Глава 111 Как мне подавить его желание Умереть?

Первой вещью, которую сделала Юно после разговора с Рэем, стало то, что она впервые в жизни связалась с психологом, номер которого ей дал Рэй. — Привет… Я уже не думала, что ты позвонишь. Но я очень рада, что ты решила это сделать. — Привет. Мне нужен твой совет. Когда Рэй рассказывал о тебе, он говорил, что ты очень хороша в своём деле. — Как ты, возможно, знаешь, я очень люблю Рэя. И я вижу, что у него тоже есть ко мне чувства, но он явно избегает этого. Раньше я думала, что это связано с его чувствами к Лили. Но после появления Мику в его жизни я совсем запуталась. — Ты не первая, кто обращается ко мне с этим вопросом. Среди «Дьяволов» немало девушек, которые приходили ко мне с той же проблемой. Большинство из них потом находили себе пару среди других. — Все они говорили примерно одно и то же: «Я так его люблю, почему он этого не видит?» — Но я не одна из них. И не собираюсь отступать, — сказала Юно. — Ты меня не так поняла. Я хочу сказать, что большинство тех, кто нашёл пару, бросит всё и прибежит к нему, стоит ему только намекнуть, что у них есть шанс. — То, что вы испытываете к нему, — не совсем любовь. Это странная смесь чувств: безмерное уважение, поклонение. Многие «Дьяволы» боготворят его. Я не удивлюсь, если среди вас есть те, кто молится на него. — Я не собираюсь вас осуждать. Ведь для многих из вас он стал спасителем. Даже я, человек, который лично не был в подобной ситуации, уважаю этого мужчину. — Для вас он не просто человек. Он — спаситель, тот, кто дал вам второй шанс. Он — непоколебимый символ надежды. Я думаю, что среди «Дьяволов» ты — единственная, кто видел его слабым. И то лишь потому, что была одной из первых… и потому что именно тебе он доверил свою сестру. — Есть несколько причин, почему он не подпустит к себе никого из вас. Первая — он не хочет разрушать тех, кого вдохновил на то, что этот мир можно сделать лучше. Вторая — он видит в большинстве из вас детей с искалеченными душами и не хочет пользоваться вашим состоянием. — Ты же знаешь, что если среди «Дьяволов» образуется пара, то им запрещают боевые выходы. Это показывает, что в глубине души Рэй надеется что несмотря на весь ужас, который вам довелось пережить большинству из вас, у вас всё ещё будет шанс на нормальную жизнь. — Но почему он выбрал Мику, а не меня? Я понимаю, о чём ты говоришь, и то, что ты сказала про других девушек, касается и меня. Но я думаю, что не так важно, почему мы его любим. Важно лишь то, что наши чувства к нему искренни. И ни одна из нас никогда бы не стала ему изменять, — твёрдо сказала Юно. — Мику была для него вызовом. Из того, что я знаю о ней, могу предположить, что в начале их отношений Рэй был для неё инструментом протеста. Я даже думаю, что он вполне допускал, что она может его бросить. — Но Рэй — из тех людей, которые отдаются любому делу с головой: если любить — то всей душой, если ненавидеть — то точно так же. — В какой-то момент, благодаря его заботе, Мику забыла о том, зачем начала эти отношения, и действительно влюбилась в него. Думаю, сейчас она страдает больше всех. — Ты же видишь, что, хоть он и старается подавлять свои порывы, во многом ради тебя и Дэи, в глубине души он всё ещё хочет умереть. — Если он перейдёт черту с одной из твоих сестёр, и он умрёт, я почти уверена, что вы последуете за ним. А что касается Мику — он верил, что ей будет больно, но она сможет справиться с этим. К тому же большинство из твоих сестёр предпочитают работать в поле. Рэй очень боится снова испытать ту боль потери. Слова о том, что Рэй ищет смерти, пробудили один из самых глубоких страхов Юно. Она спросила: — Как мне подавить его желание умереть? — Его невозможно полностью подавить. Ты прошла через ад и сумела найти способ жить дальше. Но то, что тебе пришлось пережить, навсегда оставит свой след. То же самое происходит и с Рэем. Он ищет то, зачем ему жить, подсознательно задаёт себе вопрос: «Почему я выжил?» Как я уже сказала, его желание умереть нельзя полностью уничтожить. Его можно лишь приглушить. — Как нам это сделать? — спросила Юно. У неё были свои мысли по этому поводу, но пока всё, что говорила собеседница, звучало логично, и поэтому Юно хотела услышать её мнение. — Правда в том, что он действительно хочет, чтобы ты ушла от этого всего и получила шанс на нормальную жизнь — настолько, насколько это возможно. — Но правда также в том, что только то, что ты и Дэя нуждаетесь в нём, удерживает его от того, чтобы пуститься во все тяжкие. Как только он поймёт, что вы готовы идти по жизни самостоятельно, ничто его не удержит. — Дэя постепенно взрослеет. Единственное, что может удержать его от этого, — ребёнок. Но ему и так было трудно подпустить к себе девушку. — А после того как он стал инвалидом, это будет почти невозможно. После того, что с ним случилось, он вернулся к тому, каким был раньше. Я почти уверена, что сейчас его очень пугает то чувство беспомощности, от которого он упорно бежал все эти годы. — Я не знаю, как ты это сделаешь. Но именно сейчас ты нужна ему, как никогда. Даже если он не хочет этого показывать… ты должна быть рядом. После этого разговора Юно провела несколько дней в глубоких раздумьях. И наконец приняла решение.