Часть 9

Вместе с остальными я склонился над картой. Красные метки, обозначали склады и охраняемые зоны. Синие, колодцы, мельницы, рынки. Черные круги очаги беспорядков, словно язвы на теле города, все еще содрогавшегося от страха. – Продовольствие пока в норме, – произнес я, обводя взглядом центральный рынок. – Но запасы стремительно тают. Люди вернулись в свои дома, но поля стоят заброшенными. Нам нужен стимул – безопасность и пища. – Я обезопасил оружейные склады. Нашел лишь пять, но, чувствую, есть и другие. – Нарех, это твоя забота, – обратился я к воину. – Я найду их все и выставлю охрану, – отозвался Нарех, в голосе которого слышалась сталь. – Отлично. Держи меня в курсе, я усилю охрану своими созданиями. Он кивнул, и я почувствовал, как напряжение пронизывает его тело. – Я займусь патрулями, – добавил он. – Превосходно. Сер Джорах, вы подобрали людей? – спросил я у него. – Да. Тридцать дотракийцев, проявивших наибольшую преданность и мастерство. – Хорошо. Как только закончим здесь, мы с Нарехом отправимся к ним. Я дам им существ, заменив их привычных коней. – Я постучал пальцем по столу, словно отбивая ритм неотвратимости. – Нам нужно поторопиться, – вклинилась Лира. – Вчера на складе пытались украсть мешок муки. Если мы не организуем раздачи, начнутся бунты. – Раздачи – лишь временная мера, – возразил я. – Нам нужно производство. Пекарни, кузни, солеварни. – И школы, – подал голос Маро. В его голосе сквозила усталость, но он был тверд. – Не ради учености. Чтобы люди начали мыслить по-другому. – Школы – потом, – покачал я головой. – Сначала вода, хлеб, крыша над головой. Вода прежде всего. Колодцы, акведуки, фильтрация. – В Миэрине есть старая цистерна под храмом, – напомнил Маро. – В былые времена ее наполняли во время сезона дождей. Если ее расчистить… – Хорошо, я займусь этим, – кивнул я. – Я могу организовать рынки, – предложила Лира. – Назначим честные цены, обуздаем спекулянтов, введем обмен по принципу "еда за труд". – Ты справишься? – спросила Дейенерис. – Я торговала с пиратами Кварта, – усмехнулась Лира. – Уж с парой голодных лавочников управлюсь. Я не смог сдержать улыбку. – Тогда приступим. Нарех патрули и охрана колодцев. Лира рынки и контроль цен. Маро карты города и старые сооружения, пригодные для восстановления. Я займусь логистикой, строительством и обеспечу всадников подходящими существами. Дейенерис внимательно смотрела на нас. – Миэрин должен стать примером, – произнесла она негромко, но с такой силой, будто давала клятву. – Примером того, что свобода это не только разрушенные цепи, но и хлеб, и крыша, и справедливость. Я молча кивнул. – Примером… и крепостью, – добавил я. – Потому что враги еще придут. – Пусть приходят, – тихо прошептала она. – Мы будем готовы. Завершив обсуждения, я и Нарех отправились к месту, указанному Джорахом. Там, словно изваянные из бронзы, застыли тридцать дотракийцев на конях, ожидая моего прибытия. — Кхал Тозар, — прогремело в унисон, словно удар грома. Джорах рассказывал о них, но даже среди этой элиты воинов чувствовалось присутствие выдающейся личности. Я вскинул руку. — Кхароз! Подойди. Он спрыгнул с коня и, словно хищник, крадущийся к добыче, быстрым шагом приблизился ко мне, склонив голову в знак почтения. — Кхал Тозар, — произнёс он с уважением, в котором слышалась сталь. Я отступил на шаг и поднял руку, призывая нечто из иного мира. И воздух взорвался. С треском энергии, с глухим утробным рёвом из ниоткуда вырвался силуэт — Карнотавр. Колоссальный двуногий хищник, чьи изогнутые рога рассекали воздух, а мускулистое тело дышало первобытной силой. Ноздри зверя шипели, извергая клубы пара, а хвост, как у пружины, готовой к прыжку, нервно дёргался, ожидая приказа. Дотракийцы