Кошмар(Глава 10)

      Дойдя до фермы,я сразу пошёл к воротам. Охранник, на посту, сразу вспомнил меня. — "Эй ты" — сказал тот, поправляя форму — "Ты куда пропал? Вроде тело выкидывал, а ушёл настолько долго, словно сначала оплакивал ту девку, а после ещё поминки успел провести. Она же просто часть скота".       Мне уже было плевать на прямое оскорбление рода людского. Я уже хотел сознаться, что я не тот, за кого я себя выдаю, как вдруг раздался знакомый женский голос. — "Миша!" — это была Шайн. Она подбежала к воротам — "Дядь Вась, открывай ворота!"       Охранник Василий сразу же открыл дверь и Шайн сразу меня потащила к лифту. — "Ты что здесь делаешь?!" — тихо спросила она меня. — "Не мешай мне умирать" — отвечал я — "Сдаться решил, да после помереть... Прям как Лиза". — "Даже не думай об этом!" — сказала более твёрдым тоном Шайн — "Я понимаю, что смерть близких это, но это точно не то, чтобы она хотела". — "Да что ты понимаешь?.."       Она довела меня за ручку до лифта, как ребёнка, что не хочет идти в школу, а после нажала на свой этаж. — "И всё же" — сказала Шайн, беспокоясь — "Это единственная причина почему ты здесь?" — "Меня прогнали" — отвечал я, смотря в пол и наблюдая, как мы спускаемся — "Да и я бы сам не смог там остаться..." — "Ну и проблемы с тобой..."       Спустя минуту молчания, она сказала: — "Придётся приютить тебя... Как же тебе повезло, что я добрая сердцем. Но нам многое не надейся на..." — она принюхалась и сразу ущипнула себя за нос, чтобы не вдыхать запах — "От тебя воняет! Когда ты последний раз мылся?" — "Я не мылся с момента как я сбежал отсюда. Возможности не было". — "А как давно ты ушёл с амбара, побоюсь спросить?" — "Уже почти три недели..." — "Если я хочу тебя оставить, то придётся дать свою ванную под распоряжение... Чёрт..."       Спустя ещё минуту-полторы мы приехали на нужный этаж. Шайн, всё также за ручку, довела меня до своей комнаты. Она дала мне футболку, шорты и полотенце. Также добродушная центаврианка забрала из ванной все затычки для слива, чтобы я не утопился случаем от горя.       Сначала я минут 10 просто отмакал в ванне под душем. Вода падала на меня, после стекая по моему голому телу, стекая на дно ванны и прямо в смыв. Моя голова то и делала, что прокручивала тот злополучный момент. Снова и снова. Крик за криком. Смерть за смертью. Смерть за смертью. Я не мог забыть тот момент, как я поднимал её тело, как нёс его Гнезда, как делал гроб со всеми, как закапывали её. Её стеклянные глаза, её бледная кожа, её редкие подёргивания пока я нёс, словно она была жива, но это были лишь трупные спазмы. Прошло ещё пять минут, пока не послышался тихий стук в ванную. — "Миша?" — это была Шайн, говорящая тревожным голосом — "Ты там не умер?" — "А?.." — тихо ахнул я, выйдя из оцепенения, после сказал чуть громче — "Жив я, жив. Просто дай мне время". — "Только воду не израсходуй..." — сказала она чуть спокойней и ушла.       Всё же, эта небольшая проверка высвободила меня из круга воспоминаний и я, едва двигая конечностями, начал мыться. Я проводил пальцами между своих тёмно-русых, почти чёрных, волос, нанося лавандовый шампунь. Мысли не покинули меня, я не перестал думать о Лизе, я смог взять под контроль тело, но не разум. — "Ты слаб" — говорил мой внутренний голос, смешанный с отдалённым эхом Лизиного — "Ты не смог даже спасти её. Ты лишь жалеешь себя. Ты лишь думаешь, что ты невиновен. Ты — единственная причина её смерти. Именно ты мог бы сохранить её, если бы не был слаб..."       Голос не унимался, но я старался его не слушать. Моё седрце колотилось как бешеное, дыхание было прерывистое, хоть на то и не было какой-либо причины.       