Внезапные гости старой крепости

Одинокая тень пробирается через вызженные кусты умирающего мира. Сзади раздается громкое утробное рычание. Тень кутается в плащ, в попытке защитить кожу от ядовитого солнца. Хруст веток. Путнику едва удается увернуться от удара когтистой лапы. Тварь была огромна, метра три в высоту, не меньше, покрытая твердым шипастым панцырем, похожим на камень. Будь здесь ведьмак, наверняка определил бы эту тварь в класс "каменных големов", но путник знал, что здесь големов не было. Это были вполне живые твари, которые просто приспособились выживать в этом мире. А способ выжить здесь был один - убить и съесть того, кто слабее. Он вытаскивает меч и замахивается на чудовище. То блокирует удар лапой. Меч застревает между выступами каменной кожи и ломается. Выпад вперед. Обломок меча заходит под каменный доспех, ровно в сердце твари. Та булькает и падает, хороня под собой единственное оружие путника. Рычание где-то в дали. Он пытается отдышаться и снова бежит. Портал должен быть не так далеко, только если он не ошибся во времени и месте. А ошибиться он не мог. Он выскакивает на пустынную поляну, натыкаясь сразу на трех чудовищ. Твари оборачиваются. Нет... придется делать крюк... он может не успеть к порталу, а это значит, его убьют эти твари. Он бросается бежать в противоположную сторону. Ни коня, ни оружия. Максимально ужасная ситуация. Он не привык полагаться на помощь, но сейчас она бы ему очень пригодилась. Пусть будет недоверяющий ему Геральт, пусть будет Йенифер и Трисс... пусть будет кто угодно из ложи чародеек, которую он ненавидел. Но не в этом мире. Здесь ему может помочь только удача. А она ему не сопутствовала уже давно. Он задыхается от бега, но адреналин гонит вперед. Он выбегает в какое-то ущелье. Портал наверху. Туда недобраться. Он машет рукой. Портал появляется и исчезает. Снова. Нет. Не получается. Он в бессильном отчания рвет с руки браслет, тот царапает руку, но не снимается. Наверху портал дребезжит всполохами и... исчезает. Все. Не успел. Сзади чудовища. Спереди чудовища. По бокам скалы. Да, не на такую смерть он расчитывал. Он пробегает вперед еще несколько метров, но чудовища его настигают. От одной лапы он увернулся, но вторая попадает ровно ему по спине. Он пролетает вперед несколько метров и налетает грудью на камень. Хруст отпечатывается в ушах. Все. Больше он бежать не сможет. Кашель, попытка вдохнуть, но дикая боль не позволяет сделать глубокий вдох. Он дышит мелко, делает отчаянную попытку встать. И тут же валится на землю. Еще одна попытка. В глазах темнело, в ушах бил наббат. Сквозь кокофонию шумов и боли, он с трудом различает лязг. Словно меч бьет о камень. Но откуда? Галлюцинации? Но твари пока не нападают. Он поднимается и опирается на камень. Снова пытается снять браслет. Не выходит. Давай же. Давай! Давай!!! Не выходит. Он в отчаянии бьет запястьями об камень, ребра пронзает боль и он теряет равновесие. Раздается взрыв, его ослепляет яркий свет и в этот момент кто-то дотрагивается до его спины. Вспышка зеленого цвета и он... падает в траву. Здесь была ночь. Прохладный ночной воздух и стылая роса остужают кожу после испепеляющей жары. Над головой деревья, слышится уханье совы и скрежет цикад. Он какое-то время лежит, зажимая ребра. Повисла оглушающая тишина. Он опасался, что сейчас его снова схватят. Но тишина затягивалась. Значит, его спасли не навигаторы Дикой Охоты. А... - ...