2

Сад на территории Сенджу, в лунном свете казался другим миром. Бамбук шелестел на ветру, а в пруду отражались звёзды, будто кто-то рассыпал серебро по тёмной воде. Рейко шла неспешно, прогуливаясь и вдыхая прохладный воздух. Сейчас, сняв наконец с себя тяжелые, церемонные одеяния и привычную холодную маску, она могла вдохнуть глубоко и просто полюбоваться на красоту вокруг. Сенджу поселили её и её людей в гостевом доме на своей территории, специально отстроенном для таких случаев. Роскошь здесь была повсюду и слуги не в меру услужливые, но… хотелось тишины. Остановившись у небольшого мостика, девушка засмотрелась на свет в окнах главного, хозяйского дома, где жил хокаге. В окнах можно было заметить суетящихся слуг. Насколько Рейко знала, ни у Хаширамы, ни у Тобирамы пока не было жен, как и официальных детей. Так зачем им столько места? Просто чтобы показать свой статус? Хмыкнув под нос, она развернулась, собираясь пойти в другую сторону, когда вдруг внутри небольшой беседки заметила белую макушку, склонившуюся над чем-то при скудном освещении от парочки свеч. Рейко не ожидала встретить здесь никого — тем более его. Но любопытство взяло верх, она неспеша двинулась в сторону младшего брата хокаге. Тобирама сидел на подушке, склонившись над разложенной доской для го. Его обычно строгие черты в полумраке казались мягче, а взгляд, устремлённый на чёрные и белые камни, был задумчивым, почти отрешённым. Заметив шум, он поднял глаза, и заметил её. — Фудзикаге-сама. Его голос звучал ровно, но в нём не было привычной холодности. Только удивление… Рейко показалось, что приятное удивление. — Тобирама-сама, — слегка склонила голову девушка. — Вы не спите? — Размышляю над стратегией, — он отложил камень в сторону. — А вы? — Лунный свет лучше искусственных свеч, — она подошла ближе, её простое кимоно едва шуршало по дереву. — Особенно когда мысли слишком громкие. Тобирама молча указал на противоположную сторону доски. — Сыграем? Рейко задержала взгляд на нём, потом медленно улыбнулась. — Почему бы и нет. Она опустилась напротив него, скрестив ноги с изяществом, которое заставило Тобираму на мгновение отвлечься от всех мыслей по поводу игры. Расторопная служанка, словно почувствовав момент, принесла поднос с тёплым сакэ и сладостями, после этого снова растворяясь где-то в тенях. — Ваше гостеприимство безупречно, — заметила Рейко, принимая чашку. — Не всегда, — он слегка наклонил голову, вспоминая утренний провал на переговорах и их с Хаширамой опоздание. Она рассмеялась — тихо, словно делясь с ним шуткой, которую никто другой не поймёт. — Тогда исправляйтесь. Они начали игру. Камни стучали по дереву, чередуясь — чёрный, белый, чёрный, белый. — Вы играете не так, как я ожидал, — заметил Тобирама, когда они дошли до середины партии. — Ожидали агрессии? — Рейко подняла бровь, ставя камень. — Расчёта. Холодного и безошибочного. — А это разве не одно и то же? — Нет, — он передвинул фигуру, почти отрезая её группу. — Агрессия это эмоция. А вы… — А я? — Вы играете так, будто уже знаете, чем всё закончится. Рейко задержала взгляд на доске, потом медленно подняла глаза на него. Лунный свет скользил по её лицу, подчёркивая высокие скулы и тёмную глубину взгляда. — Может быть, так и есть. Тобирама почувствовал лёгкое напряжение в воздухе. Это уже была не просто игра. Он сделал ход, намеренно рискованный. — Проверим. Рейко улыбнулась — и ответила тем же. Сакэ закончилось, а доска постепенно заполнялась. Они почти не говорили о политике — только о философии, о старых войнах, о том, почему одни кланы выживают, а другие исчезают. И чем дольше они играли, тем больше Тобирама ловил себя на мысли, что она — не та, кого легко переиграть. — Победа, — наконец сказала Рейко, ставя последний камень. Тобирама посмотрел на доску, понимая вдруг, что она