4. Новые проблемы

      Шёпот. Ужасный шёпот и гул со всех сторон. Бульканье. Журчание чернил. Плывёшь в чужих мыслях. Коллективный разум чернил, колодец душ. Ещё чуть-чуть, и тебя раздавит в этом хаосе. Душа тлеет в объятиях тьмы, лишившись света жизни. Без тела душа уходит. Чернила хранят её. Гомон чужих голосов. Крик невозвращённых. Страх, ужас, отчаяние, гнев, безумие, скорбь, горечь, чужие эмоции и чувства — твои эмоции и чувства. Нет ни тебя, ни их. Есть чернила. Нет смерти. Есть цикл. За жизнью смерть, за смертью жизнь, а после душа возвращается в чернила и идёт на новый круг, на новый оборот Колеса.       Ты паникуешь, и другие отзываются паникой, подобно тебе, так же, как ты. Они одно с тобой. Но ты — не они. Твоё место не здесь. Их место тоже не здесь. Небытие — слишком странная штука. Что есть ты? Что есть они? Мы? Нет, ты отличаешься. Создатель дал тебе и другим возможность. То ли дар, то ли проклятие. Цикл. Из смерти в жизнь. В жизни станет ясно, кто ты. Другие подбадривают тебя, кто-то напутствует, кто-то подталкивает, кто-то безразличен, кто-то в ужасе молит вернуться, кто-то гневно кричит на тебя.       Свет в конце водоворота манит. Зовёт. Озаряет душу светом будущего, нового круга, твоей жизни. Жизнь проливается на душу, возвращает сознание, память. Уже нет обобщённого «ты». Есть «я», есть «она». Чернила дарят форму.       Она плывёт всё выше, всё дальше, всё ближе к свету. К жизни. К новому обороту Колеса. Голова кружится, глаза прищурены от яркого света, руки старательно гребут, выталкивая её из чернильной утробы. Голоса оставшихся кричат вслед, но она больше не часть коллектива и не может понять ни слова.       Спасительный свет уже совсем близко. Он затмевает глаза и... Колесо делает новый оборот. Идёт на второй круг.

