Глава 7: Кровь на снегу

      Залы Винтерфелла наполнились эхом отдалённых криков, лязга стали и безошибочного рёва огня, пожирающего древесину. У Эйры перехватило дыхание, когда она свернула за угол, едва не столкнувшись с Роббом, проносившимся мимо неё. Его лицо застыло, а обнажённый меч поблескивал в тусклом свете факела.       — Оставайся с матерью! — приказал он, не останавливаясь.       — Что происходит? — крикнула ему вслед Эйра, но он уже исчез.       Бран.       Ноги несли её быстрее, чем она могла себе представить, сердце колотилось о рёбра. Замок сегодня казался другим, будто сами камни чувствовали неладное в воздухе. С тех пор, как отец уехал, мир менялся, распутывая нить за нитью. Но это... это было нечто более мрачное.       Эйра добралась до покоев Брана, ворвавшись в дверь как раз в тот момент, когда из тени появилась фигура в капюшоне.       — Вам здесь не место, — прохрипел мужчина, голос его был подобен гравию. — Здесь никому не место.       Кейтилин Старк вздрогнула и обернулась. Свет свечи отбрасывал резкие тени на её лицо, и изнеможение на нём сменил страх, когда она увидела в руке мужчины блеск стали.       — Жаль, что он уже мёртв, — пробормотал убийца, поднимая нож.       В воздухе запахло по́том и кровью, когда её мать бросилась вперёд, схватившись за клинок голыми руками. Сталь впилась ей в ладони, кровь пролилась на меха, пока она боролась, её дыхание было прерывистым. Мужчина зарычал, пытаясь вырваться, но Кейтилин держалась изо всех сил.       Воздух разорвало рычание.       Затем другое.       Волки нападали, словно тени, обретшие плоть.       Лето первым бросился вперёд, с ужасающей силой отбросив мужчину назад. Его крик боли пронзил комнату, когда лютоволк Брана сомкнул свои мощные челюсти на его руке. Но затем появился Бейелор — волк Эйры, её защитник с того самого момента, как она нашла его в снегу. Его чёрная шерсть встала дыбом, когда он вонзил клыки в горло человека.       Крик — сдавленный, влажный — и тишина.       Убийца дёрнулся один раз, и замер, пока из него в спешке сочилась кровь.       Эйра не осознавала, что задержала дыхание, пока её не охватил судорожный вздох.       Её мать отшатнулась назад, глядя на свои окровавленные руки, её грудь вздымалась и опускалась в неровном дыхании. Эйра бросилась вперёд, схватив её за руки.       — Мама, — прошептала она, осматривая её раны.       Руки Кейтилин дрожали, но она, казалось, почти не замечала боли. Её взгляд метнулся к Брану — неподвижному, всё ещё спящему, не осознающему, насколько близка была смерть.       — Они подослали убийцу, — прошептала она, обращаясь скорее к себе, чем к Эйре. — Кто-то хочет его смерти.       Эйра сглотнула, чувствуя, как тяжесть момента опустилась на её плечи, словно погребальный саван. Волки стояли над телом, их шерсть была в крови, глаза блестели в свете свечей.       Винтерфелл больше не был в безопасности. И они тоже.

