Мысли перед сном.

Вечер над Токио опускался мягко и неторопливо. Город мерцал огнями, пронося мимо лица и окна, когда байк плавно скользил по улицам. Эмма крепко держалась за талию Дракена, прижимаясь к его спине, и в эти мгновения казалось, что весь мир свёлся к их двоим и гулу мотора. Он не говорил ничего лишнего, просто вёз её домой. Но в его молчании была забота. В том, как он время от времени оглядывался, чтобы убедиться, что ей не холодно. В том, как остановился у ближайшего маркета и купил ей горячий кофе «на дорогу». В том, как одной рукой придерживал руль, а второй — проверял, застёгнута ли её куртка. Он всегда был таким. Сдержанным. Закрытым. Но всё, что он чувствовал, Эмма читала между строчек. У подъезда он не спешил уезжать. Просто сидел на байке, а она стояла рядом, обхватив термостакан обеими руками. — Спасибо за сегодня, — тихо сказала она. — Это был… лучший день за долгое время. Он посмотрел на неё из-под чёлки, кивнул, но губы дрогнули в почти-улыбке. — Зови, если что. Ночью, утром — когда угодно. Она кивнула. Хотела сказать ещё что-то — может, останься или поехали ко мне, но не сказала. Просто улыбнулась, развернулась и ушла. Он дождался, пока свет в её окне загорится. Только тогда уехал. --- Комната встретила её тишиной. Эмма переоделась, умылась, легла в постель, но долго ещё смотрела в потолок. Перед глазами стоял он — в чёрной куртке, с серьгой в ухе и тёплым взглядом, который прятал даже от самого себя. Он ведь любит меня… просто не умеет показывать. Или боится? Она сжала подушку, уткнулась в неё лицом. Ей хотелось написать ему. Или позвонить. Или выбежать из квартиры прямо сейчас и вернуться к нему. Но она лишь прошептала в темноте: — Спокойной ночи, Кэн. Сердце билось тихо, как будто стучалось в чью-то ладонь. Её веки стали тяжёлыми, мысли путались. Последней была — о нём. Если он рядом — мне больше ничего не нужно. И с этой мыслью Эмма уснула.