Наконец, словно этого и не могло произойти, я помылся. Теперь вместо грязи, крови и дыма от меня пахло лавандой и ванилью. — "Помылся-таки наконец" — более радостно, чем пять минут назад, говорила Шайн — "Что теперь будешь делать? Может, хочешь я тебе покажу целый этаж, где сотрудники и их дети-" — после слова "дети" я снова словно выпал из мира.       Я снова замлел. Я снова погрузился в круги одних и тех же воспоминаний. Я вспоминал улыбки её друзей-одногодок, улыбки детей и их слёзы и рыдания, когда их подругу закапывали. Я и не заметил, что заплакал в этом оцепенении. — "Миша?" — окликнула меня Шайн, подходя ко мне — "Миша!"       Я не слышал её. Она начала меня трясти. — "Миша! Очнись!" — повысила тон Шайн — "Да очнись ты, ёбанный театр!"       К её облегчению, я вышел из данного состояния. — "Твоё состояние ненормальное!" — ругалась она — "Кх. И к специалисту тебя не отведёшь, тебя же в базе данных пребывателей нет!"       Я просто молча слушал, ожидая, когда она закончит свою бессмысленную для меня ругань. Когда она закончила, я просто сел за её кроватью и уткнулся в стену. — "Ты так и будешь так сидеть" — спросила Шайн. Я не отвечал — "Ладно, это твоё дело. Тебе надо побыть одному. Просто дай знать, если что-то надо".       После этих слов, та вышла из комнаты и оставила меня одного в этой комнате.       Сколько времени прошло я не знал. Я всё также пялился в одну точку, погружённый в свои мысли и воспоминания. Её смерть не отпускала меня. Сколько бы я не пытался думать о другом, меня словно вырывало из одних мыслей и перекидывало в другие, про неё, про Лизу. Голос усугублял ситуацию: — "Ты слабак" — шептал тот — "Ты никому и не для чего не нужен. Ты можешь давать лишь ложнве ожидания, которые никогда не выполнишь. Тебе бы стоило сдохнуть ещё в амбаре, где тебе и место..."       В комнату вернулась Шайн. — "Ты что, даже не двигался?" — спросила она — "Может спать ляжешь? Время, как раз, для этого".       Я посмотрел на время: 23:15. — "Я и тут посплю..." — прошептал глухо я. — "На кровати же ещё полно места" — возрасила центаврианка. — "Я большего не заслужил..." — "Да заебал. Иди сюда".       С этими словами Шайн взяла меня на руки и положила на край кровати к стене и накрыла сверху одеялом. — "Если бы я не видела это своими глазами — я бы и близко не поняла, что ты чувствуешь" — говорила та, готовясь ко сну — "Но это и не повод становиться овощем. Ты же довольно сильный малый". — "Неправда" — тихо возрасил я — "Я-" — "Ещё какая правда" — перебила Шайн — "Назови мне хоть одного человека твоего возраста, кто смог пробраться незамеченным на базу инопланетян, замаскироваться под работника, так ещё так, чтобы не посмотрев в глаза нельзя было сказать, что ты настоящий уборщик, найти союзника в виде меня и вместе с этим линзы для маскировки, а после ещё нагло выйти через главные ворота? По-моему никто так не делал и это круто!" — "Спасибо..." — сказал я, чутка ухмыльнувшись в стену. Пускай это и не решило проблему с голосом и воспоминаниями, но моя самооценка хоть и на чуточку, но стала выше.       Шайн легла рядом на кровать и посмотрела на меня, перед тем как отвернуться спиной ко мне и сказать: — "Если что-то нужно будет — скажи".       Это тепло, причины которой я не понимал, было одновременно и приятно, и пусто. Я не знаю, как это объяснить. Это чувствовалось так, словно она и хотела мне помочь, но выдавливала это желание через тугой тюбик с маленькой дырочкой, через которую почти ничего не выходит.       Я попытался уснуть. Этот голос не унимался, он продолжал меня критиковать. Воспоминания были всё ярче и ярче, вплоть до каждой капли крови, что были пролиты в тот день. Однако через силу я уснул.       Я очутился во тьме. Бескрайняя тьма, ничего более. Казалось, что здесь даже земли не было, однако я всё же стоял, а не падал. Я не видел даже своих рук, хоть и чувствовал их. Я шёл по этой тьме. Я шёл долго. Очень долго. Я даже успел вспомнить про странную книгу из Лжи где была комната длиной не в метрах, а 5 минут 30 секунд. Казалось, что я нахожусь в этой же комнате, только её длина не 5 с половиной минуты, а 10 часов.       