Глава 3.

Шел мелкий дождь, по улицам сквозил сильный ветер. Перси возвращался домой через Центральный парк. Погода, в целом, не располагала для прогулок, так что парк был пуст. Иногда мимо мелькали случайные прохожие, спешащие домой. Кто-то выгуливал собаку. Несмотря на плохую погоду Перси искренне наслаждался каждым мгновением. Слишком редко в его жизни случались такие умиротворенные моменты: спасение мира (дважды), а после учеба в колледже не располагали свободным временем. Полтора года назад он устроился на работу, и на удивление она ему очень нравилась. Океан всегда был страстью Перси, ему он и решил посвятить свою жизнь. С греческим миром он особо не контактировал, изредка убивая нападавших на него монстров (слава сына Посейдона шла впереди него, так что не многие чудовища осмеливались напасть на известного героя). Он поддерживал связь со своими близкими друзьями, Нико и Талией, но не более. Ему с головой хватило поисков и шести лет страха за свою жизнь. У него, конечно, были отношения. В колледже он встречался с однокурсницей, потом с девушкой, с которой познакомился в кафе. Расстались они по самым обычным причинам: не сошлись характерами. Да, первые несколько месяцев были наполнены нежностью и влюбленностью, но вскоре запал спадал, и они понимали насколько не подходили друг другу. Перси всегда хотел семью, но понимал, что просто не сможет жить с человеком, не познавшим того же, что и он. Со смертными у них были слишком разные взгляды на мир. Ему было сложно объяснять привычки, полученные ещё в юности, и обстоятельства, их обусловившие. Вскоре он понял, что проще просто не связываться с теми, кто не поймет. Да и запавшие в душу зеленые глаза мешали построению отношений. Он не мог думать о их владелице. Наверное, он окончательно тронулся умом. Ни один, даже самый страстный поцелуй не вызывал в нем столько чувств и не заставлял сердце биться настолько быстро, а колени подкашиваться, как то невинное прикосновение к щеке, что подарила ему богиня охоты. Возможно, он сумасшедший, потому что влюбиться в неё – подписать себе смертный приговор. Сейчас он понимал, что бы обречен с самого начала, но ни о чем не жалел. Богиня луны была прекрасным человеком, как по личностным качествам, так и внешне. Но ни то чтобы о последнем он скажет вслух. Около года назад Аннабет вышла замуж за одного из духов морей. Свадьбу гуляли целую неделю. Ну, а как же: любимая дочь Афины и героиня двух войн. Приглашение ему передала лично Аннабет. Перси, конечно, просто не мог не пошутить про то, что у неё какой-то фетиш на рыбу. Аннабет лишь рассмеялась и шутливо ударила его по голове. Но Перси был действительно рад за неё. Он видел, как горели её глаза рядом с её теперь уже мужем. Аннабет была счастлива, и это главное. И все-таки тогда они приняли верное решение, что расстались. Любовь нашла их позже. Или ещё найдет. Дождь перерос в настоящий ливень, когда Перси вошел в свою квартиру. Он снял ее пару месяцев назад, она была небольшой, но от этого не менее уютной. Она ему нравилась. Сняв уличную одежду, Перси прошел на кухню. Сегодня выдался свободный вечер, и сын Посейдона планировал провести его за просмотром какого-нибудь фильма. Конечно же, его планы сорвались. Он ведь Перси Джексон. За свои двадцать четыре года давно уже пора понять, что в жизни полубога все всегда наперекосяк. - Здравствуй, сын, - сказал Посейдон, объявившийся в его квартире. - Отец, - Перси склонил голову набок в знак приветствия, - давно не виделись. - Действительно, прошло почти семь лет. – Бог морей сел на диван напротив Перси и внимательно следил за каждым его движением. Перси сразу понял, что произошло. - Что нужно от меня Олимпу на этот раз? Зевс опять