Трое и обет.

Библиотека встретила её тишиной. Холодной, строгой, почти равнодушной. И именно поэтому такой желанной. Здесь никто не задавал лишних вопросов, не сверлил взглядом, не пытался поймать на слове. Гермиона прошла между стеллажами, словно прячась за ними. Каждый шелест страницы, каждый скрип пера по пергаменту звучал как утешение. Мягкое, привычное, как старая мелодия. Она выбрала стол в глубине, ближе к окну. Свет был тусклым. За стеклом вечер окрашивал небо в серо-синие оттенки. Гермиона разложила перед собой пергамент, достала чернильницу, перо. Но рука замерла. «Что я ищу? Где искать? Что писать?» За три дня - ничего. Ни одного упоминания о перемещении во времени с помощью книги. Ни одного случая, хотя бы отдалённо похожего. Даже в запретной секции тишина. Всё это казалось безумием. Она потерла виски. Голова болела, и боль была упрямой, как будто сама время напоминало ей, что отдых нужен. Но она не могла позволить себе остановиться. Гермиона раскрыла дневник. Тот, куда пыталась свести все свои догадки. На нём: даты, формулы, гипотезы, обрывки мыслей. На новой странице она принялась писать: «День третий. Поиски в библиотеке не дали результата. Подтверждается: книга ещё не издана. В этом времени её просто нет. Я в тупике. Никаких зацепок. Единственное, что могу это вести записи. Если что-то случится, возможно, кто-то другой сможет воспользоваться ими… если найдёт.» Рука дрогнула. Несколько секунд.. и она дописала: «Я скучаю. По друзьям. По своей комнате. По дому. Я устала. Но должна держаться.» Она закрыла чернильницу. За окном сгущались сумерки. И тут из-за ближайшего стеллажа раздались шаги. Осторожные, неторопливые. Она замерла. Мадам Пинс? Нет. Шаги были слишком лёгкие. - Ты всё время одна. Голос был знакомым. Тихим. Осторожным. Регулус. Он стоял поодаль, не приближаясь, просто смотрел. - Ты специально избегаешь всех… или только меня? Гермиона вздрогнула, но не показала этого. Закрыла дневник, подняла взгляд. - Я просто… неважно себя чувствовала, - сказала устало. Он смотрел с прищуром, будто пытался разглядеть в ней нечто большее. - Тебя не было за ужином. Не было на прогулке. Даже Снейп сегодня угрюмей обычного. А это уже показатель. Она не ответила. Взвешивала слова, как будто каждое было либо ключом, либо ловушкой. - Мне не хочется объясняться. Особенно перед теми, кто делает вид, что хочет понять, а на деле просто ищет слабость. Регулус сделал шаг ближе. - Это ты сейчас про нас? Или про кого-то другого? - Про всех понемногу, - тихо. Он не спорил. Просто сел напротив. Молчание затянулось, но на удивление не давило. Иногда чьё-то молчаливое присутствие это уже поддержка. Он молчал несколько минут, пока Гермиона перекладывала пергаменты, будто в этом была цель. Лишь бы не показывать, как дрожат пальцы. - Я не как они, - наконец сказал он. - Мне не нужно знать, чтобы потом шептаться за спиной с Поттером. Она едва заметно вздохнула. - Это не значит, что ты должен знать. - А это не значит, что я не хочу понять, - спокойно ответил он. - Я видел, как ты реагируешь. Как отскакиваешь, будто от ожога. Как будто уже знаешь, что произойдёт. Она отвела взгляд. - Потому что знаю. Я знаю, каково быть чужой среди своих. Как просто стать изгоем, ничего не сделав. - Ты говоришь, будто с тобой уже случалось. Молчание. Затем она кивнула. - Случалось. - Здесь? Она подняла глаза. Взгляд уставший, но в нём теплилась решимость. - Неважно, где. Важно, что я не хочу через это снова проходить. Он чуть подался вперёд. - А если тебе не придётся проходить через это одной? Она смотрела в свои записи. Пальцы сжали пергамент. - Я не могу рассказать всё. Это опасно. - Я и не прошу всего. Только правду, хоть немного. Чтобы ты знала: рядом есть тот, кто не держит при себе нож. Она вскинула взгляд. Не ожидала. Не от него. - Почему ты вообще пытаешься? Ты ведь не знаешь, кто я. - Потому что ты выглядишь так, будто под ногами рушится весь мир. А я знаю, каково это. Потому что мне никто не верит. Потому что, может быть, нам обоим станет чуть легче, если кто-то рядом просто будет. Пауза. Долгая, гулкая. Но теперь уже не гнетущая. - Если я расскажу хоть что-то… - тихо начала Гермиона, - ты не передумаешь? Он чуть улыбнулся. - Думаю, ты уже изменила моё мнение. Гермиона сжала ладони, ногти впились в кожу. И когда заговорила снова, голос был хриплым, но твёрдым: - Хорошо. Но я расскажу, только если ты дашь мне Непреложный Обет. Брови Регулуса приподнялись. В глазах вспышка удивления. - Ты серьёзно? - Серьёзнее не бывает. Это не игра. Не каприз. Если я решусь, то только с гарантией, что ты не сможешь предать. Он кивнул. Медленно. Взвешивая. - Для этого нужен третий. - Знаю. Молчание. Она ждала, что он предложит кого-то. Но не ожидала: - Снейп. Он надёжен. Он не будет задавать вопросов. И он умеет молчать. Гермиона побледнела. - Северус? Ты правда думаешь… - Будет ворчать. Язвить. Закатывать глаза. Но не предаст. Особенно когда дело касается тайн. Она сжала губы. Страх сжал грудную клетку, не от Обета, от возможных последствий. Но Регулус говорил честно. Без нажима. Без давления. - Хорошо. Но ты всё объяснишь ему. И приведёшь. - Сделаю. Только убедись, что ты действительно хочешь. Назад пути не будет. - Я знаю, - прошептала она. - Но я устала молчать. Он кивнул. Без торжества, просто как согласие. - Завтра вечером. После занятий. Я поговорю с ним в обед. - Хорошо. Только если он хоть намекнёт на то, что мне не понравится, я отменю всё. - Понял. Он уже собирался уходить, когда она тихо сказала: - Спасибо. Он обернулся. В его взгляде тишина. Уважение. И немного понимания. Он ушёл, оставив её наедине с дрожащими руками и тяжестью на сердце. Ночью она не спала. Перебирала слова. Стирала. Переписывала. Всё, что держала в секрете, могло изменить ход событий. Или разрушить его. Если он узнает, то возможно, отвернётся. Если не узнает, она сама себя сломает. Но если кто и заслуживал правду - то тот, кто жил на краю. Завтра решит многое. Или сломает всё.