замерли, как изваяния, поражённые невиданным зрелищем. Кто-то отшатнулся в ужасе, кони встали на дыбы, заржав в панике, но Кхароз стоял неподвижно, словно врос в землю, не отводя взгляда от чудовища. Я повернулся к нему. — Это существо зовут Карнотавр. Теперь ты его всадник. Он медленно кивнул, и в его глазах вспыхнул огонь, отражая пламя, бушующее в сердце зверя. — Я… оседлаю этого зверя? — прозвучал его голос, полный удивления и неподдельного восторга. — Да. Он силён, быстр и в бою непоколебим. Ты достоин его. Я приблизился к нему и, понизив голос, добавил: — Теперь ты командир. Найди ещё десятерых — самых сильных, самых умных, самых преданных. Я щёлкнул пальцами. И словно по мановению волшебной палочки, из-за стены тренировочного лагеря вырвалась стая Рапторов — стремительных, ловких, с острыми, как бритвы, когтями и гибкими телами, словно сотканными из тени. Они рассредоточились по площадке, оглашая воздух характерными щелчками и шипением, но не нападали, ожидая команды. — Их зовут Рапторы, — произнёс я, обводя их рукой. — Каждому из твоих бойцов достанется один. Они будут твоим отрядом. Вы станете первыми всадниками не лошадей… а динозавров. Кхароз поклонился, не отрывая взгляда от Карнотавра, словно пленённый его первобытной красотой. — Я подберу лучших. Они будут следовать за мной, и за тобой. Клянусь кровью моего рода. — Ты не просто всадник теперь, Кхароз, — произнёс я, вкладывая в каждое слово силу и власть. — Ты стал охотником. Охотником за врагами Миэрина. Я развернулся, оставив его наедине с Карнотавром. Позади меня Кхароз сделал неуверенный шаг вперёд, протянул руку к чудовищу — и тот, с утробным рыком, но без намёка на агрессию, опустил голову, принимая его как равного. Один есть, осталось двадцать девять, подумал я, подзывая следующего воина. До наступления темноты мы с Нарехом занимались организацией патрулей и укреплением охраны. Облачение дотрайкинцев в металлическую броню требовало времени, а надежная защита ключевых объектов была необходима незамедлительно. Благодаря связям Нареха, мы быстро нашли подходящих людей. Я вооружил их металлическими доспехами, вручил полицейские щиты, мечи и арбалеты. Их задачей стала неусыпная охрана. Закончив, я отправил Нареха следить за порядком, а сам отправился на поиски Джораха – мне было необходимо переговорить с кузнецами и поставить перед ними задачу. Нашел я его в ремесленном квартале. Пробираясь мимо лавок гончаров и ювелиров, я наконец увидел знакомую фигуру у кузницы. Джорах Мормонт стоял у пылающей печи, оживленно беседуя с двумя мужчинами. Один – седовласый старик с обожжёнными руками, облаченный в закопченный кожаный фартук. Второй – моложе, но с тем же напряжённым взглядом мастера, чьи глаза годами созерцали расплавленный металл и мечи, теряющие форму в огне. Я приблизился, и Джорах обернулся ко мне. — Я уже говорил кузнецам, что ты принесешь нечто… необычное. Они настроены скептически. — Скептицизм я уважаю, — ответил я, демонстрируя на ладони слиток темной стали с легким синим отблеском. Слиток из ARK мягко замерцал в лучах заходящего солнца. Я протянул его старшему из кузнецов. Он принял слиток с осторожностью, словно это был осколок драконьего стекла. Повертел его в руках, изучая. — Этот металл прочен, как сталь, и удивительно легко обрабатывается. Он не крошится, не трескается, а при правильной закалке дает идеально ровный срез. Вы сделаете из него всё, что потребуется – от мечей до наконечников стрел, — пояснил я. — Он легкий… и плотный. Это не местная руда. Где ты его отыскал? Я промолчал. — Важно не происхождение, а то, что из него можно сотворить. — Ты утверждаешь, что из этой штуки можно ковать оружие? — с сомнением спросил младший, с прищуром