Шаг навстречу

!Забыла написать в первой части, Акира Морисима до 16 лет занималась гимнастикой. Поэтом она гибкая и спортивная. Позже бросила и начала заниматься стрельбой из лука🏹 и ходить в тир🔫! а ещё она немного боится мужчин из-за травмы, но она её уже почти поборола!

Боль стала глухой. Как эхо. Акира чувствовала, как её тело плывёт — словно в воде. Голоса где-то рядом, но далекие. Сквозь полузакрытые глаза она видела небо. Не мертвое серое, как раньше, а насыщенное розовым закатом. Она услышала фразу: — Нам нужен врач. Она потеряет много крови. Я хоть и врач, но я сделал всё что можно было, у нас нет специальных принадлежностей. Чишия. Его голос узнается всегда — холодный, ленивый. — Везём её на "Пляж", — сказала Куина.— Там есть всё. Их шаги ускорились. Машина. Запах бензина. Ветер.Пограничье менялось. И она — вместе с ним.

***

Спустя несколько часов, когда она проснулась, Боль в боку была тупой, но назойливой — как напоминание о том, что здесь смерть ближе, чем дыхание. Она посмотрела вокруг ничего не понимая, как маленький котёнок которого привезли в новый дом. Комната была довольно таки уютной. — Очнулась, — рядом сидела Куина, на стуле, с влажной салфеткой в руке. — Где мы? — хрипло спросила Акира. — "Пляж". Группировка. Здесь собирают карты, объединяются.— ответила она и дала девушке воды.— Местами — полезные люди. Местами — фрики.— добавила Куина и улыбнулась.— Но пока ты не умрёшь, мы — друзья. Акира медленно поднялась на локтях. Рана была перевязана. Боль тупая, но терпимая. — Он тоже здесь? — спросила Морисима, Куина улыбнулась. — Нираги? Конечно. Он здесь как дома. Один из верхушки. — ответила Куина и заправила волосы девушки за уши.— Он же стреляет, когда скучно. Но тебя он не добьёт.— добавила шёпотом.— Ему ты нравишься, кажется. Акира только скривилась.

***

Через час к ней зашла какая-то девушка. — Шляпник хочет видеть тебя, — произнесла девушка с пепельными волосами и серьёзным лицом.— Он не любит, когда новенькие появляются без его ведома. Особенно раненые. Девуша шла за девушкой с пепельными волосами по коридорам осматривая помещения, а после заметила что она всё ещё была одета в свою грязную одежду. Когда они подошли девушка открыла дверь, Морисима зашла после неё. В комнате пахло сигарами, алкоголем и духами. Музыка доносилась из первого этажа и бассейна. Будто специально, чтобы тишина ощущалась сильнее. Шляпник сидел на диване, в шортах и пляжной рубашке, раскинув руки, как король на троне. Вокруг него — несколько людей: охрана, кто-то с оружием, кто-то без. Акира знала, что этот мужчина перед ней опасен — но не в лобовом смысле, как Нираги. Шляпник был как яд в вине. Сладкий, привлекательный, и смертельный, если глотнёшь слишком много. — А вот и ты, — сказал он.— Новенькая, которую чуть не порезали, но спас сам Нираги. — он поднял палец вверх.— Это редкость. Он обычно не спасает, он — заканчивает.— ухмыльнулся Шляпник. Акира не ответила. — Умеешь молчать. Мне это нравится.— сказал мужчина и поправил рубашку. — Имя? — Акира Морисима. — Красивое, как и ты.— добавил он тихо. — Тебя уже просканировали — ты не шпион, не убийца. Просто умная. — посмотрел на её грязную футболку в крови и добавил.— И… раненная. Он встал, подошёл ближе. — Нам нужны такие. Умные, спокойные,с опытом психологии.— начал перебирать на пальцах.— У нас есть игроки, бойцы, фанатики…Но мало тех, кто читает ложь по глазам.— он прищурился вглядываясь в её голубые как океан глаза.— Думаю, ты это умеешь? Акира лишь молча кивнула. — Тогда… добро пожаловать на Пляж.— развёл руками шире будто ожидал аплодисментов и обвёл глазами всю комнату людей с вышки. Боевиков и его товарищей. Он протянул руку. Она не хотела жать её. Но пожала. — Если ты предашь нас...Тебя не спасёт даже твой герой, — добавил он, ухмыляясь. — Кстати. О нём.— добавил Шляпник.— Он посмотрел в сторону — и дверь открылась. Нираги. В чёрной майке, с перевязанным запястьем, с ленью в шаге и огнём в глазах.Он выглядел расслабленным. Даже ленивым. Но его взгляд скользнул по ней — как клинок по коже. В нём не было нежности. Но были внимание. Острое. Неприятное. Притягательное. — Ты решила остаться, Морисима.— слегка улыбнулся Нираги.— Хороший выбор.— а после подмигнул. — Он просил, чтобы ты жила в его блоке. Говорит, «ей будет там спокойнее»— добавил Шляпник улыбаясь. Акира бросила в него взгляд — не испуганный. Скорее: "Ты серьёзно?" Нираги пожал плечами, как будто это был подарок, а не контроль. А затем медленно подошёл к ней. — Добро пожаловать в Ад, кукла. Тут хотя бы весело. — сказал Нираги ей на ухо.

