Глава 7

В кабинете с зельями царила полумгла, которую разрывали лишь тусклые огоньки свечей, расставленных вдоль длинного деревянного стола. Запах трав и ингредиентов смешивался с ароматом варящегося зелья, создавая атмосферу уединения и сосредоточенности. Гермиона Грейнджер стояла за котлом, погруженная в работу, её волосы были собраны в небрежный пучок, а на лбу проступил лёгкий пот — она не замечала времени, которое пролетало мимо. Прошла неделя с того памятного разговора с Гарри, и тяжесть предстоящего испытания давила на её плечи. Она чувствовала себя опустошенной, но в то же время в её душе горела искорка надежды. Каждый день, проводимый в кабинете, был как борьба с собственными страхами и сомнениями. Она варила оборотное зелье, надеясь, что это поможет им в будущем противостоять злу, которое надвигалось, как тень. Гарри, Рон и Джинни иногда заглядывали к ней, стараясь поддержать, но Гермиона лишь кивала им в ответ, не желая отвлекаться от своих мыслей. Они приносили ей еду и старались поговорить о чем-то отвлечённом, но она не могла сосредоточиться на их словах. Её мысли были заняты только одним: как спасти своих друзей и себя. Она спала на старом диване в углу кабинета, укрываясь лёгким пледом. В такие моменты ей снились кошмары о том, что они не успеют подготовиться к тому, что должно произойти. Но каждое утро она поднималась с новыми силами и снова погружалась в работу. Свет из окна постепенно угасал, и тени становились длиннее. Несмотря на все её усилия, одиночество было её единственным спутником. Она хотела быть сильной, но иногда это было слишком тяжело. Она была так увлечена, что не заметила, как дверь тихо открылась и кто-то вошёл внутрь. Внезапно её внимание отвлекло тихое шуршание, и она дёрнулась, резко повернувшись к двери. На пороге стоял Драко Малфой, его привычная самоуверенная улыбка играла на губах. Он выглядел расслабленным, хотя в его глазах можно было заметить интерес. За прошедшую неделю они встречались чаще, чем Гермиона могла себе представить, и это как будто изменило их динамику. — Тебе что, здесь мёдом намазано? — спросила она поднимая бровь — Не понимаю о чём ты, — ответил он, садясь на свой привычный стул, который находился напротив её рабочего места. Он облокотился на спинку стула и просто наблюдал за ней, как будто это было самым увлекательным зрелищем на свете. Гермиона оторвалась от котла, в котором бурлило зелье, и посмотрела на него с любопытством. Драко продолжал смотреть на неё, его выражение лица стало более серьёзным. Он явно не собирался сдаваться так легко. — Я тут догадался, что ты варишь, — сказал он медленно, словно выбирая слова. Гермиона подняла одну бровь, её интерес возрос. Она знала, что этот разговор может привести к чему-то неожиданному. Взаимодействие с Драко стало для неё чем-то новым, и она не могла не чувствовать лёгкое волнение от того, что их отношения потихоньку менялись. Грейнджер стояла за столом, её руки ловко перемешивали содержимое котла, который уже начал менять цвет на яркий изумрудный. Вокруг неё царила атмосфера сосредоточенности, но в то же время в воздухе витала лёгкая напряжённость. Она чувствовала, как Драко Малфой, сидя напротив, внимательно наблюдает за каждым её движением. — Раз наш план переносится на целый месяц по неизвестным нам причинам, — произнёс он с лёгкой ухмылкой, — то смею предположить, что ты варишь оборотное зелье. Его голос был полон самодовольства, и Гермиона не могла не заметить, как его глаза блестят от удовольствия, когда он увидел замешательство в её взгляде. Она резко обернулась к нему, пытаясь скрыть своё удивление, но в глубине души понимала, что он прав. — Это тебе всё равно ничего не даёт, Малфой, — ответила она сдержанно, отвернувшись от него и снова склонившись над котлом. Она взяла палочку и