Глава 8

Малфой вошел в комнату с зельями, его серебристые волосы слегка колыхались от сквозняков, проникающих сквозь старинные стены. Он всегда чувствовал себя здесь чужим, но сегодня, когда он переступил порог, его ожидал неожиданный сюрприз: комната была пуста. Столы, уставленные колбами и банками с редкими ингредиентами, казались мертвыми без привычного гомона и шуршания страниц книг. Смущение и легкое беспокойство охватили его. Где же Грейнджер? Она всегда находилась здесь, погруженная в свои заметки. Драко замер на месте, оглядываясь по сторонам, словно надеясь увидеть её появление из-за угла. Мысли о возможных неприятностях прокрались в его голову, и он почувствовал, как внутри него зашевелилось беспокойство, которое он старался подавить. Он подошел к столу и невольно коснулся одной из колб, словно искал утешение в знакомых предметах. В воздухе витал запах трав и порошков, но вместо привычного ощущения спокойствия он ощутил лишь тревогу. «Может Поттер позвал её»— попытался оправдать себя Драко, но это не успокаивало. Драко, стоя у стола с зельями, вновь взглянул на колбу с ярко-зеленым зельем, которое только что начал изучать. Его мысли были заняты Грейнджер, но внезапно голос Блейза Забини раздался из коридора, прерывая его размышления. — Драко! — громко окликнул Блейз, его голос резонировал в пустом помещении. Малфой вздохнул и вышел из кабинета, оставляя за собой атмосферу тишины и недосказанности. На мгновение он задержался у дверного проема, оглядываясь на стол, как будто прощаясь с чем-то важным. Затем он шагнул в коридор, где его уже ждал Блейз. — Что-то случилось? — спросил Драко, встречаясь с другом лицом к лицу. В его голосе звучала легкая настороженность, но он старался скрыть её. Блейз выглядел явно недовольным, его темные глаза сверкали от раздражения. Он скрестил руки на груди и нахмурил брови, как будто собирался сделать серьезное замечание. — Я тебя потерял! Почему ты постоянно здесь где-то шаришься? — произнес он с лёгким упреком. В его тоне чувствовалась забота, но также и легкая досада. Драко почувствовал, как его сердце слегка сжалось от упрека друга. Он не хотел вызывать беспокойство у Блейза, но в последние дни его мысли были заняты не только Ордена, но и теми чувствами, которые он старался подавить. Драко тяжело вздохнул, чувствуя, как внутри него нарастает раздражение. — Мерлин! — прошептал он, словно это слово могло развеять его недовольство. — А ты мне предлагаешь сидеть только в комнате и никуда не выходить? — фыркнул Малфой, скрестив руки на груди. Его глаза блестели от вызова, и в них читалось желание отстоять свою позицию. Блейз сделал шаг назад, осознавая, что его друг был не в настроении для споров. Он знал, что Драко всегда стремился к знаниям и силе, но сейчас его одержимость могла привести к изоляции. — Я просто переживаю за тебя, — сказал Забини, стараясь смягчить свой тон. — Мы должны быть вместе в это время. Драко немного расслабился, но всё еще чувствовал необходимость защитить свои действия. — Я понимаю, но иногда нужно собирать информацию. Это важно, — произнес он более спокойно, хотя в голосе все еще слышалась нотка упрямства. — Добыл что-то? — спросил он, наклонившись ближе, словно это могло помочь уловить тайну, скрытую за молчанием друга. Драко, теребя пальцами края своей мантии, почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он сам не знал, почему не поделился с друзьями информацией о зелье. В этом месте, где они часто встречались, его мысли становились более запутанными. Он просто молчал, не находя подходящих слов. — Нет, — произнес он наконец, его голос звучал глухо и неопределенно. Внутри него возникло странное чувство, будто он прятал что-то важное. Блейз, заметив колебания друга, махнул рукой, словно отгоняя свои сомнения. — Ладно, неважно, — сказал он и продолжил с явным интересом: — Тут вот что интересно: ты же каждую неделю встречаешься со своим отцом в «людном домике»? Людный домик был их тайным местом встречи — укромным уголком, где Драко и его отец могли обсудить все происходящее без страха быть подслушанными. Темный Лорд не знал об этом доме, и это придавало им уверенности. Драко медленно кивнул, его взгляд стал более серьезным. — На этой неделе ты там не появился, — продолжал Блейз, его тон становился все более настойчивым. — Твой отец будет обеспокоен. В глазах Драко мелькнула тень тревоги. Он понимал, что пропуск встречи мог вызвать беспокойство у отца. Но мысли о зелье и его собственных переживаниях мешали ему сосредоточиться на