Глава 11. “Не зли монаха – целее будешь”

“I died that night and killed God in the morning” Конечно, только стоило им пересечь черту завесы, как от массивных дверей, захлопнувшихся с ржавым лязгом, не осталось и следа. Юити равнодушно окинула взглядом опустевшую стену, разжимая пальцы, впившиеся в ткань рукава Гето. Внутри храм оказался гораздо больше и просторнее, чем выглядело снаружи – вместо низких потолков и гниющих полов коридоры утопали в алом цвете, на колоннах, охваченных шипастыми металлическими кольцами, красовались изображения монахов. Их лица были неестественно искажены – с некоторых колонн на Коматсу смотрели выпученные глаза, на парочке рисунков она заметила, как у святош поплыла улыбка, растягиваясь от уха до уха. На панелях ширм, расположенных по периметру комнаты, был нарисован единый сюжет – на первый взгляд, ничем не отличавшийся от классической росписи – голые ветви кипариса, простирающиеся вдоль холмистого горизонта, кучка монахов с четками, изящно прогуливающихся по изображенному пейзажу, и пара журавлей, пролетающих на фоне. Юити передернуло, когда в мыслях замелькали подобные этой ширмы, на которые она натыкалась в клане Годзе. – А тут довольно красиво, – прошептал оглядывающийся по сторонам Гето, явно восхищаясь жутким интерьером. – Может останешься тогда? – не удержалась от издевки Коматсу, осторожно продвигаясь ближе к центру комнаты, где на пьедестале покоилась потрескавшаяся золотая статуя Будды, – обещаю иногда подкидывать тебе пару йен. Сугуру в пару шагов догнал ее – поравнявшись, он повернулся к ней с ехидной улыбкой, убирая руки за спину. – Как заботливо с твоей стороны, Коматсу, – промурлыкал Гето, наклоняясь в ее сторону. Она громко цокнула, останавливаясь перед пьедесталом. Статуя Будды казалась искривленной – вместо глазниц зияли два пустых отверстия, а на макушке отсутствовала привычная ушниша. Он протягивал покрытую рубцами и трещинами ладонь, будто просил о подаянии. Юити, словно в трансе, потянулась пальцем к статуе, осторожно касаясь золотой поверхности подушечкой. Комнату разразило резким гулом гонга – вибрация прокатилась по стенам, отскакивая от поверхностей. Откат от звуковой волны был настолько сильным, что затушил все свечи и висящие на стенах факелы, погружая помещение в кромешную темноту. Звон продолжал назойливо скрипеть в голове, заставляя Коматсу схватиться за виски – под пальцами пульсировали сосуды, словно собираясь лопнуть. В следующее мгновение она почувствовала, как чужие пальцы сжали ее предплечье, стремительным движением оттаскивая от статуи. Гонг с металлическим треском прогремел во второй раз. Гето прижал Юити ближе – его рука обхватила ее плечи, впиваясь в ткань ее водолазки. Магов сдавило звуковой волной, заставляя согнуться пополам – в голову словно вцепились огромными тисками, пытающимися проломить черепную коробку. Отяжелевшие ноги не слушались, каждая попытка шагнуть была тщетной – даже пошевелиться получалось с трудом, от перенапряжения отдаваясь глухой болью в скованные мышцы. Коматсу попробовала защитить разум с помощью проклятой энергии, но мысли с бешеной скоростью путались в голове, не позволяя сконцентрироваться. Стоило вибрациям немного утихнуть, как пространство рассек третий удар по металлу. Комнату затрясло, ширмы начали падать, будто в закончившейся партии домино – Юити показалось, что от статуи Будды послышался ехидный смех, в определенный момент слившийся воедино с противным визжанием гонга. Коматсу с трудом смогла перевести взгляд на Гето, пытавшегося активировать технику. Он был окутан темной дымкой, сосуды на его глазах полопались от напряжения, заполняя белок тонкими бордовыми нитями, на шее вздулись вены, неровными линиями растягиваясь до виска. Одной рукой Сугуру до сих пор крепко