Трещина на самом сердце

      Да Ён чувствует себя максимально некомфортно, несмотря на полную тишину на балконе. Ее нарушала только лишь приглушенная музыка, доносившаяся с первого этажа. Девушка старалась не смотреть на парня, который так нахально нарушил ее покой. Ей казалось, что любое движение, будь то излишне громкий вздох или легкое подрагиваение пальцев, может привлечь к ней внимание. А может и спровоцировать на необдуманные действия. Казалось, что и время остановилось.       - Ли Да Ён… - парень только сейчас повторил ее имя, словно пробуя его на вкус.       Брюнетка, услышав это, инстинктивно повернулась в его сторону. Нам Гю вытащил сигарету из своей пачки, повертел в пальцах и тут же убрал обратно.       - Угостишь своей?       Он полностью поворачивается в ее сторону, облокачиваясь локтем на спинку дивана. Их взгляды тут же встречаются. Да Ён вглядывается в черные, ненормально округлившиеся зрачки юноши. Для нее все это чуждо. Может она и имела вредную привычку, может и выпивала без особого угрызения совести, но наркотики - это табу. Такое табу, что девушка лишний раз обходила всю информацию в интернете о них. О том, как вычислять наркоманов и отличать их от пьяниц, узнала от подруги, которая на одной из таких вечеринок повздорила с подобной личностью. Может это был он же?       Да Ён тянется за своей пачкой. Взгляд падает на стоявший рядом коктейль. Надо выпить для храбрости еще немного. Так он примет ее за «свою», за тусовочную, и может потеряет интерес. Может трезвые девушки привлекают его больше? Может ему хочется уломать именно трезвую? Почему она опять начинает думать об этом?       Руки ее немного трясутся, от чего сигарету она достает не с первой попытки. Парень рядом лишь усмехается с каждой неудачи.       - Я тебя не помню. - его голос словно зазвучал осознаннее.       - А ты под кайфом точно людей запоминаешь?       Да Ён хочет шлепнуть себя по губам. Вроде старается лишний раз не дышать и не привлекать внимание, а вроде и язвит на ровном месте. Благо, как подметила для себя девушка, он на ее колкости не обратил внимания. Ни на первую, ни на вторую.       Она и сама достает себе сигарету, перед этим отпив значительно большой глоток коктейля. Даже вытащила из него трубочку, чтобы такие действия давались проще.       - Ты здесь впервые, не так ли? Его фраза звучит ядовито. Да и на губах чувствуется ухмылка. Она снова попадет в западню.       - Ну, come on, - протягивает он. - поговори со мной. Мне одиноко, и вообще ты заняла мое место.        Да Ён снова поворачивается к нему, с опаской. И вправду, ухмылка красуется на его лице. Стоит ли признаться и рассказать правду? «Ты могла уйти сразу же, как он пришел, вот теперь и выкручивайся, Да Ён» - словно ругает себя саму в голове.       - Почему это место твое? Ты вроде не Танос… Хоть и вблизи я его не видела. - девушка старается отвести его внимание от ранее заданного вопроса.       - До этого балкона никто обычно не доползает. И когда я его впервые нашел, я решил, что это станет моим местом. - опять это ядовитая ухмылка.       Девушка украдкой снова смотрит на руки юноши. Он неспокойно перебирает сигарету, и девушке удается разглядеть ссадины на подушечках пальцев. Они уж очень были похожи на царапины от струн. Творческая личность? Или это все тоже из-за наркотиков?       - Ты играешь на гитаре? - тихо спрашивает Да Ён.       Если бы глаза человека могли выпасть от удивления, то это бы точно случилось с Нам Гю сейчас. Он снова поворачивается к ней всем телом. Удивление на его лице начинается меняться на недоверие. По крайне мере так думает Да Ён, судя по сведенными бровям и суженными глазам парня.       - Я понял! - его восклицание и резкая смена эмоций заставляет Да Ён отодвинуться подальше. - Ты фанатка. Все про меня знаешь. Да? Да?       