заманила его в ловушку ещё десять ходов назад. Как раз тогда, когда он засмотревшись на её непослушную прядь, выбившуюся из прически, слушал её размышления о важности изучения ирьё ниндзюцу для юных шиноби. Наверное, он должен был испытать как минимум досаду. Но вместо этого… — Вы искусны, — признал Сенджу. — Благодарю, — она откинулась назад, внимательно наблюдая за его реакцией. — Но вам это понравилось, не так ли? Тобирама замер. — Что именно? — То, что я вас переиграла. Он не ответил. Но в его молчании было больше правды, чем в любых словах. Рейко чуть улыбнувшись, вежливо поклонилась. Её силуэт на фоне луны казался почти нереальным. — До завтра, Тобирама-сама. Девушка попыталась подняться, чтобы уйти, но сакэ дало о себе знать — мир слегка накренился, и она невольно пошатнулась. Тобирама мгновенно вскочил, его сильные руки придержали её за плечи, не давая упасть. — Осторожно, — его голос прозвучал обеспокоено, что от него немногим получалось услышать. Она подняла взгляд. И замерла. Так близко этот мужчина казался совсем другим. Лунный свет скользил по резким чертам его лица, подчёркивая твёрдый подбородок, губы, сжатые в тонкую линию… Слишком выразительные для человека, привыкшего скрывать эмоции. «Чёрт…» — промелькнуло в голове. Не стоило ей так много пить. Её пальцы непроизвольно сжали ткань его рукава, удерживая равновесие и сквозь тонкую материю она почувствовала жар кожи, упругие мускулы. «Неужели он весь такой?..» Тобирама почти не дышал. Её тело, обычно такое собранное и неприступное, сейчас казалось удивительно податливым в его руках. Тонкая талия, лёгкий запах цветущей сливы в волосах… Наверняка запретные мысли отразились в его глазах, поскольку девушка, уже собравшаяся отстраниться, вдруг замерла. Её пальцы скользнули по его плечам, собирая складками ткань, чуть сжимая плоть… Внезапно Рейко поддалась чуть ближе, схватив тонкими, ухоженными пальчиками его за ворот хаори, притягивая, так что их лица теперь разделяла лишь пара дюймов. — Я победила, Тобирама-сама… но выигрыша так и не получила, — прошептала Рейко, и её голос звучал хрипло, с непривычной ноткой досады. Тобирама не думал. Завороженный её подрагивающими ресницами, он как во сне наклонился, нежно касаясь губами её кожи на шёлковой, чуть заалевшей от выпитого саке, щёчке. Тепло. Мягкость. Запах сакэ и чего-то неуловимого, только её. Она не отстранилась, только крепче сжала его хаори, так что он не смог бы отстраниться, даже если бы захотел. А он не хотел. Мужские губы теперь коснулись уголка её губ. Она снова не оттолкнула, только её дыхание стало глубже. И тогда… Он поцеловал её. Грубо, неровно, жадно, в контраст с предыдущими трепетными касаниями. Но он хотел этого… Хотел с самого первого момента, когда увидел ее. Рейко ответила, так же пылко, словно тоже не могла остановиться. Мысли Тобирамы путались. Холодная, властная женщина, которую он видел утром, в его руках сейчас была такой хрупкой и податливой, что увидь кто-то её, он бы просто не признал в ней лидера клана Фудзикаге. Сейчас она была обычной девушкой, чувственной и страстной. И этот контраст сводил с ума. Потому что именно ему она почему-то позволила увидеть себя такой. Её руки вцепились в его одежду, тело прижалось к нему с такой готовностью, что голова пошла кругом. И вдруг… Рейко резко оттолкнула его. Её губы блестели, глаза горели, дыхание было сбито. Она медленно провела языком по нижней губе, оценивающе, словно пробуя на вкус. — Интересная тактика, Тобирама-сама, — её голос дрогнул, но насмешка никуда не ушла. — Жаль, что на переговорах вы не столь изобретательны. И прежде, чем он успел что-то ответить, она развернулась и ушла, оставив его одного — с перехваченным дыханием, с губами, которые всё ещё помнили её вкус, и с мыслями, которые теперь совсем не касались политики.