начала помешивать зелье с ещё большей энергией, стараясь сосредоточиться на том, что делает. Зелье медленно принимало вид густой, сверкающей жидкости, которая переливалась на свету, отражая яркие цвета. Драко наблюдал за ней с интересом, его выражение лица изменилось — теперь он выглядел не только довольным, но и слегка заинтригованным. Он наклонился ближе, пытаясь разглядеть, что именно она делает. — Ну же, Грейнджер, когда ты уже привыкнешь к моему обществу? Ты уже удостоверилась, что я тебе ничего не сделаю. Пока что. Его голос звучал так, будто он получал удовольствие от её смятения. Гермиона почувствовала, как её плечи дрогнули от его слов. Она знала, что в его тоне скрыта насмешка, но не могла не обратить внимание на то, как он продолжил: — Вы хотите, чтобы Поттер проник под оборотным зельем в логово Волан-Де-Морта? И самая важная часть — он станет тобой. Его улыбка стала шире, и Гермиона, ошарашенная, уронила палочку, которой помешивала зелье. Она уставилась на него с широко раскрытыми глазами, не веря своим ушам. — Откуда ты... — начала она, но Драко перебил её, вставая со стула и неспешно обходя кабинет. — Я всё ждал, когда ты спросишь, — произнёс он с лёгким презрением, рассматривая склянки с различными ингредиентами. Его уверенность была почти осязаемой. — Было не трудно догадаться. Он наконец посмотрел на неё, и в его глазах читалось что-то вроде триумфа. — Всё очень просто. Сначала тебя не хотели впихивать в план, ты была зла из-за этого. О нет, не смотри на меня так! — Он усмехнулся, увидев её возмущенный взгляд. — Это правда, Грейнджер. Ты была зла и тебе хотелось хоть как-то помочь всем, поэтому и выслушала меня тогда. Драко задержал на ней взгляд и продолжил: — Когда вы придумали эту ересь с оборотным зельем, я не знаю, но ты в тот момент убежала к Поттеру с такими горящими глазами... Он подошёл к котлу и склонился над ним, словно изучая его содержимое. — А я присмотрелся к котлу и принялся рассуждать, где же видел это зелье. Ты кстати уже добавила две меры молотых сушеных златоглазок? Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она не могла поверить в то, что он так точно уловил все детали их плана. В голове у неё крутились мысли о том, как же он мог знать такие вещи. Смешанные чувства — от раздражения до восхищения — охватили её. — Добавила, Малфой, не отвлекайся. Она фыркнула, но тут же вернулась к своему занятию, стараясь игнорировать его насмешливый тон. Драко же, не собираясь отступать, отошел от котла и, скрестив руки на груди, продолжил: — А видел я это зелье на втором курсе, когда вы превратились в моих друзей. Его голос звучал с легкой иронией, а на губах играла ухмылка. Гермиона подняла на него взгляд, чувствуя, как внутри закипает смесь раздражения и удивления. — Ты не мог бы просто помолчать? — воскликнула она, но в её голосе уже слышалась нотка раздражения. — А потом ты даже не стала меня отсюда выгонять, — продолжал он, словно не замечая её недовольства. — Может, это благодарность, а может и нет, не знаю. Парень пожал плечами с таким видом, будто это было самым естественным делом на свете. Его уверенность разжигала в Гермионе любопытство. Гермиона резко повернулась к Малфую и с недовольством смотрела на него. Она подняла палочку, приставив её к его лицу, и в этот момент напряжение в воздухе стало почти осязаемым. — Удивительно, Малфой, ты не так туп, как оказывается, — произнесла она с легким вызовом в голосе. Её шоколадные глаза сверкали от волнения и решимости. Драко, чувствуя её угрозу, убрал палочку с лица и заглянул ей в глаза, сокращая расстояние между ними. Его взгляд был уверенным и даже немного игривым. — Не переживай, я никому не скажу, — произнес он с ухмылкой, напоминающей улыбку Чеширского кота. — Но ты также не сможешь меня убить. Ты слишком мягка