Почему-то в этот момент Да Ён пробивает на смех. Она смотрит то на парня, то обратно на коктейль в своих руках, пытаясь успокоиться. Если она продолжит, то точно не уйдет отсюда. Кажется, что и Нам Гю поймал невидимую «смешинку» и вслед за ней расхохотался. Да и почему «смешинку» и почему именно сейчас с ней? Эта «смешинка» скорее всего была проглочена, выкурена, вынюхана или может даже вколена часами ранее. Мысль эта тут же отрезвляет Да Ён, и она подскакивает с дивана, попутно захватив свой клатч. Она не должна хихикать и вообще контактировать с ним.       - Эй, призрак, погоди. - слышит девушка вслед.       «У него приятный голос и смех» - последнее, о чем думает Да Ён, когда покидает второй этаж.       - Тебе пора прекращать заниматься этим… дикарством.       Голос матери звучал как никогда холодно. Да Ён снова сжимает свои коленки так, что становится больно. Почему все подобные разговоры у них проходили именно за кухонным столом? В месте, где семья обычно собирается не только разделить ужин, но и провести время вместе, поделиться важными событиями. Для Да Ён же кухня стала залом заседания суда. Может поэтому у нее всегда пропадал аппетит, как только она возвращалась домой со школы?       На кухонном столе лежали барабанные палочки. Да Ён забыла спрятать их, после того как вернулась с очередного занятия. Но она и не подозревала, что мать будет шастать по комнате в ее отсутствие.       - Тебе уже 16 лет. Со следующего года начинается старшая школа, выпускной класс, а ты до сих пор стучишь в тарелки? - голос матери был еще и спокойным, что делало весь разговор более зловещим.       Да Ён опустила голову, обратив взгляд на коленки. Ногти впились в кожу так, что потом обязательно останутся следы. Но эмоции надо было подавлять. Так ее учили с детства. Или правильнее будет сказать «запрограммировали»?       - Извини, мам. Этого больше не повторится. - тихо произнесла девушка.       На барабаны она начала ходить с самого детства. Тогда родители не воспрепятствовали ей, так как знакомая психолог сказала, что это будет полезно для развитие мелкой моторики и для мышления в принципе. Более того, Да Ён схватывала материал на музыкальных занятых на лету, значительно выделяясь среди других учеников. Очередная гордость для родителей.       Сама же Да Ён горела этим. Это единственное хобби, которое прижилось и вызывало хоть какой-то интерес. Это единственное, что помогало разгрузиться от навязчивых мыслей об отличных оценках в школе. Девушка считала, что не иметь хобби и только учиться было ненормальным. Словно без хобби ты неполноценная и неинтересная личность. Особенно в ее случае, когда единственное, что она могла из себя представлять без него, это обычную «зубрилу». Таких в школе не любили сверстники.       Но и это ей приходилось скрывать, начиная со средней школы. Отец твердил, что если об этом прознают в школе, то точно заставят выступать на каких-нибудь концертах. А это, в свою очередь, отрыв от занятий. Отрыв от занятий - плохие оценки. Поэтому со временем родители перестали оплачивать музыкальную школу. Сама же девушка старательно откладывала деньги с обедов и упрашивала учителя не снимать ее с занятий и не говорить родителям. Сначала все было хорошо, но потом «финансирование» обедов сократилось. Родители начали упаковывать дочери обед с собой. Может они и догадались, а может и нет. Да Ён уже не узнает об этом.       Учитель в музыкальной школе все же решил помочь девушке. Он любезно сделал ей дубликат ключей от его класса и расписал, когда и в какое время можно проскользнуть в школу. С того дня Да Ён старалась всячески маскировать свое хобби для всех. Прятала палочки за комодом в своей комнате, а на время занятий, говорила родителям, что делает какой-нибудь совместный проект с одноклассниками. Все проходило гладко. До этого дня.       - Ты же понимаешь, что мы тебе зла не желаем. Наоборот. - тон матери не менялся, а каждое слово как иголка, впивавшаяся прям в голову. - Да и это совсем не женское занятие. Найди себе хобби, которое будет соответствовать твоему статусу. И которое не будет мешать учебе.       Статусу. О каком статусе шла речь? Какой статус может быть у подростка? Да Ён задавала себе эти вопросы каждый раз, когда родители заводили подобные разговоры. Ей казалось, что из нее растят робота, не человека.       Мать не ждала никакого ответа. Вывалив эту информацию на дочь, она горделиво задрала подбородок и встала из-за стола. Она почти вышла из кухни, но тут же остановилась. Повернув голову обратно к дочери, ее взгляд скользнул на палочки, лежавшие на столе.       - Выкинь их. А лучше сломай. Прямо сейчас.       Да Ён наконец-то нашла в себе силы поднять взгляд на мать. Глаза наполнялись слезами, а нижняя губа предательский задрожала. Сейчас она не могла справиться с эмоциями и взять себя под контроль. Нельзя плакать, только не сейчас. Потом, в своей комнате.       - Я жду. - процедила женщина.       Да Ён понимала, что если она сама это не сделает, то тогда за палочки возьмется мать. И если это действительно сделать мать, если потушит ее «пламя» прям у нее на глазах, то это убьет Да Ён здесь и сейчас.       Девушка дрожащими руками взяла палочки. В голове пронеслись наверное все песни, которые она ими наиграла. Она отвернулась в противоположную от матери сторону и, надавив со всей силы, разломила палочки на пополам. Из глаз тут же брызнули слезы, но мать этого не видела. Как только она услышала треск, тут же покинула кухню.       Но в этот день, треснули не только палочки Да Ён, но и ее душа.       - Ээээй, мартышка, ты где витаешь?       Со Ён аккуратно тыкнула подругу ручкой прям в щеку. Да Ён, высвободившись из своих мыслей, тут же ущипнула подругу в ответ.       - Отличница блин. А сама на лекциях думает о чем-то. О парняяях? - промурчала Со Ён.       Первые две учебных недели пролетели для Да Ён незаметно. Обычно в этот период преподаватели просто знакомят студентов с материалом, который они должны охватить за год. В этот раз еще и пугали выпускными экзаменами и защитой диплома, которые ждали их уже на следующем курсе. В конце этого учебного года им предстоит пройти пробные экзамены для тренировки. Да Ён это нисколько не пугало, а наоборот, заводило. Проверить себя и свои знания, да и в очередной раз доказать самой себе, что она лучшая, разве не круто? Ну, так считала только она одна.       - Ага, о парнях в основном и думаю. - тихонько произнесла брюнетка.       Ее взгляд тут же устремляется обратно к интерактивной доске. Преподаватель по «торговому праву» выделяет ключевые слова на слайде и активно жестикулирует, объясняя материал. Да Ён изредка выписывает основные для себя моменты. Все равно эту лекцию потом отправят по почте, и она сможет в расслабленной обстановке дополнить свой конспект.       О парнях. Да Ён почему-то зацепилась за это слово. Когда она вообще последний раз думала о парнях? На самом деле, совсем недавно, но до этого, наверное лет сто вообще не вспоминала слово «парень». После вечеринки ее периодически терзали воспоминания о том юноше с балкона. Да Ён не могла выпустить из головы мысль о том, что он возможно играет на гитаре. Тонкие и длинные пальцы с царапинами от струн. Она представила, как он играет на гитаре какую-то незамысловатую мелодию, как его пальцы перебирают струны.       Да Ён тут же шумно выдыхает и хватается за голову. Ну и зачем она об этом думает? В первую очередь, он наркомат, не гитарист.       