Часть 65. «Комната правды»

Холодный воздух в допросной будто сжимал горло. Тусклая лампа под потолком бросала тень на лицо Муна Кихи — побитое, но не сломленное. Его глаза оставались сухими, дикими. За зеркальным стеклом стояли BTS, Бан Ши Хёк и несколько сотрудников. Никто не говорил ни слова. Детектив Ким Ёнсу сел напротив, сдерживая злость, что тихо кипела под кожей. — Начнём, — сказал он ровно. — Твоё имя, возраст и причина, по которой ты решил превратить жизнь девушки в ад. Мун ухмыльнулся. — Зачем вы тратите время на формальности, детектив? Вы и так всё знаете. Он слегка наклонился вперёд. — А вот вы… вы понятия не имеете, кем она была для меня. Юнги за стеклом шагнул ближе, кулаки сжались, губы побелели. Чонгук напрягся, взгляд пронзал отражение. Намджун стоял чуть позади — неподвижный, но по его лицу было видно, что он едва держится. — Объясни, — холодно произнёс Ёнсу. — Ты следил за ней, угрожал, похитил. Почему? — Потому что она сияла, — прошептал Кихи. — Слишком ярко. Вы все не видели этого, но я — видел. Он закрыл глаза, на лице появилась странная улыбка. — Каждый раз, когда она выходила на сцену… будто солнце. Я хотел просто быть рядом, охранять, помогать. — Помогать?! — резко оборвал его детектив. — Ты избил её почти до смерти! Мун открыл глаза, в которых зажглось безумие. — Потому что она перестала меня слышать! — закричал он. — Она слушала вас, ваших грязных менеджеров, ваших лживых фанатов! Он ударил кулаками по столу, цепи наручников звякнули. — Я же говорил ей, что эти люди — враги! Что они уничтожат её! Сокджин вздрогнул, отступив от стекла. Хосок прошептал: — Он… больной. Просто больной. — Кто помог тебе войти в систему Хайб? — жёстко спросил Ёнсу. — У тебя были доступы, карты, маршруты, фото. Это не могло быть сделано без внутренней поддержки. Кихи замер. Несколько секунд — тишина. Потом тихий смешок. — Думаете, я вам скажу? — он поднял голову, и по лицу пробежала тень. — У каждого из вас есть слабые места. Вы даже не знаете, кто вам улыбается, а кто шепчет за спиной. Бан Ши Хёк сжал подлокотник кресла, его пальцы побелели. — Он врёт… он просто играет, — выдавил он, но в голосе не было уверенности. — Ты ведь не просто фанат, — продолжал детектив. — Ты работал в Хайб раньше. В службе логистики. Верно? Кихи опустил взгляд. На миг его улыбка дрогнула. — Я был никем, — прошептал он. — Никем. Пока она не посмотрела на меня. Один раз. У выхода из студии. Она сказала «спасибо». Он рассмеялся тихо, с надрывом. — Это было всё. После этого я знал, что она моя судьба. Юнги не выдержал — ударил по стене ладонью. — Он издевается! — прошипел он. — Этот псих… Намджун схватил его за плечо, удерживая. Но глаза его были такими же — горящими. — Пусть он договорит, — глухо сказал он. — Пусть скажет всё. Детектив выдвинул планшет с фото Т/И, сделанными скрытой камерой. — Это ты снимал её в квартире? В душевой, в гримёрке? Кихи медленно кивнул. — Она не должна была прятаться. Я хотел, чтобы она знала, что рядом тот, кто её защищает. — Ты называешь это защитой? — голос Ёнсу стал твёрже. — Ты похитил её. Ты оставил её истекать кровью. — Она не хотела уходить, — перебил Кихи. — Она просто не понимала, что я очищаю её от всей этой грязи. Чимин прикрыл рот рукой. Тэхён отвернулся, не в силах смотреть. Хосок стиснул зубы: — Господи… Юнги шагнул вперёд снова, на этот раз голос дрожал от ярости: — Если она умрёт — ты пойдёшь за ней. Лично от меня. Детектив повернулся к стеклу — короткий взгляд, который будто говорил: «Держитесь». Потом вновь к сталкеру: — Последний вопрос. Почему сейчас? Почему ты действовал именно в тот день, когда она была одна? Мун замер. Его лицо на мгновение стало пустым. — Потому что… я услышал, как она сказала, что любит другого. — Его голос стал низким, глухим. — И я понял: если не я… то никто. Тишина разорвала всех, кто был за стеклом. Юнги закрыл глаза. Намджун опустил голову. Бан Ши Хёк просто прошептал: — Моя девочка… что ты пережила… Детектив медленно поднялся. — На этом допрос окончен. Но Кихи вдруг рванулся вперёд, цепи звякнули, и он прошипел: — Она всё равно вспомнит меня, даже если умрёт. Потому что я — единственный, кто был с ней до конца. Юнги сорвался со своего места, ударил по стеклу кулаком — то зазвенело, но не треснуло. — Нет. Последним с ней был я. И именно я сделаю всё, чтобы она больше никогда не видела таких, как ты. Когда охранники вывели Муна из комнаты, тот всё ещё смеялся — тихо, прерывисто. А за стеклом стояла команда, разбитая, но сплочённая болью. Тяжёлые шаги охранников гулко отдавались в стенах, когда они уводили Муна Кихи. BTS всё ещё стояли за зеркальным стеклом — каждый, будто окаменевший. Детектив Ким Ёнсу собирал документы, когда вдруг за дверью раздался крик: — Я не всё сказал! Вы должны это знать! Она… она бы не страдала, если бы вы не вмешались! Все обернулись. Голос Кихи звучал сорванно, как будто он рвал сам себя изнутри. Он вырывался из рук охранников, глаза безумно блестели. — Верните его, — коротко бросил Ёнсу. — Детектив, он неадекватен, — попытался возразить один из охранников. — Я сказал — вернуть! Дверь снова захлопнулась. Мун ввалился в допросную, тяжело дыша, волосы слиплись от пота. Он усмехнулся — устало, но странно уверенно. — Хотите правду? — спросил он, глядя прямо в глаза детективу. — Настоящую? Ёнсу молча сел, бросив короткий взгляд на зеркало. За ним — Намджун, Юнги, Хосок, Чонгук, Тэхён, Чимин, Джин и Бан Ши Хёк, затаив дыхание. — Говори, — произнёс Ёнсу спокойно. — Всё, что ты ещё не сказал. У всех были лица каменные, но в глазах — огонь. Намджун — бледный, пальцы дрожат. Юнги стиснул кулаки так, что побелели костяшки. Чонгук и Хосок прижались ближе к стеклу, будто могли вырваться сквозь него. Чимин, Тэхён и Джин — напряжённые, молчаливые. Бан Ши Хёк стоял чуть позади, сжав губы в тонкую линию. Его подопечная… его девочка… то, что она пережила, не укладывалось в голове. Кихи хрипло усмехнулся: — Вы ничего не понимаете. Это всё не просто так. Она… она изменила всё. — Ты про кого сейчас? — уточнил детектив, хотя ответ знал. — Про неё. Про Т/И. — Мун поднял взгляд, и на секунду его глаза блеснули почти с фанатичным блеском. — Я не хотел ей зла. Я просто должен был быть рядом. Я её знал лучше, чем они все. Даже лучше, чем он. — Он кивнул куда-то в сторону зеркала, будто точно знал, где стоит Юнги. За стеклом Юнги резко напрягся. Хосок положил руку ему на плечо, но тот оттолкнул. Бан Ши Хёк сжал губы сильнее, молчал. Детектив записывал. — “Должен был быть рядом” — это как понимать? Ты следил за ней? Угрожал? Или просто наблюдал? — Я… не хотел вреда. Но если бы вы видели, как она с ним… — он глухо выдохнул. — Он не достоин. Ни он, ни остальные. Они её используют. Она светлая. Она — чистая. А они... В комнате за стеклом Намджун резко выдохнул, глаза полные боли: — Господи… — прошептал он. — Он о моей сестре так говорит… Детектив поднял бровь: — Мун Кихи, ты осознаёшь, что своими действиями поставил её жизнь под угрозу? Что если бы не вмешательство твоих… кумиров, всё могло закончиться трагедией? Кихи уставился в стол. — Я