свои молнии потерял, - он раздраженно взмахнул руками, не обращая внимания на гром за окном, - или вернулась какая-то жутко могущественная фигня, угрожающая миру? Я в этом балагане больше не участвую. Я недостаточно отдал Олимпу? С меня довольно! Во всем теле Перси полыхала ярость. Он, что, мало для богов сделал? Они могут просто оставить его в покое? Он давно перестал быть их мальчиком на побегушках, пусть сами со своими проблемами разбираются. Глаза Посейдона недобро потемнели. Кажется, температура в комнате упала на несколько градусов. - Следи за языком, мальчишка, - голос отца был непривычно низким и угрожающим. – Я хоть и твой отец, но в первую очередь я – бог. Я не терплю неуважения. – Посейдон тяжело вздохнул, устало потер глаза и уже спокойнее продолжил. – Я понимаю, Перси, что ты устал и не хочешь больше связываться с миром богов, но без тебя правда не справиться. - Я за молниями опять не побегу. Посейдон покачал головой и окинул Перси уставшим взглядом. - Побережье штата Флорида уже несколько месяцев терроризирует морское чудовище. Мой брат послал свою дочь, Артемиду, убить его, но ничего не вышло. Чудовище умно, и не появляется, когда дочь Зевса поблизости. После упоминания богини луны Перси уже не слушал. В его сознании всплыли воспоминания о и за первой встрече в Мэн, битве с Атласом, разговоре в её священной роще. Пронзительные зеленые глаза и невесомое прикосновение к щеке. - Эй, Перси, ты меня слушаешь? - А? – Перси аж подскочил. – Да, конечно. Отец не особо поверил, поэтому повторил. - Артемиде нужна помощь с чудовищем. Зевс хотел отправить кого-то из морских божеств, но она была против. Артемида просит тебя о помощи. Ты согласен? - Когда выходим? – спросил Перси, накидывая куртку. Посейдон только покачал головой, пряча улыбку. Он взял сына на плечо и перенес его на побережье. Перси появился на окраине леса, всего в паре метров перед ним начинался песок. Шумел прибой. Чуть вдалеке виднелись крутые склоны гор. В нос ударил резкий соленый запах, из-за чего у Перси вдруг закружилась голова, и он споткнулся об корень, растянувшись пластом на земле. Перси больно ударился плечом о камень. Руку обожгло огнем, и полубог застонал от боли. Тут он услышал приглушенный смех. Перси обернулся, и затуманенным взглядом уставился на богиню луны, сдерживающую улыбку. - Персей, сама аккуратность. - Ненавижу перемещения, - пробубнил Перси, развернувшись на спину. Артемида нависла над ним, уперев ладони в колени, и на её губах виднелась едва заметная тень улыбки. - Ты так и будешь здесь лежать? – насмешливо спросила она, мотнув головой, отчего часть волос упала ей на лицо. Перси сдержал непонятно откуда взявшееся желание убрать прядь с лица. Он все еще дорожил своей жизнью. Но его в очередной раз поразило насколько безэмоциональными выглядели её глаза, несмотря на откровенно веселое поведение. Перси молча продолжил лежать. Артемида закатила глаза и протянула ему руку. Сын Посейдона моргнул, потом ещё раз. Уж слишком эта сцена напоминала ему события многолетней давности. Он поднялся. - Ты же знаешь, на что мы охотимся? – Артемида обернулась на море, на её лицо вернулась привычная маска спокойствия. - На какое-то морское чудовище. Отец не очень просветил меня. - Тогда почему согласился, если не знаешь, с чем имеешь дело? Это слишком легкомысленно. Перси и сам не знал ответа. Он не видел её уже много лет. В его отношениях с Аннабет время сыграло ключевую роль, уничтожив все чувства. Ее он не забывал: конечно, уже не так, как в юности, но она то и дело была в его мыслях. Сейчас, стоя рядом с ней, он чувствовал, как потеют ладони и подрагивать колени. - Вы попросили моей помощи, а требовали, как бы поступили другие