***

Утро встретило Тобираму тяжёлой головой и будоражащими воспоминаниями о её губах. Мысли были настолько навязчивые, что поначалу он долго уговаривал себя встать с постели, потом же и вовсе задержался в ванной на полчаса дольше, чем следовало. Это было совсем на него не похоже. Немного прийти в себя заставила служанка, которая настойчиво постучала в дверь. — Господин Тобирама! С вами все в порядке? — голос женщины действительно был обеспокоенный. — Господин Хаширама послал меня! Он интересуется, почему вы пропускаете завтрак. Вчера вечером я не сумела вам передать, но ваш брат пригласил гостью на завтрак. Но, если вы заболели, я… — Сейчас буду! — прервал поток обеспокоенного лепета Сенджу, сразу понимая, кого именно позвал брат. Это могла быть только она. Через десять минут он вошёл в зал, где был накрыт завтрак, и первое, что попалось ему на глаза, её спокойный, кажущийся холодным, взгляд. Но теперь он знал, что скрывалось за этим холодом на самом деле. Рейко сидела напротив Хаширамы, её пальцы изящно обхватывали чашку с чаем, а губы растягивались в лёгкой улыбке в ответ на его шутку. «Сидит, словно ничего не было…» Тобирама поджал губы, испытывая неожиданное… разочарование? Почему-то сейчас, на долю мгновения ему стало жаль, что она… такая. Наверняка, будь она обычной девушкой, не обремененной властью и обязанностью в любой ситуации держать лицо, она бы зарделась, смутилась, или на крайний случай скромно отвела взгляд, но… Нет, она не такая. Она смотрела прямо, её расчетливый взгляд пронизывал насквозь, и Тобираме на миг показалось, что это он из них двоих юная влюбленная девица. — А, вот и ты! — Хаширама широко улыбнулся, отодвигая стул. — Мы как раз обсуждали, как Рейко-сама вчера обыграла тебя в го. — Да? — Тобирама сел, стараясь не смотреть на неё. — Я бы сказал, что это была ничья. — Ложь, — Рейко подняла бровь, её голос звучал насмешливо. — Но если вам так легче спать по ночам… Её взгляд скользнул по его лицу — холодный, равнодушный. «Чёрт возьми…» Тобирама почувствовал, как по спине пробежал горячий трепет. Она помнит. Играет. Наслаждается. И хуже всего — его тело реагировало на эту игру. Мускулы напряглись, кровь ударила в виски при одном только воспоминании о том, как она прижималась к нему вчера… — После завтрака я хотел бы показать вам нашу тренировочную площадку, — неожиданно сказал Хаширама. — Наша система подготовки шиноби — одна из лучших в мире. Тобирама резко поднял голову. — Это… конфиденциальная информация. Мы не можем. — Но если Рейко-сама всерьёз рассматривает присоединение, она должна знать, как мы работаем, — парировал брат. — Быть может она смягчится, когда увидит, чего мы достигли. Рейко отпила чай, её глаза блеснули. — Я слышала, вы сократили детскую смертность на тренировках на 70%, — она взглянула на Тобираму. — Благодаря лично вами разработанной системе тренировок… Это впечатляет, Тобирама-сама. Тобирама замер. Она проверяет его, но что хочет увидеть, было неясно. И вдруг он понял — это его шанс. — Хорошо, — он медленно встал. — Я покажу вам всё сам.