***

      Кэрол резко очутилась в том же коридоре, где умерла. Она последним усилием вытолкнула себя из чернильных недр и сделала свой новый вдох. Сердце, вернувшееся в чернилах, снова забилось в груди. Часто и глубоко дыша и всё никак не прекращая наслаждаться благостным, чудесным, любимым кислородом, Кэрол прислонилась к стене, сидя на полу. Разум тут же забил тревогу: нельзя сидеть на одном месте. Девушка отмахнулась от него: можно, если недолго.       Осознание произошедшего пришло быстро. Кэрол была мертва. По-настоящему мертва, её сердце было вырвано из груди, но сейчас она почему-то дышит! Она приложила руку к сердцу и начала считать удары. Один, два, три, четыре, пять, шесть... Оно бьётся! От счастья хотелось завопить на всю студию и, ликуя, выбить дверь наружу в награду за победу над смертью. Оно бьётся!       Кэрол облегчённо засмеялась. Господи, она жива! Предсмертная агония всё ещё ярко вспоминалась, сидела на задворках разума, оставшись шрамом, но не более. И лучше не думать, какова была цена. Лучше не думать, сработает ли перерождение во второй раз. Лучше не думать, как это вообще стало возможным. Если просто свыкнуться с происходящим, жизнь становится на порядок проще.       Пожалуй, сегодня Кэрол нырнула на самое дно моря тайн и ужасов. В бездну. В чернильную, тёмную бездну, называемую смертью. На пару шагов ближе к тому, чтобы остаться в этом море и стать одной из его тайн. Алиса тоже проходила это воскрешение и, похоже, не единожды. Так смерть здесь — не беда...       Кэрол словно молнией поразило. Забудьте про все внезапные догадки ранее — то были мелочи, по сравнению с тем, что пришло ей в голову сейчас. Отец жив. Его голоса не было среди Других, он не оставался в чернилах. Сэмми Лоуренс оказался куда более живучей и важной фигурой, чем можно было представить.       Девушка отползла в ближайшую станцию Чуда и раскисла на её полу. Бесконтрольные слёзы стекали по щекам, а тело дрожало. Только успокоившись окончательно, она позволила себе выйти наружу. Нужно найти Генри. А потом родного отца. О Боже, он жив!.. Если Кэрол ошиблась в своих выводах, это будет самое страшное разочарование, но если нет, она должна отправиться на поиски отца сию минуту! А когда найдёт, выбъет из него всю дурь и получит ответы на все вопросы.       Кэрол проверила содержимое карманов (список вопросов и ножницы были на месте, а труба осталась вместе с сумкой), отряхнулась, осмотрелась по сторонам и пошла обратно в Небесные игрушки. В кабинете Шона (если его можно было так назвать) больше никого не было. Кэрол намёточным швом быстренько приделала к недоделанному хлипкому мешку готовые лямки, закинула его на спину, взяла трубу и отправилась обратно к лифту. Надо было найти Генри. Девушка не станет рассказывать ему о своей смерти и последующем воскрешении, о том, как рана, полученная в музыкальном отделе затянулась за рекордные сроки, о том, как сердце вернулось в грудь как ни в чём не бывало... Ни к чему его тревожить. Да и как она это объяснит? Чего доброго, Генри ещё решит, будто она свихнулась в этом ужасном месте.       И кстати... Алиса ведь как-то видит их с Генри, даже если её нет рядом. Тем более, она тут уже много лет, а значит хотя бы несколько раз встречалась с отцом. Она знает о Тёмных Лужах, о Демоне... О чём ещё ей известно? Кэрол скрипнула зубами от досады. Придётся всё-таки поступиться своими принципами и играть по правилам убийцы. Алиса явно не станет делиться информацией просто так, а Кэрол больше не собиралась кидаться сломя голову в неизвестность. Не зная броду — не суйся в воду. Тем более, без Генри сейчас никуда нельзя, а он не скоро освободится, если будет бегать по заданиям один.       Возле лифта никого не было, да и тот пришлось ждать. Кэрол с замиранием сердца ждала, пока он поднимется, и очень обрадовалась, когда за железными решётками оказался Борис. Волк стоял, всё ещё сжимая в руках плюшевую Алису, и его глаза наполнились радостью при взгляде на подругу.       — Привет, дружище! — Кэрол расплылась в улыбке и погладила Бориса. — Не знаешь, где Генри?       Борис кивнул и показал пальцем на кнопку с подписью.       — Спасибо. Кстати, — Кэрол сняла со спины свой недоделанный походный мешок и продемонстрировала его другу. — Смотри! Это я сама сделала. Нравится?       Борис заинтересованно осмотрел её поделку, осторожно попробовал на прочность, уделяя много внимания швам. Затем он позаимствовал у Кэрол иголку и нитки, лежавшие у неё в кармане, и начал шить с видом знатока. Ингода игла выскальзывала из его пальцев, дело шло медленно, но результат труда выглядел достойно. Девушка удивилась, но не стала мешать другу, а вместо этого выбрала на панели девятый этаж и вместе с плюшевой Алисой устроилась на полу.       Когда лифт остановился, Борис всё ещё был занят шитьём.       — Я скоро вернусь, — предупредила его Кэрол перед уходом и направилась к двери Ангела. Нужно было принять у неё поручение и поговорить без Генри. Всё-таки было немного неловко перед ним, Кэрол ведь прямо истерику закатила при нём, когда ей сказали выполнять поручения, а теперь она идёт к Алисе добровольно.       Она остановилась перед железными дверями и начала размышлять, как докричаться до местной хозяйки. К счастью, кричать не пришлось.       — Так ты всё же решила вернуться? — раздался ехидный голос Алисы. — Понимаю, тяжело противиться моему очарованию. Ты ведь пришла выполнить наконец мои поручения?       Кэрол угрюмо кивнула.       — Да, мисс Ангел, — произнесла она, скрипя зубами. — Я была неправа.       — Так и быть, я пощажу тебя и даже прощу те дерзкие слова. — смилостивилась Алиса. Всё-таки ей она не любила ждать, а двое помощников справятся быстрее одного. Но тут её голос резко стал злым и угрожающим. — Но если ты ещё раз скажешь обо мне что-то плохое, если ещё раз оскорбишь!.. Что ж... Думаю, твой друг очень расстроится из-за твоей смерти.       — Мне жаль! — крикнула Кэрол, держа пальцы крестиком в кармане. — Я готова загладить свою вину!       — Надо же, — Алиса, кажется, не до конца ей верила. — И что же стало поводом для таких резких перемен?       Ладно. Будь что будет, ей всё равно нужны ответы. Не отстанет ведь.       — Ты многое знаешь. Я хочу выяснить, откуда взялись чернила и Демон... И где сейчас мой отец.       — И ты решила, что я удовлетворю твоё любопытство? — Алиса рассмеялась. — Какая наивная! Нужно было подумать об этом до того, как кричать оскорбления в мой адрес. Но так и быть. Если ты поможешь мне, я, возможно, смогу ответить на парочку твоих вопросов.       — И что мне делать?       — У меня есть задание, которое окажется тебе по душе. Ты видела тех ухмыляющихся демонов на уровне «К»? Давай избавимся от них, хорошо? У меня есть инструмент, которой сделает это дело более весёлым.       Рядом пронзительно скрипнул механизм. Кэрол повернулась и заметила топор, появившийся из какого-то подобия шкафчика. А вот это уже разговор! Кое-как запихнув трубу в узенький карман и освободив руки, девушка с удовольствием забрала топор на длинной ручке и радостно усмехнулась. Ладно, это задание хотя бы приятное. На самом деле, Кэрол ожидала что-нибудь страшнее, что-нибудь, что хотя бы косвенно поможет Алисе напасть на Бориса.       Когда Кэрол вернулась к лифту, Борис сидел на полу и затягивал последние узелки, а плюшевая Алиса прижалась к нему сбоку. Увидев подругу, он протянул сумку ей. Кэрол ахнула.       — Дружище, это так мило с твоей стороны! Спасибо! — она приняла из его рук готовое изделие, отмечая качество швов. Это был обычный мешок с двумя лямками, который затягивался сверху лентой. Последнее Кэрол не довела до ума, но теперь, благодаря Борису, у неё была нормальная, закрывающаяся сумка, в которую не страшно положить ценную вещь, и туда сразу же отправились труба и плюшевая Алиса.       Кэрол решила поторопиться. Она бегала по всему этажу, энергично размахивая топором направо и налево и яростно уничтожая всех картонных Бенди. Хотя даже такое прекрасное занятие через какое-то время поднадоело, и девушка начала задумываться, а не появится ли Демон, чтобы прекратить такое издевательство над своими портретами. Даже зная, что можно будет потом снова возродиться из чернил, Кэрол не хотела рисковать или снова чувствовать ту предсмертную боль. До сих пор бросает в дрожь от воспоминаний.       Стоило топору разрубить пополам последнюю картонку, как снова раздался голос Алисы.       — Ах, это было так весело! Кстати, забыла предупредить... — она выдержала небольшую интригующую паузу. — Он ненавидит, когда я так делаю. На твоём месте я бы спряталась.       — Твою мать, ну так и знала! — Кэрол сплюнула с досады, прикрывая панику злостью. Умирать снова ей ужасно не хотелось.       На её счастье, в комнате Небесных игрушек находилась маленькая деревянная станция в человеческий рост, тот самый шкафчик, в котором можно было бы спрятаться. Кэрол забралась в него, присела, чтобы голову не было видно в щель с той стороны, и затихла, затаив дыхание. Если повезёт, Демон не заглянет сюда.       Кэрол боялась и ненавидела его, а ещё злилась на Джоуи Дрю, который позволил этому безобразию появиться на свет и захватить студию. Если бы не этот поганый человек, она, может быть, сидела бы сейчас дома, на диване, в обнимку с Альфредом и Милли, с кружкой горячего шоколада и планировала свадьбу. Она не сомневалась в том, что мистер Дрю во многом виноват. Это он написал письмо, которое заманило Кэрол и Генри в студию, и он наверняка прекрасно знал, куда приглашает их, и что они там найдут. Он знал, что тут есть Чернильный демон, безумная Алиса Ангел, прочие монстры, дюжина Борисов и сумасшедший сатанист, который пишет на стенах и пытается приносить в жертву людей. Ну не мог Дрю не знать, что его лучший работник и талантливый композитор пропал в его собственной студии, а значит, он намеренно скрыл эту информацию от следствия и Штейнов. Ему нет прощения.       Наконец знакомая чернильная сеть добралась до станции, в которой сидела Кэрол. Она замерла, стараясь не дышать и унять дрожь во всём теле. Пришлось долго ждать, чтобы почувствовать себя в безопасности и окончательно избавиться от ощущения присутствия Демона. Один раз он, кажется, прошёл совсем рядом, но Кэрол было страшно выглядывать наружу через щёлку, чтобы проверить. Она сидела без движения так долго, что тело затекло, и пришлось потом разминаться при выходе из шкафчика. Кэрол бегом бросилась обратно к лифту, опасаясь, как бы Демон не возник на пути или не погнался за ней.       Лифта на месте не оказалось, и Кэрол понадеялась, что это просто Генри его вызвал. Потому что если бы лифт начал капризничать, это могло стать угрозой всем троим. Пришлось подождать, пока лифт приедет, и в нём и вправду оказался Генри с охапкой предохранителей. Он поздоровался с Кэрол и испытал настоящее облегчение, сложив свою ношу в сумку.       — Где ты взяла топор? — спросил он, нажимая кнопку «9».       Кэрол угрюмо нахмурилась и отвела взгляд. Всё-таки не хотелось признавать, что она поступилась своими принципами.       — Алиса дала. Я решила, что вдвоём мы быстрее закончим, так что...       Но тут их прервал голос Алисы, в который раз удивив своей неожиданностью и громкостью.       — Сэмми говорил, что я талантлива. Он всегда был хорошим лжецом... — Кэрол вздрогнула, услышав это имя, а Алиса почти мечтательно вздохнула. — Хотя, он был очень красивым мужчиной когда-то.       — Что ты знаешь про него? — крикнула Кэрол, не зная, слышит ли её Ангел. — Что ты знаешь о моём отце?       Но никто ей не ответил. Алиса будто издевалась, мстила за нанесённое ей оскобление и специально давала понять, то что-то знает, но на зло Кэрол ничего не говорила.       Стоило лифту остановиться на девятом этаже, как Кэрол быстрее всех рванула к двери Ангела. Генри, которого замедляла сумка с предохранителями, невозмутимо шёл сзади. Лоуренс встала под дверью, сдерживая своё раздражение, чтобы снова не оскорбить Алису. Генри начал загружать предохранители в прибор, с помощью которого они передавались Ангелу, и Кэрол снова повторила свой вопрос.       — Что ты знаешь о Сэмми Лоуренсе?       Но вместо нормального ответа Алиса вдруг закричала.       — Отвратительные твари бродили по моим коридорам незамеченными! Они пытаются утащить меня обратно во тьму! — в её голосе слышался неподдельный страх. Алиса очень боялась тёмных луж. — Не позвольте им добраться до вашего ангела! Уничтожьте их, одного за другим! Обратите их в лужи! Убейте их!       Генри первым заметил бегущую в их сторону Банду Мясника и с невозмутимым видом выхватил из сумки трубу. Кэрол покрепче вцепилась в топор и приготовилась к драке. Сражения с чернильными созданиями давались ей не так легко, как хотелось бы. Одно дело избивать Искателей, превращающихся в лужи от одного удара топором, другое — более живучую банду вооружённых страшил, которые не теряют возможности нанести по тебе удар побольнее. И всё-таки она постаралась взять себя в руки. Зато Генри выглядел так, будто каждый день сражался с этими уродцами.       