И вот, среди тьмы я увидел столб белого, ослепительного света. В самом свету находился какой-то силуэт, который я не мог как-либо опознать, однако мне уже было это неважно. Я бежал на свет, словно я мотылёк, заметивший лампочку. Однако каждый мотылёк, летящий на каждый свет, однажды натыкается на москитную ловушку.       Под столбом света, прямо в центре, спиной ко мне, сидела Лиза, напевающая себе под нос едва слышимую мелодию. — "Лиза!" — радостно я прокричал я на всю пустоту и обнял её, держа её как можно крепче, не желая даже отпускать — "Ты жива! Лиза! Сестрёнка!"       Однако вместо тёплого приёма та оттолкнула меня. Оттолкнула так сильно, что я смог проехаться по ледяному полу этого тёмного пространства. — "Не прикасайся ко мне, мерзавец" — пригрозила Лиза, вставая — "Ты мне противен. Видеть не хочу". — "Н-но" — пытался возрасить с поступающими слезами — "Н-но я ведь-". — "Что ты?!" — перебила меня сестра или что-то косящее под неё — "Ты лишь смотрел, как меня убивают! Ты ничего не сделал, чтобы это остановить!" — "Я пытался!" — "Что ты пытался?! Как видишь — допытался!" — Лиза положила свою руку и усмехнулась — "Посмотри, что со мной стало, братик".       В это же мгновение её рука взорвалась, ослепив меня брызгами крови. Я сразу же попятился назад и попытался стереть кровь с глаз. Протерев их, предо мной сразу предстал тот образ, которого я боялся — её мёртвое тело. Оно стояло передо мной и смотрело прямо на меня мёртвыми глазами. — "Тебе нравится?" — спросила меня Лиза, пока из её рта шла кровь — "Тебе нравится что из меня сделала твоя нерешительность?" — говорила она, гния прямо на глазах.       Она подошла к замершему как баран мне, пока её кожа медленно сползала с её тело, обнажая мышцы лица. — "Это всё твоя вина" — повторяла эта пародия на Лизу раз за разом. — "Нет! Нет! Нет! Не-е-ет!" — кричал я — "Ты не Лиза! Ты не она!" — "Верно" — усмехнулось оно, поднимая меня за шею своей единственной, иссохшей и гнилой рукой — "Я то, что создал ты из неё".       Эта "Лиза", кошмарная Лиза, начала царапать меня культяпкой. Пусть это и был лишь сон, ощущения были слишком реальны. Я чувствовал, как тёплая, густая кровь текла по моему телу, капая с кончиков пальцев и ног. Казалось, это длилось вечность, пока этому монстру не надоело и оно не кинуло меня. — "Скучно" — сказала "Лиза" — "Ты даже не кричишь".       В этот же момент краем глаза я увидел пытателя Лизы. Тот был бледен, его глаза закатаны под веки, а из груди торчала кость, что я всадил не раз. Он достал кость и только замахнулся дабы пырнуть меня, как я проснулся.       Я резко подскочил, тем самым ударившись лбами с Шайн, что пыталась меня разбудить. Однако я этого даже не заметил. — "Ай!" — прикрикнула она — "Ты что творишь?!"       Однако я даже не слышал её. — "Нет! Нет!" — повторял я в бреду, плача — "Это не моя вина! Нет!"       Моё сердце билось как бешеное. Казалось, что я дышу водой, как рыба, и меня выкинули на воздух. Это не моя вина! — "У него ещё и кошмары. Прекрасно" — пробубнила она сквозь зубы и обняла меня — "Не плач. Всё хорошо. Ты ни в чём не виноват".       Её объятия, полные сочувствием с тонкой ноткой раздражения, понемногу меня успокаивали. Постепенно, мои дыхание и пульс вернулись в норму. — "Лучше?" — спросила сонная центаврианка. — "Д-да" — сказал я чутка дрожащим голосом. — "Тогда спи, кошмарный мой". — шутливо прошептала она и улеглась, всё ещё держа. — "Почему?" — спросил я после минуты молчания девушку — "Почему ты так заботишься обо мне?.."       Однако тихое сопение Шайн словно ответило: "Не сейчас". Мне осталось только лечь спать. В этот раз, без кошмара