боги. – Задумчиво протянул Перси, припоминая разговор с отцом. Ведь она действительно не требовала его помощи. – Наверное, именно это и подтолкнуло меня согласиться. Артемида усмехнулась. Она прошла вперед, к кромке воды, и устремила взгляд вдаль горизонта. - Ты знаешь мифы о своем тезке? – спросила она подошедшего Перси. - Ну, в мифологии я никогда хорошо не разбирался, - он застенчиво почесал затылок, - но Аннабет приложила немало сил, чтобы вдолбить мифы мне в голову. Так что, более-менее что-то помню. - Тогда ты должен знать, кто был его женой, - Артемида обернулась, устремив на него свои зеленые глаза. - Андромеда, верно? – после минутной паузы ответил Перси. – Ее мать разозлила Афродиту, сказав, что она самая красивая. - Только не Афродиту, а морских нимф. - Не суть, - отмахнулся Перси. – Андромеда должна была искупить ее вину и быть принесенной в жертву морскому чудовищу, насланному моим отцом. Но её спас Персей. Так? - Основную суть ты передал. - Артемида поджала губы. – Так вот, именно это чудовище, а правильнее его назвать Кетос, терроризирует Флориду. Мне его не поймать. Оно чувствует мое приближение и остается в море. - То есть план таков: я раздражаю чудовище, что я умею делать просто невероятно, выманиваю его на поверхность, и мы его убиваем. - Ты ко всему так просто относишься? – приподняла бровь Артемида, скрестив руки. - Не вижу смысла усложнять, - развел руками Перси. - Чаще всего оно появлялось на побережье близ штата Калифорния. Я подозреваю, что примерно в том районе находится его логово. Перси мысленно прикинул расстояние и кивнул. Он разулся и зашел в воду. Перси достаточно быстро оказался на глубине. Он опустился на песчаное дно и задумался. Где в океане может жить огромное чудовище? Здравый смысл предположил, что в какой-нибудь огромной пещере. Перси тяжело вздохнул и отправился изучать все пещеры. Спустя полтора часа он начал подозревать, что что-то не так. Он не чувствовал никакого монстра, что было максимально странно. В конечном итоге Перси сдался и решил возвращаться на поверхность. Когда Перси вышел из воды, его встретила встревоженная богиня луны. - Несколько минут назад его видели близ штата Техас.

***

Они уже четыре месяца безуспешно гонялись за какой-то рыбой. Артемида была не просто зла – она была в бешенстве. Она, величавшая охотница из всех, не могла поймать рыбу. Рыбу! Ее это порядком выводило из себя. Даже ее терпению был конец. Они, как кони, носились по всему восточному побережью за огромным морепродуктом, который водил их за нос. Иногда доходило до того, что Артемида уже не выдерживала и срывалась. Ее все начинало жутко злить. В такие моменты Перси вел себя максимально тихо и старался лишний раз не говорить. Один раз он все же получил от неё по полной, когда целый день доставал и так взвинченную богиню глупыми вопросами. К вечеру нервы сдали, и Перси оказался впечатан в землю. Чтобы не добить его, Артемида ушла вглубь леса выпустить пар. Когда сил уже не осталось, она просто оперлась об дерево и съехала на землю. Эта охота изводила её морально. Отец почти каждый день давил на неё, что она не может выполнить возложенную на неё задачу; брат откровенно насмехался; Посейдон отказался оказывать какую-либо помощь, несмотря на то, что чудовище обитало в океане. Даже в детстве она не чувствовала себя настолько беспомощной, как сейчас. Ей было тяжело признавать свою неудачу, но сейчас она правда не справлялась. На неё давил слишком большой груз, и она его не удержала. Артемида прижала колени к себе, и просто сидела в безмолвии леса. Казалось, исчезли все звуки. Слезы сами потекли по щекам, и в какой-то момент она настолько извела себя, что заснула. Проснулась она уже у