глядя на меня. Я кивнул. — Мечи, копья, наконечники стрел, броню. Всё, что вам нужно. И еще… Он плавится при иной температуре. Не перегрейте. Старик-кузнец передал слиток подмастерью и вытер руки о фартук. — Мы попробуем. Но если это какая-то алхимическая дрянь, и к утру всё рассыплется в пыль, ты сам будешь объяснять это воинам. Я усмехнулся. — Если к утру ваши молоты не развалятся о плотность этого металла, вы сами будете просить еще. Джорах одобрительно кивнул. — В нашем распоряжении четыре кузницы, готовые к работе. Мы распределим слитки между ними и начнем с пробных изделий. — Сначала – короткие мечи, кинжалы и наконечники стрел. Потом перейдем к копьям. С броней пока повременим. — Я бросил взгляд на раскалённую печь. — Если понадобится, я покажу вам, как правильно обрабатывать этот металл. Старик прищурился. — Ты говоришь так, словно сам из металла выкован. — Возможно. — Я повернулся к Джораху. — Я вернусь через день. Пусть покажут, на что способны. Мормонт коротко кивнул. — Будет исполнено. И… — добавил он тише, когда кузнецы уже принялись за работу, — Ты меняешь этот город быстрее, чем пламя дракона. — Я не жгу — я строю, — ответил я, покидая кузницу и оставляя за собой запах стали и предчувствие грядущих перемен. Ночь опустилась, и я отправился в покои. Однако я не лег спать а вернулся в Арк. Фармить, фармить, и снова фармить – вот что мне было нужно. Как только наладим быт в городе, возьму неделю "отпуска" и займусь истреблением титанов. Приручение – процесс долгий и мутный, а убийство – быстро и прибыльно. Нужно как можно скорее поднять рейты сбора. Пока я работал, город не простаивал. Город просыпался под глухой рокот – не гул рынка и не перезвон храмовых колокольчиков. Это были шаги… тяжёлые, словно по каменной мостовой катили бочки, полные вина. И лишь потом до сознания людей доходило: это не бочки, это не кони. Это существа, невиданные прежде. На рассвете жители Миэрина впервые увидели патруль дотракийцев, восседавших на зверях из иного мира. Один – верхом на рогатом Карнотавре, мощном, как живая машина войны. Остальные – на рапторах, быстрых и настороженных, с цепкими глазами хищников. Они не рычали, не нападали, но каждый их шаг отдавался вибрацией в груди. Птицы умолкали, дети прятались за матерей, купцы замирали, даже рабы на мгновение прекращали работу. — Что это? — шептались старухи на перекрёстках. — Дьяволы? Колдовство? — Это её военачальник, — отвечал кто-то. — Говорят, он пришёл из иных земель. Страх – да, был. Но вместе с ним пришёл и порядок. Улицы стали чище, разбой исчез. Патрули не угрожали – они смотрели. Следили. И взгляд их всадников был не менее острым, чем когти их тварей. В ремесленном квартале, где молоты не стихали с утра до ночи, началась своя революция. Я предоставил кузнецам металлические слитки из другого мира. Поначалу они отнеслись к ним настороженно. — Это не бронза, не железо… — ворчал старый мастер, повертев кусок в руках. — Плотность странная. И блеск… будто закалена уже. — Попробуйте, — сказал один из подмастерьев. — Сделайте клинок, и скажете вывод. Он попробовал. И заговорил: — Куётся легче железа, — сказал он, вращая лезвие в руке. — И режет, словно проклят. Это дар… или проклятье? Дейенерис наблюдала за происходящим с башни дворца. Она часто выходила на балкон, где ветер трепал её волосы, и вглядывалась в улицы, ставшие чуть тише, но куда более напряжёнными. Её глаза сияли, но в них была и тень размышлений. — Он меняет всё, — произнесла она, не кому не обращаясь — Без крови, без угроз. Просто делая. — Люди боятся… но подчиняются, — ответила служанка. — Говорят, улицы стали безопаснее. — Он не просит доверия, он его строит, — тихо сказала Дейенерис. — Камень за камнем. Как