***

      Воздух в богороще был пропитан ароматом влажной земли и сосны, багряные листья чардрева тихо шелестели на вечернем ветерке. Над ними возвышалось сердце-дерево, его резной лик был торжественным, красные, как кровь, глаза источали сок по бледной коре. Оно простояло тысячи лет, став свидетелем бесчисленных тайн, что шептались под его ветвями. И вот теперь в тишине священной рощи прозвучала ещё одна тайна.       — То, что я сейчас скажу, должно остаться между нами, — голос Кейтилин Старк был тихим, но твёрдым, руки она сжала перед собой, глядя на каждого из них — Эйру, Робба, мейстера Лювина, Теона Грейджоя и сера Родрика Касселя. — Я не думаю, что Бран упал. Я думаю, его сбросили.       Наступила тишина, слова растворились в холодном воздухе, словно камни в озере. Сердце Эйры сжалось, а пальцы согнулись в кулаки.       — Они дважды пытались его убить, — продолжала Кейтилин хриплым голосом. — Почему? Если только он что-то не увидел.       — Что увидел, миледи? — спросил Теон, подавляя своё обычное высокомерие.       — Я не знаю, — призналась Кейтилин, качая головой. — Но я знаю, что в этом замешаны Ланнистеры. У нас есть основания сомневаться в их преданности.       Эйра с Роббом переглянулись. Подозрение тенью цеплялось за их мать с момента нападения, но теперь оно обрело форму, острую и опасную.       — Ланнистеры? — спросила Эйра, нахмурившись. — Зачем им убивать десятилетнего мальчика? Что мог увидеть Бран?       Сер Родрик Кассель прочистил горло.       — Кинжал, который носил убийца, — он ему не принадлежал. Слишком хороший клинок для такого, как он. Золото и валирийская сталь, с рукоятью из драконьей кости.       — Оружие вельможи, — мрачно пробормотал Лювин.       Эйра почувствовала, как по спине пробежал холодок. Кто вооружит простого головореза таким редким оружием?       — Они пришли в наш дом, — сказал Робб, голос его был полон ярости. — Если они хотят войны...       — Ты знаешь, я буду рядом, — вмешался Теон, хлопнув Робба по плечу; его серые глаза загорелись мыслью о битве.       — Что? — рявкнула Эйра, встав между ними. — И всё? Начнём битву в богороще? Слова войны быстро перерастают в действия, Робб. Сначала нужно сообщить отцу.       — Я не доверю ворону такое послание, — сказала Кейтилин, качая головой.       — Я сам доставлю его, — заявил Робб.       — Нет. В Винтерфелле всегда должен оставаться Старк. — Кейтилин повернулась к нему, её лицо было полно решимости. — Я поеду.       — Я приготовлю для вас отряд, — сказал сир Родрик.       — Нет, — сразу же сказала Кейтилин. — Большой отряд привлечёт слишком много внимания. Я не хочу, чтобы Ланнистеры знали о моём приезде.       — Тогда я поеду с тобой, — твёрдо сказала Эйра.       — Нет, — хором ответили Кейтилин и Робб.       — Да, — настояла Эйра с той же твёрдостью в голосе. — Я позволила отцу отправиться на Юг. Я не отпущу тебя одну.       Её мать вздохнула, в её глазах мелькнуло сомнение, но больше она ей не отказывала.       — Я тоже поеду, — сказал сер Родрик. — Королевский тракт — небезопасное место для одиноких женщин.       — Мудрый выбор. — Мейстер Лювин согласно кивнул.       Робб провёл рукой по каштановым волосам, взглянул на сердце-дерево и снова заговорил:       — А Бран?       Кейтилин на мгновение закрыла глаза. Когда она заговорила, её голос был полон горя:       — Я целый месяц молилась Семерым. Теперь его жизнь в руках богов.       Эйра посмотрела на мать, на тяжесть, которую она несла, и почувствовала, как в груди разлилась боль. Боги никогда прежде не отвечали на её молитвы. Но она молча молилась, чтобы на этот раз они ответили.

***

      Утренний воздух был свежим, когда Эйра стояла у конюшен, застёгивая свой тёмный плащ. Тяжесть стали давила ей на бедро — кинжал, клинок Старка, подаренный ей этим утром Родником Касселем. Она уже тренировалась с клинком, но никогда ещё он не казался ей столь необходимым.       Пока готовили лошадей, её мать молча стояла рядом. Кейтилин провела большую часть ночи в покоях Брана, сплетя пальцы в молитве и шепча слова, которые Эйра не могла заставить себя произнести. Боги никогда раньше не отвечали ей. Почему же должны начать сейчас?       Холодный ветер пронёсся по двору Винтерфелла, развевая пряди чёрных волос Эйры и покусывая её за щёки. Она вздрогнула, хотя и не была уверена, от холода ли это или от мысли о том, что ждёт их в Королевской Гавани.       — Путь будет долгим, — приближаясь, пробормотал облачённый в доспехи сир Родрик. — Вы уверены, что хотите сделать это, миледи?       Эйра встретилась с ним взглядом. Она больше не была ребёнком.       — Да.       Их лошади были осёдланы, и ворота Винтерфелла распахнулись перед ними — тропа из грязи и инея, ведущая в великую неизвестность.       — Мама, — раздался позади них голос Робба. Он шагнул к ним, Серый Ветер следовал за ним по пятам, лицо его было напряжено. — Позволь мне послать с вами ещё людей.       Кейтилин покачала головой.       — Ланнистеры не должны знать о нашем приезде. Небольшой отряд будет двигаться быстрее и привлечёт меньше внимания.       Робб стиснул зубы, но больше ничего не сказал. Вместо этого он повернулся к Эйре, на его лице промелькнуло беспокойство.       — А ты? Ты можешь остаться.       — Ты же знаешь, я этого не сделаю.       Его плечи напряглись, но он кивнул.       — Тогда будь осторожна, и... — Он замялся, понизив голос так, чтобы слышала только она. — Если узнаешь что-нибудь о Ланнистерах, если найдёшь доказательства, не действуй опрометчиво.       Эйра слабо и безрадостно улыбнулась.       — Ты говоришь как отец.       — Я учился у лучших.       Он прижал её к себе и прошептал:       — Вернись.       Эйра сглотнула и кивнула ему в плечо.       Отстранившись, она подняла взгляд на стены Винтерфелла, на башни и камень, который защищал её всю жизнь. Она думала, что никогда не покинет это место.       Теперь она ехала к логову льва. Джейме Ланнистер был там, где-то за этими стенами. Эта мысль тревожила её, хотя она и не знала почему.       Человек, которого она встретила под сводами Винтерфелла, который говорил загадками и лучезарно улыбался, который смотрел на неё с насмешливым блеском в зелёных глазах, — способен ли он на то, в чём его обвиняют? Она не знала. Но скоро узнает.