том, что действительно имело значение. Он почувствовал тяжесть ответственности на своих плечах и внутренний конфликт между долгом перед семьей и желанием разобраться в своих собственных чувствах. — Но он знает, что я пошёл на задание... — задумался Драко, его голос стал тихим и неуверенным. Коридор был тускло освещён, и тени от каменных стен словно накрывали его друзей, создавая атмосферу напряжения. Блейз Забини стоял, скрестив руки на груди, его лицо выражало беспокойство. Он смотрел на Драко Малфоя, который с поджатыми губами явно переживал. — Всё равно, вы там встречаетесь каждую неделю, не важно, где кто находится. Твой отец, наверное, уже панику поднял, — произнес Блейз, стараясь придать своим словам уверенность, хотя сам чувствовал нарастающее беспокойство. Драко резко поджал губу, его лицо стало каменным. В глазах мелькнул страх, когда он произнёс: — Плохо дело. Если они пойдут на Орден и всё разузнают про нас, то нам конец. Блейз пожал плечами, пытаясь успокоить друга: — Мы можем сказать им правду. Что примкнули к Ордену, чтобы выбраться и отвести всех к Тёмному Лорду. Но Драко, охваченный паникой, схватил Блейза за рубашку и резко прижал его к стене. Его рука закрыла рот друга, заставив того замереть. Блейз только смог издать невнятное «ммм», полное недоумения и растерянности. — Заткнись, Забини, — прошипел Драко тихим, но полным ужаса шёпотом. — Или ты хочешь, чтобы кто-то из Ордена узнал об этом? В глазах Малфоя читалась отчаяние и страх за их судьбу. Блейз почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он кивнул, стараясь показать, что понимает всю серьёзность ситуации. — Прости, — выдохнул он, когда Драко всё-таки отпустил его. Возвращение к реальности было резким: они оба знали, что играли в опасную игру, и теперь от их решений зависело не только их будущее, но и судьба всех вокруг. Тишина коридора казалась гнетущей, словно сама стена шептала о том, что они должны быть осторожны. Коридор был окутан полумраком, когда резкий голос нарушил тишину. Джинни Уизли, стоя с руками, скрещёнными на груди, выглядела словно грозовая туча, готовая разразиться. Её волосы, как огненные языки пламени, обрамляли лицо, придавая ей ещё больше решительности. — Вы чего тут устроили? — спросила она с явным недовольством, её взгляд метался между двумя парнями, которые замерли в ожидании. Блейз Забини, с ухмылкой на лице, медленно повернулся к ней. Его уверенность была заметна в каждом движении. — Уизли, — произнёс он с широкой усмешкой, — мы просто вели беседу. — Я очень рада за вас, — фыркнула Джинни с отвращением. Её голос звучал резко, словно удар хлыста. — Но вам тут не надо шляться, иначе легко можете лишиться головы. Она бросила на них презрительный взгляд и, резко махнув волосами, ушла прочь, оставляя за собой атмосферу напряжения и недовольства. — Рыжая стерва, — пробормотал Забини, его улыбка лишь усилилась. — Вот бы их всех убить. Малфой, стоя рядом, с недовольством шикнул на него: — Блейз! — Ладно, пойдем, — ответил Забини и первым направился к выходу. Драко остался на месте ещё на мгновение, погружённый в мысли о Грейнджер. Где же её черти носят? Он вздохнул и, наконец, последовал за Забини, оставив позади гнетущую атмосферу коридора и вспышку гнева Джинни. *** Гермиона Грейнджер, тяжело вздохнув, наконец-то выдвинула стул и встала из-за своего рабочего стола в штаб-квартире Ордена Феникса. Вокруг неё царил знакомый беспорядок: пробирки с зельями, разложенные по столу, и страницы с записями, исписанными её аккуратным почерком. Запах трав и химикатов, который в последние три недели стал её постоянным спутником, теперь начинал сводить её с ума. Она чувствовала, как напряжение накапливается в её плечах, и понимала, что пора сделать перерыв. Она направилась к двери своей комнаты, стараясь не думать о том, что ждёт её впереди. Осталось всего несколько дней до финальной битвы, и её мысли о будущем становились всё более мрачными. «Я пойду на верную смерть», — мелькнула мысль, но она быстро отогнала её. Вместе с друзьями и Драко Малфоем они должны были сделать всё возможное, чтобы остановить тёмные силы. Словно в ответ на её размышления, имя «Малфой» вновь всплыло в её сознании. Он стал занимать всё больше места в её мыслях, и это было странно. Она вспомнила их недавние разговоры — те моменты, когда они могли смеяться и обмениваться шутками, забывая о старых обидах. Но как это могло быть? Они были врагами, и эта близость казалась ей чем-то невозможным. Гермиона остановилась на мгновение в коридоре, глядя на