удерживал Юити, а второй тщетно старался заставить трясущиеся пальцы сложиться в нужном для призыва проклятий жесте, но тело предательски отказывалось подчиняться. Внезапно Коматсу почувствовала, как опора под их ногами исчезает – застеленные татами полы разверзлись, обнажая черную пропасть. Ухватиться было не за что, гул от гонга все еще звенел в голове, путая рассудок – оставалось только падать, надеясь, что у этой бездны есть окончание. Мысли начали слабо проясняться – кошмарный звон остался далеко позади, и падение сопровождалось долгожданной тишиной. В этот момент Юити осознала, что парящий рядом Гето все еще прижимает ее к себе, придерживая за плечи – она медленно подняла голову, ожидая увидеть его раздражающую усмешку и прищуренные с издевкой глаза. Но Сугуру был как никогда серьезен. Он нашептывал что-то под нос, пальцы свободной руки были сложены в технике кудзи, а из-за его спины уже вылезало проклятие, чем-то напоминающее ската. Оно взвизгнуло, когда Гето ухватился за один из плавничков, растущих из нижней части его туловища – но воспротивиться возможности не было, поэтому существу пришлось терпеливо парить, удерживая вес сразу двух магов. Сугуру облегченно выдохнул, переводя взгляд со ската на Юити, отчаянно вцепившуюся в его куртку. – Ты в порядке? – он осторожно сжал ее предплечье. – Насколько позволяет ситуация, – недовольно пробубнила Коматсу, оглядываясь, – И долго нам еще так падать? Внезапно пальцы вокруг ее плеча разжались. Ехидная ухмылка невольно расплылась на его лице, пока он с удовольствием наблюдал за барахатающейся в воздухе Коматсу, которая отчаянно хваталась за его воротник, чтобы не упасть в пропасть. – Придурок, – злобно прошипела Юити, пытаясь удержаться покрепче, – ни капли не изменился. – Коматсу, следи за языком, – съязвил он, слегка раскачиваясь на плавнике проклятия, – ты в невыгодном положении. – Как же ты бесишь. На этих словах она резким движением притянула себя вперед, обхватывая Гето ногами вокруг талии. На мгновение они оба замерли – тишину прерывало только частое дыхание Юити. Она не собиралась разжимать хватку на его куртке, словно ожидая следующего трюка, который Сугуру решит выкинуть, пока они в уязвимом положении парят над непонятной бездной. Он лишь усмехнулся, разглядывая перекошенное от злости лицо Коматсу – каждый раз, когда она так прищуривалась, уставившись на него с немым вопросом, Гето хотелось отвесить ей щелбан прямо между нахмуренных бровей. Вместо этого его свободная рука скользнула по спине Юити, пересчитывая пальцами выпирающие позвонки, и остановилась между лопаток. Он почувствовал, как ее тело напряглось от такого слабого касания, и не сдержал смешка. – Может отпустишь тогда? – улыбаясь, кивнул Сугуру на зажатую между ее пальцев ткань воротника. – Может заткнешься уже? – оскалившись, съязвила Коматсу. Но хватку ослабила. Их дальнейшие препирания прервал надорванный визг ската – существо бесновато задвигалось, расшатывая висящего на его плавнике Гето. Оно отчаянно попыталось взмыть вверх, но получалось лишь выдавливать испуганное бульканье, тщетно взмахивая плавниками. Сугуру окинул несчастное проклятие раздраженным взглядом, тяжело вздыхая. – Коматсу, – пробормотал он, притягивая ее ближе, – готовься, будем падать. В следующий миг они начали стремительно терять высоту.