хотел, чтобы он почувствовал, каково это — терять её. Хоть раз. — Кто “он”? — Мин Юнги. Юнги в этот момент просто закрыл глаза, сдерживая дрожь. Его лицо стало белее бумаги. — И как ты хотел этого добиться? — спросил детектив. — Я… я не всё вам сказал, — вдруг выпалил Кихи. Он посмотрел прямо в глаза детективу, в голосе появилась паника. — Приведите Бан Ши Хёка. Без него я ничего больше не скажу. Детектив нахмурился: — Это не переговоры. — Я сказал — без него не скажу! — крикнул Кихи. — Он должен знать! Это всё началось из-за него и его компании! В соседней комнате все замерли. Бан Ши Хёк поднял взгляд — холодный, почти каменный. — Пустите меня, — тихо сказал он. — Я хочу услышать, что он скажет. --- Через минуту он вошёл в комнату. Кихи, как будто ждал этого момента, выпрямился. Его глаза вспыхнули. — А вот и вы… — сказал он. — Главный человек, из-за которого всё пошло не так. — Говори, — спокойно произнёс Бан Ши Хёк. — Вы сделали из неё товар. Из девочки, которая просто хотела петь. Вы лишили её личной жизни, заставили быть рядом с ним! Вы сделали всё, чтобы я… чтобы я потерял её! Детектив смотрел с каменным лицом, но ручка в его пальцах дрожала. За стеклом — гулкий вдох: Намджун ударил кулаком по стене, сдерживая крик. Юнги не выдержал — отошёл, закрыв лицо руками. Кихи продолжал: — Вы не понимаете, я не хотел убивать! Я просто хотел, чтобы она поняла, что ей нужен кто-то, кто действительно её любит! Кто будет рядом, а не на сцене, не под камерами! Бан Ши Хёк сделал шаг ближе: — Ты называешь это любовью? Следить, ломать двери, угрожать? Пугать? — Это была не угроза! — сорвался Кихи. — Это был крик! Я хотел, чтобы она заметила! Чтобы он заметил! — И ты думал, что страх заставит её любить тебя? — спросил Бан Ши Хёк тихо, почти с сожалением. — Нет, Мун Кихи. Это не любовь. Это разрушение. Он развернулся, но Кихи вдруг крикнул: — Я не всё рассказал! Вы думаете, я действовал один? — и тихо добавил, опуская взгляд: — Ваша система помогла мне. Детектив поднял голову: — Что ты сказал? — У вас утечка. — Кихи усмехнулся. — Кто-то изнутри “HYBE” знал обо мне. И прикрывал. — У вас утечка, — повторил Кихи, тихо, почти спокойно. — Кто-то изнутри помогал мне. Детектив поднял взгляд, его ручка застыла над блокнотом. — Изнутри? — голос стал жёстким. — Кто именно? Кихи чуть склонил голову, уголки губ дрогнули. — А вы и правда думаете, что в такой компании, как “HYBE”, всё так чисто? — Он усмехнулся, глядя в сторону зеркала. — Они сейчас все там, за стеклом, да? Смотрят, как будто смогут понять. За стеклом Юнги сжал кулаки. — Он знает, — глухо сказал он. — Он реально знает, что мы тут. Намджун напрягся, взгляд впился в отражение: — Пусть говорит, — прошептал. — Пусть скажет имя. В допросной детектив сделал шаг ближе. — Говори имя, Кихи. Сейчас. Тот подался вперёд, цепко глядя на Бан Ши Хёка. — А вы уверены, что хотите это слышать? — холодно спросил он. — Иногда правда портит репутацию лучше, чем ложь. — Имя, — повторил детектив, стукнув ладонью по столу. — Немедленно. Пауза. Кихи медленно выдохнул и сказал: — Со мной связывалась женщина. Из отдела коммуникаций. Она передавала мне информацию — расписания, внутренние отчёты, маршруты съёмок, даже личные графики Т/И. Всё ради денег. Бан Ши Хёк побледнел. — Имя. — Ли Ха Ын, — выдохнул Кихи. — Она сказала, что делает это не впервые. За стеклом Хосок резко обернулся к Намджуну: — Это же… — — Она работала с прессой, — мрачно подтвердил тот. — Я помню её. Детектив быстро записал имя, поднял глаза: — Как она с тобой