воин, но и как строитель. Он не как остальные. Дотракийцы вначале смеялись. Конь для них был священен. Но когда первые тридцать воинов оседлали Карнотавров и Рапторов, их смех смешался с благоговейным молчанием. Кхал Тозар не приказывал он выбрал лучших и дал им силу. Он показал, что новые звери не заменяют коней они их дополняют, даруют народу новый облик. Сила и уважение. Некоторые воины стали звать его Кхаал Ноздракар – «Всадник Чудовищ». Утром я вернулся. Стоял на высокой террасе дома ремесленника и смотрел вниз. Люди расступались перед патрулём: дюжина дотракийцев верхом на рапторах и один на Карнотавре двигались неспешно, но с пугающей уверенностью. Эти создания из ARK, чуждые этому миру, теперь стали частью улиц, будто всегда здесь и были. Я заметил, как один мальчишка, выглядывая из-за ящика, робко пытался коснуться лапы раптора, но тот зарычал и мальчик в ужасе отпрянул. Я вздохнул. В их глазах страх. В чьих-то благоговение. Но в каждом взгляде ожидание. "Они смотрят на меня иначе…" — подумал я про себя. Когда я появился в этом мире, я был чужаком. Возник из ниоткуда. А теперь истребитель мародёров, повелитель зверей, тот, кто дал работу кузнецам, накормил голодных и навёл порядок в порту. Дейенерис называла это «завоёвывать сердца без меча». Но меч, пусть и не в руке, всегда со мной.. Я направился в ремесленный квартал. Кузницы уже дымили, и у одного из очагов я увидел Джораха. Он беседовал с тремя мастерами, в руках одного из них поблёскивал длинный клинок. Когда я подошёл ближе, они обернулись. — Он вернулся, — сказал Джорах с лёгкой усмешкой. — И как всегда вовремя. — Ты задал нам загадку, чужак, — проворчал пожилой кузнец по имени Тагрол. — Этот слиток… он не похож на здешний металл. Твёрже. Тяжелее. И при этом не ломается, как закалённая бронза. — Покажи, — попросил я. Он протянул мне клинок. Я взвесил его в руке, сделал несколько рубящих движений, затем с силой ударил им по бронзовому щиту, прислонённому к стене. Щит треснул. На клинке – ни царапины. — Это не просто металл, — сказал Тагрол, щурясь. — Но он поддаётся. И я могу ковать из него хоть лезвия, хоть подковы для твоих тварей. Дай мне больше и я подкую всю армию. — Слитки будут. Джорах знает, где хранится запас. Работайте. И наймите помощников заплатите им достойно. — Ты слышал, — кивнул Джорах. — Работаем. Дворец встретил меня запахом свежей влаги, прохладой каменных сводов и шелестом драконьих крыльев где-то в глубине. Служанка Саллия встретила меня с лёгким поклоном. — Хозяйка ждёт вас в Зале Совета, — прошептала она, ведя меня вперёд. Когда я вошёл, Дейенерис уже сидела за картой. Рядом стояли Лира, Нарех и Маро. На их лицах читалась усталость, но и живой огонь. — Улицы изменились, — констатировала Дейенерис, не поднимая глаз. — Город проснулся, — ответил я, подходя ближе. — Не с колокольцами, а с рычанием. — Люди боятся, — сказала Лира. — Но склады больше не грабят. Никто не смеет кланяться бывшим хозяевам. Даже солдаты прежнего порядка держатся в тени. — Рапторы отпугнули не только мародёров, но и крыс, — усмехнулся Нарех. — В прямом смысле. — И кузнецы работают, — добавил я. — Металл с моих складов подходит. Они начнут ковать оружие и доспехи. Стальные патрули появятся в течение недели. Дейенерис подняла на меня взгляд. — А ты сам? Ты не устал? — Усталость – плата за движение вперёд. Город не построить на лозунгах. Нужны стены, патрули, огонь в очагах. Я лишь начал. Она кивнула и медленно выдохнула. — Тогда начнём следующую главу. Миэрин будет другим. Я посмотрел на карту. "Другим… благодаря пришельцу из мира, где небо светится электричеством, где титаны бродят среди джунглей, где я сам был ничем – а теперь стал кем-то." И всё это – только начало.