Драка была короткой, да и противников оказалось всего трое. Генри и Кэрол с облегчением наблюдали за тем, как изувеченные тела растекаются в лужи и исчезают в полу. Удивительное зрелище! В полнейшей тишине снова раздался уже спокойный и блаженный голос Алисы.       — Так тихо... Прямо как в могиле. Мне нравится тишина, а вам?       — Что произошло с Сэмми Лоуренсом? — в очередной раз повторила Кэрол, начиная терять терпение. Генри молчал, но по нему было видно, что он тоже хочет знать ответ.       — Хм... И чем же тебя так заинтересовал Пророк? Ах, да, ты что-то кричала про своего отца... — Алиса сделала задумчивую паузу, а затем её голос зазвучал прямо как... как голос Сьюзи. Не тот, которым она озвучивала Алису, а именно её собственный, обычный, которым она радостно приветствовала Кэрол каждую встречу. — А ты повзрослела, Кэрол. Я запомнила тебя как маленькую проказницу.       Кэрол потрясённо ахнула.       — Сьюзи? — прошептала она. Но голос Алисы уже вернулся к своему обычному состоянию, и очаровательной мисс Кэмпбелл в нём больше не было.       — Мы с Сэмми давно не виделись. С ним стало совершенно невозможно общаться! Только и делает, что воспевает своего "Лорда", да пытается наставить на "путь истинный". Жаль тебя, девочка.       — Но что с ним произошло? — Кэрол не собиралась униматься, пока не получит внятный и прямой ответ на свой вопрос. — Как он стал таким?       Алиса рассмеялась.       — А вот это я расскажу тебе, когда вы выполните все мои поручения. Неплохая мотивация, правда? Вам придётся спуститься глубже. Ещё ниже, ниже, ниже, прямо в бездну. Спуститесь на лифте вниз, поздоровайтесь со своим старым другом. Посылаю вам небольшой подарок, немного огневой мощи. Хорошо обращайтесь с ним. Он принадлежал кое-кому особенному. И да, девочка, верни мне мой топор.       Стоило Кэрол нехотя расстаться со своим оружием, как позади неё появился самый настоящий автомат. Сердце радостно замерло. Огнестрел стал бы решением многих проблем, одно наличие автомата в руках могло внушить надежду и уверенность. А ещё это было дико круто.       Генри не двинулся с места, а Кэрол с трепетом потянулась к оружию. Однако, стоило ей коснуться автомата, как тот чернильными брызгами разлетелся в разные стороны, испачкав девушке лицо и рубашку. Хорошо хоть, что она успела зажмуриться.       — Ой, я забыла. Его немного трудно достать. Что ж, повезёт в следующий раз.       Кэрол сжала кулаки до дрожи и едва сдержалась от того, чтобы не закатить скандал. Она ненавидела, когда её так обидно разыгрывали. Мало того, что отобрали единственное нормальное оружие, так ещё и другое не выдали! Генри положил руку ей на плечо.       Когда они снова оказались в лифте и начали спуск на четырнадцатый этаж, Кэрол всё-таки не выдержала и смачно выругалась.       — Скажи мне, Генри, как могла милая и добрая Сьюзи, которая нравилась даже папе, превратиться вот в это? Как?! Я таких стерв в жизни не встречала!       — Ты же помнишь, как сильно она была привязана к Алисе. — Генри вздохнул и отвёл задумчивый взгляд. — Сьюзи лишили работы мечты, без единого предупреждения заменили другой девушкой... Должно быть, она вернулась сюда, не желая расставаться с Алисой, и, в конце концов, чернила свели её с ума. Здесь, внизу, нет никого в здравом уме.       Кэрол разрывалась между двумя мнениями. С одной стороны, ей очень хотелось спасти несчастную Сьюзи, вылечить её, вытащить из этого Чернильного ада; с другой стороны, придушить Алису и вернуть её обратно в Тёмные Лужи казалось идеальным решением, идеальной местью за смерть множества Борисов. Ужасно трудный выбор. Пока что рано принимать решения, надо сосредоточиться на новой задаче и будущей встрече с... старым другом?       — Как думаешь, кем окажется этот "старый друг"? — спросила Кэрол, стараясь успокоить нервы. Страшно представить, что могло произойти с её знакомыми в этой дыре, где уже свихнулись отец и Сьюзи.       Генри прикусил губу.       — Не знаю. Кто бы это ни был, он уже не тот, кого мы знали.       — Да уж... Думаешь, если бы мы пришли раньше, их ещё можно было бы спасти?..       Генри тяжко вздохнул и опустил голову.       — Я и сам об этом неоднократно думал...       Продолжать разговор никто не решился, и лифт спустился в самый низ в полной тишине. Борис боязливо поёжился, когда помещение оказалось погружённым в темноту, и прижался к стене. Кэрол успокаивающе сжала его ладонь и ободряюще улыбнулась.       — Не беспокойся, дружище. Мы вернёмся так быстро, как только сможем.       Она покрепче сжала в руке ножницы (благо, они были большие и острые, предназначенные для ткани) и повернулась к Генри, который держал наготове трубу. Через его плечо была перекинута сумка с плюшевой Алисой и списком вопросов, который пора было уже обновить.       Спускаясь по лестнице, путники наткнулись на расчленённое тело, рядом с которым лежало сердце. У Кэрол всё внутри похолодело от воспоминаний, и её передёрнуло. Она брезгливо наблюдала, как Генри всё так же невозмутимо берёт в руку, мать его, внутренний орган когда-то живого существа. К горлу подкатила тошнота.       — Ты уверен, что нам нужно их собирать? — Кэрол отвернулась и постаралась смотреть куда угодно, только не на мёртвое тело.       — Уверен. — твёрдо заявил Генри и только собирался положить находку в мешок, как вдруг замялся. — Пожалуй, стоит вытащить твои вещи, чтобы не запачкать их.       Кэрол была полностью согласна с этим утверждением. Не хватало ещё, чтобы её игрушка и драгоценный список испачкались в чернилах, которые заменяли местным кровь. Их пришлось отнести обратно в лифт и доверить Борису.       Заметив побледневшее лицо девушки, Генри сочувственно покачал головой.       — Ты не обязана идти на это задание со мной. Там может быть опасно.       — Не уж, я пойду. — твёрдо заявила Кэрол. — Я должна знать, кто тут есть из моих друзей.       Они стояли на деревянном возвышении, на одну лестницу ниже лифта, и вглядывалась в темноту. Вдруг из дверного проёма вдалеке показался свет и Кэрол с трепетом замерла. Кто же там?       — Т-с-с-с... вот он. — прошептала из динамиков Алиса. — Киномеханик. Блуждает в темноте. Вы должны избегать его света, чтобы не нарваться на неприятности. Просто принесите мне то, что нужно.       Издалека было плохо видно, но Киномеханик оказался сутулым чернильным человеком с проектором вместо головы. Проектором... Нет, ну уж нет, этого точно не может быть.       Кэрол с Генри спустились вниз и нашли неподалёку от лестницы ящик, на котором лежал проигрыватель. Стоило трясущимся пальцам включить его, как зазвучал знакомый голос.