себя в палатке. Как она там оказалась, догадаться было не трудно. Она поблагодарила Перси за то, что отнес её. Ей была приятна его забота. По голосу Перси было понятно, что парень ожидал минимум смерти за свой поступок. Впервые за эти месяцы Артемида почувствовала небывалую легкость на душе и рассмеялась. С Перси она всегда чувствовала спокойствие. Рядом с ним она расслаблялась, понимая, что в безопасности. Очень нетипичное для неё поведение: она всегда начеку. Сын Посейдона пробуждал в ней, казалось, давно похороненные чувства. Артемида привыкла верить себе, поэтому мгновенно поняла, что с ней происходит. Перси всегда нравился ей как личность, как человек. Свою симпатию к полубогу она никогда не скрывала: он был достойным мужчиной. И последние месяцы дали ей понять, что годы его не испортили. Он все также оставался ужасно невыносимым и до боли преданным. Ах да, это фатальный недостаток… Перси никогда не проявлял неуважения, при этом разговаривая с ней на равных. Охота давалась тяжело, и они всеми силами старались помочь друг другу. Не сказать, что Артемиду не беспокоили её изменившиеся чувства. Она боялась, но не их, а к чему они могут привести. За ней надежно закрепился титул богини, ненавидящей мужчин. Откровенная ложь. Не доверяла им? Она не доверяла людям в принципе. Убивала их? Только тех, кто действительно заслужил её гнев. Артемида никогда не судила о человеке, основываясь только на его гендере. Но сплетни и её нежелание выходить замуж сделали свое дело. Мифы всегда искажали действительность. Люди убежденны, что она убила Актеона только из-за того, что тот увидел её обнаженной. Да она бы ничего ему не сделала, если бы он просто отвернулся, извинился и ушел. Но Актеон, во-первых, откровенно на её пялился, а, во-вторых, прямым текстом заявил ей о своих не самых чистых намерениях и даже попытался воплотить их в жизнь. Но ключевое слово «попытался». Потому что в образе оленя это сделать трудно, а ещё труднее – мертвым. Да, богиня луны жестока, но она ни за что не причинила бы вред невиновному. А сын Посейдона ничего плохого не сделал. Она не хотела, чтобы Перси пострадал по её вине. Он и до этого занимал достаточно важное место в её жизни, но сейчас стал очень дорог. Она не хотела причинять ему боль. Впервые Артемида не знала, как ей быть. С одной стороны она понимала, что лучше обрубить это ещё на корню, но с другой – ей хотелось знать, к чему все приведет. Артемида знала, что нравится ему: и со слов мамы, и по собственным догадкам. А последние месяцы только укрепили это мнение. Артемида не знала были ли ее чувства к полубогу просто симпатией или любовью, сути не меняло. Эта связь разрушит Олимп, а в первую очередь – жизнь самого Перси. Да и его отношение к ней не обязательно могло быть проявлением именно романтических чувств. За неимением других вариантов Артемида решила отстраниться от Перси. Больше не разговаривала с ним по вечерам у костра, как они делали раньше, говорила мало и только по-официальному, старалась сделать все, чтобы оттолкнуть его от себя. Но Перси как будто сделался только настойчивее. Он, со свойственной ему наивностью, не понимал, что с ней произошло и старался как-нибудь помочь. Глупый, глупый! Своими действиями он делал только хуже. С каждым днем сохранять холодное отношение было все труднее. Ей хотелось придушить его, но в тоже время - обнять. Своим искренним поведением он ужасно её раздражал и умилял одновременно. Как можно быть таким… таким. Артемида даже на могла найти слов, чтобы описать его. Они все казались недостаточными для описания сына Посейдона. Но и у Перси был свой предел. В конечном итоге она его довела. - Артемида, что происходит? – он схватил её за руку и повернул