Но так уже получилось, что в тот вечер она впервые встретилась лицом к лицу и с наркоманом, и возможным гитаристом. Когда она училась в музыкальной школе, ей не доводилось видеть ребят, играющих на других музыкальных инструментах. Изначально ей хотелось пойти именно на гитару, но преподаватель как-то пошутил, что в будущем придется из-за этого отказаться от длинных ногтей. Тогда Да Ён мало что понимала в этом, но почему-то прислушалась.       Из очередных мыслей девушку вывел резкий шум: все в аудитории начали спешно собираться. Лекция пролетела так быстро, что Да Ён и заметил не успела. Конечно, если половину лекции провести у себя в голове. Так и до психушки недалеко.       Да Ён с подругой спешно покидают основной корпус и направляются на парковку. Сегодня среда, а это значит, что у Да Ён была смена в кофейне. Во время учебного года она старалась выходить хотя бы на три смены за неделю. Иногда она брала смены и в выходной день. Хорошо, что расписание на семестр выкладывали за две недели на начала учебы. Так Да Ён могла выставить себе смены аж на полгода вперед, опираясь на дни, когда у нее было три пары, и учебный день заканчивался в половину второго. Смена ее начиналась с трех дня и заканчивала в одиннадцать вечера. За это время Да Ён спокойно выполняла домашнюю работу и дописывала нужные конспекты.       Работа была важна для нее, ведь стипендия должным образом не покрывала «хотелки» девушки. Ее максимум хватало на продукты и немного бензина. А как же покупать новые тетрадки для учебы? А одежда? Да и машина периодически ломалась из-за своего возраста, и на это тоже нужны были деньги.       Родители не знали о подработке дочери. А если бы и узнали, то точно бы прекратили платить за учебу и тем более за квартиру. Физическое расстояние между ними играло Да Ён на руку. Они сами никогда не приезжали и к ней, а если и звонили, то очень редко. Да и разговоры их были только об учебе и все. Все таки хорошо, что она поступила в университет в Сеуле.       Заведя машину, Да Ён вытащила пачку сигарет и вылезла из салона. Со временем девушка поняла, что все вокруг на это все равно. Даже преподавателям. Здесь уже все относились к студентам как ко взрослым людям. Никто бы не стал звонить родителям и рассказывать о том, что их чадо курит возле университета на парковке. Иногда знакомые преподаватели даже «стреляли» у Да Ён сигареты. Она хоть и сгорала от стыда, но потом понимала, что это никак не меняло их отношение к ней. Ведь оценивали они ее не за вредную привычку, а за стремление к знаниями и трудолюбие.       Со Ён, стоявшая рядом, тоже попросил сигарету. Она периодически курила, но Да Ён никогда не видела у нее своей пачки сигарет. В целом ее это не особо волновало, но иногда складывалось впечатление, что это именно Да Ён подсадила ее на вредную привычку.       - У меня сегодня тоже смена, поэтому буду поздно. - пробормотала Со Ён, пытаясь зажечь сигарету противной зажигалкой с колесиком.       - Может все таки пойдешь работать к нам? Я помогу тебя устроиться без особых проблем.       Да Ён переживала за подработку подруги. Хоть Со Ён и работала в хорошем клубе, где следили за распутством и плохим поведением клиентов, у блондинки все же случались неприятности из-за работы. Один посетитель однажды облапал ее в служебной комнате, но Со Ён смогла за себя постоять, из-за чего потом чуть не осталась без работы. А другой посетитель какое-то время сталкерил ее после смен. Благо полиция не проигнорировала и приняла заявление от девушки, и после этого она его не видела. Тем не менее Со Ён все же позитивно отзывалась о клубе и о подработке в целом.       - Не, там такие деньги платят. Да и я стольких знаменитостей вживую видела, Да Ён! А еще туда иногда захаживает Танос. - девушка мечтательно покрутила пряд своих волос.       