«Я не ищу неприятностей. Просто по природе киномеханики ищут тёмные места. Знаете, я узнал все входы и выходы из этой студии. Я знаю, как избежать беспокойств в этой... компании. Этот киномеханик, как они всегда говорят, бродит везде. Он просто ищет неприятностей. Ну, нравится им это или нет, я все вижу. Они даже не знают, когда я смотрю. Даже когда я прямо позади них.»

      Только не это! Кэрол схватилась за голову. Только не говорите, что Киномеханик, это страшное существо, и есть Норман.       Киномеханик запомнился ей как очень добрый и умный мужчина с своеобразным чувством юмора. Он был любопытен в той же мере, что и Кэрол, и они быстро сдружились, делясь друг с другом информацией обо всём на свете. Если отец приводил дочь на работу, и там на него наваливалось слишком много задач, Кэрол зачастую сидела в киноаппаратной и обменивалась с Норманом новостями и догадками на самые разные темы.       Если любопытство сделало из Нормана Киномеханика... Пора задуматься о том, чтобы бросить всё и бежать из студии как можно быстрее.       — Я пойду вперёд, — заявил Генри. — Если появится Киномеханик, беги к лифту.       — А если он нападёт на тебя?       — Я всегда могу спрятаться или убежать.       — А если не получится?       Генри взял Кэрол за руку и твёрдо сжал её, смотря ей прямо в глаза. Его взгляд был наполнен усталостью и решительностью.       — Я обещаю тебе вернуться, во что бы то ни стало.       Но, так как долго стоять на месте в этой студии было противопоказано, рядом раздался леденящий душу вопль, и Генри с Кэрол вдруг оказались в потоке света. Яркий луч исходил из проектора, заменившего голову Норману. Тот не стал тянуть время и сразу кинулся в погоню за своими жертвами.       Кэрол побежала, стараясь не оглядываться, а в спину ей светил старый друг. Кажется, её ноги так и не привыкли к таким нагрузкам, а тем более бегу по лестницам, поэтому скоро заболели. Однако адреналин не дал этому замедлить Кэрол, и она пулей взлетела по ступенькам наверх, позволив себе обернуться только когда свет проектора пропал. Норман потерял её из виду, стоило ей забежать за угол, и теперь направлялся в сторону Генри, который всё это время бежал позади. Он снова заревел, и Кэрол, похолодев, крикнула:       — Генри, я отвлеку его!       — Что?!       — Я быстро бегаю! Собери сердца!       Генри не стал спорить. Он побежал обратно в тёмные коридоры, затопленные чернилами, а следом за ним — Киномеханик и Кэрол. Девушка замахнулась и со всех сил ударила противника по спине ножницами. Тот снова заревел и обернулся к ней, забыв о Штейне.       Кэрол старалась не задумываться, когда предлагала Генри свой план. Сейчас она понимала, что правильно сделала, ведь если бы подумала хорошенько, то ни за что бы не согласилась подойти вплотную к бывшему другу и пырнуть его ножницами, чтобы потом долгое время убегать от него по лестницам. Норман ударил её кулаком по носу, и Кэрол с громким треском и сдавленным криком отшатнулась.       Испугавшись, что на её крик прибежит обеспокоенный Генри, или что Норман продолжит избиение, она сцепила зубы и побежала по лестнице наверх. Дышать пришлось ртом, а боль, кажется, расползалась по всему лицу. Киномеханик не отставал и на этот раз не потерял её из-за поворота. Более того, он добежал с ней до самого лифта, к которому Кэрол побежала спустя пару кругов вокруг деревянного возвышения.       — Борис! — в ужасе крикнула Кэрол, подбегая к закрытым решёткам. Она уже хотела нажать на кнопку, чтобы открыть их, как вдруг подумала о волке. Тот запуганно вжался в угол и закрыл голову руками, в оцепенении глядя на побледневшую Кэрол и смертоносное существо позади неё.       — Борис, всё пучком! — тут же в спешке заверила его девушка первой пришедшей на ум фразой и перепрыгнула через перила.       Вслед ей раздался короткий испуганный лай. Деревянный пол встретил упавшее на него тело очень жёстко, и боль пронзила сначала ноги, потом грудь, в которую врезались колени, а потом и голову. Кэрол не сдержала сдавленного вскрика. Собирать травмы, так все! Сломанный нос заболел с новой силой, и Кэрол почувствовала, как по её лицу что-то стекает. Размывшимся зрением она глянула на пол, на которым и вправду остались чернильные кляксы. Ужас. Чернила вместо крови. Её мутило, дыхание давалось с трудом.       Кэрол услышала сзади шаги Киномеханика, который потерял свою жертву и теперь неспешно возвращался обратно в тёмные коридоры. Попытавшись подняться, девушка поняла, что скорее всего не сможет даже идти, что уж говорить о беге! Цепляясь измазанными в чернилах пальцами за доски, Кэрол поползла в сторону угла, надеясь скрыться за ним. Адреналин всё ещё бурлил во всём теле, помогая не бросить попытки выжить на середине пути.       Даже скрывшись за углом, Кэрол продолжала ползти вдоль него как можно дальше, чтобы Киномеханик не смог заметить её даже боковым зрением. К счастью, огромному, неподдельному счастью, Норман прошёл мимо и спустился по лестнице. Девушка лишь надеялась, что Генри успел собрать сердца, и её отчаянный прыжок не окажется напрасным.       Стоило ей чуть расслабиться, вся боль усилилась в несколько раз, и Кэрол осталось только лежать на полу. Слёзы потекли по щекам, и девушка начала тихо всхлипывать и стонать. Когда рядом послышались шаги, она даже не сразу нашла в себе силы, чтобы посмотреть, кто пришёл. Судя по отсутствию света и чернильной сети на всех поверхностях, бояться было нечего.       Рядом присел Борис. Он слегка скулил, осматривая Кэрол, а его уши грустно повисли. Для него было настоящим подвигом выйти из безопасного места в темноту, только чтобы помочь мало знакомому человеку. Лоуренс почувствовала, как дрожащие руки в перчатках обхватили её будто объятия, и Борис медленно, волоком потащил подругу в сторону лифта. На лестнице ему пришлось сделать перерыв, чтобы отдохнуть, но в итоге Кэрол оказалась в безопасности.       — Похоже, тебе не терпится умереть, — сказала Алиса. — Яблоко от яблони недалеко падает.       Кэрол ничего ей не ответила, — сил не было. Солёные слёзы всё ещё стекали по лицу, и оставалось только надеяться, что они не заденут какую-нибудь рану.       Мысль о том, что умереть здесь не получится, придала ей слишком много смелости и безрассудства. В какой-то мере она облегчала жизнь, помогала не бояться идти на такие отчаянные шаги как побег от Киномеханика, но... больно всё ещё было. Больно, очень больно. И страшно. Интересно, а если умереть, раны заживут, как было в прошлый раз? Нет, это уже ненормально, лучше лишний раз не думать.       