связалась? — Сначала через фанатскую платформу. Потом — личная почта. Она знала, что я… — Кихи замялся. — Что я не обычный фанат. — Не обычный фанат? — переспросил детектив. — Я люблю её больше жизни, так что да, я не обычный фанат. В этот момент Бан Ши Хёк сжал кулаки, его лицо стало каменным. — Проверить все внутренние архивы, — тихо сказал он детективу. — Сейчас же. — Уже отправляю запрос, — ответил тот, доставая планшет. Но Кихи не умолкал, словно ждал, что его наконец-то услышат: — Вы думаете, я действовал один? — он усмехнулся. — Она мне всё подсовывала — адрес, время, даже копию внутреннего пропуска. Я просто пользовался шансом. За стеклом Юнги ударил кулаком в стену, его голос был хриплым: — “Просто пользовался шансом”? Этот псих чуть не убил её! Тэхён подошёл к нему, осторожно дотронулся до плеча: — Юнги, успокойся… — Как я могу успокоиться, когда он говорит так?! — вырвалось у того. В допросной детектив снова повернулся к Кихи: — Почему ты не сообщил об этом раньше? Почему только сейчас? — Потому что вы всё равно не поверили бы. Мне нужно было, чтобы он, — Кихи кивнул на Бан Ши Хёка, — услышал это сам. Бан Ши Хёк молчал, только тихо произнёс: — Ты разрушил жизнь невинной девушки. И хочешь выглядеть жертвой? — Я не жертва, — в голосе Кихи прорезалась истерика. — Я тот, кто любил её, пока вы продавали! — Хватит, — резко сказал детектив. — Любовь не даёт права причинять боль. Он повернулся к офицеру за дверью: — Немедленно вызвать внутреннюю службу безопасности “HYBE” и запросить ордер на арест Ли Ха Ын. Кихи откинулся на спинку стула и хрипло рассмеялся. — Поздно, — сказал он. — Она уже знает, что я здесь. Она всё видит. С этими словами он уставился прямо на зеркало — и улыбнулся. — Привет, ребята. За стеклом воцарилась мёртвая тишина. Намджун шагнул ближе, шепча сквозь зубы: — Этот ублюдок… Юнги не выдержал — ударил ладонью по стеклу. Гул отозвался по комнате. Хосок, Джин, Чимин и Тэхён остановили его. Бан Ши Хёк медленно поднялся, глядя на Кихи так, будто впервые увидел его настоящего. — Ты больше никого не увидишь, — холодно сказал он. — Ни её, ни нас. За стеклом BTS замерли. Каждый шаг детектива и Бан Ши Хёка, каждое движение Кихи отражалось в их глазах, словно на грани кошмара. Намджун стиснул кулаки. Его сердце колотилось так, будто могло вырваться из груди. Он чувствовал, как во рту пересохло, а тело напряжено до предела. Это была его сестра — Т/И — лежала где-то неподвижно, и пока её жизнь висела на волоске, он мог лишь наблюдать. — Юнги… — шепнул он, поворачиваясь к своему хёну. Юнги стоял, сжатый кулаками, глядя на Кихи, на то, как детектив ведёт допрос. Его гнев и страх смешались в одну бурю, которую было невозможно сдержать. Хосок, Чонгук и Тэхён обменялись взглядами: — Мы должны были действовать раньше, — тихо произнёс Хосок. — Мы были рядом… и всё равно не смогли защитить её. Чонгук сжал плечи Хосока, пытаясь дать хоть какую-то опору, хотя сам едва держался. Детектив и Бан Ши Хёк были сосредоточены на Кихи. Каждый его ответ, каждая попытка манипуляции фиксировались. Кихи знал, что BTS за стеклом, и иногда его взгляд цеплял отражение. Он делал это намеренно, демонстрируя, что держит контроль. — Я знаю, что вы там, — хрипло сказал Кихи, глядя на зеркало. — Видите всё. Но никто не вмешается, верно? Юнги шагнул вперёд, пальцы дрожали. — Я не могу больше смотреть на это… — сквозь зубы прошептал он. Намджун сделал глубокий вдох. Он видел, как детектив спокойно фиксирует каждое слово, каждое движение сталкера. Его мысли метались между страхом за