Ты не выдержал. А я и не хотела

Поцелуй начался спокойно. Он держал её за талию, как будто боялся, что если прижмёт хоть немного сильнее — она исчезнет. Соня отвечала мягко, но с уверенностью, как будто искала этот момент всё лето. Всё вокруг будто стихло. Не было ни сверчков, ни лёгкого ветра, ни даже звука собственных мыслей. Только его дыхание, её пальцы, зарывающиеся в край его футболки, его рука, скользящая по спине — ниже, чуть уверенней. Он целовал её, будто наконец почувствовал: можно. Долго. Медленно. Без спешки. Но с нарастающей жаждой. Она таяла. А он будто жадно вбирал каждое её движение, каждый выдох. Когда она чуть отстранилась, глаза ещё закрытые, он прошептал ей в губы: — Я думал, ты не для меня. Слишком городская. Слишком своя. — А ты — слишком молчаливый. — Видишь, что ты со мной сделала? Я даже молчать разучился. Он поцеловал её в висок, потом снова в губы. Уже резче. Уже не сдерживаясь. Она обняла его за шею — и время перестало существовать. --- Через пару дней, на очередной вечерке возле школы, появился Игорь — её лучший друг. Игорь всегда был рядом, и Соня с ним могла быть собой, не думая, как она выглядит, что говорит, и сколько раз поправляет волосы. Он подошёл к ней, легко обнял за плечи и пошутил: — Ну что, звезда? Опять кого-то свела с ума? Андрей как раз стоял у мотоцикла. Его взгляд упал на эту сцену. Он видел, как Соня засмеялась, как прижалась к Игорю, как хлопнула его по плечу. А в груди — щёлкнуло. Он не был из тех, кто устраивает сцены. Но это... задело. Глубже, чем он ожидал. Игорь? Этот Игорь, с которым она постоянно на связи, которому улыбается даже иначе? У них своя волна. Смешки, полуфразы, взгляды. Когда Соня подошла к нему — он уже был холоднее. Глаза прищурены. — Привет, — сказала она. — Что с тобой? — Ничего. Просто наблюдаю. Ты такая… открытая. — В смысле? — Ну. Обнимаешься. Смеёшься. Улыбаешься, как будто не было ничего между нами. Соня опешила: — Это Игорь. Он мой друг. Ты что, ревнуешь? Он не ответил. Просто посмотрел. Тяжело. И вдруг схватил её за руку. Не больно, но крепко. — Поехали. — Куда? — Не спрашивай. Просто сядь. Она села. Он ехал быстро. Давал газу так, будто пытался выбросить из головы всё. Все образы. Все эмоции. Всё, что свербело внутри. Привёз её в ту же точку, где был первый поцелуй. Заглушил мотор. — Почему ты с ним так? — резко. — Ты даже со мной не такая. — Потому что он мой друг, Андрей. Ты же знаешь. — Я знаю, что ты мне не “друг”, Соня. И я не хочу, чтобы ты со мной была так же, как с другими. Я хочу, чтобы ты была *только моя*. Она хотела возразить. Но он подошёл, резко, почти зло. Прижал её к мотоциклу, взгляд — острый, горячий. — Ты даже не представляешь, как меня это заводит — когда ты смеёшься не для меня. Он поцеловал её. Жадно. Так, как будто хотел наказать за каждый чужой взгляд, каждую улыбку не в его сторону. Губы крепко, руки держат за талию, движения резкие, но всё равно нежность сквозит. Где-то глубоко — она знает: он не злой. Просто ревнует. Просто боится. Слишком чувствует. Она прошептала в его губы: — Я — твоя. Слышишь? Только твоя. Он прижался к её лбу: — Если хоть один парень ещё раз дотронется до тебя — мне будет всё равно, кто он. Я заберу тебя и никому не отдам. — Так и сделай. И в эту ночь он не отпустил её домой сразу. Они долго сидели, просто обнявшись. Он гладил её волосы, она рисовала пальцем круги на его руке. Он стал молчаливее. Но в этом молчании было всё — ревность, страх, желание, нежность, и то самое чувство, от которого всё начиналось. Любовь. ---