Генри тем временем почти бегом передвигался по коридорам, собирая сердца так быстро, как только может. Страшно было даже думать о том, что может случиться с Кэрол, если она не сможет убежать от хозяина этажа. Штейн верил в неё и не сомневался в способностях, но всё-таки не мог успокоиться, ведь ужасно боялся потерять дочь.       Стоило ему подобрать последнее, пятое сердце, — где-то сзади взревел Киномеханик. Генри бегом бросился к выходу, закинув на спину мокрый мешок с добычей. Страшил его отнюдь не бегущий по пятам Норман, а возможная гибель Кэрол, которая обещала отвлекать врага на себя. Кто знает, может ли она воскресать?       Кэрол очнулась, когда почувствовала, как кто-то настойчиво трясёт её за плечо. Она кое-как сфокусировала взгляд на лице напротив: перед ней сидел Борис. Уши волка грустно повисли, а глаза были полны жалости. Увидев, что девушка очнулась, он взял её за руку и потянул на себя.       Кэрол недовольно заворчала, не желая вставать с места, но всё-таки оказалась на ногах. Всё тело ломило. Борис участливо подставил своё плечо, чтобы Кэрол могла на него опереться, и мотнул головой снизу вверх, мол, "как ты?"       — По мне будто танк проехал, — честно пожаловалась Лоуренс, обращая внимание на местность вокруг.       Они с Борисом были в лифте на этаже «К». Генри нигде не было.       — Зачем мы здесь? Где Генри? — тут же поинтересовалась она у друга, но тот как всегда промолчал.       Борис вывел Кэрол из лифта и повёл её в сторону своего убежища. Они уже дошли до поворота, как вдруг девушка вспомнила.       — Погоди, — сказала она. — Нужно оставить Генри записку, чтобы он не волновался.       Вернувшись к лифту, Кэрол написала пальцем, испачканным в чернилах, прямо на полу лифта: «Мы у Бориса, скоро вернёмся, не волнуйся». Вот теперь можно было отправляться.       Так как проход назад заканчивался стальной дверью, попасть в Убежище нормальным способом не представлялось возможным, поэтому Борис открыл вентиляцию. Он первым полез в неё, прихватив стоявший рядом фонарь, и поманил Кэрол рукой. Дух авантюризма снова проснулся в Лоуренс. Вот что-что, а по вентиляциям она никогда не лазила! В отсутствии правил приличия в этой студии всё-таки были свои плюсы. Ей нравились такие нестандартные решения.       Кэрол, кажется, отбила себе все колени о холодный пол вентиляции и успела порядком устать от бесконечных поворотов. Один раз даже пришлось перелезать дыру, что было крайне неудобно в замкнутом пространстве. Кэрол не хотелось думать о том, что с ней будет, если она провалится вниз, в эту бездну. Тесный железный лабиринт привёл путников к комнате, в которой было очень темно, что не стало помехой для обладателей фонаря.       В общем, до Убежища они добрались без пробем. Оказавшись в безопасности, они облегчённо выдохнули. Борис подошёл к автомату с супом, на который Кэрол почему-то раньше не обращала внимание, вставил в него пару монет и достал банку супа, которую тут же отдал девушке.       — Спасибо, — поблагодарила она, усаживаясь за стол. Банка по какой-то причине оказалась прохладной, и Кэрол приложила её к носу. Сперва боль, казалось, только усилилась на пару секунд, потом пришло почти блаженство. Суп — не панацея, но уже хоть что-то.       Себе Борис достал три банки, которые разогрел в небольшой кастрюльке на плите. Удивительно, откуда в студии вообще взялась плита, и как она не сломалась за столько лет. К тому же, Кэрол сомневалась, что хоть кто-нибудь оплачивал налоги за газ. Вообще, думать здесь, в студии, было безнадёжным и неблагодарным занятием, поэтому проще смириться с происходящим и радоваться, что можешь есть тёплый суп с беконом.       Борис сел за стол, перелив содержимое кастрюли в тарелку, и осушил её парой глотков. Кэрол ахнула от восхищения. Если бы только она могла взять Бориса с собой на соревнования по поеданию пищи на время!..       Увидев, что Кэрол прижимает банку к носу, Борис покачал головой и отобрал её. Не успела девушка возмутиться, как он уже открыл суп и вернул банку назад. Он ткнул пальцем сначала в суп, потом в Кэрол и протянул ей крупную деревянную ложку.       — Спасибо, дружище, но я не хочу есть, — Кэрол помотала головой. — Нам нужно скорее вернуться к Генри и помочь ему. О Боже, мы же оставили его наедине с Киномехаником!       Борис грустно опустил уши, но всё равно упрямо всучил Кэрол банку и снова ткнул в неё пальцем. Девушка вздохнула.       — Ладно. Я доем, и мы сразу же пойдём ему на помощь, ясно?       Она взяла ложку, зачерпнула побольше супа и, стараясь не разглядывать его чтобы не пугаться содержимого, отправила в рот. На всякий случай ещё вспомнила пару народных мудростей: «Меньше знаешь — крепче спишь» и «Любая соринка во рту витаминка». На вкус было так себе. Оставалось только надеяться, что в нём не было никакой гадости или плесени.       В какой-то момент, после очередной ложки, Кэрол ощутила что-то странное в районе носа. Прикоснувшись к нему рукой, она почти не почувствовала боли и, что удивительно, нащупала совершенно нормальный прямой нос. Будто и не ломал его никто!       — Это как? Это... Чего? — она ошеломлённо посмотрела на Бориса. Тот спокойно сидел на стуле, покачивая головой в такт музыке, будто ничего удивительного не произошло.       То есть суп мог лечить раны? Но это же бред! Хотя ожившие мультяшки и воскрешение с помощью луж тоже бред...       Кэрол оставалось только надеяться, что новое открытие не вскружит ей голову так же, как прошлое, когда она узнала, что смерть здесь — не более чем временное неудобство, и начала лезть на рожон. Если можно в любой момент без труда вылечить любые раны...       Перед тем, как уйти, Кэрол взяла с собой пару банок супа для Генри. По пути к лифту она думала о том, какая из неё всё-таки некудышная помощница (не то чтобы она хотела помогать Алисе). На первом задании она умерла, на втором сбежала, сломав себе нос и толком ничего не сделав. Отличный послужной список!       Наконец дойдя до лифта, Борис и Кэрол в замешательстве остановились. Перед закрытой железной решёткой лежала сумка с плюшевой Алисой и списком вопросов. Лифта нигде не было.       Почуяв неладное, Борис тихо заскулил и огляделся по сторонам. Кэрол наклонилась за своими вещами и обнаружила с обратной стороны списка новую надпись. Судя по толщине линий, их выводили пальцем.