***

Весь день для Гермионы прошёл будто в горячечном мареве. Уроки, голоса, страницы книг. Всё сливалось в один гул. Казалось, будто она находится не здесь, а в какой-то параллельной реальности, где все движения механические, а мысли бегут так быстро, что у самой закладывает уши. Она практически не ела, лишь перебирала еду на тарелке, в который раз перечёркивая и дописывая пункты в своём внутреннем плане. Если они не согласятся, то я всё сотру. Если согласятся, значит им можно доверять. На первом этапе. Потом Дамблдор. Он уже знает. Но нужно убедиться, что они не предадут. Она не могла позволить себе ошибку. Это не просто жизнь, это будущее. И её, и мира. И всё же, больше всего её пугало не это. А то, что с каждым днём она всё меньше хотела возвращаться обратно. В её времени были друзья, но и боль, и утраты, и разруха, и одиночество, несмотря на близость других. Там не осталось дома. Не осталось доверия. Осталась лишь задача выжить, и спасти как можно больше жизней. А здесь... Здесь она всё ещё могла изменить историю. Но какой ценой? Во время обеда Гермиона сидела за гриффиндорским столом и тайком наблюдала за слизеринским. Сначала появился Северус. Как всегда, с мрачным выражением лица, с книгой в руках, которую он даже не открывал. Затем подошёл Регулус. Он сел рядом, что уже само по себе было необычно. Обычно между ними оставалась пара мест. Они коротко переглянулись, почти незаметно. Обменялись несколькими фразами. Регулус говорил первым, склоняя голову, будто объяснял что-то. Северус слушал, хмурился, прищуривался. Потом резко что-то ответил. Гермиона не слышала слов, но по выражению лиц поняла: спор был. Небольшой, но острый. Впрочем, в конце Снейп всё же кивнул. Регулус заметил её взгляд и на секунду поймал его. Не улыбнулся, просто дал понять, что всё идёт по плану. Они придут. Это было облегчением. И новой тревогой одновременно. Она почувствовала, как кто-то наблюдает за ней и подняла взгляд. Мародёры. Джеймс что-то шепнул Сириусу, тот склонил голову набок и бросил в её сторону долгий, внимательный взгляд. Ремус приподнял бровь, а Питер как всегда просто жевал и пытался не обращать на себя внимания. - Эй, Гермиона, - крикнул Поттер так, что все за столом повернулись в ее сторону, - ты не хочешь объяснить, что это за взгляды в сторону Слизерина? Сириус усмехнулся, откинувшись назад: - Вы с Регулусом теперь друзья? - уточнил Блэк. В голосе звучала насмешка. - Или ты просто решила спасать всех бедных слизеринцев по очереди? - Он же младше тебя, - добавил Ремус чуть тише. - Или это такая экзотика? Гермиона не ответила. Просто встала, схватила сумку и бросила холодно: - Я и забываю, как у вас принято лезть в чужие дела. Извините, что не проконсультировалась заранее. И, не дожидаясь их реплик, вышла из зала. Позади остались пересмешки, догадки и взгляды. Но сейчас она думала только об одном. О том, что наступает решающий момент.