***

После долгого дня, наполненного редкими моментами покоя — прохладной водой бассейна и смехом, который звучал чужим даже в собственных ушах — Акира ушла гулять одна. Она сказала Куине, что хочет побыть немного наедине. На самом деле, просто не могла сидеть в комнате — стены давили, как будто сжимались вокруг неё. Она поднялась на крышу. Здесь было свежо, а город внизу мерцал огнями, как будто продолжал жить своей жизнью, игнорируя агонию Пограничья. Крыша встречала её прохладным ветром. Над головой рассыпались звёзды, внизу шумел город, и «Пляж» на мгновение казался не ареной выживания, а местом, где можно просто быть. Она села на край и свесила ноги, начала вспоминать о своей жизни до Пограничья. Хоть она и появилась тут только вчера. У неё было ощущение что уже месяц она торчит тут. — У тебя всегда такой драматичный вид? — прозвучало за спиной. Голос. Резкий, слегка насмешливый. Узнаваемый. Акира не обернулась сразу. Лишь медленно выпрямилась, словно давая себе секунду на защиту. — Не спится? — спросила она спокойно. Нираги стоял у двери, прищурившись, будто сам ещё решал — зачем пришёл. Он выглядел так же, как и всегда — небрежный, слегка опасный, с привычной тенью безумия в глазах. Но сейчас в нём было что-то тише. Уставшее. — Я думал, крыша пустая, — сказал он и подошёл ближе. — А тут ты. Молча смотришь в темноту, как в кино. — Иногда темнота — это лучшее, что можно видеть, — ответила Акира, скользнув по нему взглядом. — Тут никто не требует от тебя быть кем-то. — Красиво сказала, — усмехнулся он. — Или ты репетируешь перед зеркалом? — А ты всегда так раздражаешь людей, или это тоже роль? — её голос был твёрдым, но не агрессивным. Нираги чуть приподнял бровь. — Люди раздражаются, когда ты не играешь по их правилам. — А ты по чьим играешь? На миг он замолчал. Глаза Нираги блеснули в темноте, как у зверя, выследившего движение. — Сейчас — ни по чьим, — произнёс он медленно. — Но, может, это и есть моя игра. Акира взглянула на него. Слишком близко. Слишком спокойно для человека, который стреляет без колебаний. Но в его взгляде не было угрозы. Только странное, тихое любопытство. И утомление. — А ты чего здесь? — спросил он. — Не похожа на тех, кто любит одиночество. Хотя...выглядишь так, будто в толпе тебе ещё хуже. — Я не прячусь. Просто привыкаю к тишине, — честно ответила она. — Когда всё кругом шумит, трудно услышать себя. — И что ты слышишь? — чуть склонив голову, спросил он. — Пока только... шум и тебя, — прошептала Акира, почти себе. Нираги на секунду опустил взгляд. А потом сел рядом, не спрашивая разрешения. Просто так. — Удивительно. Ты не боишься меня.— заговорил тот. — Нет, боюсь, — ответила она, чуть усмехнувшись. — Но это не мешает мне видеть, что ты живой. — Тем более ты спас меня, я благодарна.