***

Тренировочная площадка была заполнена будущими шиноби. Группа детей отрабатывала базовые техники, их лица были сосредоточены, а движения четко выверены. — Раньше мы бросали их в бой, как щенков в воду, — тихо сказал Тобирама, наблюдая, как инструктор поправляет стойку мальчонки. — Выживали только самые сильные. Но теперь… — Теперь вы учите их думать, — закончила Рейко, останавливаясь рядом. В её глазах был неподдельный интерес. Он кивнул. — Мы разбиваем обучение на этапы. Никаких смертельных испытаний до 12 лет. Никаких миссий выше ранга C без наставника. Она смотрела на детей, и в её глазах мелькнуло что-то… почти тёплое. — Вы неожиданно сентиментальны, Тобирама-сама, — улыбнулась она. — Это не сентиментальность. Это эффективность, — он неотрывно смотрел на неё, скользя взглядом по гордому профилю. — Мёртвый шиноби бесполезен. Их взгляды встретились. Вдруг он шагнул ближе, опустив голос так, чтобы только она услышала: — В отличие от живых… которые ещё могут дать то, что хочется. Рейко замерла, растерянно распахнув глаза. Её губы приоткрылись — всего на мгновение, но он увидел. И тогда… Она рассмеялась. — Ох уж эти Сенджу, — её пальцы легли ему на грудь, едва касаясь, очерчивая линию ключиц под одеждой. — Оба такие самоуверенные… И вдруг резко отстранилась, когда к ним подошёл Хаширама. — Ну как, впечатляет? — Очень, — Рейко улыбнулась, но её глаза всё ещё были прикованы к Тобираме. — Но я ещё не всё увидела… Не так ли? — На что ещё вы хотели бы посмотреть? — Хаширама отбросил длинные пряди за спину. — О вас ходят легенды, Хаширама-сама, — чуть улыбнулась она, все-таки переводя взгляд на старшего из братьев. — О том, как вы умелы в бою и на что способны… Хочу увидеть это лично. Сразитесь со мной? Тренировочная площадка замерла в ожидании. Ветер кружил пыль под ногами, солнце слепило в глаза, но ни Хаширама, ни Рейко не моргнули, стоя друг напротив друга. — Вы уверены, что хотите этого? — Хаширама ухмыльнулся, поправляя напульсники и игриво добавил: — Я не стану поддаваться. — Если бы я хотела поблажек, то попросила бы вашего брата, — Рейко бросила взгляд в сторону второго Сенджу, который отошел и сейчас стоял в тени, скрестив руки. Тобирама лишь стиснул зубы, тщетно решая в голове одну простую загадку: почему она выбрала не его? Что вообще у неё в голове? Вчера она многое позволяла Хашираме, играла с ним всё утро, как кошка с мышкой, а в итоге сказала нет их союзу. Но вспоминая её тем же вечером, её простой наряд, открытую улыбку, неподдельный интерес и азарт во время их игры в го, Тобирама готов был поклясться, это не было притворством. Как и страсть, с которой она отвечала на его поцелуи. Но вот наступил следующий день, и она… снова играет, подначивая, провоцируя. И теперь он уже не мог понять, а точно ли её улыбки адресованные Хашираме неискренни? А был ли вообще вчерашний вечер таким, каким он его запомнил? Может из-за темноты, или собственного желания, он не разглядел издевки в ее глазах? Может… — Начинаем! Рейко атаковала первой — стремительно, как тень. Её кунаи сверкнули в воздухе, но Хаширама, смеясь, увернулся, будто заранее знал её мысли. — Неплохо, Рейко-сама, но попробуйте ещё раз! Они кружили по площадке, обмениваясь ударами, и с каждым моментом становилось ясно: Рейко сильна, но Хашираме не ровня. Почти каждую её технику он успевал блокировать, от каждого удара уворачивался, не трудясь делать вид, что это ему сколько-нибудь сложно. Тобирама наблюдал, заворожённый. Её гибкость, её ярость, её страсть — всё это заставляло его кровь кипеть. — Дерево: Великий лес! — Хаширама ударил ладонью о землю, и из-под ног Рейко взметнулись корни. Она едва успела отпрыгнуть, но один из них схватил её за лодыжку — и резко дёрнул вниз. Девушка ахнула, теряя равновесие и падая прямо в руки самодовольно ухмыляющегося хокаге, который бережно её подхватил, прижимая к своему торсу. Пару секунд она смотрела на него, широко распахнув глаза, а потом вдруг ударила со всей силы ногой об один из корней, так что Хаширама, не ожидавший этого, мгновенно стер улыбку и полетел на землю вместе с ней. Но сумел сгруппироваться так, чтобы перевернуться, в воздухе, и девушка приземлилась на него, не ударившись. Пыль взметнулась вокруг них, и повисшая тишина прерывалась лишь их обрывистым