Глава 38. Лицо страха.

Дверь подвала с грохотом распахнулась настежь, и в проёме появился Алекс. Его шаги были быстрыми, почти порывистыми, но в каждом движении угадывалась напряжённость, будто он сдерживал бурю внутри. Взгляд его был холоден и жёсток, но за ледяной маской пряталась тревога. — Ну, здравствуй, Анна. Давно не виделись — голос Алекса звучал спокойно, но в нём слышалось напряжение, словно каждое слово было произнесено через силу. Анна резко выпрямилась, вся её фигура словно преобразилась. В её глазах вспыхнула надежда, а ледяная надменность исчезла без следа, уступив место трепетной, почти юной влюблённости. Она нервно поправила волосы, взгляд её стал мягче, а губы дрожали от волнения. — Алекс, ты всё же пришёл! — её голос дрожал, и в нём слышалось столько радости, что казалось, она готова броситься ему в объятия. Она подошла к нему почти вплотную, медленно, будто боялась спугнуть этот момент, и осторожно провела ладонью по его щеке. Алекс тут же жестко перехватил её руку, пальцы сжались крепко, взгляд оставался холодным и отстранённым. — Конечно, я пришёл. Ты сама пригласила меня — голос Алекса был ровным, но в глазах металась тревога, он бросил быстрый взгляд на меня, и кулаки его сжались так сильно, что костяшки побелели. Анна растерянно улыбнулась, пытаясь удержать хрупкую надежду, взгляд её метался между Алексом и мной. — Да… я… — выдавила она, и в голосе её звучала мольба. — Ты? — поторапливал он. — Я хотела, чтобы ты увидел… — Анна запнулась, не в силах выразить мысль. — Увидел то, что ты похитила Кэти? — Алекс ещё раз посмотрел на меня, его взгляд на мгновение задержался на крови стекающей по щеке. Ледяная маска спала и в этот миг он смотрел на меня с такой любовью и жалостью, будто хотел забрать всю мою боль себе, защитить от происходящего. Затем он быстро перевёл взгляд на Анну, и его лицо вновь стало холодным и непроницаемым — Я увидел. Что дальше? Каков твой план? — План? — на лице Анны промелькнуло удивление. — Ну, ты же не просто так похитила Кэти — голос Алекса стал жёстче. Он отступил от Анны, затем начал медленно, спокойно ходить по подвалу, не спуская с неё взгляда. Через несколько шагов Алекс подошёл ближе ко мне, его присутствие ощущалось как тихая, но уверенная защита. — Я хотела, чтобы ты выбрал… — Анна оживилась, надежда вспыхнула в её взгляде. — Выбрал что? — Выбрал меня, а не её… — Анна почти выдохнула эти слова, вся её поза выражала ожидание, глаза блестели надеждой — Алекс, скажи, если бы её не было, мы бы могли быть вместе? — она смотрела на него с отчаянной надеждой, словно от его ответа зависела вся её жизнь. — Вместе? — удивился Алекс, а потом вдруг громко засмеялся — Анна, ты моя пациентка. Не более того. Анна замерла, будто её пронзили насквозь, губы задрожали, глаза наполнились слезами, но взгляд оставался дерзким, цеплялся за последнюю надежду. — Значит… — прошептала она, голос срывался — Ты выбираешь её? — Анна, посмотри на меня — Алекс мягко, но твёрдо взял её за плечи, заставил поднять глаза — Выбора не было. Никогда. — П… почему? — её голос был едва слышен, дрожал от отчаяния. — Потому что наши отношения всегда были лишь рабочими — Алекс говорил спокойно — А наши с Кэти отношения личные. Не надо путать. — Но… но… — Анна сжалась, в глазах стояли слёзы — Я люблю тебя, Алекс… — слова вырвались с отчаянной мольбой, будто последнее признание. — Любишь? — Алекс удивился, но его голос был твёрд, даже жёсток — Нет, Анна. Ты не умеешь любить. Ты всегда любила только себя… и свои деньги. — Ты… ты не веришь мне? — в её голосе звучала обида, перешедшая в отчаяние, слёзы блестели на ресницах, руки дрожали. Алекс лишь покачал головой, его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло сожаление. В глазах Анны на секунду вспыхнула настоящая злоба, и всё вокруг будто замедлилось. Я услышала, как её каблуки гулко застучали по бетону, каждый удар отдавался эхом в моей голове, словно тиканье часов перед приговором. Сердце ухнуло куда-то вниз, дыхание стало тяжелым, а страх разливался по телу ледяной волной. Анна двинулась ко мне — медленно, как в кошмаре. Я смотрела на её лицо, и время словно растянулось, каждый её шаг был вечностью и приближал меня к чему-то ужасному. Я заметила, как дрожит её рука и как холодный отблеск лезвия вспыхнул в полумраке. Я не могла ни закричать, ни пошевелиться — всё тело будто онемело. Почему-то в этот момент, когда Анна нависла надо мной, я подумала о Алексе. О том, как он играл для меня на рояле, как его пальцы легко скользили по клавишам, а я не могла отвести взгляд. В тот момент казалось, что весь мир исчез, осталась только музыка и его улыбка. Но сейчас на его лице застыло отчаяние, смешанное с ужасом и бессильной яростью. Лицо было бледным, почти мертвенно-серым. Анна медленно подняла нож, и я увидела отражение своих испуганных глаз на его лезвии. В этот момент в душе осталась только одна мысль. «Алекс… если бы у нас ещё было время…» Острая, жгучая боль вспыхнула в животе, словно раскалённое железо пронзило меня насквозь. Горячая кровь мгновенно хлынула сквозь пальцы, её липкая тяжесть растекалась по коже, и я захлебнулась воздухом, пытаясь вдохнуть хоть немного жизни, но голос застрял где-то в горле. Я не могла даже закричать. В этот миг я увидела лицо Алекса. Оно исказилось от ужаса и мучительной боли. Он был готов броситься ко мне, но что-то удерживало его, и он лишь сильнее сжал кулаки, так что побелели костяшки пальцев. В этот момент я увидела настоящую муку на его лице. Смесь страха, отчаяния, любви и невозможности помочь. Я вместе со стулом тяжело рухнула на холодный бетон. Всё тело пронзила новая волна боли, я ударилась головой, и мир сразу поплыл. В ушах загудело, а перед глазами закружились тёмные пятна. Боль была такой сильной, что казалось, что она заполняет меня всю, вытесняя мысли, чувства, даже надежду. Я пыталась дышать, хваталась за остатки сознания, цеплялась за реальность из последних сил, чтобы не утонуть в этом мраке. Всё, на чём я могла сосредоточиться — это лицо Алекса. Я искала его взгляд, ловила его силуэт сквозь туман боли и страха. Хотела удержаться, не исчезнуть, не сломаться — только бы видеть его, только бы знать, что он рядом, только бы почувствовать, что я жива ещё хотя бы одну секунду.