Тайна раскрыта

Вечер тянулся сладко, лениво. Солнце уже не пекло, но ещё тянуло за собой шлейф тёплого света. Компания растянулась у лавки: кто на бетоне сидел, кто на подоконнике, кто просто шатался рядом. Жареные семки, сладкая газировка, кто-то с колонкой, тихо играющей фонк. И тут — как гром среди тишины — Илона, громко, с довольной рожей: — А вы знали, что Яся и Монобровьский мутят? Я САМА видела! Они из сарая вместе вышли! Все разом повернулись. Яся — как вкопанная. Щёки алые, глаза — как у кошки, застигнутой на кухонном столе. Соня замерла на секунду… а потом медленно, почти театрально встала, сложив руки на груди: — АХ ТЫ, ЯСЯ! ЗНАЧИТ, В САРАЕ??! — притворно возмутилась она. — А мне даже не шепнула! — Соня… — Яся сделала шаг ближе. — Я просто… Я думала, ты не поймёшь, начнёшь прикалываться… — Я сейчас начну прикалываться! — Соня подошла ближе, прищурившись. — Ты! Предательница дружбы! Грела со мной кукурузу на костре, а сама в это время — с Монобровьским за сараем, да? Компания заулыбалась. Монобровьский потупился, но всё равно выглядел довольным, будто кот, который наконец-то получил сметану. Яся от смущения начала смеяться и шлёпнула Соню по плечу: — Ну всё, отстань! Я тебе завтра всё расскажу! — Не завтра, а прямо сейчас! И желательно с картой и схемами! — Соня засмеялась и обняла подругу. — Я очень рада за тебя, Ясь. Он нормальный. Ну, если не считать, что у него брови как у Брежнева. Монобровьский только фыркнул: — Я слышу всё, между прочим. — Мы знаем, красавчик, — подмигнула Соня. — Береги её, ладно? А то Яся тебе на твою бровь банку откроет. Андрей, сидящий чуть в стороне, усмехнулся, не отводя взгляда от Сони. Он что-то тихо сказал себе под нос. Кто-то мог бы услышать: — Вот и молодцы. А Соня в тот вечер ещё долго смотрела, как Яся светится рядом с Монобровьским. И как он, казалось бы, грубый и странный, держит её за руку так бережно, будто хрупкое стекло. И от этого становилось как-то особенно тепло внутри.