***

Гето, прищурившись, старался разглядеть окружающее их пространство, но взгляд то и дело цеплялся за стоящую рядом Коматсу, недовольно отряхивающуюся после не самого изящного приземления. Она угрожающе сверлила взглядом ската, все еще кружащего над ними – проклятие виновато повизгивало, пытаясь смыться куда подальше. Но удирать, к сожалению, было некуда – Сугуру поднял глаза, разглядывая каменные плиты, образовавшиеся на месте просторного свода. Это было первое, что он заметил, когда спина столкнулась с холодной неровной землей – как над ними схлопнулся потолок, смыкаясь плитами в единую плоскость. Даже скрежета не было слышно, только посыпавшиеся в лицо пылинки и крупицы земли напоминали о казавшейся бездонной пропасти, через которую они сюда попали. Второе, на что пришлось обратить внимание – разъяренный взгляд Юити, лежащей на нем. Гето внезапно осознал, что все это время продолжал крепко прижимать ее к себе – и в ту же секунду развел руки в стороны, позволяя Коматсу вырваться. Она резко вскочила – и сразу же отвернулась, чтобы пересобрать растрепавшийся хвост. Кончики пальцев противно закололо. Сугуру помотал головой, сжимая ладони в кулак до хруста. Не сейчас. – Не знала, что в храмах эпохи Камакура были подвальные помещения, – тихо пробормотала Юити, вырывая Гето из его мыслей. Она наконец-то перестала пытаться прожечь несчастного ската взглядом, теперь с интересом осматривая место, куда их угораздило упасть – помещение было больше похоже на пещеру, чем на подвал. Вместо привычных татами пол устилала испещренная трещинами плитка, каменные стены образовывали узкий проход, освещенный редкими свечами – неровные струйки стекающего воска образовывали грязную кашицу, достигая земли. – Больше похоже на катакомбы, – Сугуру прижал ладонь к виску, переводя взгляд на Юити. – Похер, – она уверенно двинулась в сторону коридора, цепляя Гето плечом, – давай уже покончим с этим. Его рука дернулась раньше, чем он почувствовал накатившую волну раздражения – пальцы впились в плечо Коматсу, заставляя резко остановиться. Она обернулась, приподнимая бровь в немом вопросе. – Так торопишься снова сбежать в Корею? – выплюнул Сугуру, поворачиваясь. Их взгляды встретились. Коматсу чуть прищурилась, склоняя голову в бок – и пристально уставилась ему в глаза, словно пытаясь запугать. В следующую секунду она удивленно моргнула и медленно, будто боясь спугнуть, потянулась к его ладони, все еще цепляющейся за ее плечо. Гето позволил убрать его руку – ее холодные пальцы скользнули по коже слишком плавно. Слишком непривычно. – Давай не здесь, – пробубнила Юити себе под нос, отводя взгляд, – Поговорим, когда выберемся. И, не дожидаясь ответа, скрылась в тени каменистого прохода – Сугуру оставалось только неспешно следовать за ней. Конец коридора встретил их массивными металлическими дверьми, чем-то напоминавшими те, через которые они попали в храм. Коматсу не торопилась входить внутрь – оперевшись о скалистую стену, она, закинув голову, умиротворенно курила. Заметив приближающегося Гето, Юити приоткрыла один глаз и протянула ему дотлевающую сигарету – он заметил, что ее пальцы слегка потрясывает. – Нервничаешь? – ухмыльнувшись, поинтересовался Сугуру, затягиваясь едким дымом. – Мечтай, – беззлобно ответила она. Сделав секундную паузу, кивнула в сторону дверей, – Нас уже ждут. Гето и сам это прекрасно понимал – еще продвигаясь по коридору, он ощутил, как пульсирует в воздухе мощная проклятая энергия. Она плавно проникала в каждую клеточку тела, подобно яду растекаясь по венам. Знакомая тошнота комом подступила к горлу, напоминая ему о предстоящем долге – изгнать, сожрать, повторить – даже если внутренности будет выворачивать, даже если он давно потерял смысл в этом цикле, даже если сомнения о сделанном выборе опять затуманят рассудок. В последний раз обжигая легкие сигаретным дымом, Сугуру бросил окурок под ноги. Мерзкий привкус во рту был прекрасным напоминанием о том, что хоть какой-то контроль над своим телом у него все еще сохранился – глаза невольно скользнули по Коматсу, разминавшейся перед предстоящей битвой. – Готов? – она распрямилась, заметив его взгляд. Дождавшись его согласного кивка, Юити зловеще ухмыльнулась.