стены штаб-квартиры. Тусклый свет ламп создавал уютную атмосферу, но она не могла избавиться от чувства тревоги. «Что между нами происходит?» — думала она. Вопрос крутился в её голове, как заколдованный клубок. С каждым днём она всё больше осознавала, что их отношения изменились. Между ними возникло что-то новое — нечто хрупкое и неопределённое. Она не могла понять, что именно это значит. Может быть, они действительно сдвинулись с точки врага к чему-то более глубокому? Но как можно доверять тому, кто был частью её страхов на протяжении стольких лет? Она вздохнула и продолжила идти к своей комнате, решив, что ей нужно время для размышлений. Впереди лежала неизвестность — битва с тёмными силами и судьба её друзей. И в этом хаосе её мысли о Драко становились всё более настойчивыми. Но сейчас ей нужно было сосредоточиться на том, что действительно важно. Её друзья полагались на неё, и она не могла позволить себе отвлекаться на мелочи. Когда она вошла в свою комнату и закрыла за собой дверь, тишина окутала её как мягкий плед. Она присела на край кровати и попыталась успокоить свои мысли, но образы белобрысого Слизеринца всё равно продолжали всплывать в её сознании. Его смех, его взгляд — всё это вызывало у неё смешанные чувства, которые она не могла объяснить. «Это точно не может быть дружбой», — подумала она с лёгким сарказмом, но в глубине души понимала: между ними происходило что-то важное, и ей нужно было разобраться в этом прежде чем наступит час испытания. Каждый раз, когда дверь её кабинета приоткрывалась, сердце Гермионы начинало биться быстрее. Она знала, что это может быть только он — Драко Малфой. Его присутствие в комнате всегда наполняло воздух особым настроением. Хотя она сидела к нему спиной, она могла легко узнать его по характерному запаху. Этот запах словно обволакивал её, вызывая у Гермионы тепло и лёгкое волнение. Когда он входил, она старалась сосредоточиться на своих делах, но мысли ускользали от неё. Каждый раз, когда она слышала его шаги, её внимание невольно переключалось на него. Она представляла, как он стоит там, с лёгкой усмешкой на губах, наблюдая за ней. Это осознание заставляло её чувствовать себя неловко и одновременно приятно. Гермиона привыкла к его обществу. С каждым визитом Драко она всё больше осознавала, как важно для неё это общение. Он умел поднимать ей настроение своими остроумными комментариями и шутками, которые заставляли её смеяться даже в самые трудные моменты. Их разговоры были полны лёгкой иронии, но в то же время в них всегда скрывалось что-то более глубокое. Она знала, что между ними возникло особое понимание. И хотя они часто обменивались колкими репликами, Гермиона ощущала, что в его взгляде есть нечто большее — интерес и уважение. Это придавало ей уверенности и заставляло ожидать его приход с нетерпением. Ей невольно вспомнилась недавняя ситуация «В комнате, наполненной мягким светом, Грейнджер, как всегда, приветствовала своего неожиданного визитера. Она знала, что Малфой появится, и его присутствие стало для неё привычным, хотя и немного раздражающим. — Чего тебе сидеться в этой комнате? Мёдом намазано, что ли? — с игривым вызовом произнёс он, и Гермиона быстро улыбнулась. Эта фраза была знакома, она помнила, как когда-то произнесла её ему. — Да, намазано, — попыталась сохранить серьёзность Грейнджер, но её голос выдал лёгкую улыбку. — Ты просто поболтать зашёл или ещё что-то? — Да просто делать у вас тут нечего, а эта комнатка ничего такая, мне нравится, — ответил он, усаживаясь на свой привычный стул. Его взгляд был сосредоточен на ней, словно он изучал каждую деталь её лица. — Ещё что-то про меня говоришь? — фыркнула она, но в её тоне слышалась лёгкая насмешка. — Грейнджер, — усмехнулся Малфой, его голос стал чуть мягче. — Я тут не торчу целый день и целую ночь. Ты хоть успеваешь есть? Или спать? — Тебя это как волнует? — с вызовом произнесла она, взмахнув волосами и встретив его серый взгляд. В его глазах таилась глубина, в которую можно было утонуть. — Меня? Никак. Просто интересно, как ты выживаешь, — произнёс он с лёгкой ноткой заботы, которая не ускользнула от её внимания. В этот момент Гермиона почувствовала, что за его маской легкомысленности скрывается нечто большее — искреннее желание понять её. Это откровение заставило её сердце забиться быстрее.» Гермиона стояла у зеркала, наблюдая за своим отражением. Улыбка, возникшая на её лице, была неожиданной, словно солнечный луч в пасмурный день. Воспоминания о том моменте с Малфоем, когда они обменивались