Т/И и ненавистью к Кихи. — Она всё ещё не пришла в себя… — сказал Намджун тихо, почти про себя. — Но если я сейчас сдамся панике… если мы позволим этим уродам выиграть… я никогда не смогу ей смотреть в глаза. Детектив закончил допрос. Наручники щёлкнули, и Кихи подняли с пола. Он ещё раз посмотрел на отражение, на BTS за стеклом, и усмехнулся, будто вызывая их страх. — Мы нашли его… — тихо сказал Юнги, сжимая кулаки. — Да… но её ещё нет рядом, — ответил Намджун. Его глаза наполнились слезами, но он сдержался. — Ещё не всё закончено. Бан Ши Хёк шагнул к стеклу и посмотрел на всех. Его лицо было каменным, но голос дрожал от эмоций: — Мы должны быть сильными ради неё. Пока она не придёт в себя, никто не имеет права терять надежду. В комнате за стеклом воцарилась мёртвая тишина, только дрожащие плечи и сжатые кулаки говорили о переживаниях каждого. И где-то глубоко в сознании всех они знали: пока Т/И без сознания, их борьба только начинается. После долгого допроса в полицейском участке, где детектив Квон Ёнсу с Бан Ши Хёком пытались выжать из Мун Кихи хоть крупицу правды, BTS, измотанные и подавленные, поехали в больницу к Т/И. В коридоре их встретили врачи — лица озабоченные, глаза усталые. Они сообщили, что Т/И в сознании, но пребывает в крайне хрупком психологическом состоянии, и любое резкое движение или громкий звук могут вызвать панику. Им разрешили зайти в палату. Сердца каждого участника BTS колотились так, будто вот-вот выскочат из груди. Юнги первым подошёл к двери, плечи напряжены, взгляд полон тревоги. Намджун стоял рядом, стараясь держать себя в руках. — Мы здесь… — тихо сказал Юнги, но сразу замер, понимая, что слова могут её напугать. Т/И лежала, глаза широко открытые, полные страха. Дыхание прерывистое, тело дрожало. Она ощущала присутствие знакомых, но страх был сильнее: голос Юнги, близость Намджуна, даже тихие движения Хосока и Чонгука казались угрозой. Она не могла поверить, что рядом те, кто обещал заботу, не причинят больше боли. Хосок и Чонгук стояли плечом к плечу, напряженные и холодные. Они всё ещё обижены на остальных парней за то, что те не поверили им раньше, но сейчас главным было сохранить безопасность Т/И. Чимин, Тэхён и Сокджин стояли чуть позади, сжимая руки, стараясь не делать резких движений. Они осознавали, что их присутствие может усилить её страх, и каждая секунда промедления тянулась мучительно долго. Прошло несколько часов. Медики отмечали малейшие изменения: дыхание стало чуть ровнее, дрожь рук слегка утихла. Но Т/И едва шевелилась, глаза продолжали метаться, она отпрянула от любого движения BTS. Страх в её взгляде был всепоглощающим — мир вокруг казался ей чужим и опасным. — Всё… будет хорошо… — прошептал Намджун, голос мягкий, но сдержанный, словно тихая попытка пробиться через её ужас. Т/И сжала одеяло, дрожа всем телом. Она понимала знакомые силуэты, но доверия не было ни капли. Сердце колотилось, дыхание прерывистое, и даже лёгкое прикосновение Юнги к стулу, где он сидел рядом, вызывало панический вздраг. — Мы рядом… — тихо добавил Хосок, едва шевеля губами. — Мы не уйдём. Т/И моргнула, но глаза всё ещё были полны ужаса. Она отстранялась от каждого движения, сжимала руки в кулаки, пытаясь защитить себя, не понимая, что никто сейчас не причинит ей боли. BTS стояли тихо, наблюдая за каждым её движением. Они знали: её страх глубже, чем кто-либо мог представить, и доверие придёт очень медленно. Пока она дрожала под одеялом, каждый понимал одно: впереди долгий путь, но главное — они вместе и не оставят её одну.