Зираэль? - неуверенно проговаривает он. - Ты?.. - удивленно проговорила девушка, подходя ближе. Она присела рядом с ним на корточки и стащила капюшон. - Аваллак'х? Что ты там делал? И... почему не сражался? Они же уязвимы к магии. Эльф грустно усмехнулся и показал запястье. Цири взяла его за руку и провела рукой по браслету. - Это... двемирит? - Да... - Но как? - После... всего я вернулся в Аэн Элле. Воины Эредина решили сделать меня виноватым во всем. Надели браслеты и заперли в тюрьме. Я бежал. Думал скрыться в одном из миров, но напоролся на чудовищ. Как ты меня нашла? - Случайно наткнулась. Тебе просто повезло, что я оказалась рядом. - Мне нужно в лабораторию. Там найдется что-то, чтобы снять двемерит с моих рук. Если я избавлюсь от браслетов, то смогу использовать магию для исцеления. - Я потратила много сил. Я не смогу перенести нас обоих на Скеллиге. - Где мы сейчас? - Недалеко от Каэр Морхена. Я могу перенести нас туда, а потом в лабораторию, когда восстановлю силы. Так у нас будет пара дней под крышей. И я думаю, что там остались какие-нибудь травы, чтобы не допустить заражения. Эльф легко кивает - будто у него был выбор - пытается встать через бок, но когда адреналин спал, боль побороть было практически невозможно. - Подожди, не вставай, - говорит Цири и берет его за руку. Зеленая вспышка, и они оказываются в одной из башен замка, сидящими на кровати. Аваллак'х осматривается. - Очень точно. Цири улыбнулась. - Я тренировалась. Но сейчас я это делаю так легко. Я устала. Предлагаю сейчас лечь спать, а утром подумать над твоими ранами. - Как скажешь, Зираэль. Боюсь, я не в том состоянии, чтобы спорить. - Что они с тобой сделали, чтобы я понимала, что именно искать. - Сломали ребра и расцарапали спину. - Хорошо. И еще я поищу, чем можно снять браслеты. Цири задумчиво посмотрела на свой пояс, после чего достала нож. - Давай попробуем так. Она берет его руку и пытается ножом поддеть браслет. Но не получается и только царапает эльфу запястье. Тот отдергивает руку, стирая большим пальцем кровь. - Не выйдет, Зираэль. Я пробовал. Замки на них защищены магией. - Завтра что-нибудь придумаем. Цири уходит. За дверью был темный пустой холодный замок. Кое-где появилась плесень, пахло затхлостью. Замок давно был необитаем. И от этого болезненно сжималось сердце. После смерти Весемира, Эскель сказал, что больше сюда не вернется, Ламберт уехал с Кейрой, Геральт с Йенифер. И замок опустел. А ведь здесь она выросла, научилась сражаться... именно здесь ее сделали той, кем она является. Теперь все это осталось в прошлом. И она надеялась, что больше сюда не вернется, что не увидит, во что превратился замок. Почему же она подумала об этих лесах, когда спасала бродягу из лап чудовища? Ведь она еще не знала, кого именно спасает. Надо же, она не думала, что этому эльфу может понадобиться ее помощь, обычно это он ее спасал. И как правило в своих целях. Цири поднимается в комнату, где жила, когда была маленькой, скидывает одежду и мечи и падает в сырую, пропахшую плесенью постель, почти сразу засыпая. Проснулась она удивительно рано. Есть хотелось безумно. Когда она последний раз ела? Вчера утром, кажется? А когда ел в последний раз ее спутник, и вовсе неизвестно. Если все так, как он говорит - он бежал из тюрьмы в другой мир, то вряд ли он был сыт. Она встает и потягивается. В окно било яркое солнце. Она быстро одевается и выходит на балкон. И сердце вновь болезненно сжимается. Здесь так красиво. Впереди горы и лес. А внизу двор, где они с Геральтом лазали по стенам. И все такое... пустое. Будто ничего не изменилось. Но все было совсем иначе. Она закидывает мечи за плечо, вздыхает и исчезает в зеленой вспышке. Аваллак'х почти не спал. Как бы он не лег, ему было больно. Забавно. Когда он здесь ночевал в прошлый раз, ему было не сильно лучше. В памяти все еще хранилось ужасное ощущение снятия проклятья. Он понимал, что иного выхода не было, иначе он бы остался Умой навсегда, но вспоминать это было страшно. Уснул он лишь под утро, когда усталость взяла свое. Хлопнула дверь. Эльф резко открыл глаза. И снова на него накатила реальность. Он морщится. В комнату зашла Цири. Она принесла сумку, в которой была завернутая в тряпочку курица, печеная картошка и бутылка воды. - Откуда это? - Из ближайшей деревни. - Тебе уже лучше, Зираэль? - Лучше. Но я еще не восстановила силы. Два прыжка - туда и обратно - уже вымотали меня. Я не смогу прыгнуть на Скеллиге вместе с тобой. - Ты - дитя Старшей Крови. В тебе гораздо больший потенциал, чем ты дума... - Хватит! - оборвала его Цири, - Не желаю об