дыханием. В момент падения она зажмурилась, сжавшись, но теперь открыла глаза, поднимая голову. Их взгляды встретились, её грудь прижималась к его мощной грудной клетке, а его руки крепко обхватывали её талию. Они оба тяжело дышали. — Вот это я называю удачным падением, — прошептал он, и его голос звучал хрипло, а взгляд изучал растерянное, миловидное личико, на которое она ещё не успела нацепить свою любимую, высокомерную маску. Хаширама поймал себя на мысли, что именно сейчас действительно готов поверить, что этой девушке всего девятнадцать лет. Но власть давящая на плечи и привычка выживать среди беспринципных политиков, сохраняя лицо, делала её обычно взрослее лет на пять, не меньше. Некстати вспомнилось, что она является главой своего клана с тринадцати лет и как-то за всё это время сумела не выпустить власть из своих ухоженных пальчиков, хотя наверняка многие пытались «помочь» юной наследнице из лучших, конечно, побуждений. Рейко в этот момент размышляла о другом… о сильных руках на своей талии и ещё кое о чем твёрдом, горячем, явно возбуждённом, что она прекрасно чувствовала, ведь Сенджу продолжал её прижимать. — Хаширама-сама, вы… — Прости, — он засмеялся, но не спешил отпускать её… как и изображать смущение. Он явно чувствовал себя более чем комфортно. — Видимо, мое тело решило, что это лучший момент для восстания. Она медленно облизнула пересохшие губы, и вдруг осознала, что ей это нравится. Его сила. Его наглость. И поразительная… открытость. Сама она давно не могла позволить себе быть такой. Но Хаширама будто с первой встречи видел её настоящую сквозь все её тщательно выстроенные барьеры, и не осуждал ни за один из них. Просто позволял быть такой, как она хочет, даже если это высокомерие, язвительность, откровенные манипуляции. И при этом сам был настоящим собой. Это в нем подкупало сильнее, чем что-либо другое. — Всё в порядке? — раздался голос успевшего подойти Тобирамы… холодный и явно недовольный. Его взгляд колко проследил за руками старшего брата, неохотно выпускающими тонкую девичью талию. Рейко мгновенно поднялась, отряхивая кимоно. — Идеально. Ваш брат… очень галантен, — выдохнула она, игнорируя явное смятение в глазах младшего из братьев и легкую, понимающую улыбку на губах второго. Конечно, Тобирама, не сводящий с неё ждущего, явно молящего о хоть каком-то знаке, с самого утра, взгляда, не мог не заметить едва уловимую перемену между ней и Хаширамой. И она чрезвычайно его напрягала, сильнее, чем он хотел показать и от этого его нервозность лишь больше бросалась в глаза. Рейко внезапно почувствовала себя хозяйкой маленького глупого щеночка с белой шерсткой, который смотрит на нее жалостливо и явно грустит, что с ним больше не играют, ведь теперь хозяйка завела черного кота. Этот образ всплыл в голове так ярко, что она невольно фыркнула, снова бросив украдкой взгляд на Тобираму. Вот только этот щеночек один из сильнейших воинов их эпохи, расчетливый и практичный — Тобирама Сенджу… который ещё немного и начнет скулить у её ног. Видимо на личное его расчетливость не распространялась. Рейко склонила голову. Неужели она настолько запала ему в душу за столь недолгий срок знакомства? Всего один поцелуй и эта ледяная крепость пала. История достойна того, чтобы написать об этом книгу. Впрочем, Тобирама все же был ей симпатичен, пусть поначалу её мнение о нем не было особенно высоким. Он во многом был похож на неё саму. А от его поцелуев вчера, она долго не могла уснуть этой ночью и до сих пор не понимала, как у неё нашлись силы, чтобы его оттолкнуть. И даже… немного корила себя за это. — Ну что, продолжим? — голос Хаширамы горел энтузиазмом. Рейко заметила маленькую капельку пота, которая по шее заползла под ворот его одежды. Она, ожидаемо, не смогла победить, но… похоже все-таки сумела заставить его напрячься… не только снизу. — Думаю, на сегодня достаточно, — взгляд девушки скользнул между братьями, такими разными, но по-своему притягательными. И на мгновение стало даже жаль, что у неё в Конохе остался ещё всего один день. — Благодарю за экскурсию, и тренировку. Я хочу прогуляться в одиночестве, провожать меня не обязательно. Тобирама молча наблюдал, как хрупкая спина спокойно удаляется, пока Хаширама рядом многозначительно фыркнул, хлопнув его по плечу.