«Кэрол, если ты это читаешь, то я упал вниз вместе с лифтом. Не волнуйся, я точно знаю, что выживу. Пожалуйста, спрячь Бориса и не попадайся Алисе на глаза. Она пока не знает, что Бориса не было со мной в лифте, но когда узнает, будет очень зла. Мне жаль, что так получилось.

Генри»

      ...       У Кэрол просто нет слов.       — Какое «упал», какое «спрячь Бориса»? — она почти кричала. — Что за хуйня?! Ты думаешь, это смешно?!       Она в сердцах пнула решётку, и Борис вздрогнул и задрожал, начав оглядываться по сторонам ещё пристальнее. Как бы Демон этот шум не услышал! Кэрол вдавила кнопку вызова в панель и стала ждать. Трос, а точнее, его оборванный конец, со свистом пронёсся мимо неё наверх. Через пару секунд оттуда посыпались искры, и весь трос упал вниз, с грохотом ударяясь о стены шахты. А вот после этого шума точно пора прятаться!       Где-то в стороне убежища забрезжило чернильное марево. Кэрол, леденея от ужаса, схватила Бориса за руку и затащила его в чудо-станцию, тут же втискиваясь туда следом. Крепко обняв друг друга и дрожа от страха, двое друзей наблюдали за тем, как в помещение входит Чернильный Демон.       Он подошёл к решётке, посмотрел вниз, а затем его внимание привлекла плюшевая Алиса. Демон коротко рыкнул и пнул её между прутьями вниз, в шахту лифта. Кэрол закусила губу, мысленно прощаясь с приятельницей. Бенди осмотрелся по сторонам и, никого не увидев, мучительно медленно ушёл. Даже когда он скрылся из виду, Кэрол и Борис всё равно оставались в спасительной станции и боялись лишний раз вдохнуть. Успокоились они только минут через пять.       Они выбрались наружу, и Кэрол первым делом направилась к лифту. Она заглянула вниз, насколько позволяла решётка, и вздохнула. Она не знала, на что надеялась, но плюшевая Алиса бесследно исчезла в чернильной тьме. Будем надеяться, что она просто полетела на помощь Генри.       — Что-то у нас с тобой одни потери, дружище, — Кэрол подобрала сумку, перекинула её через плечо и повернулась к Борису. — Не знаешь, как попасть вниз?       Борис помотал головой. Похоже, кроме лифта тут было не на что надеяться.       Было решено вернуться в Убежище, и путники отправились туда так быстро, как могли. В темноте вентиляции Кэрол снова начали одолевать мысли.       — Знаешь, дружище, — обратилась она к Борису, чтобы хоть чем-то разбавить гнетущую тишину, нарушаемую только стуком колен по металлу. — Я очень рада, что мы тебя встретили. Если бы не ты, моя жизнь здесь была бы намного тоскливее... и сложнее.       Борис не ответил. Луч фонаря выхватил знакомую дыру вниз, которую волк быстро пересёк. Кэрол же остановилась перед ней и задумалась. Путь вниз. Рискованный.       Нет уж! Хватит риска. Кэрол ещё не настолько долбанулась, чтобы так рисковать здоровьем. К тому же, вдруг там внизу вообще тупик, в котором она окажется запертой и начнёт умирать медленно и мучительно? Ну нафиг! И даже если суп мог лечить раны, получать их совсем не хотелось.       Что же делать?

***

      В Убежище был обновлён список. Нужно было привести мысли в порядок, прежде чем начинать думать над планом по возвращению Генри. 1. Живые ли чернила? — Да 2. Откуда и как появились монстры? 3. Кто расчленил того Бориса? — Алиса (Сьюзи) 4. Есть ли здесь другие люди? Сколько? 5. Что свело отца с ума? 6. Кто такие «мы»? (Освободит нас) 7. Почему вся эта нечисть ещё не выбралась на улицы города? — Хуй тут выберешься 8. Есть ли вообще выход? 9. Как всё началось? → Как остановить? 10. Та ли это студия? 11. Как люди превращаются в чернильных? 12. Тёмные лужи/Колодец душ — цикл смерти и возрождений. Как? 13. Суп мгновенно лечит. Как? Почему?       Честно говоря, понятнее не стало. Кэрол устало выдохнула и откинулась на спинку стула, закрывая лицо ладонями.       — Значит так, — сказала она Борису, который строил башни из банок. — Мы найдём много монет, купим гору супа и подкупим местных, чтобы они отвели нас на нижние этажи. Как тебе идея?       Борис ничего не ответил, выстраивая банки рядком на столе, чтобы получилась стена.       — Согласна, дерьмо. Тогда... Тогда мы вернёмся в музыкальный отдел, залезем в папины запасы верёвок (он же где-то брал их!), свяжем новый канат и спустимся по нему. Или...       Ну же, Кэрол, думай, думай! Как в этой студии преодолевать преграды? Нужно как-то проникнуть на этаж S, не пользуясь лестницей, ведь она туда не вела. Что бы сделали местные обитатели, знающие это место и его особенности как свои пять пальцев? Что бы сделал, например, папа?.. Не похоже, чтобы он или Алиса обладали какими-нибудь супер способностями, разве что... Хотя нет, отец обладал одной.       Когда Кэрол и Генри впервые увидели его здесь, он растворился в воздухе. Или даже прошёл сквозь стену! Что он при этом использовал? Божью помощь? Странную логику этого места? Чернила, которыми был облит? Ну так чем Кэрол хуже!       — Дружище! — она резко и решительно встала со стула.       Борис от неожиданности дёрнулся и выронил банку, которая должна была стать смотровой башней на его стене.       — Я сейчас пойду, проверю одну бредовую идею... — она закинула на плечи мешок и направилась на выход. — Не бойся, ничего опасного. Не ходи за мной, а то я до конца дней от позора не отмоюсь.       Борис как-то ошалело кивнул. Кэрол собралась с силами и покинула Убежище, направляясь в музыкальный отдел. Если уж и учиться ходить сквозь стены, то через те, в которых уверен. Лишь бы Генри продержался до того момента, как она его найдёт!