этом слышать. Ешь, пока я ищу травы. Она сказала в приказном тоне, не дающем даже задуматься о неповеновении. Истинная королева. Аваллак'х несколько опешил. А Цири развернулась и вышла. Цири знала, где Весемир хранил травы. Оставалось лишь надеяться на то, что хоть что-то из этого уцелело. И на счастье она нашла то, что искала. Травы были сухие, поэтому не сгнили вместе со всем остальным. Она развела огонь, вскипятила воду, заварила травы. Нашла несколько мазей - для ран и ушибов в своей сумке. Обычно ведьмаки пользовались элексирами, но Цири не проходила ведьмачьих мутаций, потому пользовалась быстро заживляющими мазями и травами. Скоро она вернулась в башню, где остался раненный эльф. Она без стука открыла дверь и невольно застала картину, как он - полуголый - стоял перед зеркалом. Быстро спохватившись, она вылетела из комнаты. Но в ее памяти отпечатался вид изящного, покрытого магическими символами, тела эльфа. Обычно он всегда ходил в мешковатой одежде, как и другие эльфы Аэн Элле, потому она никогда не задумывалась, что он правда красив. - Зираэль? Цири вздохнула и вернулась. Эльф стоял, накинув на плечи походный плащ, но без привычной одежды. - Захватил огонь Старшей Крови? Девушка возмутилась, но промолчала, попытаясь его не разглядывать, протянула ему бокал. Эльф забрал и приняхался. - Что это? - Пей. - Что это? - тверже спросил он. - Раз я даю, значит пей. Или ты думаешь, что я хочу тебя отравить? Не в моих принципах травить других ядами. Я не мой отец и не ты. К тому же, хотела бы убить, бросила бы в лесу. - Понял... Аваллак'х залпом выпил содержимое кружки. Травы были душистыми, но он не понимал, какие именно. - Так... что это? - уже без твердости, с привычным спокойствием спросил он. - Обезболивающее. Она поставила две банки. - Думаю, сам справишься. Она вышла. К вечеру она снова поднялась в башню с новой порцией еды. Почти весь день она гуляла по лесу вблизи Каэр Морхена, поймала зайца, насобирала ягод. Зайца она запекла над огнем. В главном помещении благодаря огню стало несколько теплее и суше. По этому после заката весь вечер она просидела там, изматывая себя воспоминаниями, как холодными зимними днями наблюдала за пьющими ведьмаками, пока сама упражнялась в фехтовании. Но нужно было отнести еду эльфу. Она встретила его около комнаты. Он шел, опираясь на стену. - Зираэль, а я полагал, что ты забыла про меня. - Что означала твоя утренняя острота про Старшую кровь? - Видишь ли, Зираэль, в тебе течет эльфийская кровь. И нет ничего постыдного в том, что тебе могут быть симпатичны эльфы. Все же и твоим первым мужчиной был эльфийский король... - Это не так. И да, с его величеством мы так и не спали, потому что он был слишком стар, - фыркнула Цири, ей хотелось ударить Аваллак'ха. - Да. Он был стар. Но твой дар... Дар Старшей Крови должен вернуться в Аэн Элле. Это дар эльфов, а не людей. В прочем, так как все достойные кандидаты мертвы, ты вольна выбрать, какому роду готова подарить свой дар... Резкое движение и горла эльфа касается острие меча. Он резко замолкает и поднимает голову. - Тогда мне было шестнадцать лет. И я тебя боялась. Я боялась и тебя, и короля, и Дикую Охоту Эредина. По этому я шла на поводу твоих приказов. Но сейчас все изменилось. Я уже не та маленькая девочка, не способная управлять своим даром. Я - ведьмак, как мой приемный отец. И чародейка, как моя приемная мать. И пусть мой настоящий отец Эмгыр, я вольна считать своими родителями Геральта и Йенифер - единственных людей, кому я небезразлична, кому нужна я, а не мой дар. И я также вольна распоряжаться сама своей жизнью. Что есть и с кем спать. Я не должна от кого-то родить только потому, что этого хочешь ты. Сейчас я могу дать отпор хоть тебе, хоть кому-либо другому, даже когда к тебе вернется твоя магия. По этому предупреждаю, если ты не хочешь, чтобы я ушла, оставив тебя раненного, не способного пользоваться магией в холодной заплесневевшей крепости на отшибе мира, откуда до ближайшего поселения не одна миля, то