Вопросы, в которых разбирается Лин (июль-август 1996)

      Лин заметила Аннетт в конце коридора, ведущего к лифтам, и ничуть не удивилась тому, что рядом с ней стояла малышка Шерри, а вернее сине-голубой рюкзак на ножках, потому что спины девочки за ним почти не было видно. После двух недель командировки в другом городе Фиэрусс чувствовала себя гораздо лучше, поэтому ускорила свой и без того быстрый шаг. Приложив указательный палец к губам и тем самым подав знак Аннетт, чтобы та не выдала её присутствия, девушка приблизилась к Шерри и опустила ладони на её глаза. Девочка, до этого что-то увлечённо рассказывающая матери, замерла на несколько мгновений, явно перебирая в уме лица тех, кто мог бы вот так разыграть её, и наконец воскликнула с неподдельной радостью в голосе: — Лин! — не дожидаясь ответной реакции, Шерри развернулась, заключая молодую исследовательницу в крепкие объятья. — Я так соскучилась! — И я! — Лин обняла девочку в ответ, думая о том, что Вескер был в чём-то прав, когда сказал, что она нашла себе достойную подругу. Шерри была единственным человеком, с которым она могла быть собой и даже не задумываться о своём поведении. — Как твои дела? — девушка опустилась на колено, чуть сжимая руками плечи малышки Биркин и заглядывая в её глаза. — Отлично! — та же улыбалась настолько широко, насколько возможно. — А у тебя?.. — но Лин не успела и слова вставить, когда Шерри всплеснула руками: — У меня только проблемы с английским и чтением… может, ты мне поможешь? — Я? — Лин невольно усмехнулась. — Как же я буду тебя учить английскому, если я сама — наполовину русская? — Ты русская? — Шерри от удивления даже приоткрыла рот. — Лин, а в школе говорят, что в России хотят захватить США, — проговорила она растерянно и серьёзно одновременно. — Разумеется, — фыркнула Лин. — И начинают с захвата маленьких девочек! — и на этих словах она принялась щекотать Шерри, по-настоящему получая удовольствие от её звонкого заливистого смеха. — Ну прекрати! Ну перестань! — девчушка извивалась, как могла, пытаясь отодвинуться от Лин и с трудом переводя дыхание между приступами смеха, и в конце концов повисла у неё на руках. — Успешно съездили? — Аннетт, на лице которой извечной печатью застыла усталость, тоже улыбалась, наблюдая за ними обеими. — Да, неплохо, — отозвалась Лин коротко.       Она посещала Париж отнюдь не по делам, о чём женщина, разумеется, не знала: Фиэрусс испытывала необходимость оказаться подальше от лабораторий хотя бы ненадолго, и это позволило ей немного перевести дух. — Ой, Лин! — Шерри, наконец отдышавшись, потянула девушку за руку. — Можно я тебе покажу кое-что? У меня же началось рисование… Помнишь, я тебе говорила, что буду ходить? Лин, мне так нравится! — и она принялась копошиться в своём портфеле, пока исследовательница выпрямилась, с умилением глядя на неё. — Вот смотри! — Она наконец достала аккуратную папку, украшенную цветами, и, раскрыв её, вытянула альбом для рисования. Найдя нужную страницу, девочка с воодушевлением повернула её к Лин. На рисунке был изображён мужчина со светлыми волосами и в цветастом костюме, лицо которого было прорисовано с особой тщательностью, хотя и по-детски неумело. — И кто это? — После череды безмолвных попыток разгадать замысел художника Лин сдалась, с любопытством посмотрев на Шерри, которая гордо заявила: — Это «Герой»! Нам дали задание — нарисовать Героя, и вот!       Брови исследовательницы невольно поползли вверх, что вызвало тихий смешок Аннетт, но Лин не растерялась: — А вы знаете, кого-то он мне напоминает… — девушка прищурилась, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, чтобы лучше понять, кого именно. — Мне кажется, это дядя Вескер, — наконец выдала она. — Дядя Вескер? — изумлённо повторила Шерри, разворачивая рисунок к себе, чтобы заново взглянуть на своё творение. — Нет, Лин, вообще не похоже, ты чего! — Просто не хватает важной детали, — пожала плечами исследовательница. — У тебя есть чёрный карандаш? — она осторожно забрала альбом из рук девочки, пока та с готовностью занялась поисками пенала, чтобы через несколько секунд вручить Лин искомый художественный инструмент.       Закусив губу, Фиэрусс быстро набросала несколько плавных линий, постепенно делая их заметнее, обводя и закрашивая, пока на лице у «Героя» не появились солнцезащитные очки. — Вот! — наконец заключила она, возвращая Шерри карандаш и демонстрируя картину обеим Биркин. — Ну Лин, ну ты испортила мне рисунок! — девочка взяла обратно свой альбом, но несмотря на отголоски обвинения в словах, она по-прежнему сияла улыбкой, в то время как Аннетт словно невзначай коснулась рукой носа, пряча признаки беззвучного смеха. — В школе у меня всегда было плохо с рисованием, — вздохнула Лин, ощущая, как становится легче на сердце от глупой шутки. — А с чем было хорошо? С химией? — Шерри аккуратно сложила всё обратно в портфель. — С химией определённо… но лучше всего мне давалось поедание мороженого, — и, перехватив взгляд малышки, Лин подмигнула ей, не сомневаясь, что девочка поймёт её и примет приглашение. — Мороженое! — Шерри почти подпрыгнула на месте, с надеждой посмотрев на Аннетт. — Можно, мам, можно?! — Конечно, можно, — отозвалась та с теплом в голосе, а Лин невольно подумала о том, что женщина в каком-то смысле рада предложению младшей исследовательницы. — Я потом провожу её до дома, — Лин и сама готова была прыгать от счастья, хотя никогда особо не любила мороженое. Слишком уж давно у неё не было такого сильного желания подурачиться, отложив неминуемое возвращение в свою подземную жизнь. — Спасибо, Лин, — кивнула в ответ Аннетт. — Не за что, — покачала головой девушка, протягивая ладонь Шерри, которую та незамедлительно сжала.