к себе. Она пыталась вырваться, но полубог крепко сжимал её запястье. - Персей, отпусти. – Она совершенно не хотела заводить этот разговор. Только не сейчас. - Нет, не отпущу, пока ты не скажешь, какого Тартара, ты творишь. – Артемида поморщилась от боли, когда Перси сильней сжал её руку. - Артемида, последнюю неделю ты ни с того ни с сего ведешь себя ужасно холодно. Я не припоминаю, чтобы сделал что-то такое, что заслужил твой гнев. - Я не злюсь на тебя. - Тогда какого черта? – Ох, он были очень зол. - Я всю неделю пытаюсь понять, что с тобой происходит, но ты просто избегаешь меня! – Он в гневе взмахнул свободной рукой. - Если у тебя что-то случилось, скажи. Я хочу помочь. Он чуть ослабил хватку. - Перси, я не хочу об этом говорить, - её голос дрогнул. – Пожалуйста, отпусти. - Артемида, - тяжело вздохнул он, - пойми наконец: так продолжаться не может! Ты изводишь нас обоих, когда мы больше всего нуждаемся друг в друге. Эта охота не увенчается успехом, если ты и дальше продолжишь избегать меня. Ты всегда помогаешь мне, но свои проблемы держишь в себе. Так быть не должно. Просить помощи - это не слабость. Нельзя все нести в одиночку. Артемида молчала, опустив голову. Сейчас она чувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитывают за проступок. Она понимала, что Перси прав. Ей очень хотелось поддаться его словам, рухнуть без сил и рассказать все, как есть. Она знала: Перси не осудит её. Он поддержит и поможет. Соблазн был столь велик, но Артемида из последних сил противостояла ему. - Знаю, ты не желаешь казаться слабой в глазах других, но ведь это не так. Ты один из сильнейших людей, которых я знаю. Я безгранично доверяю тебе и прошу тебя довериться мне в ответ. Только сейчас, всего один раз. Я просто хочу помочь. Он взял её вторую руку и ободряюще сжал. Артемида устала, откровенно измотала себя за эту наделю. Она довела их обоих до предела. Мысленно богиня пала его жертвой ещё давно, но отказывалась это показывать. Она не может казаться слабой, не перед ним. Этот полубог стал для неё всем. Сейчас, понимая, как Перси тяжело видеть её в таком состоянии, она причиняла боль и себе. Но она не могла позволить себе сдаться: это приведет к ужасным последствиям. - Перси, я правда ценю твое беспокойство. Ты, наверное, единственный мужчина в моей жизни, который так искренне заботится обо мне. – И это была правда. Никто никогда не делал ради неё столько, сколько сделал Перси. Артемида прикусила губу, отвернувшись от него. – Мне приятна твоя забота, и я очень дорожу твоим доверием, но… Прости, ты мне ничем на поможешь. - С чего ты это решила? – удивился Перси. - Артемида, прошу, хватит уже изводить себя. Ты мне даже ничего не сказала, а уже настроенна так категорично. Ну, это же просто абсурд! Я… - Да потому что ты и есть причина! – закричала Артемида, оттолкнув его от себя, и отошла на пару шагов. - Что? Но… - Перси… уходи. - Я не понимаю, что… - Просто оставь меня одну, - она прикрыла глаза, обняв себя за плечи. Она услышала, как Перси подошел к ней, но отвернулась. Ей сейчас было слишком тяжело. Тут до Артемиды донесся отчетливой шум, который неумолимо приближался. Из глубин вод на них надвигалось что-то по-истине огромное. Сомнений не было. Богиня сняла с плеча лук и достала стрелу. Воздух наполнил грохот падающей воды, и чудовище поплыло к берегу. Артемида не двигалась. Она вслушивалась в каждое малейшее движение, мысленно прикидывая размеры и форму монстра. Чудовище все приближалось. Она услышала, как Перси достал Анаклузмос. Когда оно приблизилось на достаточное расстояние, Артемида одним отточенным движением наложила стрелу на тетиву и выстрелила. Она знала, что стрела должна попасть в глаз монстру.