***

Вечер. Старая лестница за зелёной галереей. Северус стоял у стены, скрестив руки. Его плащ развевался от сквозняка, тени падали на лицо, отчего тот казался ещё более резким, словно выточенным из мрамора. Регулус был чуть в стороне, опирался спиной на холодный камень, и на удивление выглядел спокойным. Почти даже собранным. Они не разговаривали, когда Гермиона подошла. В воздухе витало напряжение. Даже полумрак казался гуще обычного. - Вы пришли, - произнесла она, останавливаясь напротив. - Мы дали слово, - ответил Регулус. Северус кивнул, не сводя с неё взгляда. - Хорошо. Слушайте внимательно, потому что повторять я не буду. Она вздохнула, сжимая палочку. - Информация, которой я хочу поделиться, опасна. Она способна изменить жизни. Повернуть ход истории. Поэтому я требую Непреложный Обет. От обоих. - Какую именно клятву ты хочешь? - уточнил Снейп. - Вы поклянётесь, что не расскажете услышанное ни одной живой душе без моего разрешения. Даже директору. Даже тем, кому доверяете. Только я решаю, кто узнает правду. Позже, возможно, вы пойдёте со мной к Дамблдору. Я планирую это. Но только после. Регулус коротко кивнул. Северус нахмурился. - И если мы не согласимся? - Я сотру вам память, - холодно ответила она. - Я в совершенстве владею заклинанием Obliviate. Это не угроза. Просто защита. Одно движение, и вы не будете помнить, что вообще разговаривали со мной. Поверьте, я это сделаю с лёгкостью. На мгновение повисло молчание. Затем Снейп стиснул зубы и буркнул: - Ладно. Чёрт с тобой. Давай свои формулы. Регулус достал палочку первым: - Я прочту формулу для него. А ты для меня. Они встали по кругу, соединяя руки. Палочки вспыхнули мягким золотым светом. Формулы обетов были произнесены чётко, медленно, с полной магической отдачей. Слова полыхали в воздухе, переплетаясь в священный узел, раз и навсегда связывая трёх человек. Непреложный Обет был заключён. Свет от заклятия угас, и на короткий миг в тишине между ними будто повисло новое, незримое напряжение. Трое стояли в полукруге. Гермиона, Северус и Регулус. И каждый осознавал: теперь пути назад нет. Гермиона коротко кивнула: - Нам нельзя говорить здесь. Слишком открыто. Следуйте за мной, я знаю одно место, где нас точно никто не услышит. Регулус и Северус молча переглянулись, и, не задавая лишних вопросов, пошли за ней по полутёмным коридорам замка. Гермиона вела их уверенно, наизусть зная каждый поворот, каждую ступеньку. Словно ноги сами несли её туда, где уже не раз находилось убежище. На седьмом этаже, пройдя три мимо гладкой стены, она сосредоточилась на мысли: Нам нужно безопасное место. Надёжное. Комната, где никто не сможет нас услышать или найти. Пространство для правды. И вот перед ними открылась массивная дверь, с бронзовыми петлями и гладкой ручкой. - Добро пожаловать, - тихо сказала она. - В Выручай-комнату. Регулус был поражён, но не подал виду. Северус сдержанно кивнул, но не скрывал интереса. Внутри их ждала уютная круглая комната, со стенами, увешанными картами, схемами, стеллажами с книгами и старинными письменными принадлежностями. В центре стояли три кресла и низкий стол, на котором уже дымился чайник с горячим чаем. - Она меня слышит, - пояснила Гермиона, - и создаёт то, что нужно. Сейчас это место, где мы можем говорить свободно. - Нас точно никто не услышит? - уточнил Регулус. - Ни малейшего шанса, - ответила она. - Сюда нельзя проникнуть без необходимости. Подслушать просто невозможно. Северус всё ещё был насторожен, но его взгляд стал чуть менее колючим. Гермиона опустилась в кресло, вытащила из сумки аккуратную тетрадь и положила её перед собой. - Это наш разговор. Только между нами. Всё, что я расскажу -' правда. А вы, по Обету, не имеете права разглашать ничего из этого без моего разрешения. Даже если передумаете. Даже если испугаетесь. Она сделала глубокий вдох. - Начнём с самого начала…