больше ты эту тему не поднимаешь. Надеюсь, я доходчиво ответила на твой вопрос. Она убрала меч обратно в ножны за спину. После чего сунула ему в руки деревянную тарелку с половиной кролика и остатками утренней картошки, после чего развернулась и ушла. Она безумно на него злилась. За то время, что она бегала по миру, охотясь на чудовищ, она так привыкла, что ее все считают ведьмачкой. Она временами начинала забывать, как совсем недавно за ней охотился весь мир. И не один. Но возвращение этого эльфа напомнило ей, как же она ненавидит свой дар. Она спустилась на первый этаж и села за стол, где уже приготовила себе ужин - кролика, картошку и ягоды. Несколько посидев, она вскочила и вылетела на улицу. Злость кипела внутри нее. Она заскочила на стену, где висел "маятник" и ударила его мечом. Он начал раскачиваться. Прыжок вперед, скачок назад, выпад, удар. В голове звучал голос Геральта: "Двигайся. Цири! Двигайся! Следи за ногами!". Она уходит в сальто через руки. Еще удар. Еще выпад. - Как же все это достало! - прыжок, - Я и так всю жизнь убегала! - выпад, - Всем нужна только моя магия! Но теперь уже плевать! Пусть хоть ядом истекут! Я могу дать отпор любому! - уклон и удар, - Я ведьмак! Мне плевать и на меч и на магию! - сальто, разворот прыжком, - И будь Аваллак'х хоть трижды могущественным чародеем и Знающим, он ни к чему меня больше не принудит. Отныне я сама распоряжаюсь своей жизнью! И если я соглашусь упасть с кем-то в постель, то только тогда, когда захочу сама, - Еще удар, прыжок, удар, - Придушу! В капусту порублю! Грррр... Она теряет равновесие и уходит в сальто, соскакивая со стены. Запыхавшись, она убирает меч в ножны. Кажется стало легче. Она поднимает взгляд. Аваллак'х стоял на балконе и наблюдал за ее выплеском эмоций. Заметив ее взгляд, он спокойно ушел в комнату. Ублюдок. Цири вернулась в замок и все же села есть. Утром ей не хотелось вообще к нему идти. Хотелось перескочить ближе к своей белой кобыле, запрыгнуть ей на спину и поехать куда глаза глядят, по пути собирая заказы на чудовищ. Но она не могла так поступить. Эльф правда много ей помогал, а если она так поступит, то большая вероятность, что он просто погибнет. Она прыгнула в ближайшую деревню, купила там пирожки и вернулась обратно. Стук в дверь. - Заходи, Зираэль, - ответили с небольшим промедлением. Когда Цири зашла, Аваллак'х размазывал по груди мазь. Отложив банку, он взял другую и потянулся к спине, морщась. Очевидно, что до спины ему было тяжело тянуться из-за сломанных ребер. Цири кинула сверток с пирожками на стол и схватила эльфа за руку, отталкивая к стене. - Кфф... - выдохнул он, сжимая руки в кулаки. Цири зачерпнула мазь из банки и провела сразу по ране. Он чуть выгнулся, но промочал. Какое-то время они молчали. - Зираэль... почему ты злишься? - разорвал тишину эльф. - Ты прекрасно знаешь почему, Знающий. - Ты с самого начала знала, что ты обладаешь даром, который нужен всем. И друзьям и врагам. Но в отличие от многих, я всегда был другом. - Другом? Да с такими друзьями врагов не нужно! - Я тебе помогал. Я учил тебя использовать магию. И... ты же мне верила. Что изменилось? - Я повзрослела. - Ты решила стать Геральтом с его вечной паранойей? - Нет. Я - это я. Я не ты. И я не Геральт. Я не эльф. И я не человек. Я Цирилла, дочь Старшей Крови, ведьмачка. Повисла тишина, прерываемая лишь редким шипением эльфа. - Для тебя и люди и эльфы - это породистые лошади. Ты скрещиваешь их друг с другом, получаешь новые породы. А. Упс, ветка зашла в тупик. Ну ладно, прервем ее и начнем заново. Я тебя ненавижу, Лис. Она проводит пальцами по ране, обтирая остатки мази, вызывая шипение, после чего резко развернулась и вышла из комнаты. Эльф какое-то время стоял, смотря ей вслед, после чего с трудом дошел до кровати - девушка разбередила раны и теперь спина горела огнем - рухнул на бок поперек нее и почти сразу уснул. День клонился к вечеру. Солнце уходило за горы. Цири сидела на бортике балкона, свесив ноги вниз. Так красиво. Так