***

Перси не понимал, что произошло. Хотя, немного не так. Он просто не понимал женщин: что Аннабет, что Артемиду, что даже свою маму Салли. Артемида сама сказала, что он ничего не сделал, но все равно на него обиделась. Как это работает? Но когда с оглушительным грохотом из воды поднялось это, все мысли мгновенно улетучились. И как они должны убить его?! Из воды показалась голова огромной змеи, вся усеянная острыми, как иглы, шипами. Перси мгновенно вытащил Анаклузмос и принял боевую стойку, а мега змея все выше и выше поднималась над морем. Своей головой она полностью заслонила солнце. Волны с шумом бились о берег, подходя к ним все ближе. Артемида отскочила назад с тихим вскриком, что очень удивило Перси. Он понимал её нелюбовь к морю: как дочь Зевса богиня избегала владений его отца – но от нее до кромки воды было добрых три метра. Кетос выволакивал из глубин свои кольца, что через несколько секунд закрыл ими все небо, а с ним – и весь свет. Стало темно, как ночью. Перси побежал чудовище, замахиваясь мечом, и на него тут же уставились два огромных светящихся желтых глаза с узкими полосами зрачков. Перси задался вопросом, как Артемида будет стрелять в такой темноте, но тут, быстрее, чем можно заметить, стрела попала в светящийся глаз. Чудовище взревело, и Перси пошел в бой. Он, не останавливаясь, рубил, колол, уворачивался, снова рубил, оставляя глубокие раны; стрелы богини свистели над головой, достигая своей цели. Иногда они отскакивали от прочной чешуи, но в основном застревали между пластин. Некоторые стрелы Кетос вообще не замечал, а другие приносили ему ужасную боль. Тогда он отвлекался, и Перси бил между пластин, вырезая куски плоти и протыкая тушу почти насквозь. Сын Посейдона был с ног до головы в черной крови. Ну, или она была другого цвета, но в темноте было не очень понятно. В какой-то момент даже он понял, что так больше продолжаться не может. - Артемида! Его вообще возможно убить? Что сделал Персей? - У него была голова Медузы Горгоны, - ответила Артемида, появившись рядом с ним как будто из воздуха. Богиня на секунду остановилась, смахнув с лица мокрую прядь, и тут же продолжила выпускать стрелы. Но она даже не смотрела на цель! Перси хотел спросить её об этом, но вдруг подумал, что сейчас не самое лучшее время. Успеет ещё. - Надо что-то придумать, если у тебя, конечно, нет с собой части какого-нибудь монстра, который превращает других в камень и что-то ещё, - прокричал в ответ Перси, прокатывать под внезапно появившимся хвостом Кетоса. – Ты же богиня охоты! Ты должна знать, как его убить. - Я не охочусь на морских существ, - огрызнулась Артемида. Перси увернулся от очередного удара и рубанул мечом. Чудовище заревело от боли, а полубог еле успел отскочить в сторону, когда перед ним упала огромная лапа, накрыв Перси новой порцией крови. - Ну, хоть что-то! Артемида сбежала с хвоста чудовища, уклоняясь от кольца, пытающегося её скинуть. Оно прошлось в паре дюймов от её головы, богиня проскользила под ним и вставила охотничьи ножи в плоть по самую рукоять. Кетос махнул хвостом, и Артемида подлетела в воздух, приземлившись рядом с Перси. Один из её ножей так и остался в хвосте чудовища. - У него пять сердец и прочная чешуя, - Артемида выпустила новую порцию стрел. - Пока это играет не в нашу пользу, - прокричал Перси, отражая очередную атаку. По небу разнесся оглушительный вопль, и полубог только в последнее мгновение заметил, как в их сторону на огромной скорости несется одно из колец. Перси закричал и отскочил назад, схватив богиню, и упал на землю. Перси тут же поднялся на руках, уперев их по обе стороны от её головы. Рыжие волосы спутались и разметались по земле, где-то торчала ветка. Бездонные зеленые глаза, широко распахнувшись, уставились на него. - Горло, - выпалила Артемида. - Что? - Я вспомнила! Горло – его самое слабое место. Если перерезать его, он почти мгновенно умрет. Там проходит одна из важнейших артерий! Нужно его отвлечь. Перси вскочил на ноги, поднимая за собой богиню. - Ты мой гений! – В порыве чувств он обнял богиню, но тут же смущенно отстранился. Артемида ничего не сказала, но Перси заметил, как чуть приподнялись уголки её губ. - План