шутками и взглядами, наполнили её сердце теплом, но это тепло было обманчивым. Она быстро поймала свою улыбку, как будто боялась, что она исчезнет так же внезапно, как и появилась. Собравшись с мыслями, она направилась в душ. Вода, струящаяся по её телу, смывала не только усталость, но и все те иллюзии о том, что их общение может перерасти во что-то большее. Она знала, что это время — лишь краткий миг перед бурей. Миссия приближалась, и вместе с ней приходила неотвратимая реальность: после всего этого они больше не увидятся. Гермиона старалась не думать об этом. Зачем тешить себя надеждами? Каждый момент, проведённый с ним, был как драгоценный камень, который она прятала в своём сердце, но в то же время это был камень на её шее — тяжёлый и давящий. Она понимала, что после завершения миссии их пути разойдутся, и эта мысль была невыносимой. Вода продолжала литься, а её мысли метались между радостью от воспоминаний и грустью от неизбежного расставания. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоить себя. Гермиона знала, что должна сосредоточиться на том, что впереди. Время шло, и ей предстояло выполнить свою задачу, но в глубине души она не могла избавиться от чувства потери. *** Гермиона вошла в свой кабинет, где царила привычная атмосфера творчества и магии. Полки были уставлены старинными книгами и стеклянными склянками, наполненными зельями разных цветов и текстур. Она подошла к столу, на котором тихо бурлило зелье, и начала разбирать старые склянки, погружаясь в воспоминания о своих учебных годах. Её рука случайно наткнулась на склянку с амортецием — зельем любви, которое когда-то так её волновало. На шестом курсе оно пахло Роном, и хотя она считала это лишь детской симпатией, воспоминания о тех днях всё ещё вызывали у неё улыбку. Но теперь, когда она взглянула на эту склянку, её сердце забилось быстрее от любопытства. Как же будет пахнуть амортеция сейчас? Собравшись с мыслями, Гермиона открыла крышку. Вдохнув аромат, она вдруг ощутила нечто необычное: запах лакированного свежего дерева, лёгкий шлейф дорогого парфюма и легкий, почти невесомый аромат дождя. Этот запах был таким знакомым, что её охватил шок. Она быстро закрыла бутылёк и села на диван, пытаясь осмыслить свои чувства. Этот аромат был сродни тому, что исходил от… Малфоя. Воспоминания о его присутствии, о том, как они обменивались взглядами и шутками, нахлынули на неё с новой силой. Она никогда не думала, что амортеция может вызвать такие сильные эмоции. В её сознании возникли образы: его усмешка, уверенность в движениях и даже его лёгкое недовольство. Гермиона задумалась о том, как быстро меняются чувства и восприятие. Она осознала, что то, что когда-то казалось ей простым увлечением, теперь стало чем-то гораздо более глубоким. Сидя на диване, она поняла, что эта склянка с амортецием стала для неё символом не только магии, но и сложных человеческих эмоций, которые невозможно было игнорировать. Гермиона сидела на диване, погруженная в свои мысли, когда дверь кабинета тихо приоткрылась, и в комнату вошел Драко Малфой. Он остановился на пороге, его взгляд скользнул по комнате, и он заметил, что Гермиона не обратила на него внимания. — Грейнджер, — произнес он с легкой насмешкой в голосе. — Я утром заходил, тебя не было. Она резко подняла голову, осознав его присутствие, и быстро встала с дивана, инстинктивно пятясь к котлу, как будто этот шаг мог скрыть её смущение. — А, я это... — начала она, стараясь сгладить неловкость. — Решила побыть в комнате, а то запах зелей уже въелся в меня. — Гермиона нервно усмехнулась, её голос звучал чуть выше обычного. Драко нахмурился и, подойдя ближе к столу, протянул носом воздух, словно пытаясь уловить что-то особенное. — А почему тут пахнет... — он остановился, задумчиво вдыхая. — Жасмином и свежим лаймом? Спустя пару секунд его лицо вытянулось от удивления и недоумения. — Грейнджер, что тут... — начал он, но не закончил фразу, его голос стал чуть более серьёзным. Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она знала, что запахи могут вызвать воспоминания и эмоции. В воздухе витали нотки нежности и лёгкой интриги, которые были неотъемлемой частью их сложных отношений. Она взглянула на него, и в глазах Драко читалось удивление и интерес. — Это... просто зелье, — попыталась она оправдаться, хотя сама понимала, что это не совсем так. Словно не только зелья наполняли эту комнату магией, но и их собственные чувства. В этот момент между ними повисло напряжение — молчание, полное неясности и ожидания.