для этого. Гермиона сжала губы, не желая показывать, что его слова задели её. Она была готова возразить, когда их прервала открывающаяся дверь. Как ужаленные, они отскочили друг от друга, каждый пытаясь скрыть напряжение, которое витало между ними. — Никому, Малфой, — прошептала Гермиона, её голос стал тихим и серьезным. Драко кивнул, садясь на стул и стараясь выглядеть невозмутимо. В комнате воцарилась тишина, но напряжение всё ещё оставалось в воздухе, как будто их маленький секрет был готов вырваться наружу. — А он что тут делает? — презрительно спросила Джинни, появляясь в дверном проеме и скрестив руки на груди. Её голос звучал так, будто она только что наткнулась на неприятный запах. Гермиона замялась, не зная, как объяснить ситуацию. Она попыталась собраться с мыслями, но слова путались в голове. — Эм... Ну он тут... — начала она обрывисто, но не могла найти подходящих слов, чтобы оправдать его присутствие. Драко, заметив их недовольство, поднялся со стула с легким вздохом. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась едва уловимая насмешка. Он медленно подошел к двери, останавливаясь на мгновение, чтобы взглянуть на Гермиону. — Я уже ухожу, — произнес он с ухмылкой, его голос звучал уверенно и слегка игриво. — Ещё увидимся, Грейнджер. С этими словами он вышел из комнаты, оставляя за собой атмосферу напряжения и недоумения. Гермиона смотрела ему вслед, её мысли метались между раздражением и чем-то более сложным, в то время как Джинни с недовольным выражением лица обернулась к подруге. — Гермиона, — начала она угрожающе, её голос звучал низко и настойчиво. — Ему нельзя здесь находиться. А если он узнает, что за зелье ты варишь? Он же мигом своим дружкам расскажет! Грейнджер потупила взгляд, её уверенность колебалась под натиском слов подруги. Она сделала шаг к котлу, где тихо бурлило оборотное зелье, и устало вздохнула. — Я не могу ничего с ним сделать, — произнесла она, наклонившись, чтобы проверить состояние зелья. Пара легких пузырьков поднялась к поверхности, и Гермиона быстро отстранилась. — Он просто приходит сюда и сидит, — добавила она, пожимая плечами. В её голосе звучала усталость, но также и некая безысходность. Джинни нахмурилась, её беспокойство не утихало. Она знала, что доверие к Малфою было рискованным шагом. Но Гермиона продолжала: — Не переживай, он не узнает, что это оборотное. Если и да, то никому не скажет. — Она замялась на мгновение, её слова звучали не так уверенно, как хотелось бы. Внутри неё боролись противоречивые чувства; она сама не понимала, почему доверяет ему. Уизли посмотрела на Грейнджер с недоумением. Её подруга выглядела так, будто искала оправдание своим мыслям. В этот момент обе девушки осознали всю сложность ситуации: доверие к Малфою могло стать как спасением, так и опасностью. Тишина в комнате наполнилась невыраженными сомнениями и страхами, словно сама магия зелья ощущала напряжение между ними. *** Малфой выбежал из комнаты, словно фурия, его платиновые волосы растрепались и больше не держали идеальную форму. Он резко пригладил их рукой, пытаясь вернуть себе привычный вид, но волнение внутри него было слишком сильным. Он направился к комнате, где скорее всего его ждали друзья, но мысли о Грейнджер не покидали его. Каждый шаг давался ему с трудом; в голове царила путаница. Он ненавидел её — грязнокровку, которая была против всего, что он знал и во что верил. Но когда они стояли так близко друг к другу, когда их взгляды пересекались и дыхание становилось почти ощутимым, его сердце начинало биться быстрее. Это ощущение было новым и пугающим. Он вспомнил, как она смотрела на него — с вызовом и силой, но в её глазах была и искра чего-то более глубокого. Драко не мог понять, почему это его так беспокоит. Он всегда считал себя сильным и уверенным, но