таков, - быстро заговорила Артемида, - я отвлекаю его, бегая по туловищу, а ты подбираешься к голове и убиваешь его. - Звучит очень просто. - Ты же сам говорил, что не видишь смысла усложнять. – Перси сначала опешил, а потом искренне рассмеялся. Да, он влюбился именно в того человека. Артемида осторожно коснулась его плеча и провела вниз по предплечью, но тут же одернула руку и скрылась во тьме. Сын Посейдона быстро замотал головой, смахивая наваждение. Он подумает об этом потом. Сейчас главное убить Кетоса, а поговорить они успеют. Голова чудовища возвышалась над морем, и его единственный желтый глаз внимательно следил за происходящим внизу. Перси глубоко вздохнул и закрыл глаза. Вода шумела и бурлила, волны гневно били о берег, доходя полубогу до щиколоток. Перси чувствовал его, как эта непокорная и могущественная стихия отзывается на зов сына морей. Весь гнев Океана обрушился на Кетоса, заставляя того пригнуться под силой и мощью воды. Перси поднял глаза заметил, как чудовище вертит головой во все стороны, словно хочет что-то, или кого-то, сбросить. Когда Кетос достаточно опустил голову, полубог заметил проблеск серебра. Артемида держалась за один из шипов, но тут же наклонилась. Через секунду чудовище окатило новой волной, ещё более мощной, чем первая. Голова Кетоса теперь возвышалась над землей всего в каких-то семи метрах. Перси разбежался и подпрыгнул на волне, как на трамплине. Артемида замахнулась и вставила в голову чудовища нож. Кетос взвыл и запрокинул голову, оставляя шею без защиты. Одновременно с третьей волной Анаклузмос вошел в сине-зеленую плоть, аккурат в то место, где билась жилка размером с самого Перси. Кетос забился во все стороны, извиваясь всеми своими кольцами. Перси резко вынул меч, и Кетос издал отчаянный вопль, когда его накрыла очередная волна. Артемида не удержала равновесия, заскользив по мокрой чешуе, и сорвалась вниз. Она упала в воду на несколько метров, к тому моменту, как сын Посейдона схватил её руку. Над ними что-то взорвалось, и их накрыло огромной волной вернувшегося в свои берега моря, вперемешку с золотой пылью.

***

Перси поудобнее перехватил вязанку дров и пошел в сторону их импровизированного лагеря. Выходя к поляне он случайно наступил на ветку, но Артемида даже не обернулась. По его мнению это было очень странно: люди всегда оборачиваются в сторону звука – но Артемида была богиней охоты, так что такое для неё должно быть привычно. Перси решил не придавать значения такой мелочи. Богиня сидела около догорающего костра, протянув к нему бледные руки, и, не отрываясь, смотрела вперед. Перси присел рядом и кинул в огонь пару поленьев. Их тут же объяло пламя. Огонь потрескивал, оба молчали. Перси понимал, что они должны поговорить, особенно после того, что они пережили. Но полубог видел, как ей сложно, и не хотел давить. - Ты слишком громко ходишь. Тебя за милю слышно. - Ну, прости, - развал руками Перси. – У меня нет тысячелетнего опыта шастанья по лесам. Сын Посейдона посмотрел на богиню луны. Ее одежда уже высохла, а волосы были ещё влажные. От этого они сильно вились, спадая вниз водопадом крупных кудряшек. - Нам нужно поговорить. - Знаю. - Но ты не хочешь. - Хочу, - вздохнула Артемида, - но не знаю, с чего начать. У меня в голове все смешивается, а мысли разбегаются. Я просто не понимаю. - Говори, что чувствуешь, что у тебя на душе, что тебя мучает. Может это и звучит нелепо, но на самом деле действительно помогает. Артемида подняла на него глаза и долго разглядывала его лицо, видимо пытаясь выискать хоть малейшее признаки лжи. Перси порой забывал, что нужно дышать: под взглядом её пронзительных зеленых глаз он не мог двигаться, да и не хотел. Богиня заговорила, казалось, спустя вечность. - Ты мне нравишься, но я боюсь, к чему это приведет. – Эти слова повергли полубога в шок. Перси изо всех сил старался сдержаться, но в груди разлилось приятное тепло, а губы сложились в широкую улыбку. Скорее всего, он выглядел как идиот, но его это абсолютно не волновало. Артемида отвернулась к лесу. - Ты хороший человек, Перси, я ни в коем случае не хочу причинить тебе вред. Просто… ты слишком идеальный, не то что я… На Олимпе