Часть 8. Испытание или благословение

      — Мама! Как ты себя чувствуешь?       Маленький ураганчик ворвался в покои королевы. Рейнира была невероятно энергичным ребёнком, требующим постоянного внимания. Её капризы и истерики во многом были результатом чрезмерной опеки со стороны родителей, которые баловали принцессу и не придавали значения строгому воспитанию. Но сама по себе Рейнира была доброй девочкой. Неудивительно, что её называли отрадой королевства. Эмма считала, что ей просто нужно правильное направление.       — Со мной всё хорошо, Нира. Роды прошли быстро, но всё равно вымотали меня. Мне нужно немного времени, чтобы восстановиться, — мягко сказала Эмма, поглаживая принцессу по голове. Заслуживало ли это дитя того, чтобы однажды проснуться без матери?       — Папа велел мне не тревожить тебя. Я ждала целых семь дней. Хочу наконец увидеть своего братика! Почему мне не разрешают?       Внешне спокойная, Рейнира на самом деле тяжело переживала появление младенца. Восемь лет она была единственным ребёнком и купалась во всеобщем внимании. Но с рождением брата центр вселенной сместился. Все разговоры — только о принце, а в его честь всё ещё продолжается турнир. Это ощущение заброшенности могло перерасти в нечто более серьёзное.       — Рейнира, присядь, пожалуйста. Ты обязательно увидишь своего брата, но сначала мы должны поговорить.       Девочка нахмурилась из-за серьёзного тона, но послушно села рядом.       Эмма была сильно обеспокоена здоровьем Бейлона. При родах присутствовали только повитуха с помощницей, главная фрейлина и помощник мейстера. Последний не входил в её основную команду, но его пришлось впустить, чтобы не вызвать подозрений у мейстера Меллоса. Эмма не испытывала угрызений совести за то, что велела Марле подсыпать приличную дозу слабительного в его еду — но, несмотря на это, он всё равно пришёл. Такая преданность вызывала уважение, и после родов она разрешила ему увидеть ребёнка.       Свою команду она заранее обучила основам современной медицины в условиях средневековья — технике асептики и антисептики в акушерстве и неонатологии.       Эмма сожалела, что в университете уделяла мало внимания педиатрии и акушерству: её специализацией была терапия. Теперь она могла опираться лишь на обрывочные знания с кратких циклов, сохранившиеся в памяти.       Мейстер Меллос сперва попытался показать характер, но под натиском сплочённой женской команды быстро сдался. Противостоять им всем было непросто. Вскоре он стал играть роль обиженной невинности: сохранял холодную вежливость, но перестал появляться каждый день, отправляя вместо себя помощника.       Этого парня звали Теобальд. Он был учеником мейстера и мечтал однажды заслужить звено из серебра. Скромный, открытый, любознательный — он быстро стал частью команды. Даже ворчливая Берта приняла его без возражений.       Эмма сильно боялась, что младенец умрёт, как в сериале. Но ни через час, ни через день он не перестал дышать. Хоть и был маленьким и слабым, все рефлексы были в норме. Он хорошо брал грудь, чем безмерно радовал её.       Вообще, Бейлон радовал её. Роды были ужасным испытанием, но появление ребёнка вызывало бурю чувств. С каждым днём она всё больше его любила. Сначала Эмма отказалась от кормилицы, опасаясь инфекции, но теперь уже не могла представить, что кто-то другой будет его кормить. Не прошло и недели, как она стала трястись над младенцем, и это казалось ей совершенно естественным.       Смотря теперь на Рейниру, Эмма неожиданно ощутила, как сердце мягко поворачивается и к ней. То ли материнство изменило её, то ли гормоны, но теперь она хотела защитить обоих своих детей — и Бейлона, и Рейниру.       — Твой брат родился очень слабым, Нира. Ему нужно время, чтобы окрепнуть. Сейчас он особенно нуждается в заботе и любви. Когда ты появилась на свет, ты тоже была крошкой, и родители заботились о тебе каждый день. Посмотри, какая ты теперь — большая, сильная. Пришло твоё время подарить такую же заботу Бейлону.       Рейнира задумчиво смотрела на мать, нахмурив светлые брови и теребя постельное бельё.       — Я помогу тебе, мама. Тебе больше не придётся грустить. Он обязательно вырастет сильным, я обещаю.       Эмма рассмеялась и обняла её. Всё-таки Рейнира была замечательным ребёнком.       — Кажется, ты принесла подарок для брата?       Лицо Рейниры вспыхнуло от радости. С гордостью она показала драконье яйцо, которое принесла с собой.       — Да! Я сама выбрала его. Дракон сделает его сильным!       — Тогда пойдём вместе навестим твоего братика, и ты наконец сможешь с ним познакомиться.       Принцесса радостно соскочила с кровати, готовая бежать в любую секунду. Эмма улыбнулась, наблюдая за её неиссякаемой энергией, и велела слугам принести платье.       Впервые с момента пробуждения Эмма почувствовала настоящее спокойствие.