпрямилась и села, попрощавшись в телефон. Парнишка прижимал палцы к губе. – Ладно , я пойду. Таисия завуалировано попрощалась и улыбнулась, удаляясь к двери, оставив Шастуна наедине со своей проблемой.

***

На следующий день девушка пришла накрашеная, наряженная, с яркими духами. Пределу улыбке не было. Она что-то напевала и пританцовывала. Скрывшись за дверью кабинета, она напоминала о своем присутствии веселой музыкой. Каждый раз когда дверь поскрипывала, пропадал какой-нибудь сотрудник и позже его смех доносился из кабинета.

***

На следующий день Володина зашла в офис без лица и сразу пошла в кабинет. Шастун посмотрел на Николая Николаевича вопросительно. Тот махнул рукой, показывая, что не стоит волноваться и подошёл к двери начальницы. За ней начался вой. На его стук она ответила дребезжащим звуком раскрошившейся тарелки об поверхность двери, намекая что вместо двери будет лицо старика. Он приподняв брови ушел. Нескончаемый вой мешал работать.

***

Такие качели наблюдались постоянно. Со временем и Антон привык. Отношение к нему менялось так же стремительно. Таисия то флиртовала, то огрызалась, то притягивала не терпя возражений, то кидала раздраженные взгляды, то обещала премировать, то клялась об увольнении. Побеседовав об этом с Николаем Николаевичем, он получил совет не обращать внимания и не боятся увольнения, все бумаги проходят через него и он с лёгкостью может вразумить начальницу. Месяц спустя Антон окончательно привык и не боялся. Он работал не замечая начальницу и подыгрывал ее качелям. Несмотря на истеричность и сильные эмоции, она прекрасно переносила ответственные моменты и стрессовые ситуации. Шастун понимал, что он скорее всего маниакальная идея этой психопатки, но даже имея это в виду, он каждый раз таял от ее поцелуев, прикосновений, взглядов. Он любил, любил искренне, каждую минуту, секунду, день. Он радовался что может ее видеть, переживал когда она рыдала, загонялся, грустил, но любил. Но было ли это взаимно?... Что чувствовала Володина? Чувствовала ли она что-либо? Он даже не догадывался насколько чувствовала Таисия. Она осознавала что он лишь ее подопечный и возможно не на долго, но она любила и продолжала его целовать, чуя как тает от блаженства парнишка. Она осознавала, что возможно это для работы, для премий. И ей было плевать.

***

У Шастуна день выдался тяжёлым. После работы пришлось мчать в мфц, лететь в аптеку, не найти нужного препарата и рыскать ещё час по аптекам округа. Приобретя нужный флакончик, на выходе из аптеки Антон встретил давнего знакомого. Дойдя до метро, они разошлись. Толкотня с потными людьми в душном вагоне прошла казалось бы очень долго. Завалившись в квартиру, Антон даже не заметил что один из замков был открыт. Стоя в коридоре он осознавал, что стоило бы тоже помыться. Раздевшись и оставив одежду в комнате, он прошел в ванную. Дверь осталась открытая. Переводя дыхание, оперевшись на стиралку, парниша увидел отражение начальницы в зеркале. – Бля... Он протер глаза, но она не исчезла. – Ты настолько не хочешь меня видеть? На ней были широкие домашние штаны и растегнутая рубашка. Она опиралась на косяк, поглядывая на Антона через зеркало. Увидев ошеломленное лицо, она выпрямилась и сделав пару шагов, положила голову на его плечо, прижавшись телом к его спине. Поглаживая оголённые нежные плечики, девушка закусила его мочку. Дыхание участилось. Сердце ушло непонятно куда. Ну вот опять. – Устал? Рубашка начальницы осела на пол. Как и Антон. Глаза резко закрылись. В себя он пришел довольно таки быстро. Возвращение в этот мир сопутствовали слова девушки: – Может не стоит идти в душ? – Надо. Только щас. Он дополз до ящика и выудил оттуда плавки. Таисия сразу все поняла и вышла из ванной. Антон поменял одежду и сел отдохнуть. В голову начали лезть мысли. Он прислонил голову к двери. Загоны о том, как он выглядел перед девушкой убивали. А ведь она могла подумать, что он девственный мальчик, боится всего и ещё куча подобных терминов. Дверь скрипнула и Шастун повалился за ней, но тут же строительно начал подниматься. Его сумотоху в разы опередила по эффективности грубая сила девушки, которая со всей силы рванула его за предплечье вверх. Он смог сесть. Она присела рядом и обняла его. Сколько было между ними страстных поцелуев, нарошных возбуждений, обжиманий, совместных ночей в офисе, но это было первое ее объятие. Казалось, оно было интимнее чем все вышеперечисленное. Так они убили минуту, две, три, пять. На десятой девушка ослабила хватку. – Ты как?... Лучше? Мужчина кивнул. Она прижала руку к левому ребру и искривлено улыбнулась из-за боли. – Я тогда пойду. Она ушла. Антон остался один.