спокойно. Все такое родное, что хотелось плакать. У нее было все большее желание прыгнуть куда-нибудь подальше отсюда, от этого места, от этого эльфа. Она начала новую жизнь и не хотела возвращения прошлого. Не хотела ничего вспоминать. В коридоре раздались шаги. Цири знала, что это может быть только один человек, точнее эльф. В дверь постучали. - Не заперто. Аваллак'х все также по стенке прошел в комнату и вышел на балкон, оберся на борт руками. Какое-то время они молчали, наслаждаясь закатом. - Красиво здесь, - внезапная фраза. - Я не думала, что тебя интересует подобная эстетика. - А зря. Эльфы не сильно отличаются от людей. Снова повисло молчание. - Зираэль, прости, я погорячился. - Почему для тебя так важно, что я думаю, что ты аж решил подняться сюда? Я думала, что ты ненавидишь меня. Я же ошибка природы - человек с корнями народа Ольх. - Я никогда не считал тебя ошибкой природы. Как я мог так считать, если сам тебя создавал? Да, я считал тебя инструментом, оружием. Но... - Считал? В прошедшем времени? Вот только не надо "я изменился", "Я все осознал". - И не буду. Я не изменился. И мое отношение к тебе, как к моему творению не изменилось. Но я больше не могу тебя использовать или принуждать. - Да что ты? - А ты мне позволишь? - Нет. - По этому не могу. Снова повисло молчание. - И что же дальше? - спросила Цири. - Я сниму браслеты, залечу раны и исчезну. Позволю тебе самой распоряжаться своей жизнью. Но... если тебе понадобится моя помощь, ты меня найдешь, Госпожа Пространства и Времени. Цири поворачивает голову на эльфа, пока тот смотрит на почти скрывшийся закат. Вздыхает. - Идем, я помогу тебе обработать раны. Она спрыгивает с борта и протягивает Аваллак'ху руку. Он опирается на нее. Зеленая вспышка, и они снова оказываются в его комнате. Она помогает ему раздеться, после чего он берет мазь для ребер. Цири мягко толкает его на кровать спиной, чтобы не травмировать раны от когтей. Зачерпывает мазь и размазывает по его груди. Сейчас ей представляется шанс его рассмотреть. Цири не знала, сколько лет Аваллак'ху, но старым он не выглядел. Красивый, но худощавый, что свойственно эльфам. Не похож на ведьмаков, среди которых она выросла. А ведь и правда ее вырастили мужчины и Йен... Йенифер! Точно! - Аваллак'х! - внезапно сказала она, - Геральт и Йенифер каждое лето примерно в это время навещают Лютика и Золтана! Мы можем отправиться в Новиград! Есть вероятность с ними пересечься! Может быть они придумают, как снять браслеты! Йенифер - чародейка! Наверняка, она уже с таким сталкивалась. - Я тоже сталкивался. - Может быть вы вдвоем что-то придумаете. Или она сможет сломать защитные чары. Этого ты сам не сможешь сделать без магии. И твоя лаборатория здесь не поможет. - Я не хочу быть вдолгу перед ними. Дважды. - Дважды? - Они сняли с меня проклятие Эредина. - Но я больше не вижу возможности. - Хорошо. Пусть будет так, Зираэль. - И я могу попробовать вылечить твои раны. Но раньше я это делала только на себе. И еще я боюсь, что двемерит мне помешает. - Если ты можешь это сделать, попробуй. - Ты уверен? А если что-то пойдет не так? Моя магия все еще неуправляема. Я боюсь, что могу... испепелить тебя. - Я ранен чудовищем и закован в двемеритовые кандалы. Ты вряд ли представляешь себе это отвратительное чувство. Он жжет кожу, от него мутит. А находимся мы на отшибе мира. Действуй. Как минимум, здесь никто не услышит мои крики, но все же постарайся меня не убить. Цири вздохнула. Какое-то время она просто смотрела на него, не решаясь. Слишком большая ответственность. А если она его убьет? Она себе никогда этого не простит. - Просто будь спокойна и внимательна. И помни, чему я тебя учил. Она опирается коленями на кровать и, не долго думая, перекидывает через него ногу, садясь верхом на эльфа. Кладет руки ему на грудь и читает заклинание. Она тверда и сосредоточена, не допускает ни единой лишней мысли. Чего не сказать об эльфе. Посмотрев на Цири, он резко отвернулся. А когда ее магия проникла в его тело, с шумом