Танос. Это имя, или если правильно - прозвище, возвращало Да Ён к мыслям о его вечеринке и, как следствие, о Нам Гю. Вроде так зовут этого парнишу. Брюнетка быстро покачала головой, осознав, что сейчас вновь начнет думать о том вечере и о том наркомане. Единственное, чем она могла себя успокоить, было тот факт, что это была их первая и последняя встреча. По крайней мере, так считала или хотела считать сама Да Ён.       Наверное у судьбы все же были свои планы. Пока девушки докуривали свои сигареты и болтали о чем-то непринужденном, на парковке за университетом показалось еще несколько лиц. Трое парней, что-то также активно обсуждающих, быстрым шагом двигались в сторону своего авто. Со Ён тут же замечает фиолетовую макушку, которая принадлежала тому самому Таносу.       - Да Ён! - восклицает подруга, хватая брюнетку за рукав свитера.       Та в свою очередь медленно поворачивает голову в ту же сторону, куда был направлен восторженный взгляд подруги. И тут, сердце словно уходит в пятки. Опять он. Она его узнает по той самой кожанке, в которой он был тем вечером. Потом взгляд поднимается к лицу. Да Ён про себя молится, что она обозналась, но его непослушные черные волосы, убранные за уши, лишь подтверждают его личность. Да Ён оборачивается обратно и смотрит за свою машину. Рядом с ней был припаркован какой-то модный автомобиль неизвестной ей марки, а за ним стоял мотоцикл темно-красного цвета. Глаза девушки начинают бегать и по другим парковочным местам, но она тут же с ужасом понимает, что рядом с ними больше нет других автомобилей. А ведь компания идет именно сюда. Встреча неизбежна.       - О, неужто это малышка Со Ён. Hello, baby! - слышит за своей спиной Да Ён.       Они как-то слишком быстро добрались до них. Танос кладет руку на плечи Со Ён и прижимает ее к себе в качестве приветствия. Да Ён не спешит поворачиваться. Она уже знает, что увидит там его.       - А это твоя подруга? You’ve been talking about her a lot! - английский Таноса звучит одновременно нелепо и забавно.       Да Ён все же поворачивается к ним, хоть и медленно. Как будто в фильмах ужасах. Вот она сейчас повернется, а там какая-то страшилка. В целом, это сейчас совпадало с ее реальностью. «Страшилка» для нее там и правда была.       Брюнетка старается смотреть только на Таноса. Его фиолетовые волосы в принципе помогали приковать внимание. Да Ён, выдавливая из себя улыбку, здоровается со всеми.       Взгляд все же не удерживается только на Таносе. Она теряет над собой контроль, и вот ее глаза направляются в сторону брюнета в кожанке. И тут Да Ён хочется ахнуть. Первым делом она заглядывает ему в глаза и, к своему удивлению и сожалению, обнаруживает ту же картину. Бешеные расширенные зрачки. Стоять ровно у него тоже не получается: он как попрыгунчик то перекатывается с пятки на носок туда-обратно, то слегка подпрыгивает на носочках. Его кроет, и это не остается для Да Ён незамеченным.       Более того, он словно не узнает ее. Смотрит на нее и ничего не говорит. А на что она собственно надеялась? Что какой-то левый наркоман с вечеринки запомнит ее? Может еще и поздоровается по имени? Но не это больше всего задевает Да Ён. Тот факт, что он среди белого дня, на занятиях принял наркотики. Ей хотелось плюнуть ему в лицо. Осознание этого окатило Да Ён холодной водой. Она тут же поняла, насколько далеки они на социальной лестнице друг от друга. На смену страху, который она почему-то испытывала, когда они приближались к ним, пришла злость. Хотелось растоптать его как букашку, унизить и пристыдить. Только вот, ему было бы все равно.       - О, это тот самый призрак с твоего балкона, братан. - говорит Нам Гю, хлопая Таноса по спине.       Глаза Да Ён округляются, а брови взмывают вверх. Кажется он сейчас потушил пожар агрессии внутри ее одной фразой. Неужели запомнил ее?       - Ли Да Ён. - он протягивает ее имя также, как и в прошлый раз.       А на лице все та же ядовитая ухмылка.