рядом с ней чувствовал себя уязвимым, как никогда прежде. Внутри него бушевала буря. Он ненавидел себя за то, что позволил ей так повлиять на него, и одновременно испытывал странное притяжение к ней. Он не мог избавиться от образа Грейнджер — её упрямый взгляд, её уверенность. Это всё вызывало в нём гнев и смятение одновременно. Секунды тянулись, как часы, и в его сознании всё больше запутывались чувства. Внутри него происходила борьба между ненавистью и чем-то незнакомым, что он не мог определить. Драко знал одно: он не может позволить себе быть слабым. Но с каждым мгновением это становилось всё труднее. Драко вошел в комнату, его лицо было напряженным, а глаза горели внутренним конфликтом. Он сел рядом с Пенси на кровать, стараясь скрыть бурю эмоций, которая разыгрывалась внутри него. Она смотрела на него с озабоченным выражением лица, её брови слегка нахмурились. — Драко? — спросила она, наклонившись ближе. — Что-то случилось? Он вздохнул, чувствуя, как слова застревают у него в горле. Внутри него всё переворачивалось: часть его хотела поделиться своими сомнениями, но другая часть знала, что это было опасно. Он не мог позволить себе показать слабость, особенно перед Пенси. — Нам надо побыстрее покончить с этим планом, — произнес он, стараясь сделать свой голос как можно более уверенным. Но даже он сам чувствовал, что это звучит неубедительно. В его голове крутились мысли о Грейнджер и о том, как каждый день он находил предлог прийти к ней, просто чтобы наблюдать. Почему он продолжал делать это? Почему её присутствие вызывало в нём такую борьбу? Пенси приподняла брови, её любопытство только усилилось. Она не могла не заметить, что что-то изменилось в Драко. Его холодный и уверенный взгляд стал менее агрессивным, а на лице появилась тень сомнения. — Ты о чем? — спросила она, пытаясь понять его слова. — Ты же всегда говорил, что мы должны действовать осторожно. Драко отвернулся от неё, его глаза скользнули по комнате, но ничего не могли отвлечь его от мыслей о Грейнджер. Он чувствовал, как его мировоззрение меняется, как будто кто-то медленно стирал границы, которые он так старательно выстраивал. — Просто... — начал он, но слова снова застряли. Он не знал, как объяснить свои чувства. Каждый день рядом с ней был испытанием: она была такой сильной и независимой, а он — таким уязвимым и запутанным. — Я просто думаю, что мы должны быстрее завершить этот план и уйти отсюда, — повторил он с некоторой настойчивостью, но даже сам не верил в свои слова. Пенси продолжала смотреть на него с недоумением. Она знала Драко слишком долго, чтобы не заметить изменения в его поведении. Её взгляд стал более проницательным. — Ты что-то скрываешь, Драко. — Она наклонилась ближе, её голос стал мягче. — Это не только о плане. Это о Грейнджер, не так ли? На этот раз Драко не смог сдержать вздоха. Он закрыл глаза на мгновение, осознавая, что больше не может скрывать свои чувства даже от Пенси. Но признаться в этом было слишком страшно. — Но ты же сам знаешь, что план переносится на месяц, — Решила поменять тему Паркинсон видя как Драко тяжело. Пенси осторожно дотронувшись до его плеча, как бы предлагая свою поддержку. Её прикосновение было теплым и успокаивающим, но Драко не отвечал, лишь продолжал смотреть вниз. Он медленно уронил голову себе на колени и прикрыл её руками, словно пытаясь укрыться от всего мира. В этот момент он выглядел таким уязвимым, таким потерянным. Внутри него бушевала буря эмоций — страх, растерянность и подавленность. — Я ломаюсь, Пенси, — тихо произнёс он, его голос был почти шёпотом, но в нём звучала глубокая боль. Это признание было как удар молнии, разрывающее тишину между ними. Он не хотел показывать слабость, но не мог больше сдерживаться. Пенси почувствовала, как её сердце сжалось от его