***

— Вот обязательно крушить все на своем пути? — потирая переносицу, спросил Гето, со скукой разглядывая разлетевшиеся в щепки двери. — В следующий раз непременно постучусь, — съязвила в ответ Коматсу, скрещивая руки на груди, — И еще обязательно спрошу разрешения, чтоб войти. От того, чтоб вцепиться друг другу в глотку, их остановил металлический скрип, раздавшийся с другого конца помещения. Юити отвела раздраженный взгляд с Гето, осматриваясь — пространство вокруг было слабо освещено редкими факелами, симметрично расположившимися по периметру высоких каменных стен. Каждый шаг впечатывался в темный мраморный пол, гулким эхом разлетаясь по полупустой зале — из декора тут были только потрескавшиеся колонны, подпирающие гниющие деревянные балки под потолком, и тонкий жестяной диск гонга, мерно покачивающийся в конце комнаты. Дребезжащий звук раздался вновь — Коматсу напряглась, плавным движением уводя одну ногу за спину. Она стремительно выставила руки перед собой, готовая в любой момент активировать технику — и тут же замерла, наконец обратив внимание на массивный саркофаг, покоившийся перед гонгом. Каменная крышка со скрежетом съезжала, осыпая все вокруг пылью. Черная дымка хаотичной волной хлынула из гроба, погружая комнату в непроглядный туман. — Гето? — обернувшись, неуверенно окликнула Юити. Вырвавшееся слово поцарапало стенки горла, словно острые когти — она закашлялась, сплевывая подступившую комом кровь на ладонь. В голове всплыла картинка мелкого проклятия, вопящего на Коматсу с потолка — она ухмыльнулась, протирая уголок рта тыльной стороной ладони. «Значит, надо быть тише», — подумала Юити, вспоминая о визжащем от страха существе. Тяжело вздохнув, она вновь попыталась оглядеться — но темный дым уже плотной стеной окутал все пространство вокруг, не позволяя увидеть даже намека на предыдущие очертания комнаты. В ту же секунду послышался глухой лязг. Коматсу успела увернуться раньше, чем громоздкая ржавая цепь смогла ее задеть. Тело само рефлекторно отклонилось назад, позволяя куску металла свободно пролететь над ней, прежде чем снова скрыться в густой завесе. Активировать технику Бетельгейзе пока что было рано — слишком рискованно в подобной ситуации, когда четко определить получается только давящее количество чужой проклятой энергии, растекшейся по помещению вместе с тьмой дыма. Поэтому одной рукой Юити медленно потянулась к кобуре на поясе, нащупывая кожаную рукоятку танто. В ту же секунду знакомая тень мелькнула на периферии ее взгляда, заставляя дрогнуть — из внезапно рассеявшегося тумана на нее вылетела орда из проклятий, похожих на ленточных червей. Коматсу потребовалось лишь мгновение, чтобы осознать, что их целью была она. Издали раздался глухой скрежет металла. Все бесполезные размышления Юити оставила на потом — сейчас надо было успевать маневрировать между хордой мерзких существ и цепью, неестественно изгибавшейся в попытках зацепить Коматсу. Танто со свистом разрезал воздух, проходя через склизкие тельца проклятий — вместо того, чтобы мерзкой жижей разлететься на кусочки, они растворялись в тумане, в тот же миг выстреливая вновь. Их зубастые пасти были раскрыты в немом крике, а движениям не хватало свойственной для них гибкости — и, что самое главное, проклятая энергия, которую они источали, принадлежала не Сугуру. Она позволила себе засомневаться лишь на секунду — потому что точно была уверена, что эти ленточные черви были из арсенала Гето — и в ту же секунду пожалела, когда затылок пробила громоздкая цепь. В глазах резко потемнело. Глухая боль колоколом раздалась в черепной коробке, от звона в ушах хотелось вырвать барабанные перепонки — он смешался с ехидным смехом, настойчиво прорывающимся в рассудок Коматсу. Внезапно она ощутила, как техника стремительно выходит из-под контроля — все тело запылало жаром, по венам заискрилось до боли приятное ощущение, с легким уколом останавливающееся на кончиках пальцев. «Не сейчас», — отчаянно пригрозила Юити сама себе, но проклятая энергия отказывалась подчиняться — неконтролируемый мощный взрыв поразил пространство вокруг, развеивая дымовую завесу. Ноги предательски подкосило — Коматсу чувствовала, как из разбитого затылка непрекращающимся потоком струится кровь. «Не вздумай отключаться», — тщетно повторяла она, словно мантру, пытаясь подняться. Поплывший взгляд зацепился за неровные очертания силуэтов у края комнаты. Лица проклятий были растянуты в зловещей улыбке, обнажившей неровные ряды шипастых клыков — их глаза сморщились в тонкие щелочки, уголками доставая практически до ушей. Всего их было трое — антропоморфные существа, выряженные в монашеские одеяния, были обмотаны крупной ржавой цепью, края которой болтались в воздухе, словно змеи, готовые в любой момент впиться в свою несчастную жертву. Ни один мускул на лице проклятий не дрогнул, но до улетучивающегося сознания Юити донесся зловещий смех, сплетающийся в жуткий в унисон. Все еще пошатываясь, она заставила тело послушаться — хоть голова и гудела, грозясь отключиться в любой момент, но Коматсу было бы достаточно и нескольких секунд. Выставив руку вперед, она переплела пальцы в нужном жесте, готовясь сконцентрировать бушующую проклятую энергию в мощную вспышку— Но в тот же миг чужая рука обхватила ее за талию, резким движением утаскивая за колонну. Гето. Прислонив указательный палец к губам, он медленно покачал головой. Последним, что мелькнуло в сознании Юити перед тем, как тело предательски отключилось, была эта проклятая прядь, все так же беспечно спадающая ему на лоб.