***

      — ГДЕ МОЙ БОРИС?! — неистовствовала Алиса, держа ослабшего от падения Генри за ворот пиджака. — Ты посмел спрятать его от меня? Ты и твоя глупая девчонка! Почему Киномеханик не добил её! Я столько сил потратила на его поиски, и всё впустую?! Говори, где он прячется! Говори, или придётся вытаскивать из тебя информацию щипцами.       Генри упрямо молчал. Не только потому что находился в близком к обмороку состоянии, но и потому что ни за что не выдал бы своих близких врагу. Пытки до ужаса пугали Штейна, но ещё больше пугала картина расчленённого Бориса. Ни ему, ни Кэрол он такой судьбы не желал.       — Я убью тебя! Я буду мучать тебя так долго, что Чернильный Демон покажется тебе милосердным добряком! Я порву тебя на клочки и развешу их по всей студии, чтобы та мерзавка видела!.. — Алиса вдруг замолчала. Затем на её оцепеневшее от внезапного прозрения лицо наползла мрачная радость. — А ведь это идея... Сказать девчонке, что ты в моих руках и потребовать обмена. Твоя жизнь на Бориса!       Генри протестующе захрипел, вяло ударяя Алису по рукам. Удар не достиг своей цели, обессилев на середине пути, и бессознательное тело обмякло в руках мучительницы. Та не стала утруждаться держать его на весу и разжала пальцы. Генри с глухим стуком повалился на пол.       — Что ж... А на случай, если она не дорожит жизнью своей няньки... У меня есть запасной план.

***

      Разумеется, пройти сквозь стену с первой попытки не получилось. Кэрол вернулась к той самой, которую смог преодолеть отец, но вместо магии просто врезалась в доски. Она даже пыталась применить волшебную силу воображения и бред в духе «мысли материальны, используй их, чтобы менять мир», — всё без толку. О первой дюжине попыток даже рассказывать стыдно. Вроде и взрослая женщина, а такой ерундой занимается!       В какой-то момент Кэрол посетила мысль, что всё дело в пентаграмме. Она попыталась как-то использовать эту догадку, и снова безуспешно. Но на всякий случай пентаграмма была скопирована на обратную сторону списка вопросов. Так, на всякий случай.       Наконец Кэрол заглянула в дыру в стене, заполненную чернилами. Вот это уже выглядело как что-то, что можно было использовать. Странно, как долго до девушки доходила эта мысль. Она попробовала нырнуть внутрь, но не пролезла между досок и только ещё больше испачкалась в чернилах.       Время летело, а у Кэрол так ничего и не выходило. Один только раз она почувствовала какой-то импульс, изменение. Её рука будто вошла в поток, который понёс её вперёд, втягивая в стену, но Лоуренс так испугалась этой неожиданности, что отдёрнула руку обратно. Повторить успех снова так и не получилось. Когда Кэрол, залив в себя полбанки супа для уверенности, уже который раз попыталась вновь попытать свои возможности, по коридору поползла чернильная сеть. Блять.       Пришлось бежать со всех ног, надеясь укрыться в папином убежище. На сей раз Кэрол крупно повезло. Во-первых, у неё была хорошая фора; во-вторых, Демон даже не заходил в зал записи, пока искал её. Железные ворота закрылись, и девушка устало опустилась на табурет. Остаётся только ждать, пока Бенди не уйдёт подальше.       

***

      Она, Демон, Чернила, снова Она, Она, Чернила, Она пытается спасти его, протянуть руку, Бенди загораживает её, Бенди нависает над ним, Бенди склоняется над ним, Бенди впивается в него когтями, Чернила льются рекой. ЛЖЕЦ, лжец, Он ужасный лжец! За что? Почему Лорд оставил его? Она пытается озарить своей памятью бездну отчаяния. Она ничтожна по сравнению с Бенди. Она не сильнее Чернил. Руки не слушаются. Ноги заплетаются. В голове полный хаос. Нет, в голове совершенно пусто. Нет, наоборот. Слишком много. Слишком больно. Он мог бы плакать, но держался. За что? Разве он не достаточно сделал? Он отдал Ему всё, он готов был отдать Лорду любовь, сердце, жизнь, душу. Так почему Господь отверг его дары? Почему вместо свободы Он даровал только боль и смерть?!       Где он лежит? Сколько он уже тут? Хотя какая разница! Есть ли смысл думать об этом, если нет смысла вставать? Главное, что вокруг разлиты Чернила. Что это? Благословение? Проклятие? Величайший дар Лорда-предателя или гнусная насмешка Лжеца?       Он отдал Ему двух овечек. Двух! Кто ещё мог такое предложить? Более того, он отдал на заклание ту, кто больше всех напоминала Её. Это был ценнейший дар, великая жертва, но Лорду было мало! Что нужно сделать, чтобы обрадовать Его? Умереть? Ну уж нет, не дождётся.       Если овечки выжили, интересно, как скоро они уподобятся Потерянным.       Точно. Потерянные. Он забыл о Потерянных! Ведь пока он тут лежит, они продолжают верить в этого гнусного обманщика. Так не пойдёт. Сколько времени Сэмми не навещал их? Придётся сделать длительный обход по студии, чтобы обойти все их убежища. Хотя он и чувствовал раздражение от того, что вместо решения своих проблем должен бежать к подопечным, ему не терпелось поскорее сообщить им важные вести.       Вцепившись полужидкими пальцами в щель между досками, Сэмми потянул себя вверх. Безудержная ярость быстро привела его в сознание и помогла встать.       «Ты заплатишь за свою ложь! Ты ещё пожалеешь о своём предательстве!»

***

      Кэрол шла по коридору по направлению к лифту. Что ж, раз ничего не получилось, придётся придумать что-то ещё. Генри сейчас там, внизу, совершенно один, а девушка только время зря теряет. Она уже отчиталась перед Борисом и убедила его оставаться в убежище, никуда не высовываясь. Теперь оставалось только искать новый способ помочь Генри. Бегом, пока есть время, пока с ним не успело (не дай Бог) ничего случиться. Если Генри умрёт... Нет, нет, всё с ним будет в порядке, он сильный. Правда ведь?..       Кэрол прибавила скорости и так быстро, как могла, понеслась по лестнице. И всё бы ничего, если бы над её головой не раздался голос Алисы.       — Кэрол, милая, — она звучала как Сьюзи, и у Кэрол защемило сердце. — У меня есть кое-кто, кто очень тебе дорог.       Кэрол нервно сглотнула.       — Если ты приведёшь Бориса к моей двери, я верну тебе Генри. И лучше бы тебе поторопиться — ему сложно терпеть пытки. Если ты решишь, что ты умнее меня и можешь не играть по моим правилам... — она выдержала драматичную паузу. — Он навсегда останется в Тёмных лужах.       Алиса злобно рассмеялась, и динамики затихли. У Кэрол подкосились колени. Что же делать?..