— улыбнулась она и посмотрела в сторону парня. Он молчал. И в этой тишине между ними было нечто странное — не угроза, не флирт, не доверие. Что-то зыбкое. Что-то... опасно-человеческое. А где-то внизу «Пляж» продолжал жить своей ночью, и только здесь, на высоте, казалось, что время остановилось. Небо медленно темнело, окрашиваясь в сине-серые оттенки, когда Куина открыла дверь на крышу и вышла, держа в руках четыре банки газировки. — Ну конечно… — хмыкнула она, заметив сидящих у края крыши Акиру и Нираги. — Нашла где перезагрузиться… в обнимку с поджигателем. Чишия появился следом — бесшумно, как тень. Он оглядел сцену перед собой и, приподняв бровь, издал почти невесомый смешок. — Романтика на высоте. Надеюсь, вы не планируете вместе прыгать, — сказал он с привычной холодной усмешкой. Нираги лениво повернул голову, не отпуская Акиру, которая сидела рядом, прижав колени к груди. — А вы что, решили тоже воздухом подышать или скучно стало без нас?— Спросил Нираги. Куина шагнула вперёд, глядя на них, будто оценивая постановку. Затем театрально сложила руки за спиной, изогнулась в спине и начала говорить носовым, нарочито ленивым голосом, имитируя Нираги: — "Я не собирался влюбляться, но она….тьфу ты, зараза, сидит рядом, и я не могу оторвать глаз!" А затем резко повернулась к Чишие: — Давай, ты — Акира. Чишия вздохнул, но, к удивлению всех, пошёл на игру. Он присел рядом с Куиной,скрестил руки на груди и, глядя в пространство, сказал чуть усталым голосом: — "Он раздражает меня. Но когда он рядом — мне странно спокойно. И это пугает." Куина фыркнула и театрально смахнула «слезу». — Ах, любовь на фоне апокалипсиса. Классика! Акира вздохнула, но не смогла удержаться от улыбки. На щеке у неё дрогнула ямочка. — Вы оба идиоты, — сказала она, мягко, но с теплом. Нираги фыркнул, но уголки его губ тоже дрогнули. — Ладно, идите уже сюда, раз пришли. Куина довольно плюхнулась рядом, протянула банку Акире, а Чишия устроился чуть поодаль, в своём обычном отстранённом стиле. Теперь они сидели вчетвером. Словно чужие в этом чужом мире. Но сейчас, на этой крыше, они были просто компанией друзей — пусть и с разными масками на лицах. Нираги покосился на Чишию, устроившегося чуть поодаль, и сощурился: — Не знал, что ты теперь участвуешь в школьных театральных постановках. — Иногда полезно сменить амплуа, — отозвался Чишия, глядя на небо. — А то с тобой и так всё предсказуемо: огонь, хаос, немного флирта с психозом. Куина рассмеялась, открывая свою банку газировки: — Да брось, Чишия, ты просто завидуешь. Им тут, гляди, уже третий акт драмы пошёл, а ты всё со своей загадочной отстранённостью. — Завидую? — переспросил он, чуть повернув голову. — Скорее… наблюдаю. Это любопытно. Акира почувствовала, как взгляд Чишии на мгновение коснулся её — мимолётный, как порыв ветра, но в нём что-то было. Словно он видел больше, чем говорил. Она отвела глаза и сделала глоток газировки, которую ей дала Куина. — Не всё, что кажется драмой, им и является, — тихо произнесла она. — Иногда это просто… способ дышать. Куина кивнула, вдруг посерьёзнев: — Да. Особенно когда кажется, что воздух заканчивается. Нираги нахмурился, но не сказал ничего. Просто уставился в даль, где огни разрушенного города мерцали словно разлитые по горизонту звёзды. — Знаете, — произнес он после паузы, — если бы мне кто-то месяц назад сказал, что я добровольно буду сидеть на крыше с вами — я бы рассмеялся и, скорее всего, вышвырнул этого кого-то с этой самой крыши. — А сейчас? — спросила Куина, прищурившись. Нираги пожал плечами: — Сейчас… может, просто слишком устал. Чишия тихо выдохнул сквозь нос — почти улыбка. — Усталость делает из нас людей. Наступила короткая тишина. Но она была не тяжёлой — почти уютной. Каждый думал о чём-то своём, но в этот момент они были рядом. И этого было достаточно. Они сидели вчетвером, рассеянно болтая, перебрасываясь фразами, которые в другой жизни могли бы звучать за чашкой кофе, а не на крыше, где ветер гонял пыль прошлого. — Мне кажется, у Чишии не кровь, а холодный чай, — произнесла Куина, вытягивая ноги вперёд. — Серьёзно. Он ни разу не дернулся, даже когда мы встретили того психа с мачете. — Я просто не люблю тратить энергию на панику, — отозвался Чишия, ковыряя пальцем бирку на банке газировки. — К тому же, паника уродует лицо. — И ты заботишься о своей внешности? — хмыкнул Нираги. — Это что-то новенькое. — А вот ты наоборот, — не моргнув, ответил Чишия. — Вечно смотришь так, будто хочешь сжечь кого-то взглядом. И прическа будто после драки с феном. Акира хихикнула, прикрывая рот ладонью. Ветер чуть тронул её волосы, и она на секунду забыла, что сидит рядом с мужчиной. Рядом с тремя. Раньше это казалось бы невозможным. Она немного поёрзала, стараясь сидеть не слишком близко, но и не в стороне. Это был её вызов самой себе. Маленький, но важный. Куина краем глаза это заметила, и, не говоря ни слова, просто слегка толкнула её плечом, как будто случайно. Акира улыбнулась ей — взглядом, в котором было спасибо. — Если вы все вдруг начнёте нормально разговаривать, я точно подумаю, что что-то не так, — сказала Акира выпрямляя ноги и свешивая их. — Нормально — это скучно, — протянул Нираги. — Лучше быть собой. Даже если ты странный. — Особенно если ты странный, — добавила Куина, глядя на Чишию. — Особенно если ты настоящий, — тихо добавила Акира. Все замолчали на секунду. И в этой тишине не было неловкости — только лёгкость. Почти как дружба. Почти как дом. — Знаете, — протянула Куина, глядя на них троих, — у меня идея получше, чем торчать на холодной крыше, притворяясь философами. — О да, — лениво бросил Чишия. — Расскажи, как ты спасёшь нашу ночь. Куина встала, стряхнув с себя воображаемую пыль с колен. — У меня в комнате две спальни. Ну, как бы... две комнаты. В каждой — по двуспальной кровати. Она взглянула на Акиру, потом — на парней. — Учитывая, как вы тут слились в ночной клуб по интересам, предлагаю: идём ко мне. Ночёвка. Без драк. Без паранойи. Просто... отдохнём, как нормальные люди. — Ты предлагаешь ночёвку? — переспросил Нираги, приподняв бровь. — Ага, — кивнула она. — Будем делиться страшными историями, делать маски для лица и пить горячее молоко. Прям как в аниме. — У тебя есть молоко? — хмыкнул Чишия. — Нет. Но есть рисовое вино. — Договорились, — сказал он тут же и поднялся. Акира усмехнулась. — И ты просто вот так нас приглашаешь? Даже Нираги? Куина подмигнула. — Даже Нираги. Особенно Нираги. Он, похоже, давно не спал в нормальной постели. Глядишь — станет добрее. — Не станет, — буркнул тот, но встал и пошёл следом. — Сама виновата, — заметил Чишия, шагая за Куиной. — Кто зовёт волка в дом, тот и шторы меняет. Акира задержалась на секунду, бросив последний взгляд на крышу, утопающую в лунном свете. А потом медленно пошла за ними. Странное чувство жгло где-то под рёбрами — не тревога и не облегчение. Что-то посередине. Может, впервые с момента попадания в Пограничье она действительно почувствовала: она — не одна.