слов. Она присела рядом с ним, наклонившись так, чтобы быть на одном уровне с его глазами. Её взгляд стал полным сочувствия и понимания. — Ты не одинок, Драко. — Её голос был мягким, но решительным. — Мы вместе в этом. Ты всегда можешь на меня рассчитывать. Драко поднял голову и встретил её взгляд. В его глазах отражались страх и надежда одновременно. Он знал, что Пенси всегда была рядом, но сейчас это ощущение поддержки стало для него особенно важным. В этот момент он понял, что может довериться ей и открыть свою душу. — Я просто... не знаю, как справиться с этим. — Его голос дрожал от эмоций. — Всё вокруг меня рушится, и я чувствую себя таким слабым. Пенси взяла его за руку, её прикосновение было крепким и уверенным. Она знала, что слова могут не утешить его полностью, но она была готова быть рядом и помогать ему преодолеть эту тёмную полосу. — Мы найдём выход из этой ситуации. — Сказала она уверенно. — Ты силён, Драко. И даже если сейчас тебе кажется иначе, я верю в тебя. В этот момент между ними возникла связь, которая была крепче любой преграды. Драко почувствовал, как часть его страха начинает отпускать его, и в сердце зажглась искорка надежды. Комната была наполнена напряжением, когда Пенси тихо произнесла его имя. — Драко... — её голос звучал почти как шёпот, но в нём было столько эмоций, что он заполнил всё пространство вокруг. В этот момент они оба не заметили, как их взгляды встретились, и в их глазах отразилось общее отчаяние. Это было мгновение, когда мир вокруг них исчез, оставив только их двоих. Без слов, словно под воздействием магии, они оказались ближе друг к другу. Их губы встретились в поцелуе, который был полон страсти и жажды забыть всё, что их окружало. Это был не просто поцелуй — это было слияние двух душ, стремящихся к утешению и пониманию. Нежность здесь не имела места; они искали избавление от своих страхов и тревог хотя бы на мгновение. Когда Драко наконец оторвался от её губ, его дыхание было тяжёлым, а в глазах читалось удивление. Он смотрел на Пенси, которая пыталась восстановить дыхание, её грудь вздымалась от нехватки воздуха. Она была прекрасна в своей уязвимости, и в этот момент он осознал, как много она для него значит. Пенси была не просто подругой; она была частью его жизни, частью его борьбы. Вспомнив о том, как они пытались встречаться в школе, он почувствовал легкую усмешку. Они оба знали, что их отношения не могут выйти за пределы дружбы, но это не мешало им исследовать границы своего общения. В тот момент, когда они лишили друг друга девственности, это было неловко и смущающе, но быстро забылось под напором эмоций и страсти. Теперь, когда они снова встретились взглядами, Драко чувствовал, что между ними есть нечто большее. Это было не просто физическое влечение; это была глубокая связь, которая связывала их вместе. — Я люблю тебя, Драко. Её голос был полон нежности, и в этот момент весь мир вокруг них будто исчез. Драко, почувствовав тепло её дыхания и искренность её слов, ответил с легкой улыбкой на губах: — И я люблю тебя, Пенс... Эти слова не были о той любви, которая способна свернуть горы или бросить вызов всему миру. Это была любовь глубокой дружбы, основанная на доверии и взаимопонимании. Их взгляды встретились, и в этом мгновении они поняли, что нашли друг в друге нечто большее — опору в сложном мире. В глазах Драко светилась искренность, а на лице Пенси отражалась нежность. Они стояли так, близко друг к другу, словно весь мир вокруг них перестал существовать. Это было тихое признание, которое говорило о том, что их связь — это не просто симпатия, а крепкая дружба, готовая выдержать любые испытания. В этом мгновении они поняли: иногда настоящая любовь — это не только романтика, но и глубокая привязанность, способная согреть даже в самые холодные времена.