Часть 9. Праздник или разочарование

      Деймон проснулся от резкого света, пробивавшегося сквозь веки и больно впившегося в глаза. Рядом зашевелилась Мисария и сонным голосом предложила вина, но он отказался. Голова гудела после вчерашнего. Единственное, чего ему сейчас хотелось, — это ванна. А для этого нужно было добраться до собственных покоев.       Дорога, словно назло, тянулась бесконечно. Он старался идти прямо, несмотря на ноющую боль в теле и голове, но получалось плохо. В такие моменты он особенно ненавидел, что королевские покои располагались на самых верхних уровнях жилых башен.       Он медленно брёл вверх, размышляя, не пора ли умерить свои вечерние возлияния и вернуться к тренировкам. Недавнее поражение на турнире от молодого дорнийца ударило по самолюбию, хоть он и делал вид, будто равнодушен.       Кажется, за эти дни он потерял многое. Титул самого умелого рыцаря… и, что куда важнее, — статус наследника. Хотя был ли он когда-либо официальным? Разумеется, нет. Его брат всегда избегал произносить это вслух — будто боялся превратить в реальность. А теперь, с рождением сына, он и вовсе стал обузой. Хотя переживет ли этот мальчик младенчество — ещё вопрос.       За десять лет брака Эймма зачала пять раз. Пять, мать их, попыток — и только одна дочь на руках. Дважды — выкидыши. Один сын умер в колыбели, другой — родился мёртвым. Только Рейнира осталась. Этот — шестой. Интересно, как долго он продержится? И как скоро Эймма снова забеременеет? Деймон считал, что Визерис даже слишком старается.       Будто отвечая на его мысли, со стороны винтовой лестницы показалась королева. Она на секунду замерла, заметив его, но всё же направилась навстречу.       — Кузен, похоже, ты бурно провёл прошлую ночь.       Деймон не ожидал встречи с Эйммой, но деваться было некуда — они оба шли в одном направлении.       — Да, — ответил он, усмехнувшись. — Отмечал рождение наследника.       Он старался скрыть раздражение, но в голосе всё равно прозвучала ирония. Скользнув взглядом по кузине, он пытался понять, задели ли её слова.       Эймма выглядела измождённой и ещё более похудевшей. Впрочем, он не помнил, когда в последний раз видел её здоровой.       Беременность никогда её не украшала, а потери только добавляли горечи в образ. Последний раз он видел её по-настоящему весёлой, когда она приехала в столицу — юной, беззаботной, играющей в догонялки с кузенами.       — Прошло уже две недели с рождения Бейлона. Долго ещё будешь праздновать, кузен? — произнесла она насмешливо.       — Рождение сына — радостная весть. Как я могу не радоваться тому, что мой брат наконец обрёл наследника?       Он злился на себя за этот тон. Эймма была последней, кто заслуживал такую колкость. Деймон отвёл взгляд, не желая видеть её реакцию.       — Наследник у Визериса был всегда. Сначала ты. Потом — Рейнира. Просто он идиот, который этого не понимает.       Её слова застали его врасплох. Никогда прежде она не позволяла себе таких выпадов в адрес мужа. Даже если была с ним не согласна, обычно молчала и позволяла делать, что он считает нужным.       Он взглянул на неё, и она, уловив его взгляд, посмотрела в ответ. Холодный, цепкий взгляд на мгновение сбил его с равновесия. Он не помнил, чтобы кузина когда-либо так смотрела. Эймма Аррен всегда казалась ему самым мягким и доброжелательным созданием. Неужели его усмешка её задела? Но почему тогда злость была направлена на Визериса, а не на него?       — Похоже, ты ещё не до конца протрезвел, кузен, — спокойно сказала она. — Перестань устраивать пиры, пока твои выходки не довели Визериса окончательно.       — Не я один праздную. Вся Гавань до сих пор пирует. Думаю, у брата сейчас нет дела до меня.       Сам Визерис отмечал уже вторую неделю, встречая новых гостей и выпивая за здоровье сына.       Эймма поморщилась.       — Праздниками они не помогут моему сыну пережить младенчество.       С этими словами королева ускорила шаг.       Деймон остановился, провожая её взглядом, пока она не скрылась за поворотом. Впервые он почувствовал, что его кузина тоже была наполовину драконом.