подавился воздухом. Цири это проигнорировала, продолжая читать заклинание. Двемерит действительно начинает блокировать ее магию и на исцеление его ран и сломанных ребер уходит куда больше сил, чем она планировала. Но она знает, что кости срастаются, а раны затягиваются. Эльф дергается, пытаясь глотать звуки. Цири опасалась, что навредит ему. Остатки магии просачиваются в его ребра, и она убирает руки. Она тяжело дышала, время от времени у нее дрожали мышцы. Оперевшись на грудь эльфа руками, она пыталась отдышаться. Волосы спадали на ее лицо, но она не стремилась их убрать, невидящим взглядом смотря вниз, на покрытый рисунками живот эльфа. - Я... сделала, что могла, - полушепотом, проговаривает она, после чего через силу встает. Едва она поднимается, в ее глазах тут же темнеет и она оступается. Эльф успевает встать и подхватить на руки теряющую сознание ведьмачку. Очнулась Цири у себя в комнате на кровати. Солнце во всю светило в окно. По личным ощущениям была середина дня. Она осмотрелась. На столе лежала тарелка с разными ягодами и запечеными грибами. Неужели Аваллак'х расстарался? Цири села. От долгого сна в голове, словно, была вата. Нехотя она встала и пошла к столу. Быстро поев, она отправилась вниз. На первом этаже все еще горел огонь и было не просто тепло, а жарко, ведь и на улице было не холодно. За тем же столом, где сидела она, что-то читал Аваллак'х. Услышав шаги, он поднял голову. - Рад, что ты пришла в себя, Зираэль. Цири зевнула. - Который час? - Середина дня. Ты была без сознания двое суток. Но это нормально. Ты потратила много сил. Если тебе интересно мое самочувствие, то мне гораздо лучше. - Я рада, что все не зря. Но я правда боялась тебя убить. - У тебя сильная магия, но ты уже достаточно хорошо ее контролируешь. Ты могла меня убить, но не убила. - Я видела, что тебе было неприятно. - После снятия проклятия, все остальное уже не страшно. Она подходит ближе к нему. Он закрывает и откладывает книгу. "Травы и настои". - А я думала, ты все знаешь об этом. - Я генетик, а не травник. Но да, почти все из этого я знаю. Но есть и весьма интересные вещи. Ты читала? - Да. Я все читала. Дядюшка Весемир заставил. Он считал, что для ведьмака знания лишними не бывают. - Тебя с самого начала готовили стать ведьмаком? Цири пожимает плечами. - Меня учили защищаться. Но... все мое детство меня называли юной ведьмачкой. Наверное, да. Никто не сомневался, что я стану одной из них. Она зажимает медальон в руках. - И я была не против. Я выросла в Каэр Морхене, меня воспитывали Геральт и Йенифер, учил Весемир, все мои игры были - драка с кем-нибудь из ведьмаков, маятник или лазание по стенам. Даже из игрушек у меня был - деревянный меч. Кем я могла стать? Императрицей? Сильно сомневаюсь. Но я рада, что все так сложилось. Для большинства я мертва. А это значит, что уже никому не нужна. Она села за стол с другой стороны. Аваллак'х подвинул к ней ягоды. Без магии он не мог ни охотиться, ни телепортироваться, а без лошади не мог и добраться до ближайшей деревни. Цири улыбнулась и набрала горсть ягод. - Ты не злишься? - спросил эльф. - Злюсь. Но я смирилась с тем, кто ты. - Я обещаю, что отныне не буду вмешиваться в твои решения. Ты вольна сама выбирать. - Это великодушно с твоей стороны, - со скептицизмом сказала она, после чего вздохнула, - Я могу перенести нас в Новиград. Нужно подготовиться, взять все необходимое. Вряд ли мы сюда еще когда-то вернемся, - она вздыхает с какой-то грустью. Эльф кивнул. Следующий час Цири просто ходила по крепости, словно пытаясь запомнить каждый ее угол. Поднялась в комнату Геральта и вышла на балкон. Здесь ее и застал Аваллак'х. - Ты готова? - Да, - вздохнула она не отводя взгляд от гор. Эльф обвел помещение взглядом. - Здесь жил Геральт, - зачем-то сказала Цири. Аваллак'х понимающе кивнул. Но говорить ничего не стал. Если ей нужно еще немного времени... Цири вздыхает, поправляет два меча за спиной и протягивает эльфу руку. Тот уверенно берет ее в свою. Зеленая вспышка.