Глава 22

Meredes плавно остановился под кованым козырьком главного входа. Надежда невольно сжала пальцы на животе - не в защитном жесте, а скорее в удивлении. Малыш, бушевавший в ней весь день, теперь спал мирно, будто убаюканный равномерным гулом двигателя и мягкими вибрациями дорогого авто.  Её взгляд скользнул к часам на приборной панели - ровно 27 минут пути. "Слишком быстро", - отметила она про себя, чувствуя странное разочарование.  Повернувшись к Вадиму, она: - Слегка приподняла подбородок - Свела брови в привычную деловую складку - Сжала губы, чтобы скрыть их предательскую дрожь Но её глаза - карие, с золотистыми вкраплениями - выдавали внутренний покой, который она так старалась скрыть.  - Вадим Юрьевич, мне нужно около двадцати минут, - её голос звучал ровно, но пальцы теребили прядь волос, - и я спущусь. Вадим неосознанно наклонился ближе, его пальцы сжали руль: - Но, у вас же тяжелая сумка, давай те... - в этом "те" прозвучала вся их общая история - и ночи страсти, и утренний кофе в постели, и ссоры, полные яда. Она резко вдохнула, почувствовав знакомый трепет в груди: - Нет, она лёгкая, я справлюсь, - её ногти впились в ладони, оставляя полумесяцы на нежной коже. Вадим разжал пальцы, демонстрируя покорность: - А может, я всё-таки с вами? - его голос был мягким, но в глазах читалась стальная решимость. - Я тебе уже сказала! - её голос вдруг сорвался на ту самую интонацию, которую она использовала в их лучшие (и худшие) моменты.  Мгновение оцепенения.  Её щёки вспыхнули румянцем, когда она поправилась: - ВАМ сказала...  Не дожидаясь ответа, она: Резко нажала на кнопку открытия двери Вышла, поправив шубку одним плавным движением Не оглядываясь направилась к вращающимся дверям Её каблучки зимних сапог звонко стучали по мраморным ступеням, а за спиной слышался приглушенный стук захлопывающейся двери водителя - Вадим всё же вышел вслед.  Отражение в зеркальных панелях показало: - Её расправленные плечи - Твёрдую походку - И его фигуру у входа - он остановился у линий "нельзя переступать", словно соблюдая невидимые границы Лифт захлопнулся, унося её на верхние этажи, но образ его глаз - одновременно ранимых и решительных - оставался с ней, как и странное чувство безопасности, которое она испытывала все эти полчаса пути. Вадим застыл у машины, его пальцы непроизвольно сжали ключи так сильно, что металл впился в ладонь. Он не понимал: - Почему её бегство ранило его сильнее, чем любые прошлые ссоры? - Как она посмела бросить эту фразу "как в старые добрые времена" и тут же отступить? - Правда ли она вернётся? (Хотя разум подсказывал - куда ей деться без документов и сумочки?) Его взгляд скользнул на заднее сиденье: - Бордовая сумка лежала под углом, открывая край папки с УЗИ - Ремешок сполз, обнажив золотую застёжку - Рядом валялась её перчатка, случайно забытая В груди клокотало: Гнев  "Как она смеет так обращаться с Казанцевым?" Растерянность "Что это было? Почему я позволил ей уйти?" Страх "А если она не вернётся? Просто возьмёт такси и..." Надежда "Но она сказала "двадцать минут"..." Резкая вибрация в кармане вырвала его из размышлений. На экране - "Гриша". - Алло, алло. Вадим Юрьевич, вы где? - голос в трубке звучал напряжённо. - Я за него. - автоматически ответил он, пальцы нервно барабаня по крыше Mercedes. - У нас через три дня матч, а второй вратарь сломал ключицу на тренировке! Вот чёрт. -он сбросил звонок Его профессиональный мозг мгновенно переключился: Первый звонок - агенту:  - У тебя есть кто-то свободный? - Все на контрактах Второй звонок - скауту:  - Кто в форме в молодежке?" - Все слабоваты для основного состава Третий звонок - бывшему игроку:  Сможешь подстраховать?    -  Я в Сочи, извините Он облокотился на машину, холодный металл проступал сквозь тонкую ткань пиджака. "Вадим, думай, думай...а то сам пойдешь на ворота..." - его внутренний голос звучал почти отчаянно. Внезапно его осенило. Четвёртый звонок: - Привет, Друг Лихой, - он использовал старое прозвище ветерана команды. - Слушаю, Вадим Юрьевич- в трубке послышался хрипловатый голос. - Ты же в городе? На ворота сможешь? - Да я хоть сейчас! - засмеялся тот. Вадим медленно опустил телефон, его взгляд снова прилип к входу в гостиницу. В голове смешались: - Облегчение от решения проблемы - Горечь от её ухода - Ирония - даже в хоккее он находил выход, а здесь был беспомощен Он провёл рукой по лицу, ощущая, что его ровненькая борода помогает вернуться в тонус. В зеркале заднего вида отразилось его лицо - усталое, но с тенью надежды в глазах. "Двадцать минут..." - прошептал он, снова глядя на часы. Его нога нервно выбивала ритм по асфальту - тот самый, который она когда-то называла "маршем нетерпеливого Казанцева". Лёгкий снег кружился в жёлтом свете фонарей, когда чья-то рука коснулась его плеча. Вадим вздрогнул - он так увлёкся мыслями, что не заметил её приближения.  Повернувшись, он увидел: - Её лицо, розовое от холода, с полузаметными снежинками на волосах - Тонкий леопардовый шарф, небрежно обмотанный вокруг шеи  - Маленький чемодан на колёсиках (чёрный, с золотой монограммой "Н.О.") Его лицо преобразилось: Брови взлетели вверх Глаза засветились тёплым золотистым отблеском Уголки губ дрогнули, затем растянулись в самой искренней улыбке за последние месяцы "Надюша..." - вырвалось у него, и тут же облако пара растворилось в морозном воздухе. Он быстро: Взял чемодан (его пальцы случайно коснулись её руки - даже через перчатки он почувствовал тепло) Открыл багажник (автоматическим жестом, хотя чемодан можно было положить и на заднее сиденье) Распахнул перед ней дверь с той самой галантностью, которая когда-то покорила её - Снег хрустел под их ногами, оставляя чёткие следы - Из выхлопной трубы валил густой пар - На ветровом стекле уже начинал образовываться лёгкий иней Надежда молча села в машину, но: - Перед тем как войти, на мгновение задержала взгляд на его лице - Её губы дрогнули, будто она хотела что-то сказать - Пальцы слегка сжали дверцу, когда он закрывал её за ней Перед тем как обойти машину, Вадим задержался на секунду. Его взгляд упал на: - Её профиль за тонированным стеклом - След от её каблука на снегу (он почему-то показался ему трогательным) - Свой собственный след рядом - больше, грубее, но направленный в ту же сторону В этот момент крупная снежинка упала ему на ресницу, и он, моргнув, поспешил занять место за рулём. Двигатель тихо заурчал, обогреватель уже наполнил салон теплом, а на панели загорелась надпись "Салон +23°C".  Они ехали в тишине, но теперь эта тишина была другой - не напряжённой, а почти мирной, как зимний вечер за окном.