этого не потерпят: я богиня-дева, ты сын главного соперника моего отца. Я растерялась и не знала, что делать. Сейчас это касается таким глупым, но в тот момент это было единственное решение, которое я смогла придумать. - И ты решила отстраниться. - Я… - запнулась Артемида, - в общем да. И даже сейчас я не знаю, что делать. То, что она ему сказала, было совсем не тем, что он ожидал. Но не то, чтобы Перси жаловался. Он был на седьмой небе от счастья! Сложно реагировать иначе, когда женщина, в которую ты влюблен, признается тебе в своих чувствах. Перси, каким бы идиотом он не был, понимал, что сказать это, было для богини немалым подвигом. И он обязан признаться ей в ответ. - Артемида, ты мне давно нравишься. Возможно, я даже влюблен. – Артемида резко обернулась на него, отчего полубог вдруг сильно смутился и потер затылок. - Мне кажется, ты не осознаешь, насколько ты прекрасный человек. Никто не идеален, но, по моему скромному мнению, ты ближе всех к этому понятию. Богиня приподняла бровь. - Я жестка, хитра и коварна, Перси. Навряд ли это качества хорошего человека. - Но это не мешает тебе быть справедливой и честной, защищать невинных и давать молодым девушкам безопасное место и цель в жизни. В тебе много хорошего, даже если ты его не видишь. - Ладно, ладно, я поняла. – Рассмеялась Артемида, отмахнувшись от него. Но Перси заметил еле видимых отблеск золота на её щеках. - Ты от меня просто без ума. - Ты видела меня из Стикс. Разве может быть иначе? - Что? – опешила Артемида. – Я думала, тебя вывела миссис Чейз. - Не совсем. Как бы да, но в тоже время и нет… Там все сложно. Говоря кратко, там была и ты, и Аннабет. – Артемида вопросительно наклонила голову. – Я… это странно. Ваши образы постоянно менялись между собой, но по итогу я взял именно твою руку, но образ тут же сменился на Аннабет. Перси сглотнул, немного опасаясь её реакции. На лице Артемиды было явное удивление, - она точно не ожидала такого – но вскоре на её губах заиграла едва заметная счастливая улыбка. - То есть ты хочешь сказать, что пал жертвой моих чар ещё тогда? - Кокетливо сказала богиня, прикусив губу и глядя на него из-под густых ресниц. Сыну Посейдона потребовались все его силы, чтобы не поцеловать её прямо сейчас. В глазах Артемида плясали черти. Она явно наслаждалась его мучениями. Перси усмехнулся, резко встал и через чур театрально опустился перед ней на одно колено и, подражая средневековым рыцарям, прижал руку к сердцу. - Миледи, я пал жертвой ваших чар уже очень давно. Артемида рассмеялась его выходке, и в её волосы вспыхнули цветом пламени в лучах заходящего солнца. Прекрасное зрелище. Но её плечи мгновенно опустились, улыбка сошла с лица. - Я… никто, кроме моего брата, мамы и Гекаты, не знает этого, - тихо сказала она, обхватив себя за плечи. – Она и помогла скрыть это. Зои сама догадалась, но больше никто. - Артемида, - Перси осторожно положил руку ей на плечо. Богиня напряглась, но через мгновение закрыла глаза и расслабилась. – Я люблю тебя, а не какой-то факт из твоей биографии. Поверь, за эти годы я такого повидал, что меня сложно чем-то удивить. Артемида закусила губу, но не сказала ни слова. Она закрыла лицо руками, уперев локти в колени. - Ты сожгла заживо целый город? Уничтожила страну? Продала дьяволу свою душу? – На последнем предложении Артемида издала тихий смешок и покачала головой. – Не ну, всякое бывает. - Перси пожал плечами. Тут Артемида подняла голову и уставилась на него в упор. Вместо привычного цвета свежей зелени на него смотрели два серебряных шара, две луны. У Перси выбило весь воздух из легких, когда он понял, что её глаза застигает белая дымка. Артемида отвернулась. Перси убрал руку. - Я слепа, Перси, - тихо сказала богиня, поджав колени. От этого действия она стала выглядеть совсем крошечной и слабой. В Перси взвыл какой-то первобытный инстинкт – защитить. Он осторожно взял ее за руку, переплетя ее пальцы со своими, и нежно сжал. - Знаешь, а серебро тебе больше идет. Я еще никогда не встречал таких красивых глаз. Но еще я никогда в своей жизни не видел такого прекрасного человека. Артемида обернулась на него. И боги, он был прав: у нее действительно красивая улыбка.